Время перевалило за воторую половину дня, и за окнами на спортивной площадке постепенно нарастало оживление.
Взволнованное сердце Я Фан уже мысленно покинуло класс, выпорхнув в окно навстречу привычному стадиону.
Когда прозвенел звонок с урока,
Я Фан первой вылетела из аудитории, помчалась по лестнице и со всех ног бросилась к спортплощадке.
В мыслях она то и дело представляла себе смуглого высокого однокурсника, который стоял там и зазывал покупателей.
Но когда она добралась до места, суровая реальность окатила её ледяным душем: у входа на стадион было пусто — ни толпящихся студентов, ни того самого знакомого смуглого высокого парня.
Я Фан огляделась по сторонам, отчаянно цепляясь за надежду и пытаясь себя успокоить.
Наверное, он торгует где-то в другом месте.
Вопреки всему надеясь на удачу, Я Фан обошла спортплощадку в поисках.
В этот момент из динамиков на стадионе звучала песня Мао Эрминь «Сходство».
Легче всего забыть стихи древних мудрецов,
И труднее всего одолеть тоску по разлуке.
Хранишь свою любовь, боясь насмешек людей,
Боясь, что кто-то прочтёт всё по глазам.
Снова весна любуется цветением алых бобов,
Но влюблённые так и не приходят их сорвать.
Фейерверки манят ветер, а истинные чувства исчезают.
Эта сцена и эта музыка приобретали какой-то особенный, глубокий смысл.
Я Фан бежала вперёд, а надежда таяла на глазах.
Я потеряла его, я потеряла его.
В угосках её глаз блестели слёзы.
Войдя на спортплощадку, Я Фан остановила студента, занимавшегося спортом.
Скажи, ты не видел сегодня того парня, который торговал у входа на стадион?
Ты про того, кто стоял там последние несколько дней? — парень указал на место у входа.
Да, да, — Я Фан торопливо закивала.
Она уже собиралась расспросить дальше, как собеседник произнёс:
Сегодня странно: обычно в это время он уже на месте. Наверное, у него сегодня какие-то дела.
Тут Я Фан вспомнила слова, сказанные им вчера: «Если не случится ничего непредвиденного или дождя, всё лето я буду здесь».
Это придало ей немного уверенности, и она мысленно утешила себя: наверное, у него и правда сегодня дела. С лёгким разочарованием покинув спортплощадку, она вернулась в класс к началу следующей пары.
——————
Прошёл день.
Прошло два дня.
Прошло три дня.
Знакомый силуэт так и не появился.
Среди студентов не утихали разговоры.
Неужели там нельзя торговать, и его забрала охрана?
Какая жалость, у него цены были ниже, чем в ларьке!
А вдруг это месть и донос от владельцев ларька?
Да кто знает, хотя вполне возможно. В конце концов, этот парень перешёл дорогу лавке.
Я слышал, лавка собирается построить временную торговую точку прямо на том месте, где он стоял.
Откуда ты знаешь?
Пару дней назад случайно подслушал, когда заходил туда.
Если так, то очень похоже на то, что это они настучали.
Я Фан металась среди этих студентов, впитывая каждое слово. Их разговоры разили её сердце, словно острые летящие ножи, вонзаясь в грудь и лишая возможности дышать.
Ей не хотелось ни о чём думать, а мысли постепенно погружались в оцепенение.
Незаметно пролетели выходные. На воскресной вечеринке у бассейна разругались Сы Ци и Жоу Жоу: Сы Ци увидела, что Жоу Жоу мило беседует и держится слишком близко с парнем, который ей самой нравился. Когда Сы Ци попыталась наедине прижать подругу к стене, Жоу Жоу стала отвечать уклончиво и всё отрицать. Яд предательства и подозрительности полностью отравил мысли Сы Ци, и никаких объяснений со стороны Жоу Жоу она уже слышать не желала. На этом дружба и сестринская связь между Сы Ци и Жоу Жоу окончательно подошли к концу.
Крах отношений Сы Ци и Жоу Жоу означал победу Я Фан, однако это уже не имело для неё никакого значения, ведь она потеряла цель своего сердца.
Вскоре, оставшись без круга общения Сы Ци, Жоу Жоу оказалась в стесненных жизненных обстоятельствах, а из-за сплетен у неё больше не было лица появляться в группе.
Ей пришлось перевестись в другую школу.
От некогда неразлучной парочки красивых подруг осталась лишь одна Сы Ци.
Побув какое-то время в апатии, Я Фан наконец взяла себя в руки, со всей серьёзностью подошла к подготовке к экзаменам и шагнула на второй курс. В её голове уже давно созрел план выбора специальности — факультет бизнес-администрирования, а по вечерам в свободное время она решила самостоятельно изучать психотерапию.
Ведь она знала: только так можно оказаться ближе к своему кумиру, в надежде, что когда-нибудь в будущем она случайно встретит его на профессиональном поприще.
В свободное время Я Фан неизменно заглядывала в салон Учителя Тони и к Сестрице Мэй, чтобы помочь по хозяйству.
Во-первых, из благодарности, а во-вторых, тепля в сердце робкую надежду — а вдруг её кумир появится именно там.
——————
Сменялись времена года. Каждый раз, идя на пары в учебный корпус и проходя мимо входа на стадион, Я Фан надолго останавливалась и молча смотрела на то самое место, хотя там уже возвели временный павильон. И всё же в её воображении вновь оживал тот летний день, когда высокий смуглый парень зазывал покупателей под палящим солнцем.
Ближе к концу второго курса Я Фан, о чём она так долго мечтала, стала председателем студенческого совета — это стало ещё одним подтверждением её способностей.
По мере того как положение Я Фан в университете укреплялось, росло и число её поклонников: талантливая и красивая девушка нравилась любому парню. Однако Я Фан вовсе не думала о романтике, целиком посвящая время и силы учёбе и руководству студсоветом.
Время неслось вперёд, наступил сезон выпускных на четвёртом курсе. Я Фан наконец закончила учебу.
Она пришла на фотосессию в элегантном светло-зелёном облегающем ципао с модернизированным кроем, купленном у Сестрицы Мэй, поверх которого была наброшена длинная полупрозрачная накидка из тонкой ткани.
Встречавшиеся однокурсники то и дело сыпали комплиментами:
Я Фан, до чего же ты сегодня прекрасна!
Спасибо! — смущенно отвечала она.
Улыбочку! — раздался щелчок затвора, ознаменовавший конец студенческой жизни Я Фан. Впереди её ждал выбор: продолжить академический путь в магистратуре или окунуться в реальную жизнь социума, но определиться она ещё не успела.
——————
Катя за собой чемодан, Я Фан подошла к салону Учителя Тони и переступила порог.
Там уже находилась Сестрица Мэй — в приёмной они устроили для Я Фан прощальную вечеринку.
Воздушные шары, поздравительные надписи и торт предстали перед глазами девушки.
Завидев Я Фан, Сестрица Мэй воскликнула:
Что так рано?
Я Фан стремительно шагнула к Сестрице Мэй, широко раскинула руки и крепко обняла её, чувствуя, как в уголках глаз защипало от слёз.
Не плачь, не плачь, — Сестрица Мэй мягко похлопала Я Фан по спине. — Сегодня ты главная героиня, если заплачешь, растеряешь всю красоту.
Она взяла со стола салфетку и бережно смахнула слёзы с глаз девушки.
Я Фан согласно закивала.
В этот момент вошёл Учитель Тони.
Ого, Я Фан, а ты ранняя пташка!
Поскольку Я Фан уже успела вытереть слёзы, Учитель Тони не заметил ничего необычного.
Ну что, давайте начинать!
Сегодня парикмахерская закрывалась во второй половине дня, а приёмную начали украшать ещё с утра.
Сотрудники салона собрались в приёмной, чтобы вместе с Учителем Тони и Сестрицей Мэй отпраздновать выпускной Я Фан.
Сяо Ли преподнесла ей букет цветов. Будучи уже заместителем директора в третьем филиале, она приехала специально ради того, чтобы навестить Я Фан.
Под всеобщее ликование и аплодисменты Я Фан настолько переполнилась эмоциями, что у неё пропал дар речи, а на глазах снова заблестели слёзы. Она принялась по очереди обниматься с Учителем Тони, Сестрицей Мэй, Сяо Ли и остальными сотрудниками салона. Ведь это были три года, до краёв наполненные драгоценными воспоминаниями.
Ровно три года Я Фан делила с ними радости и смех.
Казалось, её первый визит в этот салон красоты случился только вчера — всё стояло перед глазами так живо. Учитель Тони начал всхлипывать и отвернулся в сторону, не желая показываться Я Фан на глаза.
После прощальной вечеринки работники принялись наводить порядок в приёмной. Сяо Ли, которой нужно было спешить в свой филиал, наскоро обняла Я Фан, попрощалась с Учителем Тони и Сестрицей Мэй и покинула салон.
Тогда Учитель Тони и Сестрица Мэй позвали Я Фан:
Я Фан, нам нужно с тобой кое о чём поговорить.
Учитель Тони отворил дверь кабинета:
Пойдём, потолкуем внутри.
Я Фан удивилась:
Что за секреты такие, что надо уединяться в кабинете?
Учитель Тони, Сестрица Мэй и Я Фан вошли внутрь, и Сестрица Мэй заперла дверь на замок, чтобы никто не помешал им снаружи.
Учитель Тони жестом предложил Я Фан присесть, сам устроился напротив неё, а Сестрица Мэй встала рядом с ним.
Знаешь, меня давно тяготило одно дело, — начал Учитель Тони, немного подумав. — И теперь, когда пришло время, я наконец могу тебе всё рассказать.
Сестрица Мэй похлопала Учителя Тони по плечу:
Пора открыть Я Фан правду.
Я Фан страшно любопытствовала:
В чём дело?
Учитель Тони поднялся на ноги:
Прости нас, мы так долго тебе лгали.
И он отвесил ей глубокий поклон.
Что такое? Что происходит? — Я Фан совершенно растерялась и тут же подскочила, пытаясь остановить учителя. — Учитель, не нужно так!
Учитель Тони вновь попросил её сесть и опустился на стул сам:
На самом деле мы всё это время кое от тебя скрывали.
Учитель, о чём вы? — с недоумением переспросила Я Фан.
Дело в том, что Мастер за эти три года заходил к нам! — продолжил Учитель Тони. — Но он строго-настрого запретил нам говорить тебе об этом, опасаясь, что ты всё не так поймёшь. Ты ведь училась в университете, и вздумай мы тогда объясниться, ты бы ничего не стала слушать, только испортила бы себе учебу.
Что? — Я Фан почувствовала себя так, будто среди ясного неба грянул гром, а в голове у неё зазвенела пустота.
А Сестрица Мэй добавила:
Расскажи ей всё с самого начала, от и до.
Учитель Тони заговорил вновь:
Пожалуй, начну с предыстории. Помню, ровно три года назад, в апреле, мы с одним товарищем собирались открыть здесь парикмахерскую. Мы долго размышляли и целую неделю обходили все окрестные кварталы вдоль и поперёк. И вот, когда мы сидели в кафе, отдыхая и беседуя за чашкой кофе, появился Мастер.
——————
Слышал, вы намереваетесь открыть здесь парикмахерскую? — к ним подошел смуглый молодой человек.
Друг Учителя Тони не удостоил незнакомца вниманием.
Тот продолжил:
В этом районе всего четыре крупные парикмахерские, а мелких частных цирюлен внутри жилых дворов хватает с избытком.
Товарищ Учитель Тони вышел из себя:
Парень, тебе больше заняться нечем? Какое тебе дело до наших планов?
Учитель Тони остановил грубость своего друга:
Младший брат, а как ты сам на это смотришь?
Товарищ тут же возмутился:
Тони, он же обычный шлында, ты только не принимай всерьёз всё, что он мелет.
Смуглый парень невозмутимо продолжил:
Мне-то дела нет, а вот вашим деньгам грозит огромный риск.
Выдержав паузу, он добавил:
Открывать здесь бизнес... Хотя средняя ставка аренды составляет всего два-три юаня за квадратный метр, обычно требуют плату за три месяца вперед плюс залог за два, а срок контракта чаще всего заключается на два года. Если прибавить оборудование, первоначальный ремонт, операционные расходы и продвижение, вам понадобится оборотный капитал как минимум тысяч в восемьсот.
Товарищ Учитель Тони хохотнул:
Ого, парень, а ты неплохо сечёшь в теме!
Учитель Тони хлопнул друга по руке:
Дай младшему брату высказать всё до конца.
Смуглый парень придвинулся на стуле ближе к Учителю Тони и продолжил:
Как я уже сказал, крупных парикмахерских в округе четыре, и нормально держится на плаву лишь одна, тогда как остальные три балансируют на грани закрытия.
Учитель Тони отреагировал:
Ты хочешь сказать, что нам стоит выкупить одно из их заведений?
Нет, нет, — покачал головой смуглый парень. — В таком случае ваши деньги просто канут в лету, как в прорву.
Учитель Тони подумал про себя: изначально они с товарищем как раз планировали присмотреть одно из трёх убыточных мест. Он лично оценивал тамошних мастеров — руки у всех росли не оттуда, и если бы владельцами стали они, то непременно переломили бы ход игры. К тому же у тех трёх точек были плохие дела, так что платить за переуступку прав не пришлось бы, а на даже капитальный ремонт ушло бы немного средств. Именно из таких соображений они тогда и исходили.
И каково же твоё видение, младший брат? — Учитель Тони знаком показал другу, чтобы тот сбегал купить парню кофе.
Тот недовольно выругался:
Обычный пройдоха, который пришёл на халяву кофе попить.
В этом районе все четыре салона расположены ближе к жилым домам, к тому же это окраина, и поток людей здесь невелик. Плюс в самих дворах полно цирюлен: постричься стоит всего пять юаней, ориентированы они на стариков и пожилых людей, выгода очевидна. Салон прямо на дому, выходить из квартала не нужно, очень удобно, да и на аренде с коммуналкой экономия — там расценки на воду и свет как для жилого фонда, их не сравнить с коммерческими тарифами в салонах. Из-за одного этого те четыре точки обречены на провал с самого начала. А та единственная, что держится на плаву, выживает главным образом благодаря тому, что в начале года они устроили акцию: при пополнении счёта на тысячу юаней дарили ещё тысячу сверху, да в придачу мешок риса и бутылку масла стоимостью в двести юаней. Только за счёт таких щедрых бонусов они кое-как влачат жалкое существование и продолжают держаться на плаву.
К тому же большинство здешних домов — это переселенческий фонд, в микрорайонах живут в основном местные пенсионеры и люди в возрасте. Можешь сам заглянуть сюда на досуге и убедиться: самое яркое зрелище начинается по вечерам, когда дедушки и бабушки выходят погулять и потанцевать под открытым небом. Но если ты посмотришь на район с пяти до семи вечера, то заметишь, что молодёжь сюда почти не заходит. А к восьми часам по свету в окнах можно точно определить, сколько вообще народу здесь ночует. Поскольку центр города далеко, работающей молодежи нет смысла селиться в таких местах. А ведь основная масса потребителей парикмахерских услуг — это как раз молодые люди, те, кто делает стрижки и красит волосы. Мужчинам старшего поколения стрижка требуется обычно раз в два месяца, а дамы следят за модой и завивают волосы главным образом по праздникам или отправляясь в поездки, так что открывать парикмахерскую здесь — изначально неверный выбор.
Выслушав это, Учитель Тони покрылся холодным потом:
Слушай, я ведь даже не спросил, как тебя зовут.
Я всего лишь странник, называть своё имя ни к чему, — ответил смуглый парень.
Тогда Учитель Тони, снедаемый любопытством, попросил:
Мастер, не сочтите за труд, оставьте свой номер телефона, чтобы мы могли связаться в дальнейшем.
Без проблем! — смуглый парень охотно согласился и продиктовал свой номер, а Учитель Тони записал его в телефонной книжке под именем Мастер.
Вот я проверю, подтвердится ли всё сказанное вами, а если понадобится, снова выйду на связь.
Заметано! — Мастер покинул кафе.
Тут вернулся друг Учителя Тони:
Ну этот тип ушёл, кофе только зря перевели.
Учитель Тони весело рассмеялся:
Зря ты так говоришь.
А что делать с этим кофе?
Выпей сам, а мне нужно кое-что проверить.
А я куда денусь?
Ступай домой.
Учитель Тони вышел из кафе: ему необходимо было проверить всё, о чём говорил Мастер, ведь на кону стояли деньги, и любая ошибка могла пустить весь капитал коту под хвост. В глазах начинающего предпринимателя деньги — это патроны, и неверный расчёт ведет к полному краху и неподъёмным долгам.

Комментарии

Загрузка...