Линь Шэн смотрел на покрытую трещинами Дун Сяоюй, и в его глазах не было ни капли жалости.
Его рука медленно поднялась, оплетенная змейками электрических разрядов, которые непрерывно исходили и из его глаз.
Дун Сяоюй смотрела прямо на Линь Шэна, и страха в ее взгляде не было.
Лишь глубокая горечь и жгучая ненависть.
─ У тебя есть еще что сказать перед смертью? А нет – так приготовься умереть.
Закончив говорить, Линь Шэн собрался покончить с Дун Сяоюй.
Но в этот самый момент...
Исполненная ненависти Дун Сяоюй с искаженным от обиды лицом взкричала:
─ С какой стати?!
Линь Шэн занес руку. ─ С какой стати что?
Дун Сяоюй превозмогая боль в теле, медленно приподнялась.
─ С какой стати ты хочешь меня убить?
─ Я ведь просто стремилась к своему счастью.
─ В прошлой жизни мы с ним были мужем и женой. Ради него я десятки лет томилась в этом мире, претерпевая невыносимые муки.
─ И вот теперь, когда я с таким трудом отыскала его, почему ты непременно должен нас разлучить?
─ Мы искренне любим друг друга, небеса несправедливы, и я, Дун Сяоюй, не смирюсь с этим!
Глядя на обезумевшую Дун Сяоюй, Линь Шэн невольно закатил глаза:
─ Какую чушь ты несешь?
─ Искренняя любовь, долгие страдания – все это лишь твои собственные фантазии. Спросил ли ты хоть раз о желаниях самого человека, прежде чем устраивать здесь это моральное давление?
Произнеся это, Линь Шэн сверкнул глазами в темноте.
И в тот же миг он отчетливо разглядел, как между Цюшэном и Дун Сяоюй тянутся и переплетаются багрово-черные нити.
«Эта штука – кармическая связь?» – мысленно подумал Линь Шэн, заметив, что по мере использования таинственных записей его видение становится все более изощренным.
И пока он предавался этим размышлениям...
Сбоку выскочил Цюшэн.
Тыча пальцем в Дун Сяоюй, он выругался: ─ Просил я тебя ждать меня? Говорил я, что хочу быть с тобой?
─ Про твои прошлые жизни я вообще ничего не знаю, но я точно знаю одно: стоило мне из жалости воскурить тебе благовония, как ты тут же вздумала меня погубить.
─ Добрые люди теперь должны расплачиваться за свою доброту? Тьфу!
Встретившись взглядом с разъяренным Цюшэном, Дун Сяоюй на мгновение остолбенела.
Слова Линь Шэна она еще могла пропустить мимо ушей, но реплика Цюшэна вонзилась в ее сердце острым кинжалом.
─ Но... но я же просто хотела отыскать тебя и быть вместе всегда...
Дун Сяоюй попыталась продолжить, но Цюшэн оборвал ее резким взмахом руки: ─ Брехня, ты просто хотела меня сжить со свету!
─ Я не хотела, – попыталась оправдаться Дун Сяоюй.
Однако Цюшэн лишь холодно усмехнулся: ─ Учитель говорил, что призраки – это существа нечистые, в которых собрались нищета, скорбь, упадок, бедствия, позор, отрава, смрад, боль, недуги и смерть – все восемнадцать пороков вместе!
─ Ты хотела быть со мной – разве это не открытая попытка меня погубить?
─ Мало того, ты ведь еще намеревалась лишить меня невинности и разрушить мою духовную практику! Если бы не моя собственная слабость, я бы непременно прикончил тебя собственными руками!
Слова Цюшэна окончательно разбили сердце Дун Сяоюй.
В этот момент Цюшэн повернулся к Линь Шэну и произнес: ─ Маленький дядя-наставник, раз уж мы во всем разобрались и хорошенько ее проучили, этот призрак больше не посмеет приставать ко мне. Может, отпустишь ее... в конце концов, она тоже несчастная душа.
Произнося это, Цюшэн смотрел на Линь Шэна с твердостью во взгляде.
Вот только его то и дело бегающие глаза выдавали его с головой.
Линь Шэн мысленно усмехнулся: надо же, а Цюшэн, так уверенно распинавшийся пару минут назад, на деле всего лишь хотел замолвить за нее словечко.
Глаза Линь Шэна едва заметно сузились – он видел, как нити кармы между ними двумя начали сильно вибрировать.
─ Отпустить ее можно. Но мне придется оборвать кармическую связь между вами. И как тебе такое?
Цюшэн тут же закивал: ─ Я не против. ─ С этими словами он бросил взгляд на Дун Сяоюй. Когда Линь Шэн собирался уничтожить ее, в его груди шевельнулось какое-то странное чувство.
Именно поэтому он и вышел вперед, чтобы заступиться за нее.
Увидев, что Цюшэн согласен, Линь Шэн перевел взгляд на Дун Сяоюй.
─ А ты?
На лице Дун Сяоюй отразилась целая буря эмоций, но в конце концов она сквозь зубы выдавила: ─ Я согласна.
Ничего страшного, если она согласится сейчас. Главное – остаться в живых, а уж шанс снова быть вместе с Цюшэном она всегда отыщет.
Линь Шэн не стал возражать и сложил пальцы в форме ножниц.
Аура вокруг него мгновенно переменилась: ─ Раз обе стороны согласны, я рассею вашу порочную связь.
Закончив говорить, Линь Шэн широко раскрыл глаза и тихо зашептал заклинание:
─ Молю о защите великих владык Маошань, средних и малых патриархов, держащих в руках грозовой огонь для рубки темных узоров.
Нить духа рассечена мечом, тысяча слоев темной ци ныне разделены. Блуждающий дух возвращается в преисподнюю и не смеет докучать, живой человек бережет врата своей судьбы.
Лезвие персикового меча обрывает узы, пути живых и мертвых отныне разойдены. Патриарх дарует карающий приказ, старые путы и злые узы запечатаны навеки. Повинуйтесь закону Маошань немедленно и неукоснительно!
Едва прозвучали последние слова, Линь Шэн сделал резкое движение пальцами, словно разрезая невидимую ткань, и несколько неразличимых глазом нитей оборвались.
Цюшэн и Дун Сяоюй синхронно вздрогнули, ощутив, как внутри них словно оборвалось что-то важное.
Линь Шэн применил старинное заклинание золотых ножниц из арсенала народной магии школы Маошань.
Народная ветвь Маошань, также известная как Нижняя школа или ритуальная традиция Маошань, принадлежала к системе тайной передачи мирских учений и не входила в официальный даосский канон.
Это была прикладная магическая система, которую в эпоху Мин и Цин жрецы и бродячие заклинатели южных провинций заимствовали у школы Маошань, смешав с даосскими талисманами, ритуалами традиций Лушань и Мэйшань, местным фольклором и буддийскими практиками спасения душ.
Раньше, помимо медитаций, Линь Шэн с большим интересом изучал именно такие практические и доходные заклинания.
В конце концов, жизнь даоса сурова и бедна, а после того как Ши Цзянь велел прекратить их услуги для публичного дома Ихун, ему неизбежно приходилось искать иные источники дохода.
Завершив ритуал и убедившись, что нити между ними исчезли, Линь Шэн бесстрастным голосом произнес:
─ Ну всё, убирайся отсюда. В следующий раз при встрече я тебя убью.
Дун Сяоюй бросила на Цюшэна полный тоски прощальный взгляд, но не произнесла больше ни слова и растворилась во тьме.
Цюшэн так и остался стоять на месте, испытывая странное чувство опустошенности.
Оно было каким-то неправильным.
С Дун Сяоюй его не связывало ничего особенного, по большей части это были лишь ее навязчивые преследования, и сам он всем сердцем ее ненавидел.
Тогда откуда же взялось это щемящее чувство?
Нет, что-то здесь определенно было не так.
Цюшэн уже хотел высказать свои сомнения вслух, но, открыв рот...
С удивлением обнаружил, что Линь Шэн куда-то исчез.
...
На другой стороне горного склона.
Лицо Дун Сяоюй выражало непреклонную решимость – недавняя атака Линь Шэна серьезно пошатнула ее посмертную ци.
До наступления рассвета ей было жизненно необходимо убить еще нескольких людей и поглотить их янскую энергию для подпитки.
Иначе ей грозила неминуемая гибель!
─ Цюшэн, подожди меня... Ради тебя я готова рассыпаться прахом...
Бормотала себе под нос Дун Сяоюй.
В этот момент...
Подул горный ветер.
Дун Сяоюй инстинктивно нахмурилась, а когда перевела взгляд вперед, ее зрачки резко сузились, и все тело забилось в дрожи.
Совсем неподалеку от нее...
Стояла крошечная фигурка и с загадочной улыбкой наблюдала за ней.
─ Какая неожиданная встреча, мы снова сошлись.
Дун Сяоюй перепугалась до смерти: ─ Это ты! Ты нарушаешь свое слово!
─ Слово? – усмехнулся Линь Шэн.
─ Я всегда держу свое слово.
─ Я ведь сказал: при новой встрече ты умрешь.
Едва договорив, Линь Шэн молниеносно метнулся вперед, прямо к застывшей в ужасе Дун Сяоюй.
Лицо призрака исказилось от страха, она попыталась бежать, но было уже поздно.
Пхык.
Дун Сяоюй с неверием опустила голову.
Маленькая ладонь насквозь пронзила ее бестелесное тело.
Горло Дун Сяоюй беззвучно задвигалось, она попыталась что-то сказать.
Но в следующее мгновение...
─ Вспышка молнии и грохот грома! – холодно бросил Линь Шэн.
Ослепительная вспышка молнии рассекла мрак, и в руку Линь Шэна упала чистая жемчужина концентрированной иньской ци...

Комментарии

Загрузка...