Дождь припустил с новой силой, с шумом разбиваясь о лужи на асфальте и поднимая фонтанчики мутной воды. Цзян Чэ дотащил обшарпанный чемодан до парковки шеринговых велосипедов. Сине-жёлтые байки насквозь промокли, на сиденьях скопилась вода — зрелище не из приятных.
Достав телефон с залитым экраном, он пару раз ткнул в неподатливый сенсор.
— Ещё и ты издеваешься? — хмыкнул Цзян Чэ. Кое-как протерев стекло рукавом, он открыл сканер, навёл камеру на велосипед почище и дождался короткого писка.
На дисплее завертелось кольцо загрузки, а затем выскочило уведомление: «Недостаточно средств. Пополните баланс».
Палец так и замер над экраном. Только сейчас он вспомнил: чтобы наскрести те самые триста наличными, он подчистую вывел остатки из электронного кошелька. Теперь на привязанной карте было пустее, чем в его карманах — не то что на залог, даже на полтора юаня за поездку не хватит.
— Вот уж правда: когда не везёт, то и от глотка воды поперхнёшься, — вздохнул он. Воодушевление, с которым Цзян Чэ шагнул под ливень, мигом улетучилось. Неужели придётся тащиться с чемоданом пешком добрый десяток километров до дешёвой ночлежки?
И тут в его голове раздался механический, лишённый всяких эмоций голос.
Дзинь!
[Обнаружено, что носитель окончательно разорвал токсичные связи. Достигнута духовная совместимость]
[Система компенсации за идеальную жизнь активируется...]
[Активация завершена!]
Цзян Чэ опешил и заозирался. Вокруг ни души, только охранник клевал носом в будке на въезде. Галлюцинации? Довела-таки эта стерва Линь Ваньэр до шизофрении?
Но голос прозвучал снова — на этот раз так чётко, будто его выжгли прямо на коре головного мозга.
[Учитывая, что за последние три года носитель подвергался нечеловеческим моральным страданиям и растаптыванию достоинства, Система выдаёт подарочный набор новичка]
[Награда 1: 100 000 000 000 юаней наличными. (Происхождение средств легализовано через тысячу зарубежных подставных компаний. Использование абсолютно безопасно)]
[Награда 2: Божественный кэшбек (Начальный уровень). Текущий множитель: от 1 до 10]
[Награда 3: Высшая чёрная карта. (Уже перенесена в нагрудный карман носителя)]
Сто миллиардов?
В ушах зазвенело. Неужели инфляция добралась даже до слуховых галлюцинаций? О таких суммах даже мечтать страшно — разве что в «Монополии».
Вдруг телефон в руке зашёлся бешеной вибрацией, едва не выскользнув из пальцев. Цзян Чэ опустил взгляд: на экран вылезло всплывающее банковское СМС. Дождевые капли стекали по стеклу, размывая текст, но начало читалось предельно ясно.
«На ваш счет, оканчивающийся на 8888, в 15:30 зачислено 100 000 000 000,00 юаней. Текущий баланс...»
Эта вереница нулей казалась бесконечной — она едва помещалась на дисплее. Руки затряслись, и на этот раз не от холода или злости, а от первобытного шока.
Крепко прижав большой палец к стеклу и стирая влагу, Цзян Чэ вытаращил глаза и принялся считать вслух:
— Единицы... десятки... сотни... тысячи... десятки тысяч... сотни тысяч... миллионы... десятки миллионов... сотни миллионов... миллиарды...
К концу он уже почти не дышал. Сердце колотилось о рёбра так, словно собиралось пробить грудную клетку.
Действительно сто миллиардов!
Ровно одиннадцать нулей!
И пусть он закончил финансовый факультет с отличием, пусть видел астрономические цифры в бесконечных отчётах — когда эти нули вдруг стали балансом его собственного счёта, от шока помутилось в голове.
Цзян Чэ машинально сунул руку во внутренний карман ветровки.
Пальцы нащупали твёрдый холодный пластик. Он вытащил карту. Абсолютно чёрная, тяжёлая, с вязью из тёмного золота. Никаких банковских логотипов, лишь древний, таинственный символ тиснением.
Высшая чёрная карта. Легендарный символ власти без кредитного лимита. Говорят, по одному звонку её владельца разворачивали самолёты и останавливали поезда.
— Работает... Это всё реально...
Цзян Чэ стоял под проливным дождём, намертво вцепившись в телефон и пластик, и не мог пошевелиться, словно громом поражённый.
А через пару секунд из груди, словно из проснувшегося вулкана, ударил фонтан дикого, первобытного восторга.
К чёрту Линь Ваньэр!
К чёрту клеймо альфонса!
К чёрту этот уход с пустыми карманами!
У него сто миллиардов! На такие деньги можно не просто купить элитное жильё в Юньдин Тяньгун, а скупить всех застройщиков Цзянчэна и заставить их плясать на площади!
Щёлк.
Замок шерингового велосипеда вдруг отщёлкнулся. Видимо, в оцепенении Цзян Чэ случайно ткнул в «поездку без залога». Ржавая цепь жалобно скрипнула, будто приглашая в путь.
Он посмотрел на мокрое, забрызганное грязью сиденье. Потом перевёл взгляд на чёрную карту в своей руке. Абсурдность ситуации была настолько комичной, что он не выдержал.
Раньше он бы удавился за эти полтора юаня: стёр бы грязь салфеткой, сел и поехал. Но сейчас?
— Да пошёл ты!
Цзян Чэ с размаху пнул велосипед по подножке. Байк жалобно звякнул и накренился.
Он выпрямился. Дешёвая ветровка промокла насквозь, но вся его аура изменилась до неузнаваемости. Та жалкая, забитая осторожность исчезла без следа. Если уж небеса подкинули ему шанс начать всё заново, да ещё и с таким читом в кармане, то возвращаться к старой убогой жизни — всё равно что добровольно пойти и утопиться.
Теперь он будет жить. Ярко, дерзко, наотмашь. Так, чтобы у всех, кто смотрел на него сверху вниз, глаза на лоб полезли!
Бережно убрав чёрную карту во внутренний карман, Цзян Чэ шагнул к обочине и взмахом руки остановил такси.
Машина тормознула с резким визгом шин. Водитель приотпустил стекло, окинул взглядом насквозь промокшего парня с потрёпанным чемоданом, и в его глазах тут же мелькнули брезгливость и подозрение. Того и гляди, сбежит, не заплатив.
— Куда едем? Предупреждаю сразу: далеко не повезу, у меня пересменка.
Прежний Цзян Чэ рассыпался бы в извинениях и начал уговаривать. Нынешний молча распахнул заднюю дверь, закинул чемодан на сиденье и с размахом плюхнулся следом.
В салон ворвалось тепло печки, прогоняя пронизывающий холод. Цзян Чэ откинулся на спинку сиденья, достал из кармана свои последние триста юаней и хлопнул ими по приборной панели.
— Сдачи не надо.
Увидев красные купюры, таксист мигом забыл про пересменку. Лицо расплылось в широчайшей улыбке:
— Как скажете, босс! Куда изволите? Хоть на Марс домчу!
За окном мелькали мокрые улицы. Знакомый до тошноты жилой комплекс стремительно удалялся. На губах Цзян Чэ заиграла усмешка, а в глазах блеснул дикий, хищный огонёк.
Раз уж появились деньги, глупо складывать их в банк под проценты. За три года унижений накопилось слишком много злости. Пора спустить пар.
— В самое дорогое заведение Цзянчэна, — скомандовал он, поправляя мокрый воротник. Голос звучал негромко, но с железной уверенностью. — Шеф, гони в бар «Есэ».

Комментарии

Загрузка...