Сеть против Цянь Жэньсюэ была заброшена, а Чжу Чжуцин приближалась к родам.
Мо Тянь покачал головой и с улыбкой произнес:
— Просто потому, что мне известна истинная причина гибели наследных принцев Тяньдоу, и к тому же у меня есть способ помочь Великому Императору Сюэ Е снять яд и продлить жизнь.
Зрачки Ду Гу Бо сузились, а в сердце поднялась бушующая волна.
Это...
Второй и третий принцы Империи Тяньдоу погибли от отравления, и в определенном смысле это вовсе не было секретом.
Поэтому Ду Гу Бо нисколько не удивился тому, что Мо Тянь знал об этом.
Но что касалось отравления самого Великого Императора Сюэ Е — даже он, мастер, искусно обращающийся с сильнейшими ядами, до сих пор лишь строил догадки и не имел стопроцентной уверенности.
На данный момент он обсуждал это лишь с Князем Сюэ Син втайне.
При этой мысли Ду Гу Бо нерешительно произнес:
— Откуда тебе известно об отравлении Великого Императора Сюэ Е? А также об убийце, погубившем второго и третьего принцев... Даже Князь Сюэ Син вел тайное расследование и не обнаружил никаких следов, так откуда же знаешь ты?
— У меня, естественно, есть свои каналы информации, — спокойно ответил Мо Тянь.
Ду Гу Бо тихо фыркнул:
— Полагаю, ты просто наслугáлся каких-то слухов невесть где, вот и говоришь так! Я лично осматривал тело Великого Императора Сюэ Е, и никаких признаков отравления там не было.
Мо Тянь покачал головой:
— Ты ошибаешься. Твой титул — Ядовитый, неужели ты не знаешь о существовании особого вида составных ядов? Если их разделить, они представляют собой обычные или даже драгоценные благовония и ароматические масла.
— Но если столкнуться с тем, кто искусно разбирается в фармакологии, и после небольших манипуляций применить нужный яд-проводник, все эти годами накапливавшиеся благовония и ароматические масла превратятся в смертельный токсин! В таком случае, чем больше благовоний и ароматических масел человек использовал в повседневной жизни, тем свирепее станет яд!
— Не соизволишь ли вспомнить, не злоупотреблял ли Великий Император Сюэ Е подобными вещами?
Немного подумав, Ду Гу Бо мгновенно вспомнил подозрительные предметы, но все же покачал головой, отвергая эту мысль:
— Невозможно! С моим уровнем владения ядами, если бы в том, чем пользуется Великий Император Сюэ Е, было что-то не так, я бы давно это заметил.
На губах Мо Тяня появилась насмешливая улыбка:
— Ду Гу Бо, ты называешь себя Ядовитым Доуло и всерьез возомнил себя величайшим мастером по части ядов на всем Континенте? Твое искусство отравления зиждется на Боевом Духе Императора Зеленых Чешуйчатых Змей, а не на глубоком знании фармакологии! Запомни: нет предела совершенству, и всегда найдется кто-то сильнее тебя!
Ду Гу Бо недовольно произнес:
— Мо Тянь, не думай, что раз ты победил меня, то можешь безнаказанно унижать! В области ядов, помимо того маленького монстра, я перед преклонялся ни перед кем! Если кто-то действительно превосходит меня в отравлении, почему же титул Ядовитого Доуло ношу я, а не он?
Мо Тянь легко усмехнулся:
— Раз уж ты сам провозгласил свое искусство отравления вторым в Поднебесной, так попробуй выяснить, сможешь ли ты нейтрализовать мой Алово-Изумрудный Таинственный Яд!
Гордо задрав подбородок, Ду Гу Бо бросил:
— Валяй, показывай на что способен!
— Что такое? Яд уже проник в твое тело, неужели ты ничего не чувствуешь? — с сомнением произнес Мо Тянь.
Лицо Ду Гу Бо резко изменилось, и он тут же принялся тщательно сканировать свой организм.
Не обнаружив никаких аномалий, он мгновенно разъярился:
— Мо Тянь, ты издеваешься надо мной? В моем теле нет и следа какого-либо чужеродного яда!
— Издеваюсь? Тогда тебе стоит прочувствовать это как следует! — мысль мелькнула в голове Мо Тяня, и он заставил Алово-Изумрудный Таинственный Яд внутри Ду Гу Бо прийти в движение.
В следующее мгновение сердце Ду Гу Бо пронзила острая боль, и его лоб мгновенно покрылся холодным потом.
— Бух! Бух! Бух!
Стук сердца казался многократно усиленным, взрываясь прямо у него в ушах. Мерный доселе ритм в этот миг замедлился, удары становились все реже и реже.
— Бык... бык... бык...
— Бык....... бык....... бык — именно так.
Словно из него выкачали все силы, Ду Гу Бо мгновенно обмяк и рухнул на землю. Перед глазами заплясали черные круги, а ощущение вращающегося мира навалилось на тело и разум.
— Что... это за яд? Неужели я... умираю? — шептал он про себя, и даже шок казался притупленным вместе с замедляющимся сердцебиением.
Увидев, что хватит с него, Мо Тянь мысленным усилием заставил Алово-Изумрудный Таинственный Яд снова уснуть.
Ду Гу Бо тут же почувствовал, как к сердцу возвращается жизнь, кровь снова бешено помчалась по венам, и он мгновенно вырвался из состояния, близкого к смерти.
Он жадно глотал воздух, упиваясь радостью возвращения из врат ада в мир живых.
Лишь спустя какое-то время Ду Гу Бо пришел в себя. Охваченный остаточным страхом, он прижал руку к груди, но не ощутил ни малейшей боли.
Пропустив духовную силу по всему телу, он также не обнаружил никаких отклонений, словно никакого внешнего яда внутри никогда и не было.
Однако то, что произошло только что, определенно не было галлюцинацией!
Ду Гу Бо смахнул холодный пот со лба, окончательно убедившись в правоте своих мыслей.
Он посмотрел на Мо Тяня, полностью утратив высокомерие человека, полагающегося на мощь своего яда:
— Почему я вообще не чувствовал твой яд?
— В этом тебе нет нужды разбираться, достаточно уяснить, что твое владение ядами далеко не самое непревзойденное на континенте, — холодно ответил Мо Тянь.
— Если то, что ты говоришь, правда, то, считая с момента отравления первого принца, разве Великий Император Сюэ Е не при смерти? И при этом у тебя все еще есть способ спасти его? — нахмурился Ду Гу Бо.
— Разве мои методы подвластны твоему воображению? Тебе нужно лишь помочь мне наладить мосты, — Мо Тянь взмахнул рукой, и к Ду Гу Бо плавно подплыла Кровавая пилюля. — Ты культивируешь ядовитые техники, нанося вред и врагам, и себе. Хотя накопившиеся ранее токсины уже выведены, твоя жизненная энергия и кровь истощены. Эта Кровавая пилюля — плата за нынешнюю поездку. Если справишься с делом как надо, награда тебя не минует.
Этот трюк можно было назвать сочетанием милости и строгости.
Ду Гу Бо сейчас не только уступал Мо Тяню в силе, но и в своей сильнейшей дисциплине — ядах — потерпел сокрушительное поражение, так что от прежней гордости не осталось и следа.
А увидев предложенную Кровавую пилюлю, он даже испытал некоторое искушение.
Вспомнив к тому же, что в его тело подсажен диковинный яд Мо Тяня, а внучка находится у него в заложниках, у него попросту не оставалось пространства для торга.
Куда проще было проявить решимость и принять всё как есть...
А по поводу того, не подстроено ли что-то в этой Кровавой пилюле?
Ду Гу Бо уже было всё равно. Раз уж в нем поселился Алово-Изумрудный Таинственный Яд, пара дополнительных засад погоды не сделает — долгов не боятся.
— Хорошо, что мне делать? — Ду Гу Бо крепко сжал Кровавую пилюлю и наконец дал согласие.
Уголки губ Мо Тяня приподнялись, и он медленно произнес:
— Отправляйся в Королевский город Тяньдоу, мне нужно, чтобы ты убедил Великого Императора Сюэ Е заключить со мной соратнический союз. Условие таково: Императорская Семья Тяньдоу и мой Лес Заката заключают тайный союз, предоставляя мне любые удобства! В обмен я лично вытяну на свет убийцу, баламутящего Императорскую Семью Тяньдоу, а также сниму яд с Великого Императора Сюэ Е и продлю ему жизнь.
Ду Гу Бо сразу же согласился:
— Хорошо, я сделаю все возможное! А выйдет ли из этого толк — зависит от того, поверит ли Великий Император Сюэ Е.
Мо Тянь слегка кивнул и достал еще одну Кровавую пилюлю, протягивая ее Ду Гу Бо:
— Эту Кровавую пилюлю возьми и преподнеси Великому Императору Сюэ Е в качестве подарка при первой встрече.
— Понял. — Ду Гу Бо протянул руку, взял ее и убрал в инструмент хранения.
Мо Тянь взмахнул рукой, и тяжелые двери темницы с грохотом распахнулись:
— А теперь бери с собой тех наставников Королевской академии Тяньдоу и отправляйся в путь.
Немного поколебавшись, Ду Гу Бо произнес:
— А те студенты...
— Студентов оставь здесь, они мне еще понадобятся, — бросил Мо Тянь.
— Ладно. — Ду Гу Бо больше не стал спорить и, захватив нескольких наставников Королевской академии Тяньдоу, покинул владения Мо Тяня, направляясь в Королевский город Тяньдоу.
Мо Тянь стоял на верхнем этаце дворца, заложив руки за спину и провожая взглядом удаляющегося Ду Гу Бо.
Если прикинуть время, Чжу Чжуцин уже должна вот-вот родить...
Шаги самки Золотистоволосой Обезьяны прозвучали поспешно, когда она приблизилась к Мо Тяню и с почтением доложила:
— Владыка, ваша четвертая жена собирается разрешиться от бремени, однако ее эмоциональная реакция крайне бурная, и повитуха опасается осложнений, поэтому этот подчиненный посмел доложить.
— Хорошо, я понял, — кивнул Мо Тянь и шагнул прямо в воздух за пределы высокой террасы.
Толстая лоза метнулась навстречу, надежно подхватила Мо Тяня и доставила его к дворцу, где находилась Чжу Чжуцин.
Добраявшись до входа во дворец, Мо Тянь широким шагом вошел в покои Чжу Чжуцин.
Еще снаружи до него донеслись шумные голоса:
— Почему так? Прошел всего месяц, а мой живот уже такой огромный? Кого это я ношу, какого монстра?
— Госпожа, умоляю, успокойтесь, это вредно для ребенка!
— Убирайтесь, все прочь! Пусть Мо Тянь явится ко мне, я хочу лично спросить его!
— Госпожа, проявите милосердие, нам, слугам, тоже нелегко!
Мо Тянь толкнул дверь и обратился к двум повитухам:
— Ступайте пока наружу.
Повитухи словно получили помилование:
— Слушаемся, господин!
Когда они ушли, Мо Тянь перевел взгляд на беременную Чжу Чжуцин.
Она сидела на краю деревянной кровати. Закутанная в просторное белое шелковое платье, ее фигута перед самыми родами выдавала сильно выпирающий живот.
Беременность придала ее точеному стану еще больше грации, а туго натянутая на пышной груди ткань разительно отличалась от ее привычных облегающих кожаных нарядов.
Тонкие пальцы то и дело теребили подол платья, то опускаясь на округлившийся живот, словно в попытке унять тяжесть на сердце.
Рассыпанные водопадом темные волосы выглядели несколько растрепанными и прикрывали половину прекрасного лица, а в выглядывающих глазах читались тревога и беспокойство.
Она закусила алые губы, на лице застыло выражение глухого раздражения, которому не находилось выхода.
Заметив Мо Тяня, Чжу Чжуцин словно обрела цель:
— Мо Тянь, ты наконец-то пришел!
Она резко вскочила на ноги, и выражение ее лица сменилось на смесь гнева, страха и тревоги — крайне сложное сочетание.
— Скажи мне, почему всего за месяц мой живот стал таким огромным? Что за чудовище я ношу? Неужели я рожу целое гнездо пауков?
В глазах Чжу Чжуцин плескался неудержимый ужас, и от одной лишь этой мысли у нее по спине бежали мурашки.
— Не нужно так волноваться, успокойся, — Мо Тянь сделал два шага вперед, протянул руки и положил их на плечи Чжу Чжуцин, успокаивая ее.
— Как я могу не волноваться? При мысли о том, что в моем животе сидит паук, у меня по всему телу выступает гусиная кожа! — В глазах Чжу Чжуцин мерцал почти невротический страх.
— Послушай меня, в твоем животе самый обычный ребенок, никакой не паук, — мягким тоном попытался утешить ее Мо Тянь.
Хотя по натуре он был властным, но всему был свой предел и свое место.
Сейчас перед ним стояла женщина, родившая ему детей, которая просто потеряла самообладание от страха, так что проявлять жесткость не имело никакого смысла.
— Правда? — Чжу Чжуцин уцепилась за него как за соломинку и напряженно вглядывалась в глаза Мо Тяня, боясь услышать ложь.
— Разумеется, правда. Сяо У, Нин Жунжун и Лю Эрлун уже родили дочерей, и все они — маленькие принцессы, вырезанные из белого нефрита, — ответил Мо Тянь.
Заметив, что Чжу Чжуцин все еще испытывает некоторые сомнения, он добавил:
— Если не веришь, я могу показать их тебе.
— Я... я хочу увидеть дочерей Сяо У и остальных, — произнесла Чжу Чжуцин.
За этот последний месяц с небольшим, по мере того как живот рос не по дням, а по часам, чувство страха крепло с каждым днем.
К тому же ей некому было излить душу, некому было ее утешить. В такой давящей изоляции она чувствовала, что близка к нервному срыву.
— Хорошо! — Мо Тянь взмахнул рукой и призвал трех дочерей из Карманного Пространства Выращивания Потомства.
В пространстве пронеслась рябь, и в комнате появились три полуметровых паука различной формы и окраски. Их тела были испачканы кровью и ошметками плоти — очевидно, Мо Тянь вырвал их прямо из разгара какой-то схватки.
Увидев это, Чжу Чжуцин невольно издала пронзительный визг, а страх в ее глазах вспыхнул с новой силой.
— Это и есть дочери Сяо У? И ты смеешь говорить, что это не пауки?!
Мысль о том, что ей самой предстоит родить пауков, заставила Чжу Чжуцин почувствовать, что она вот-вот рухнет.
Мо Тянь никак не ожидал, что хладнокровная по характеру Чжу Чжуцин окажется слабее всех прочих женщин в Шреке по части стрессоустойчивости.
Даже та же мягкая Нин Жунжун не впадала в подобное отчаяние.
— Не спеши, приглядись получше, — Мо Тянь прижал хрупкое тело Чжу Чжуцин к себе, не давая ей метаться, и мягко произнес.
Услышав это, Чжу Чжуцин перевела взгляд на трех пауков и увидела, как они, подобно Мо Тяню незадолго до этого, медленно приняли человеческий облик, превратившись в трех чрезвычайно милых маленьких девочек.
Слева направо их рост плавно увеличивался.
— Папочка~ — радостно закричали Мо Улин, Мо Ханьсяо и Мо Чилун, бросаясь к Мо Тяню.
Мо Тянь отпустил Чжу Чжуцин, подхватил всех трех дочерей разом и подбросил их вверх, отчего малышки залились звонким смехом.
Только после этого он представил их Чжу Чжуцин:
— Это моя с Сяо У дочь, Мо Улин.
— Это моя с Нин Жунжун дочь, Мо Ханьсяо.
— А это моя с Лю Эрлун дочь, Мо Чилун.
Чжу Чжуцин завороженно смотрела на трех фарфоровых девочек, преисполненная изумления.
Она и представить не могла, что дети Мо Тяня, точь-в-точь как он сам, обладают двойной формой — духовного зверя и человека.
Мо Тянь обратился к дочерям:
— Улин, Ханьсяо, Чилун, это ваша четвертая матушка, Чжу Чжуцин, поздоровайтесь с матушкой.
— Здравствуй, матушка~ — в один голос сладко пропели три дочурки.
Чжу Чжуцин почувствовала, как ее сердце тает. Она шагнула вперед с большим животом и обняла трех маленьких лолей:
— Ох-ох-ох, какие же вы умнички, ну до чего прелестные!
Лишь в этот миг тревога в ее душе отступила.
Она посмотрела на Мо Тяня и спросила:
— Ребенок в моем животе... когда родится, он тоже будет выглядеть как человеческий младенец?
Мо Тянь слегка кивнул:
— Верно. Как я уже говорил тебе раньше, я отмечен благословением богов, и мое потомство разделяет эту участь. Мало того, что они растут с невероятной скоростью, так еще и владеют обеими формами — духовного зверя и человека.
Чжу Чжуцин погладила себя по животу:
— Значит, мой живот вырос таким огромным всего за месяц потому, что твое потомство растет очень быстро?
— Именно так! — кивнул Мо Тянь.
— Вот и слава богу, лишь бы не паука родить, — Чжу Чжуцин наконец перевела дыхание, и страх в ее сердце во многом рассеялся.
Если на свет появится нормальный ребенок, то наличие двух форм вполне можно принять — в конце концов, многие Духовные мастера со звериными Боевыми Духами при активации Истинного Тела Боевого Духа точно так же принимают обличье духовного зверя.
Мо Тянь достал несколько Кровавых пилюль, скормил их дочерям, а затем вернул обратно в Карманное Пространство Выращивания Потомства продолжать закалку.
После этого он посмотрел на Чжу Чжуцин и произнес:
— Месяц не виделись, ты обдумала все? Хочешь ли стать моей женщиной всей душой? В обмен я могу изменить судьбу твоего клана Чжу.
— Это... — Чжу Чжуцин опустила голову и погладила живот, все еще колеблясь.
За весь этот месяц она толком не думала над этим вопросом — большую часть времени съедало внутреннее истощение из-за неуклонно растущего живота.

Комментарии

Загрузка...