Старшая медсестра, поправляя капельницу, окинула пациентку скептическим взглядом и сухо бросила:
— Барышня, ну чего вы сокрушаетесь? Врач же четко сказал: показатели пришли в норму, состояние стабилизировалось. Жить будете.
Лю Цзыи лишь медленно покачала годовой. В груди её клокотал глухой, непередаваемый страх, который не могли унять никакие анализы. Она тяжело, со свистом выдохнула и перевела полный отчаяния взгляд на мужчину, стоявшего у изножья кровати. Её глаза мгновенно затянуло влажной пеленой, а голос дрогнул.
— Ты не понимаешь, папа... Цифры в отчетах — это не я. Я чувствую, как жизнь уходит по каплям, я знаю своё тело лучше любого профессора. Умоляю, сделай что-нибудь, я действительно не хочу умирать!
Перед ней стоял Лю Чансюн — живая легенда города Цзиньлин, председатель могущественной корпорации «Хуаньюй».
Его путь был классической сагой восьмидесятых: парень с окраины, поднявшийся с самых низов до вершин делового Олимпа.
В молодости он был одержим лишь экспансией и прибылью, не оставляя места для семьи.
Лишь когда седина тронула виски, а капитал перевалил за немыслимые отметки, он остепенился и взял жену.
Лю Цзыи была его единственным, выстраданным поздним ребенком.
Он боготворил её, но судьба нанесла удар под дых: редкий врожденный недуг годами точил организм дочери, а лучшие светила медицины лишь разводили руками, пряча глаза за оправами дорогих очков.
Лю Чансюн втайне подумывал о наследнике — отдавать империю в чужие руки не хотелось, — но годы брали своё. Тело уже не слушалось желаний, и второй ребёнок оставался несбыточной мечтой. Теперь же, когда в этой безнадёжной тьме забрезжил призрачный шанс на спасение дочери, он был готов вцепиться в него мертвой хваткой.
По лицу председателя пробежала тень. Он резко обернулся к секретарю, застывшему в ожидании распоряжений.
— Слушай приказ. Немедленно задействуй все крупные платформы и соцсети. Текст заголовка: «Тяжелые деньги в поисках человека». Тому, кто выведет нас на парня с этих записей видеонаблюдения — щедрая награда. Двести тысяч наличными!
Услышав сумму, Лю Цзыи нервно закусила губу и нахмурилась. В её сознании образ Линь Жаня стал единственной соломинкой, отделяющей её от бездны. Она чувствовала: промедление смерти подобно.
— Папа! Какие двести тысяч? — вскричала она, подаваясь вперед. — Поднимай ставку до миллиона! Только так мы заставим весь город шевелиться! Нам нужно найти его немедленно!
Лю Чансюн лишь коротко, без тени сомнения кивнул. Секретарь мгновенно скрылся за дверью, и маховик огромной корпоративной машины пришел в движение.
---
Этой ночью цифровое пространство Цзиньлина содрогнулось. Новость о том, что «Хуаньюй» ищет случайного прохожего, предлагая за его голову миллион юаней, взорвала «Доуинь». Город охватила золотая лихорадка: тысячи людей, бросив дела, вглядывались в зернистые стоп-кадры, мечтая об одном — стать тем счастливчиком, чья жизнь перевернется за одно нажатие кнопки вызова. Кто в наше время откажется от такого куша?
А Линь Жань в это время спал безмятежным сном праведника, даже не подозревая, что превратился в самую дикую добычу мегаполиса. Утром он привычно умылся, наскоро привел себя в порядок и встретился с Дуань Тинтин. Планы были грандиозные: сегодня они шли смотреть квартиру. Столько лет скитаний по съемным углам — и вот, наконец, у него будет свой оплот, свое гнездо. От одной этой мысли в груди разливалось приятное тепло, а сердце учащенно билось.
Едва они спустились в холл отеля и направились к выходу, Линь Жань кожей почувствовал неладное. Воздух словно наэлектризовался, а взгляды окружающих липли к нему, как банный лист.
— Тинтин, посмотри на меня... У меня что, кусок зубной пасты на щеке засох?
Он лихорадочно выхватил телефон, используя экран как зеркало, но отражение было безупречным. Тогда почему люди смотрят на него так, будто у него на лбу расцвел редкий лотос?
— Брат, что происходит? — Дуань Тинтин тоже почувствовала нарастающее напряжение. — Почему они все на тебя так пялятся?
Линь Жань не был айдолом или кинозвездой. Обычный парень, не урод, но и не писаный красавец, на которого оборачиваются толпы. Однако сейчас взгляды незнакомцев светились не восхищением, а фанатичным, почти животным азартом.
В следующее мгновение плотина прорвалась. Люди в холле, словно по команде, сорвались с мест и ринулись в его сторону. Линь Жань, повинуясь инстинкту, мертвой хваткой вцепился в руку Дуань Тинтин и рванул к выходу.
— Они что, коллективно сдвинулись?! Зачем они за нами бегут?! Я же не грабил банк!
Обернувшись на бегу, он похолодел: толпа не думала отставать. Над головами преследователей взмыл чей-то истошный вопль:
— Миллион! Не дайте ему уйти! Мой миллион бежит!
Миллион? Какой, к черту, миллион? Линь Жань ничего не понимал, но в глазах настигающих его людей он видел лишь одно: он — это чек на предъявителя. Если бы награду пообещал какой-нибудь аноним, народ бы посомневался, но печать корпорации «Хуаньюй» была надежнее золотого слитка. В Цзиньлине много богачей, но еще больше тех, кто считает копейки до зарплаты.
Представьте себе: вчерашние студенты, изнывающие в очередях на собеседования, вдруг видят перед собой живое воплощение мечты. Пройти мимо? Невозможно. Один рывок — и твоя жизнь обеспечена до конца дней.
Спасаясь от погони, Линь Жань и Дуань Тинтин буквально ввалились в тяжелые двери аварийного выхода ближайшего торгового центра.
— Брат... фух... они всё кричали про какой-то миллион... — Дуань Тинтин согнулась пополам, упершись руками в колени и жадно глотая воздух. — Почему они... называют тебя деньгами?
— Если бы я знал, Тинтин, я бы тебе ответил. Я сам в полном ауте.
Линь Жань понимал: такие вещи не случаются на пустом месте. Тинтин, не теряя времени, выхватила смартфон и зашла в сеть. Первая же ссылка в трендах «Доуинь» ударила в глаза ярким заголовком. Видео, где Линь Жань помогает Лю Цзыи, набрало миллионы лайков. А ниже горела надпись: «Вознаграждение за контакт — 1 000 000 юаней!»
Теперь всё встало на свои места. Она посмотрела на брата, и на её лице отразилась сложная гамма эмоций, которая в итоге сменилась хитрой усмешкой.
— Брат... Слушай, лучше уж эти деньги достанутся своим, чем каким-то проходимцам с улицы. Давай я на тебе заработаю, а? Хе-хе.
Честно говоря, Линь Жань не испытывал никакого желания лезть в это дело. Больных в мире — океан, и он не подписывался быть мессией для каждого встречного. Знания, дарованные Нефритовым оком, были обширны, но отсутствие реальной практики заставляло его колебаться. Одна ошибка — и вместо благодарности он получит судебный иск или нечто похуже.
Но Дуань Тинтин уже было не остановить. Азарт легкой наживы пересилил все доводы разума. В конце концов, её задача — просто свести их, а лечить или нет — решать Линь Жаню. Она быстро набрала номер, указанный под постом, и связалась с представителями «Хуаньюй».
Не прошло и двадцати минут, как за ними прислали представительский автомобиль. В салоне их ждал тот самый охранник, который сопровождал Лю Цзыи в ТЦ. Увидев Линь Жаня, он облегченно выдохнул и, не теряя ни секунды, произвел транзакцию.
Смартфон в руках Дуань Тинтин мелодично звякнул. Глядя на единицу с шестью нулями, появившуюся на счету, девушка едва не лишилась чувств. Миллион! Реальный, осязаемый миллион! С этой секунды нищета стала лишь неприятным воспоминанием.
Впрочем, получив деньги, она тут же приняла боевую стойку, прикрывая Линь Жаня собой.
— И учтите! Если вы попытаетесь заставить моего брата делать то, чего он не хочет, я тут же вызову полицию! Поняли?
Охранник лишь вежливо поклонился, сохраняя профессиональную невозмутимость.
— Не беспокойтесь, барышня. Мы уважаем добрую волю господина Линя.
Машина тронулась, но поехала не к сверкающему офису корпорации, а прямиком к Первой народной больнице. Когда они вошли в палату, Лю Цзыи, заметив Линь Жаня, преобразилась. Несмотря на протесты медперсонала, она сбросила одеяло, шагнула навстречу и с глухим стуком упала перед ним на колени.
(Конец главы)

Комментарии

Загрузка...