Кто бы мог подумать, что Кроваво-Пламенная Лоза окажется такой пугливой.
Её всю заливал мягкий белый свет.
Стоило коснуться её, как перед глазами всё вспыхнуло, и по обе стороны развернулись два прозрачных экрана.
Левый походил на раскрытую книгу: Кроваво-Пламенная Лоза была отмечена светящейся меткой.
В иллюстрированном бестиарии она извергла язык пламени – грозная, исполненная гордой силы.
В нижнем углу, в рюкзаке, лежало семя – алое, точно капля застывшего огня.
Одно движение мысли – и оно уже в ладони.
Семя было насквозь полупрозрачным, рубиново-красным, будто окатанное морем стекло. На ощупь – гладкое, прохладное и очень твёрдое.
[Поздравляем! Вы получили семя Кроваво-Пламенной Лозы пятого уровня. Стихия: огонь. Высокая агрессивность. Посадите его – и обретёте надёжного защитника!]
Похоже, это и есть новая функция слияния – растительный бестиарий.
Убрав семя обратно в рюкзак, Гу Нянь перевела взгляд на правое окно.
Чего там только не было: снедь, предметы обихода, кухонная утварь, даже мебель – глаза разбегались. Всё это богатство можно было выкупить за очки вклада.
Новичку полагалось три тысячи, да за активацию лозы начислили ещё пять – итого восемь тысяч очков.
Кроваво-Пламенная Лоза была существом высокого ранга, и ей просто неслыханно повезло.
Очки можно было добыть двумя путями.
Первый – заполнять растительный бестиарий: побеждать растения, принимать их добровольную покорность или собирать их.
Второй – принимать положенное число постояльцев либо повышать уровень отеля: за это система щедро награждала очками.
А есть ли тайные награды – ещё предстояло выяснить.
Палец скользнул вниз, и она замерла.
Карта восстановления отеля!
То, что сейчас нужнее всего!
Одна карта стоила тысячу очков и восстанавливала десять процентов здания.
Гу Нянь не раздумывая обменяла сразу четыре. Очки растаяли наполовину – осталось четыре тысячи.
[Восстановление отеля завершено. Открыты базовые функции: очистка воды и охранное наблюдение.]
Мир вокруг неё начал меняться.
Плесень сползала со стен, точно смытая незримой волной. Обрушенная стойка приёма медленно выпрямлялась. Ковёр на глазах избавлялся от гнилостного тлена.
Даже разбитые окна срастались под действием какой-то силы – все изъяны исчезали, ветхость отступала, и лишь одно оставалось...
Толстый, въевшийся слой пыли и грязи.
Разрухи больше не было. Зато уборка требовалась отчаянная.
[Скрытое задание: уборка вестибюля (0/1). Награда: торговый автомат ×1]
Гу Нянь: ...
Задание обрушилось на неё с ошеломляющей внезапностью.
*
База Зелёного города.
Отряд «Теневая Стая» высыпал из внедорожников. На лицах людей сияло торжество.
Командир Чэн Вэй с улыбкой повернулся к стоявшей напротив девушке:
— Гу Жоу, ты в этот раз отличилась. Забирай долю Гу Нянь!
Высокий хвост, светлая, точно фарфор, кожа, тонкие черты лица. В чёрной штурмовой куртке, с лёгкой улыбкой на губах, она выглядела спокойной и уверенной.
Чэн Вэй был доволен.
Вылазка удалась: задание выполнили с лихвой, добычи хватит отряду как минимум на неделю.
И всё благодаря Гу Жоу.
Её пространственное хранилище было в несколько раз больше, чем у других, и вмещало бездну припасов. Но не только в этом дело...
Может, ему просто казалось.
С тех пор как Гу Жоу вступила в отряд, находить провизию стало подозрительно легко. Стоило пойти маршрутом, который она предлагала, – и зомби на пути почти не попадались.
У выживших в апокалипсисе всегда есть тайны, о которых не говорят. Чэн Вэй подавил вспыхнувшее было подозрение.
С такими людьми лучше дружить – хуже не будет.
— Благодарю, командир. Но мне пока не нужно. В этот раз больше всех зомби уничтожил брат Цинь – может, отдадите лишнее ему?
Гу Жоу деликатно отказалась от щедрости Чэн Вэя, бросив короткий взгляд на мужчину, что стоял, прислонившись к стене.
Тот удивлённо вскинул бровь и ответил холодно, почти отчуждённо:
— Не стоит. Я не член отряда и беру только то, что заработал. — Он подхватил свою долю, небрежно махнул рукой:
— Бывайте.
Гу Жоу лишь на миг застыла с приклеенной улыбкой.
Этот мужчина отверг её жест!
А ведь она только что разделалась с Гу Нянь, выплеснула душившую её злость и всю дорогу не могла надышаться лёгкостью.
Стоило ей выдумать, будто Гу Нянь самовольно покинула отряд, – и все поверили.
У кого нет способностей, тем никто и не интересуется. Смерть в конце времён – дело настолько обыденное, что чья-то гибель уже никого не трогает.
Что же до Цинь Мо... В прошлой жизни, когда она погибла, ходили слухи, что его громовая способность достигла восьмого уровня. Он был настоящей легендой базы.
Она хотела, поймав его в трудный час, оказать услугу и заручиться поддержкой сильного. А он взял и отказался.
Похоже, ухватиться за такое золотое бедро будет непросто. Надо придумать другой способ подобраться к нему.
Гу Жоу глубоко задумалась.
А остальные бойцы и без того давно косились на Цинь Мо с неприязнью.
— Ишь чего выдумал, сопляк! Прибил пару лишних тварей – так это мы ему подыгрывали! А туда же, нос воротит от добра, что Жоу-Жоу хотела ему сделать!
— Вот-вот! Зазнался! Только и знает, что своей смазливой рожей людей дурить!
Сказавший это хохотнул с каким-то тёмным намёком, остальные подхватили грубый смех.
Чэн Вэй лишь небрежно отмахнулся:
— Ладно. Раз Цинь Мо отказывается – поделим между всеми.
Народ обрадовался: дармовое добро само в руки идёт.
Мужчина, стоявший в углу, понурил голову. Он казался чужим в этом кругу. Несколько раз он порывался заговорить, но Чэн Вэй его обрывал.
Фан Ювэй думал о своей больной дочери, и сердце его пылало в огне. Каждая секунда была пыткой.
Сжав кулаки, он в ярости повернулся к Чэн Вэю:
— Командир! Мы договаривались идти на юг города. Почему вы в последний момент всё изменили?
Гомон мгновенно стих.
Все обернулись к нему. Чэн Вэй лениво скользнул по нему взглядом и растянул губы в подобии ухмылки:
— Ну что ты, старина Фан. Вышли на задание – планы вечно меняются. Обычное дело! Чего шум поднимать?
Фан Ювэй побагровел и уставился на него не веря:
— Вы... вы взяли мои очки! Обещали отвести меня за Пионовой Травой Пламени! Как можно отказываться от своего слова?!
Чэн Вэй смачно хлопнул перчатками по ладони.
— Ну, знаешь, старина Фан, ты неправ. Я бы рад тебя сводить, да только ты же слышал Гу Жоу: та дорога кишит зомби, и нет там никакой травы! Повести тебя туда – значит отправить отряд на верную смерть!
— Мы с тобой не первый год знакомы! Я из лучших побуждений взял тебя с собой и в целости привёз обратно. А ты, выходит, ещё и претензии мне предъявляешь?
Бесполезный человек без единой способности!
Не будь он настолько услужлив с оплатой, Чэн Вэй бы и разговаривать не стал.
Фан Ювэй не успел и рта раскрыть, как подали голос остальные:
— Эй, старина Фан, командир тебя на задачу взял и с добычей вернул – а ты неблагодарный какой!
— Скажем прямо: у тебя и способностей-то нет. Вышел бы – сдох. Да и где её искать, эту траву? Думаешь, так просто?
— Вот именно! Это же драгоценное снадобье! Без связей ни за какие очки не достанешь! А самому искать – не смеши!
Слушая их насмешки, Фан Ювэй до скрипа стиснул зубы.
— Я же сразу говорил: только доведите меня, а траву я сам найду! — При мысли о дочери ему защипало глаза, голос стал сухим и надтреснутым. — Юэ-Юэ по ошибке съела ледяного краба, ей срочно нужно лекарство. Я...
— Ладно. Раз все свободны, расходимся. Отдыхайте неделю.
Чэн Вэй резко перебил его, окинул холодным взглядом и замолчал.
Гу Жоу, напротив, подошла ближе – утешать:
— Брат Фан, в тех местах, куда вы рвались, никакой травы нет. Побудьте лучше с Юэ-Юэ, пока есть время. Её случай, увы, совсем...
— Моя дочь поправится, и твоё участие тут ни при чём!
Фан Ювэй в бешенстве оборвал её. Эти слова звучали как проклятие его девочке! Если бы не Гу Жоу, из-за которой Чэн Вэй свернул с маршрута, он, быть может, уже нашёл бы траву.
Взгляд Гу Жоу вмиг похолодел, но на лице застыла натянутая улыбка.
— Хорошо, брат Фан. Я понимаю, вам сейчас тяжело. Как-нибудь загляну к Юэ-Юэ.
— Старина Фан, стыдно срывать зло на девушке! Есть силы – иди и ищи сам! — фыркнул Чэн Вэй. Фан Ювэй смотрел на старого друга и видел во взгляде его лишь презрение, словно перед ним ничтожное насекомое.
В груди у него похолодело. Поняв, что слова бесполезны, он повернулся и тяжёлой поступью направился домой.
На кровати лежала девочка. Глаза сомкнуты, лицо белое как мел, губы отливали синевой, а тело придавлено грудой одеял.
Он коснулся лба дочери – кожа была ледяной.
Юэ-Юэ всё реже приходила в сознание. Он почти физически ощущал, как из неё по капле уходит жизнь.
Больше ждать нельзя!
Завтра... завтра...
Фан Ювэй глядел на дочь, и решимость в его глазах крепла с каждым вздохом.

Комментарии

Загрузка...