На дне Золотой Чаши.
На дне Золотой Чаши.
Чжоу Юань рассёк воду и, не сводя глаз с Туньтуна, плывшего впереди, устремился следом.
Чжоу Юань рассёк воду и, не сводя глаз с Туньтуна, плывшего впереди, устремился следом.
По мере погружения он всё яснее ощущал, как со всех сторон на него наваливается чудовищное давление. Оно было столь сильным, что с обычной водой и сравнивать не приходилось.
По мере погружения он всё яснее ощущал, как со всех сторон на него наваливается чудовищное давление. Оно было столь сильным, что с обычной водой и сравнивать не приходилось.
— Какое страшное давление... Даже я, достигнув Стадии Небесных Врат, едва выдерживаю, — с мрачным видом пробормотал Чжоу Юань.
— Какое страшное давление... Даже я, достигнув Стадии Небесных Врат, едва выдерживаю, — с мрачным видом пробормотал Чжоу Юань.
Было очевидно: глубины Золотой Чаши — место, куда обычному человеку не добраться.
Было очевидно: глубины Золотой Чаши — место, куда обычному человеку не добраться.
Из его тела хлынула тёмно-золотая Изначальная Ци, окутав всё тело. Но и она продержалась недолго — вскоре достигла предела.
Из его тела хлынула тёмно-золотая Изначальная Ци, окутав всё тело. Но и она продержалась недолго — вскоре достигла предела.
Чжоу Юань беспомощно остановился и горько усмехнулся. Он и представить не мог, что до самого дна Золотой Чаши будет так трудно добраться.
Чжоу Юань беспомощно остановился и горько усмехнулся. Он и представить не мог, что до самого дна Золотой Чаши будет так трудно добраться.
Туньтун заметил это, быстро развернулся и подплыл обратно. Немного подумав, он уселся Чжоу Юаню на голову. В следующий миг от него разлилась мощная Изначальная Ци, словно пузырь накрывшая Чжоу Юаня.
Туньтун заметил это, быстро развернулся и подплыл обратно. Немного подумав, он уселся Чжоу Юаню на голову. В следующий миг от него разлилась мощная Изначальная Ци, словно пузырь накрывшая Чжоу Юаня.
Сокрушительное давление, похожее на обвал гор, тут же резко ослабло.
Сокрушительное давление, похожее на обвал гор, тут же резко ослабло.
— Спасибо, — сказал Чжоу Юань, погладив Туньтуна по голове.
— Спасибо, — сказал Чжоу Юань, погладив Туньтуна по голове.
Туньтун махнул лапой и повёл его дальше вниз. Ещё несколько минут стремительного погружения — и они наконец увидели конец пути...
Туньтун махнул лапой и повёл его дальше вниз. Ещё несколько минут стремительного погружения — и они наконец увидели конец пути...
Дно Золотой Чаши было залито ослепительным золотым светом. Бесчисленные каменные осколки в этом сиянии будто обратились в золото и слепили глаза.
Дно Золотой Чаши было залито ослепительным золотым светом. Бесчисленные каменные осколки в этом сиянии будто обратились в золото и слепили глаза.
Чжоу Юань окинул всё взглядом, но в его глазах проступило недоумение. Его Божественная Душа была достаточно сильна, однако даже так он не обнаружил на дне Золотой Чаши ничего необычного.
Чжоу Юань окинул всё взглядом, но в его глазах проступило недоумение. Его Божественная Душа была достаточно сильна, однако даже так он не обнаружил на дне Золотой Чаши ничего необычного.
Туньтун опустился на дно и вдруг принялся яростно рыть лапами в одном месте.
Туньтун опустился на дно и вдруг принялся яростно рыть лапами в одном месте.
Во все стороны брызнули золотистые каменные осколки.
Во все стороны брызнули золотистые каменные осколки.
Через некоторое время взгляд Чжоу Юаня вдруг стал острым: по мере того как Туньтун рыл всё глубже, на дне Золотой Чаши начала проступать разбитая каменная плита.
Через некоторое время взгляд Чжоу Юаня вдруг стал острым: по мере того как Туньтун рыл всё глубже, на дне Золотой Чаши начала проступать разбитая каменная плита.
Чжоу Юань взмахнул рукавом, выпуская Изначальную Ци. Та смела все осколки прочь, и плита полностью обнажилась.
Чжоу Юань взмахнул рукавом, выпуская Изначальную Ци. Та смела все осколки прочь, и плита полностью обнажилась.
Плита была старой, потрескавшейся, покрытой следами разъедания и с виду казалась совершенно непримтной. Но взгляд Чжоу Юаня застыл именно на ней.
Плита была старой, потрескавшейся, покрытой следами разъедания и с виду казалась совершенно непримтной. Но взгляд Чжоу Юаня застыл именно на ней.
На поверхности плиты тянулись древние следы. Они выглядели так, словно были порождены самой природой, будто возникли в миг рождения мира — таинственные и безбрежные.
На поверхности плиты тянулись древние следы. Они выглядели так, словно были порождены самой природой, будто возникли в миг рождения мира — таинственные и безбрежные.
Слабо сияющие линии соединялись между собой, образуя древний и загадочный световой узор.
Слабо сияющие линии соединялись между собой, образуя древний и загадочный световой узор.
Чжоу Юань впился в него взглядом. Он отчётливо почувствовал, как Изначальная Ци в его теле вдруг словно застыла, будто оказавшись под неописуемым давлением.
Чжоу Юань впился в него взглядом. Он отчётливо почувствовал, как Изначальная Ци в его теле вдруг словно застыла, будто оказавшись под неописуемым давлением.
И это давление, без сомнения, исходило именно от того таинственного светового узора.
И это давление, без сомнения, исходило именно от того таинственного светового узора.
— В этом узоре... есть что-то знакомое...
— В этом узоре... есть что-то знакомое...
Мысли Чжоу Юаня взметнулись, и спустя миг его осенило:
Мысли Чжоу Юаня взметнулись, и спустя миг его осенило:
— Вспомнил! Это аура той Святой Стелы в небе!
— Вспомнил! Это аура той Святой Стелы в небе!
Впрочем, ничего странного в этом не было. В конце концов, вся Земля Святых Руин возникла из павшего Святого.
Впрочем, ничего странного в этом не было. В конце концов, вся Земля Святых Руин возникла из павшего Святого.
— Это... Святой Узор...
— Это... Святой Узор...
Чжоу Юань тихо пробормотал это себе под нос. Этот световой узор, несомненно, принадлежал тому самому павшему Святому. Он не мог постичь его тайн, но даже не задумываясь понимал: такой «Святой Узор» никак не может быть простым.
Чжоу Юань тихо пробормотал это себе под нос. Этот световой узор, несомненно, принадлежал тому самому павшему Святому. Он не мог постичь его тайн, но даже не задумываясь понимал: такой «Святой Узор» никак не может быть простым.
Иначе Туньтун не привёл бы его сюда с такой настойчивостью.
Иначе Туньтун не привёл бы его сюда с такой настойчивостью.
В этот момент Туньтун вытянул лапу, указал на каменную плиту, затем на Чжоу Юаня.
В этот момент Туньтун вытянул лапу, указал на каменную плиту, затем на Чжоу Юаня.
— Ты хочешь, чтобы я к нему прикоснулся? — спросил Чжоу Юань.
— Ты хочешь, чтобы я к нему прикоснулся? — спросил Чжоу Юань.
Туньтун часто-часто закивал.
Туньтун часто-часто закивал.
Чжоу Юань поколебался, но в конце концов стиснул зубы, опустился ниже и осторожно протянул руку к древнему загадочному Святому Узору на плите.
Чжоу Юань поколебался, но в конце концов стиснул зубы, опустился ниже и осторожно протянул руку к древнему загадочному Святому Узору на плите.
В тот миг, когда его пальцы коснулись Святого Узора, тот внезапно вспыхнул ослепительным светом. Луч ударил прямо в межбровье Чжоу Юаня.
В тот миг, когда его пальцы коснулись Святого Узора, тот внезапно вспыхнул ослепительным светом. Луч ударил прямо в межбровье Чжоу Юаня.
Внутри его головы тут же прогремел глухой взрыв.
Внутри его головы тут же прогремел глухой взрыв.
Божественная Душа Чжоу Юаня яростно содрогнулась. У него закружилась голова, и прямо перед ним возник огромный древний световой узор. Он медленно вращался, источая ужасающую подавляющую мощь.
Божественная Душа Чжоу Юаня яростно содрогнулась. У него закружилась голова, и прямо перед ним возник огромный древний световой узор. Он медленно вращался, источая ужасающую подавляющую мощь.
Почти в то же мгновение его Божественная Душа покрылась трещинами — она попросту не могла вынести такого давления.
Почти в то же мгновение его Божественная Душа покрылась трещинами — она попросту не могла вынести такого давления.
Сердце Чжоу Юаня охватил ужас. Он понимал: под гнётом этого древнего узора его Божественная Душа не продержится и 10 вдохов. Если это продолжится, она будет стёрта в прах.
Сердце Чжоу Юаня охватил ужас. Он понимал: под гнётом этого древнего узора его Божественная Душа не продержится и 10 вдохов. Если это продолжится, она будет стёрта в прах.
«Как такое возможно?!»
«Как такое возможно?!»
Но он заставил себя успокоиться.
Но он заставил себя успокоиться.
«Нельзя паниковать. Это давление Божественной Души, и оно исходит от этого древнего Святого Узора!»
«Нельзя паниковать. Это давление Божественной Души, и оно исходит от этого древнего Святого Узора!»
Он знал: стоит поддаться страху — и его Божественная Душа действительно будет раздавлена.
Он знал: стоит поддаться страху — и его Божественная Душа действительно будет раздавлена.
— Если дело в Божественной Душе...
— Если дело в Божественной Душе...
Чжоу Юань глубоко вдохнул, резко закрыл глаза, и в его сознании потекли слова Метода Визуализации Хаотичного Божественного Жернова.
Чжоу Юань глубоко вдохнул, резко закрыл глаза, и в его сознании потекли слова Метода Визуализации Хаотичного Божественного Жернова.
Позади него пустота начала рушиться, превращаясь в безбрежное хаотичное звёздное небо. А в хаосе медленно проступил покрытый следами времени гигантский жернов, конца которому не было видно.
Позади него пустота начала рушиться, превращаясь в безбрежное хаотичное звёздное небо. А в хаосе медленно проступил покрытый следами времени гигантский жернов, конца которому не было видно.
Огромный древний жернов двинулся из-за спины Чжоу Юаня, сокрушая всё на своём пути, и направился прямо к древнему Святому Узору.
Огромный древний жернов двинулся из-за спины Чжоу Юаня, сокрушая всё на своём пути, и направился прямо к древнему Святому Узору.
Два одинаково древних существования столкнулись в пустоте.
Два одинаково древних существования столкнулись в пустоте.
Казалось, от этого удара само небо и земля начали раскалываться.
Казалось, от этого удара само небо и земля начали раскалываться.
Давление, едва не разрушившее Божественную Душу Чжоу Юаня, наконец исчезло. Он с облегчением перевёл дух, но сердце всё ещё бешено колотилось, пока он смотрел на столкновение этих двух исполинов.
Давление, едва не разрушившее Божественную Душу Чжоу Юаня, наконец исчезло. Он с облегчением перевёл дух, но сердце всё ещё бешено колотилось, пока он смотрел на столкновение этих двух исполинов.
— Что это вообще за Святой Узор? Он настолько страшен, что даже печать Жернова, оставленная учителю Цан Юаню, не в силах его сокрушить... — потрясённо подумал Чжоу Юань.
— Что это вообще за Святой Узор? Он настолько страшен, что даже печать Жернова, оставленная учителю Цан Юаню, не в силах его сокрушить... — потрясённо подумал Чжоу Юань.
Печать Жернова в его межбровье была оставлена Цан Юанем и содержала в себе нить ауры Жернова Хаоса. Именно благодаря ей все, кто прежде пытался атаковать Чжоу Юаня Божественной Душой, плохо кончали.
Печать Жернова в его межбровье была оставлена Цан Юанем и содержала в себе нить ауры Жернова Хаоса. Именно благодаря ей все, кто прежде пытался атаковать Чжоу Юаня Божественной Душой, плохо кончали.
Любая такая атака в итоге перемалывалась Жерновом Хаоса.
Любая такая атака в итоге перемалывалась Жерновом Хаоса.
Но на этот раз всё было иначе. Жернов не сокрушил противника так же легко, как прежде — напротив, древний Святой Узор сумел его остановить.
Но на этот раз всё было иначе. Жернов не сокрушил противника так же легко, как прежде — напротив, древний Святой Узор сумел его остановить.
Два чудовищных проявления силы застыли в пустоте в глухом противостоянии.
Два чудовищных проявления силы застыли в пустоте в глухом противостоянии.
— Теперь остаётся только ждать.
— Теперь остаётся только ждать.
У Чжоу Юаня не было иного выхода. В такое столкновение он, со своей Божественной Душой позднего уровня Стадии Пустоты, просто не мог вмешаться.
У Чжоу Юаня не было иного выхода. В такое столкновение он, со своей Божественной Душой позднего уровня Стадии Пустоты, просто не мог вмешаться.
Поэтому он просто сел, скрестив ноги, и уставился в пустоту.
Поэтому он просто сел, скрестив ноги, и уставился в пустоту.
Так он смотрел неизвестно сколько времени, пока его Божественная Душа не начала ощущать усталость...
Так он смотрел неизвестно сколько времени, пока его Божественная Душа не начала ощущать усталость...
И вот, когда Чжоу Юань уже едва держался, вдруг прогремел громоподобный гул. Он поспешно поднял взгляд и увидел, как покрытый следами времени божественный жернов медленно отступает, а затем исчезает в хаотичном звёздном небе.
И вот, когда Чжоу Юань уже едва держался, вдруг прогремел громоподобный гул. Он поспешно поднял взгляд и увидел, как покрытый следами времени божественный жернов медленно отступает, а затем исчезает в хаотичном звёздном небе.
А древний Святой Узо, напротив, в этот миг ярко вспыхнул и начал стремительно уменьшаться. В конце концов он превратился в полоску света, которая сорвалась вниз и влетела в межбровье Чжоу Юаня.
А древний Святой Узо, напротив, в этот миг ярко вспыхнул и начал стремительно уменьшаться. В конце концов он превратился в полоску света, которая сорвалась вниз и влетела в межбровье Чжоу Юаня.
На дне Золотой Чаши.
На дне Золотой Чаши.
Глаза Чжоу Юаня, закрытые уже невесть сколько времени, наконец резко распахнулись.
Глаза Чжоу Юаня, закрытые уже невесть сколько времени, наконец резко распахнулись.

Комментарии

Загрузка...