Вступление
На следующий день, вторник, 2 марта.
Утренний урок.
Чабашира вошла в класс вскоре после звонка.
Это была вполне обычная сцена, которая разворачивалась каждое утро.
Класс был окутан атмосферой расслабленности.
Вчера было объявлено, что мы все сдали заключительный экзамен без
каких-либо проблем. До начала специального экзамена для первогодок, который
должен был начаться 8-ого марта, оставалось еще несколько дней, поэтому,
неудивительно, что в классе не было и намека на нервозность.
Однако выражение лица Чабаширы, стоящей возле классной доски, было более
мрачным, чем обычно.
Она излучала напряженную ауру, которая распространялась на учеников.
— Гм, что-то случилось? — решил спросить Хирата, всегда отдававший
приоритет стабильности класса.
Чабашира не ответила сразу, решив просто промолчать.
Судя по тому, какое впечатление она производила, ей не хотелось ничего
говорить.
До сих пор, независимо от того, какими бы серьезными не были дела, она
безжалостно вбивала в нас свои объяснения. Таким образом, классу не
потребовалось много времени, чтобы понять, что эта ситуация была ненормальной.
— ...Есть кое-что, что я должна всем вам рассказать.
Ее слова звучали более мрачно, чем обычно.
Выражение ее лица было суровым, как и всегда, но вот ее голос заставлял
думать, что она борется.
— Как я уже говорила вам вчера, специальный экзамен для первогодок начнется
8-ого марта. После этого экзамена, вы перейдете на второй год обучения,
согласно общему правилу нашей школы.
Чабашира повернулась, взяла кусок мела и подошла к доске.
— Однако в этом году ситуация немного отличается от предыдущих.
— Отличается... Как? — спросил Хирата, почувствовав опасность.
— Ни один ученик из вашего класса не был исключен в этом году. Даже после
заключительного экзамена. Такого в истории нашей школы еще не было.
— Получается, мы довольно круты, раз вы так говорите.
Я подумал о том, что нам не следует забегать вперед, но тут вмешался Ике.
Если бы это была обычная Чабашира, она, наверное, сказала бы ему не слишком
увлекаться.
— Это так, и школа тоже так думает. Вообще, это можно было бы даже
отпраздновать. Даже мы, как преподаватели, надеемся увидеть как можно больше
выпускников. Однако нужно сказать, что не все идет так, как мы ожидаем.
То, как она говорила, было странным. Хирата и Хорикита, казалось, тоже
почувствовали что-то неуместное в ее словах.
— Вы говорите так, будто обеспокоены тем фактом, что никто еще не был
исключен.
— Все совсем не так. Но иногда случаются вещи, которые выходят за рамки
моих ожиданий.
Несмотря на то, что слова, которые она произнесла, должны были ее радовать,
настроение Чабаширы было тяжелым.
Чтобы развеять эту атмосферу, Хорикита решила спросить.
— Вы намекаете на то, что с нами что-то не так?
Содержание того, что должна была рассказать нам Чабашира, не изменится,
какие бы вопросы не задавала Хорикита. Она не была тем человеком, который
принимает решения. Она была просто сотрудницей, которой было поручено передать
нам информацию.
— На основании того, что среди первогодок не было никаких отчислений,
школа... — Чабашира на мгновение замолчала. — ...решила, что вы пройдете
дополнительный импровизированный специальный экзамен, который начнется с
сегодняшнего дня.
На классной доске она написала сегодняшнюю дату, вторник 2-ое марта, вместе
со словами «Дополнительный Специальный Экзамен».
— Э-ээ?! Какого черта?! Еще один специальный экзамен?! Это же
несправедливо! Школа ведет себя так по-детски только потому, что никто из нас
не был исключен?!
Чабашира ничего не ответила на жалобы Ике. Ученики не имели права
отказаться от участия в экзамене.
Нет, возможно, именно она была той, кто не имел этого права. Сегодня она
выглядела менее собранной, чем обычно. Не похоже, чтобы она пыталась нас
запугать. Весьма вероятно, что такое решение было принято школой в спешке.
— Это немного отличается от того, что мы делали до сих пор... — тихо
пробормотала Хорикита, поняв, что нет смысла бороться с этим.
— Только те ученики, которые успешно сдадут этот дополнительный экзамен,
будут допущены до специального экзамена 8-ого марта, — дав небольшое
объяснение, Чабашира на мгновение замолчала.
— Я не соглашался на это! Не могу поверить, что мы должны быть теми, кто
сдает еще один экзамен.
— Ваше недовольство полностью оправдано. В конце концов, школа ввела этот
дополнительный экзамен без какого-либо предварительного уведомления. И пусть
это всего лишь на один экзамен больше, чем в предыдущие годы, это неизбежно
станет бременем для учеников. Это правда, которую я, как и другие учителя,
воспринимают всерьез.
Правда, к которой другие учителя относятся серьезно? Другими словами, хоть
учителя и относятся к этому серьезно, сама школа – нет. К этому выводу можно прийти, если посмотреть на то,
как она сформулировала это предложение.
Сдача дополнительного экзамена, безусловно, будет нелегкой для учеников в
данный момент.
Например, если это будет письменный экзамен, который проверяет
академические способности, ученики должны будут снова взяться плотно за учебу.
Даже в случае, если это будет экзамен, требующий физических способностей, им
нужно будет выработать потенциальные контрмеры.
На учеников будет оказываться давление, независимо от того, какой экзамен
это будет.
Тем не менее, если даже несколько учеников выразят свое недовольство,
специальный экзамен не исчезнет.
Чабашира продолжила свои объяснения.
— Содержание специального экзамена чрезвычайно простое. Вероятность
исключения довольна низкая и составляет примерно 3 процента на класс.
Вероятность исключения составляет менее трех процентов.
Из того, что я смог понять, это,
кажется, довольно мало.
Но, возможно, этот дополнительный экзамен отличается от экзаменов, которые
у нас были до сих пор.
У нее не было никаких причин поднимать вопрос об исключениях.
Она никогда не поднимала эту часть информации на экзаменах, которые мы
сдавали раньше.
Ученики, заметившие это, питали еще больше подозрений.
Когда я на мгновение перевел взгляд на девушку, сидевшую рядом со мной,
наши глаза случайно встретились, поскольку она уже смотрела на меня.
— В чем дело, Аянокоджи-кун?
— Нет. Ничего.
— Если ты продолжишь смотреть на меня, не говоря ни слова, мне будет
немного не по себе, понимаешь?
— ...Д-да.
Я отвернулся, решив посмотреть в окно.
В таком маленьком классе, я могу слышать все, что будет сказано, независимо
от того, куда я посмотрю.
— Интересно, что это будет за экзамен? Что он будет у нас проверять?
— Вы, кажется, беспокоитесь по этому поводу, но вам не о чем переживать.
Этот дополнительный экзамен не будет иметь ничего общего с академическими или
же физическими способностями. Когда придет время, вы просто должны будете
сделать что-то настолько простое, что любой бы смог это сделать. Например,
написать свое собственное имя на бумаге. В конечном счете, шанс вашего
исключения составляет всего три процента. Вы же согласны, что это достаточно
мало?
На протяжении всего этого, она старалась избегать настоящей проблемы – содержания экзамена.
— ... Если это не связано со сложностью экзамена, то три процента – это довольно много.
— Естественно все так, как ты и говоришь, Хирата. Я могу понять, как вы
себя чувствуете. Однако сможете ли вы снизить этот процент, будет зависеть от
того, как вы подготовитесь к этому экзамену. Как вы, наверно, уже догадались,
результаты экзамена будут меняться в зависимости от ваших действий.
— Откуда вообще взялся этот процент? Судя по тому, что вы нам уже
рассказали, кажется, что мы просто тянем жребий. Неужели это действительно так?
Вероятность того, что кто-то из нашего класса будет исключен, не была
маленькой.
Хоть Чабашира и приуменьшила эту вероятность, однако нагрузка на учеников
оказалась выше, чем ожидалось.
Хирата, который первым понял это, возмутился еще больше.
— Пожалуйста, скажите нам, что именно будет на этом экзамене?
— Название этого экзамена «Классный опрос».
— Классный... опрос?..
Чабашира написала название экзамена на доске.
— Сейчас я объясню правила этого специального экзамена. В течение следующих
четырех дней, вас будут оценивать ваши же одноклассники. Затем, в субботу вы
выберете имена трех учеников, которых вы считаете достойными похвалы, а также
трех учеников, которые достойны критики и отдадите за них свои голоса. Это все.
Означает ли это, что мы все будем оценивать друг друга? Думая об этом
объективно, ученики, такие как Хирата и Кушида, накопили бы много похвалы,
заняв топовые места списка. Напротив, ученики, которые считаются нарушителями
спокойствия или же тянут класс вниз, накопят много голосов критики и попадут в
конец списка.
Также стало понятно, что школа торопится провести этот экзамен, так как они
решили использовать субботу, чтобы провести его часть.
Однако, основываясь на том, что Чабашира сказала, ученики на верхних и
нижних местах...
— Э-это все? Это и есть весь экзамен?
— Да, это все. Разве я не говорила, что все просто?
— В таком случае, как школа определит результат экзамена?
— Сейчас я все объясню.
Крепче сжав мел, Чабашира снова принялась писать на доске.
— Суть этого дополнительного экзамена в накоплении голосов похвалы и
критики до окончания экзамена. Лучший ученик... то есть тот ученик, который
наберет наибольшее количество голосов похвалы, получит вознаграждение. И нет,
это не приватные баллы. Вместо этого, вы получите очки новой системы, которая
называется «Очки защиты».
Это была система, о которой мы ничего не слышали до сих пор.
И, конечно же, это привлекло всеобщее внимание.
— Очки защиты предоставляют вам право отменить исключение. Даже если вы
провалили экзамен, пока у кого-то есть очки защиты, он может отменить ваше
исключение, потратив определенное количество очков. Однако их нельзя передавать
между учениками.
Не будет преувеличением сказать, что в тот момент, когда она сказала это,
волна удивления распространилась по всему классу.
— Вы все должны понимать, насколько эти очки удивительны. Они фактически
эквивалентны двадцати миллионам приватных баллов. Конечно, в глазах лучшего
ученика, у которого нет причин бояться исключения, эти очки не имеют особой
ценности.
Скорее всего, это не совсем так. Не было такого ученика, который не
приветствовал бы право аннулировать исключение.
Вознаграждение было слишком экстравагантным. Нет, это было за гранью
экстравагантности.
Эти очки защиты могут стать чрезвычайно опасным оружием в зависимости от
того, как их использовались.
И именно из-за такой награды, наказание ученику с самым низким рейтингом
будет еще большим.
— Значит ли это, что что-то плохое случится с тремя учениками с самым
низким рейтингом?.. — спросил Хирата с беспокойством.
— Нет. В этот раз, штраф получает только ученик, который получает
наибольшее количество очков критики. Остальные не будут наказаны, независимо от
того, сколько голосов критики они получили. В конце концов, цель этого
дополнительного экзамена – это
выбрать самого лучшего и самого худшего ученика.
— Каково тогда будет наказание для худшего ученика класса?
— Этот экзамен отличается от тех, которые вы сдавали до этого. Этот
дополнительный специальный экзамен проводится для устранения проблемы —
отсутствия исключений учеников.
Именно. Деталь, о которой ученики действительно должны беспокоиться – это причина, по которой этот дополнительный экзамен вообще
решили провести, и если это из-за того, что до этого момента еще никого не
исключили...
— Как я уже говорила, этот экзамен очень простой. Даже если вам не хватает
академических способностей или же физической силы, вы не будете в невыгодном
положении. Почему же тогда школа подготовила очки защиты в качестве награды за
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...