Цюшэн крутил педа ли достаточно быстро.
Однако растояние между ичжуаном и городком Жэнь было неблизким, из-за всей этой беготни, да еще из-за истории с Вэньцаем, солнце уже клонилось к закату.
Обед пропустили, так что этот прием пищи стал ужином.
─ Проголодался за весь день, ─ пробормотал даос Сыму и, оторвав жирную куриную ножку, протянул ее Линь Шэну: ─ Младший дядя-наставник, ты еще маленький, подкрепис ь ножкой.
Линь Шэн при нял ножку, и в его глазах заплясала улыбка: ─ Спасибо, племянник-наставник Сыму.
Даос Сыму усмехнулся и перевел взгляд на Цюшэна. Глаза Цюшэна загорелись, и он поспешно сказал: ─ Дядя-наставник, я тоже еще маленький, дай и мне ножку подкрепиться.
Даос Сыму выпучил глаза: ─ А ну брысь! Твой дядя-наставник еще не ел, а ты уже заришься. Это ножка моя. А самая лакомая часть – куриный гузок и голова – достанется тебе.
С этими словами даос Сыму оторвал куриную голову и гузку и положил в миску Цюшэну.
Цюшэн поморщился, но, как говорится, на безрыбье и рак рыба. Не брезгуя, он принялся грызть.
Даос Сыму облизнул жирные пальцы и посмотрел на дядюшку Цзю: ─ Брат-наставник, давай я тебе оторву.
Дядюшка Цзю помрачнел: ─ Не надо, я сам.
Так они втроем и принялись за еду.
В эти времена даосы не жили богато, и в ичжуане мясные блюда бывали редко.
Даосская и врачебная практика всегда идут рука об руку. Дядюшка Цзю, помимо того что ловил призраков и изгонял злых духов, частенько лечил горожан из городка Жэнь.
Но обращались к нему в основном бедняки – у кого были деньги, те к нему не шли.
Поэтому чаще всего дядюшка Цзю жил в долг, тратя больше, чем зарабатывал.
Бывало, даже сам приплачивал за лекарства для пациентов.
Однако с тех пор, как он получил вознаграждение от господина Жэня, дела пошли на лад.
Трапеза подходила к концу.
Все наелись досыта. Дядюшка Цзю посмотрел на остатки еды на столе, поколебался, словно хотел что-то сказать, но не решался начать.
Даос Сыму, заметив это, обратился к Цюшэну:
─ Цюшэн, отнеси эти остатки еды Вэньцаю.
─ Строго говоря, он провинился и заслужил, чтобы его поморили голодом пару дней. Но выбрасывать еду жалко, так что пусть полакомится.
Цюшэн удивленно моргнул, но послушно кивнул.
Собрал остатки еды и ушел из-за стола.
Когда Цюшэн ушел.
Дядюшка Цзю отпил глоток чая и сказал: ─ Брат-наставник, на сей раз задержись на несколько дней. Вы с младшим дядюшкой-наставником давно не виделись. Удели ему немного внимания.
Линь Шэн тоже закивал: ─ Верно, племянник-наставник, раз пришел, поживи подольше.
─ Твои клиенты никуда не денутся. Останься на пару дней, отдохни как следует.
Оба ожидали, что даос Сыму согласится, но тот, к всеобщему удивлению, покачал головой:
─ Эх, младший дядя-наставник, брат-наставник, вы же знаете, чем я занимаюсь. У меня на руках ученик, которого надо кормить. Если я, как учитель, не буду стараться, то как же Цзялэ потом найдет себе невесту? Где уж мне отдыхать.
Услышав слова даоса Сыму, дядюшка Цзю одобрительно кивнул. Цюшэн и Вэньцай в будущем женятся, заведут детей – на это уйдет немало серебра. Эта проблема тоже не давала дядюшке Цзю покоя.
А вот Линь Шэн смотрел на даоса Сыму со странным выражением лица.
Он хорошо помнил: в фильме «Мистер Вампир» под кроватью у даоса Сыму был спрятан сундук с маленькими золотыми рыбками.
К тому же даос Сыму был чрезвычайно бережлив: даже одежду, которую носил его ученик Цзялэ, он отдал ему только после того, как проносил ее сам довольно долго.
Припомнив это, Линь Шэн хитро улыбнулся: ─ Племянник-наставник Сыму, а ты, никак, нуждаешься в деньгах?
Даос Сыму удивленно поднял бровь: ─ Конечно нуждаюсь! Если бы у меня были деньги, стал бы я надрываться?
Линь Шэн, притворно недоумевая, спросил: ─ Но, племянник-наставник, по моим воспоминаниям, у тебя же есть сундук с золотыми рыбками. Почему бы не воспользоваться ими, если нужны деньги?
Услышав это, даос Сыму вздрогнул и в изумлении воскликнул: ─ Младший дядя-наставник, откуда ты знаешь?!
Ведь этот сундук с золотыми рыбками был его заначкой на черный день! О нем не знал даже Цзялэ. Откуда же его младший дядя-наставник прознал?
─ О? Выходит, у тебя, брат-наставник, есть сундук с золотыми рыбками? ─ с иронией посмотрел на него дядюшка Цзю. ─ Ты так богат, а перед старшим братом прибедняешься. Нехорошо как-то.
На лице даоса Сыму появилось смущение.
Раньше, каждый раз, когда он заходил в ичжуан передохнуть, он жаловался дядюшке Цзю на бедность.
И дядюшка Цзю, с мягким сердцем, каждый раз снабжал его разной утварью.
Теперь, когда тайна раскрыта, даос Сыму вынужденно улыбнулся: ─ Брат-наставник, что ты такое говоришь? Еда и питье не разорят, разоряет неумение планировать.
Дядюшка Цзю фыркнул, но тему сменил: ─ Раз деньги есть, останься на несколько дней. Редкий случай, когда младший дядя-наставник здесь.
Даос Сыму вздохнул: ─ Брат-наставник, знаешь ли ты, какую работенку недавно подхватил наш брат Цяньхэ?
─ Какую работенку? ─ удивился дядюшка Цзю. ─ И какое отношение она имеет к тебе?
Даос Сыму помрачнел: ─ Об этом давай не будем.
─ Этот старый черт Цяньхэ недавно взялся доставить тело князя с границ Цинской империи.
Дядюшка Цзю вздрогнул: ─ Что?
─ Как Цяньхэ вообще с этими людьми связался?!
Даос Сыму вздохнул: ─ Брат-наставник, не горячись, дослушай до конца.
─ Ты же знаешь, что законы в Маошань суровы. Большая часть денег уходит на помощь нуждающимся. Разве мы, старшие, можем не думать о своих учениках?
─ Нам с тобой еще повезло: всего по одному-два ученика.
─ А у брата Цяньхэ целых четыре ученика. А за эту работенку обещают щедрое вознаграждение...
Не дослушав, дядюшка Цзю грохнул кулаком по столу: ─ Даже если денег куча, надо успеть их потратить, пока жив!
─ Наша ветвь Маошань никогда не вмешивалась в дела двора. Все, кто за всю историю связался с императорским двором, плохо кончили.
─ Ты знал об этом и не отговорил его?
Даос Сыму поспешно принялся успокаивать: ─ Брат-наставник, ты преувеличиваешь. Всего лишь сопровождение гроба.
Дядюшка Цзю сел обратно, но лицо его оставалось мрачным.
Даос Сыму вздохнул: ─ Эх, он уже согласился. Сейчас, возможно, уже в пути.
─ До этого брат Цяньхэ говорил мне, что, возможно, заглянет ко мне пополнить припасы. Ведь они сопровождают тело князя, так что побоятся ехать по большой дороге...
─ Поэтому завтра мне нужно выехать, чтобы уладить дела со своими клиентами.
Выслушав даоса Сыму, дядюшка Цзю мог лишь согласно кивнуть, хоть и с неохотой.
И в то же время в душе у него закралось беспокойство.
Империя Цин канула в лету. Связываться с остатками прежней династии – до добра не доведет.
Линь Шэн, все это время тихо сидевший в стороне, в душе уже переживал бурю.
Все слова, сказанные даосом Сыму, сложились воедино.
Даос Цяньхэ, тело князя императорской крови с границ...
Да это же сюжет фильма «Дядюшка-цзянши»!
Хотя в этом фильме не снимался дядюшка Цзю, он тоже считается классикой.
Самым трагичным моментом там была сцена, где даос Цяньхэ перерезает себе горло.
Теперь, зная сюжет, Линь Шэн, разумеется, не станет сидеть сложа руки.
Дядюшка Цзю и его поколение – опора Маошань. Потеря любого из них станет огромным уроном для Маошань.
К тому же даос Цяньхэ, хоть и был не так близок, как Ши Цзянь или дядюшка Цзю, но все же приходился ему младшим родственником по школе.
Спасать его все же придется.

Комментарии

Загрузка...