— Что, простите?
Я не мог не переспросить, снова опешив.
Я повернул голову и посмотрел на тело О Джусока, всё ещё валявшееся в углу склада.
Дыра в глазнице, оставшаяся после того, как нож вошёл и вышел, выглядела ужасающе.
Называть «излеченным» того, кто уже остыл, было по меньшей мере странно, да и до того, как Чо лишил его жизни, поведение О Джусока совсем не походило на поведение исцелившегося человека.
Да и когда мы встретились с О Джусоком на дороге, он, конечно, тоже не выглядел здоровым.
Но по крайней мере он не пытался никого загрызть.
Перед глазами снова всплыла картина того, как он корчился и издавал дикие вопли.
— Но ведь он так мучился.
Тимлидер Пэк кивнул, словно соглашаясь с моими словами, и ответил:
— Именно поэтому он и излечился. К нему вернулась болевая чувствительность.
От этих слов я вздрогнул.
Тело О Джусока было сплошь покрыто ранами.
Конечно, если боль, которую ты не чувствовал годами, внезапно обрушивается на тебя всей мощью, это мучительно, но неужели настолько, чтобы обезуметь и начать так неистово метаться?
Я с сомнением посмотрел на труп О Джусока.
И в этот момент понял, почему после «излечения» он был обречён чувствовать боль.
Рука О Джусока, которая посинела ещё до того, как он окончательно умер.
Словно подтверждая мои догадки, тимлидер Пэк продолжил:
— Если возвращается чувствительность к боли от гниющей плоти, то человек неизбежно будет метаться даже без вируса, захватившего контроль над мозгом.
Я больше не мог притворяться, что меня это не касается.
Я резко опустил взгляд на свои руки.
Даже при тусклом освещении я отчётливо видел, что мои пальцы посинели.
Что будет, если я сейчас вколю себе вакцину?
Меня затрясло от ужасного предчувствия.
Глядя на тимлидера Пэка, я спросил севшим голосом:
— Это хорошая новость или плохая?
— Думаю, то, что мы нашли способ лечения, — это хорошая новость.
Ответил он сухим тоном.
Тимлидер Пэк перевёл взгляд с моего побелевшего лица на лицо моряка и продолжил:
— Проблема в том, что, как вы сами видели, для инфицированных она бесполезна, использовать её как вакцину слишком опасно, а главное — государство ни за что не признает её эффективность.
— Что вы имеете в виду? Раз мы нашли вакцину, разве этого недостаточно? Если мы расскажем об этом…
Моряк, смотревший на тимлидера Пэка с ошарашенным видом, начал допытываться.
Он выглядел растерянным, словно был сбит с толку обрушившимся на него потоком информации.
— Если станет известно, что эта вакцина работает, кто-нибудь обязательно свяжет нынешнюю ситуацию с прошлой пандемией.
Моряк всё ещё выглядел так, будто ничего не понимает, но я в итоге был вынужден кивнуть.
Ведь я сам был шокирован тем, что государство проводило военные исследования с использованием вируса, который вызвал те ужасные времена.
— Но подполковник Хван Юджун, кажется, получил приказ привезти меня, О Джусока и вакцину. Если они не собираются признавать её лекарством, то зачем, по-вашему, им это нужно?
Тимлидер Пэк равнодушно пожал плечами.
— Не знаю, да меня и не волнует. Главное — если я доставлю вас, То Джихёк, вместе с вакциной правительству, я смогу получить то, что хочу.
От его зловещих предположений мне стало не по себе.
Что со мной будет, если я вот так последую за Хван Юджуном к правительству?
Чем больше я узнавал, тем сильнее становилась тревога.
В этот момент моряк, опасливо поглядывая на тимлидера Пэка, снова задал мне вопрос:
— Простите, вы не встречали того товарища, о котором я спрашивал? Или…
Он посмотрел на коллегу, умершего от побочных эффектов вакцины, и осёкся.
Похоже, отсутствие ответа вселило в него тревогу.
На лице моряка отразилось глубокое сожаление.
Тут тимлидер Пэк внезапно ответил за меня:
— Я его убил.
— ……!
Моряк резко повернул голову, глядя на него, и я тоже широко раскрытыми глазами уставился на тимлидера Пэка.
Тот произнёс невозмутимо:
— Если бы я знал, что вакцина существует, я бы действовал осторожнее, но скажи спасибо за это. Он ушёл куда легче, чем этот господин.
Он кивнул на О Джусока.
Моряк, вскочивший от ярости при таком хладнокровии, тут же пошатнулся и прислонился к стеллажу.
Тимлидер Пэк перевёл взгляд на меня и продолжил:
— О Джусок и вы, То Джихёк, получившие дозу несколько лет назад, сохранили нормальную работу мозга, но тела ваши находились в том же состоянии, что и у них.
Указав на инфицированных, которые когда-то были часовыми на складе боеприпасов, тимлидер Пэк перевёл взгляд на Чан Соджина.
— А этот мальчик, который, похоже, получил вакцину уже после превращения, просто утратил агрессивность.
Тимлидер Пэк подошёл к Чан Соджину и поднял руку ребёнка.
Белая рука безвольно повисла, её кожа имела всё тот же безжизненный серовато-белый оттенок.
Он щёлкнул пальцами у правого уха ребёнка.
Взгляд мальчика оставался пустым, но он резко повернул голову и посмотрел на пальцы тимлидера Пэка.
— Если при такой реакции к нему вернулась чувствительность к боли, он не смог бы стоять так спокойно. Даже при самом оптимистичном взгляде, первая доза лишь едва спасает уже разрушенный мозг. А если после того, как инфекция уже развилась, восстанавливается и тело…
Тимлидер Пэк снова посмотрел на О Джусока.
Воцарилось жуткое молчание.
— Так что даже если тому погибшему рядовому вакцина действительно помогла, у него оставался выбор: либо гнить заживо в здравом уме, как вы, То Джихёк, либо спустя пару дней ввести её повторно и умереть от болевого шока.
Он снова перешёл на снисходительный тон, словно разговаривал с моряком, но его серые глаза в упор смотрели на меня.
Чтобы подчеркнуть, что я уже мёртв.
Он понял, что я чувствую тревогу.
Он предупреждал меня, делая вид, что говорит о погибшем моряке: мол, какая разница, что сделает правительство с жизнью, у которой всё равно нет будущего?
Оставшийся в одиночестве моряк молчал, его лицо было бледным, словно он переваривал слова тимлидера Пэка.
В его потемневших глазах мерцала ярость по отношению к собеседнику.
Я с чувством опустошённости посмотрел на Чан Соджина.
Среди бесконечно меняющейся информации лучи надежды то появлялись, то исчезали.
Вакцина, которая может спасти нас от этого ужасного вируса, но в то же время может и убить.
Эта призрачная соломинка ускользнула из моих рук, прежде чем я успел осознать это.
Я видел надежду в том, что Чан Соджин не нападает на людей, но, судя по словам тимлидера Пэка, даже это было лишь тщетным ожиданием.
Чо подошёл и посветил фонариком в глаза ребёнку.
Некоторое время он повторял это действие, включая и выключая свет, а затем повернулся ко мне.
— Может, лучше его прикончить?
Наверное, именно с такими убеждениями он и убивал инфицированных.
Я думал, что он, как и тимлидер Пэк, воспримет ситуацию спокойно, но выражение лица Чо казалось сложным.
— Скорость реакции растёт, может, к нему вернётся рассудок. Лучше решить это до того, как это случится.
Встретившись с ним взглядом, я почувствовал, как внутри всё переворачивается.
Гнить заживо в здравом уме или вколоть вакцину и терпеть боль от разложения плоти.
Столкнувшись с таким ограниченным выбором, он спрашивал, готов ли я обречь Чан Соджина на ту же участь, что и меня.
Но есть ли у меня право решать это?
По крайней мере, семья ребёнка, или кто-то, кто мог бы выразить их мнение…
В голове промелькнуло лицо Мин Джаён.
Но и она для Чан Соджина — лишь чужой человек.
Пока я мучился этими мыслями, мой взгляд упал на лицо тимлидера Пэка, холодно смотревшего на Чан Соджина.
В этом выражении не было ни капли сомнения, лишь уверенность в том, что ребёнок должен умереть.
И только тогда я пришёл в себя, словно окатили ледяной водой.
Даже если бы Чан Хёксу был здесь, у него не было бы права решать судьбу Чан Соджина.
Убить Чан Соджина сейчас — значит совершить убийство.
Это всё равно что выбрать самый простой путь, чтобы избежать ответственности.
Тимлидер Пэк тоже предположил, что боль, которую испытывал О Джусок, была вызвана возвращением чувствительности из-за восстановления нервной системы.
Это означало, что если просто перетерпеть эту боль, можно полностью поправиться.
Значит, нужно просто найти способ облегчить боль.
Даже если это решение, до которого трудно додуматься непрофессионалам в этом убогом складе, Мин Джаён могла бы знать ответ.
К тому же, в отличие от О Джусока, после заражения Чан Соджина прошло совсем немного времени.
Очевидно, и степень боли будет другой.
Утешая себя этими мыслями, я рефлекторно начал отсчитывать дни с того момента, как меня укусил инфицированный.
В этот момент из рации снова донёсся треск помех.
Обрадовавшись возможности отвлечься, я поднял рацию.
— То Джихёк, вы слышите?
— Да, слушаю.
— Есть ли среди тех, кто сейчас с вами, кто-то, кто знает расположение ангара для вертолётов?
Я поднял рацию и посмотрел на моряка, ожидая ответа.
Моряк с мрачным лицом молча кивнул.
— Да, есть.
— Сколько времени потребуется, чтобы добраться от вашего текущего местоположения до ангара?
Моряк выпрямил правую руку и поднял два пальца на левой.
— Говорит, около 7 минут.
— Понял. Выдвигайтесь немедленно.
На этом связь оборвалась.
Чо с ошарашенным видом посмотрел на тимлидера Пэка и спросил:
— Этот ублюдок только что приказал нам тащить заложников в место, где неизвестно кто может находиться?
Однако тимлидер Пэк вместо ответа Чо принялся суетливо перекладывать флаконы с вакциной из ящика в сумку.
Когда Чо в недоумении застыл на месте, тимлидер Пэк наконец вздохнул и произнёс:
— Ты что, не понимаешь, на чём те военные собирались отсюда убраться?
Чо, словно наконец всё осознав, закрыл рот и принялся помогать тимлидеру Пэку собирать вакцину.
Я наблюдал за тем, как они суетятся, а затем взвалил Чан Соджина на спину.
Затем я помог подняться моряку, который всё ещё страдал от высокой температуры, и на нас тут же устремились недовольные взгляды обоих мужчин.
— Если вы, То Джихёк, будете отставать, я пристрелю этот балласт. Не считаете ли вы, что проще оставить их обоих здесь?
Я почувствовал, как напряглась рука моряка, лежащая у меня на плече, — он был в крайнем напряжении.

Комментарии

Загрузка...