Мы всё же смогли вернуться живыми, и сейчас на часах было начало десятого утра.
Мы вышли из отеля, добрались до телеканала и, следуя указаниям мужчины на ресепшене, ждали на диване в лобби. Сидящая рядом Акари принялась тыкать меня пальцем в руку.
— Слышь. Может, я и сама немного виновата, но это уже чересчур, скажи? Домашнее насилие какое-то. Точно тебе говорю.
— Ничего себе «немного». Из-за этого «немного» я чуть коньки не двинул.
— Так это всё потому, что ты, Юто, хотел ко мне спящей поприставать. Открываю глаза, а ты прижал меня к стене... А? К стене? К полу... К кровати? Прижал к кровати?
— Я же уже говорил: ты спросонья дёрнула меня за руку, и я потерял равновесие.
— А я тебе не верю! Потому что вообще этого не помню! Помню только, как крепко обняла тебя.
— Говорю же, ты спросонья ничего и не запомнила.
— Не-е-ет! Юто сто пудов хотел ко мне поприставать. Я бы на твоём месте точно так и сделала.
— Не равняй меня с собой... И вообще, перестань говорить дома, что я пытался к тебе приставать. А то нас могут совершенно неправильно понять.
— С самого утра воркуете.
Мы в очередной раз прокручивали этот диалог, который с утра повторялся уже неоднократно, как вдруг заметили, что рядом с нами стоит Симанэ-сан.
— Извините. Доброе утро.
Я встал и слегка поклонился, но она жестом остановила меня.
— Да ладно, бросьте. Мы ведь уже общались недавно, так что не стоит таких церемоний.
— Как спалось? Не волнуетесь?
— На удивление, и вчера, и сегодня всё в порядке. Хотя, возможно, стоило бы немного и поволноваться.
— Нет-нет, лучше не нервничать. Я ведь пригласила вас именно потому, что мне понравилось, как естественно вы держитесь.
— Спасибо на добром слове.
— Слушай, а я у неё, кажется, не в почёте?..
Общаясь со мной, Симанэ-сан перевела взгляд мне за спину и тихо усмехнулась.
— Ты чего удумала?..
Проследив за её взглядом, я обернулся и увидел, что Акари сверлит Симанэ-сан недовольным взглядом и глухо рычит.
Правда, угрозы в этом было ни на грош – так, тявканье декоративной собачки.
— Ну, она же, как-никак, плохо поступила с тобой, Юто.
— Я же сказал, что всё уже в порядке.
Я ткнул пальцем в её надутую щёку, выпуская оттуда воздух, и снова повернулся к Симанэ-сан.
— Прошу прощения. Я рассказал Акари о нашем прошлом разговоре... Ну, о том, смогу ли я не появляться на телевидении, и сможет ли появиться она.
— А-а... Прости, пожалуйста. Поставила твоего драгоценного друга в неловкое положение.
И пусть в прошлый раз они вполне мило беседовали в кабинете директора, рычать на продюсера программы, в которой мы сегодня снимаемся – это уже верх невежества. Тем не менее, Симанэ-сан лишь весело рассмеялась и не стала заострять на этом внимание.
— Да мне и от Минасэ-сан тогда немного влетело... В общем, я осознала свои ошибки. А пока давайте пройдём в гримёрку. Идите за мной.
Мы последовали за Симанэ-сан по коридорам телеканала.
По пути идущая рядом Акари то и дело шёпотом восклицала: «Ой, это же тот ведущий из восьмичасовых новостей, да?»
Но, в отличие от неё, я в это время обычно уже собрался и выхожу из дома в школу, поэтому совершенно не узнавал местных звёзд.
Пройдя приличное расстояние, мы наконец добрались до гримёрки.
По словам Симанэ-сан, эту комнату делили четверо гостей, но двое других участников шоу, похоже, ещё не прибыли.
— Что ж, вас позовут ближе к началу репетиции. Да, и можете угощаться напитками, которые там стоят.
— Спасибо.
Поблагодарив Симанэ-сан, которая сразу же после этого ушла, я осмотрелся.
Обстановка была простой: два дивана, расставленных друг напротив друга по обе стороны от низкого столика у стены, три встроенных гримёрных зеркала со стульями, холодильник и телевизор.
Я сел на диван рядом с Акари, которая уже с интересом листала оставленные на столике документы, и тихо выдохнул.
Всего на передачу пригласили восьмерых старшеклассников, включая нас двоих, а остальных четверых, видимо, распределили в соседнюю гримёрку.
«Надо будет найти момент и пойти поздороваться...»
Чтобы съёмки прошли гладко, стоит проявить инициативу и представиться. Да и вчерашний совет отца забывать нельзя.
«...Начну хотя бы с имён».
Я заглянул в документы, которые читала Акари, и нашёл список участников.
Пропустив раздел постоянных ведущих, где значилось имя Нагисы, я перешёл к старшеклассникам, которые должны были сидеть с нами на студийных трибунах.
Читая имена про себя, я вдруг зацепился за одно из них.
«Где-то я уже видел это имя...»
— Тут пока до гримёрки дойдёшь – заблудишься. Сразу видно, столичный телеканал.
— Это всё потому, что ты не стала слушать девушку на ресепшене и пошла куда глаза глядят, Рэйна-тян...
Именно в этот момент дверь открылась. В комнату вошли две девушки – судя по всему, наши соседки по гримёрке. Мы встретились взглядами, и мои опасения тут же подтвердились.
— Ого, это же вчерашний красавчик от автоматов с гачей! А ты что тут забыл?
— ...Участвую в съёмках, что же ещё.
— Ва-а-ау... Как неловко-то... Очень.
— Вообще-то это моя фраза...
Это действительно была та самая парочка, с которой я столкнулся вчера. Вспомнив наш конфликт, я едва сдержал тяжёлый вздох.
— Ладно-ладно, давайте забудем о вчерашнем и будем жить дружно.
— Я-то не против, а как насчёт вас? Вы ведь Ая-сан... верно?
Рэйна уже как ни в чём не бывало плюхнулась на диван напротив нас. В отличие от неё, вторая девушка так и замерла у двери с открытым ртом. Она густо покраснела и мелко дрожала. Услышав мой голос, она медленно попятилась и завела руку за спину, нащупывая дверную ручку.
— Я... П-пойду я домой...
— Д-да почему Ая так быстро бегает только в таких ситуациях?!
— Н-но... Но ведь!..
Ая пулей вылетела из гримёрки, но Рэйна всё же смогла её поймать и затащить обратно, после чего, тяжело дыша, опустилась на диван.
Отпив из стоявшей на столике бутылки с чаем, Рэйна немного отдышалась, откинулась на спинку дивана и вздохнула.
— Надо же было прикопаться к человеку, который оказался с тобой на одном шоу... Вот ведь невезуха.
— А зачем вообще приставать к людям на улице перед съёмками? Это же может обернуться проблемами.
— Прекрати давить аргументами... Говорю же, мы первый раз в столице, вот и перевозбудились. Ой, и перед твоей девушкой тоже извиняюсь. Вчера вышло небольшое недоразумение... Знай я, что у тебя есть девушка, ни за что бы не подошла.
— Ничего страшного. Я совершенно не злюсь. И вы простите Юто за его поведение.
Акари, к которой она обратилась, ответила, даже не попытавшись опровергнуть слово «девушка».
То-то я удивлялся, чего она сидит такая тихая – видимо, примеряла на себя образ элегантной леди. Сейчас же на её лице читалось явное облегчение от того, что к ней наконец-то заговорили.
— Ай!
— Она просто подруга детства. Никакая не девушка.
Я наградил заигравшуюся Акари лёгким ударом ребром ладони по макушке и внёс ясность. Рэйна недоумённо захлопала глазами. Ещё бы, какой нормальный человек станет притворяться девушкой без всякой на то причины?
— Э-эм... То есть мы просто всё неправильно поняли? Или это ты сейчас от смущения врёшь?
— Правильный ответ – вы неправильно поняли. А девушкой она притворяется, скорее всего, потому что решила, что так будет забавнее.
— Ошибаешься. Потому что так очень забавно!
— ...Как видишь.
— Хм... Интересная у тебя напарница.
— Можешь смело называть её странной.
— Эй, нельзя!
У нас сложились весьма странные отношения, но, если вспомнить слова отца, то, что мы уже пересекались раньше, возможно, сыграет нам на руку.
Я не до конца понимал, где проходит грань этой «дружбы», но до начала оставалось время, и я подумал, что можно ещё немного поболтать. В этот момент Рэйна хитро ухмыльнулась.
— Значит, у Аи ещё есть шансы!
— Ты сейчас так договоришься, что она снова убежит.
— Ой, Ая, прости, прости! Это просто шутка! Только не убегай опять!
— Но ты постоянно говоришь такие гадости, Рэйна-тян... Всё, я больше так не могу... Мне так стыдно, что я даже лицо поднять не могу.
— Да прости ты меня! Они же сказали, что не сердятся и всё забудут!
Ничего подобного я, конечно, не говорил, но то, что я не злился, было правдой. К тому же я прекрасно понимал, каково это – быть игрушкой в чужих руках. А так как неловкость во время съёмок была мне ни к чему, я решил подыграть.
— Ая-сан, я правда не сержусь, всё в порядке. Меня эта особа тоже постоянно втягивает в неприятности, так что я отлично понимаю, каково вам.
— ...Неужели я и правда так часто втягиваю тебя в неприятности?
Проигнорировав бормотание Акари, из которого стало ясно пугающее обстоятельство – она до сих пор ничего не осознаёт, – я переключил внимание на девушек. Ая медленно подняла голову.
— ...Вы правы. Если я продолжу переживать из-за этого, мы оба только устанем. К тому же это может отразиться на нашей работе...
— Именно. Давайте постараемся на съёмках.
— Да. Я-я буду стараться...
Я постарался улыбнуться как можно дружелюбнее, чтобы разрядить атмосферу, и в ответ Ая тоже робко посмотрела мне в глаза.
Она то сводила, то разводила кончики пальцев, словно пытаясь отвлечься, но изо всех сил старалась поддерживать зрительный контакт. В моём окружении редко встретишь такую трогательную искренность, и от этого на душе стало как-то тепло.
Тук, тук, тук, тук...
Акари принялась стучать кулачком мне в грудь.
— Ты чего?
— Рэйна-тян, будь осторожна! Юто пытается охмурить твою подругу!
— Никого я не пытаюсь охмурять.
— Нет-нет-нет-нет! Ты делал всё точь-в-точь так, как сказала твоя фейковая девушка! Со мной ты общаешься на «ты», а к Ае почему-то так вежливо обращаешься, на «вы»! Да ты сто процентов на неё глаз положил!
Если вежливое общение на «вы» считается доказательством флирта, то сегодня я уже успел охмурить Симанэ-сан. Что же делать? Может, стоит потом перед ней извиниться?
Впрочем, отбросим эти глупые шутки в сторону. Настоящая проблема заключалась в том, что эти двое были на одной волне, и справляться с ними было той ещё задачей. Проще говоря – сплошная головная боль.
— Ни на кого я не положил глаз. И вообще, что ещё за «фейковая девушка»?
— А как иначе? Я же не знаю, как её зовут.
— А ведь и правда. Акари, может, представишься?
Если собеседники действуют в похожей манере, значит, и тактика против них нужна одинаковая.
Я попытался резко сменить тему, и Акари, удовлетворённо кивнув, указала пальцем на список участников в документах:
— Моё имя вот это... А Юто – вот этот.
— О, вы оба первогодки? Значит, младше нас.
— Ой, Рэйна-тян, ты старше нас?
— Ага. И я, и Ая во втором классе старшей школы. Да, я Нанашима Рэйна, а она – Камицуджи Ая.
— Неожиданно. Ая-сан ещё ладно, но вот ты, Рэйна, выглядишь как наша ровесница.
— Эй, ах ты мелкий!.. Хочешь сказать, я веду себя как ребёнок?!
— Именно так.
— Ладно. Воспитывать обнаглевших кохаев – это долг старших.
— Ну Рэйна-тян. Хватит уже создавать людям проблемы...
— Послушай, Ая, я думаю, что хотя бы на сегодняшний день нам просто необходима субординация.
— На трибунах не нужна никакая субординация... Всё, я побежала?
— На «ты» так на «ты»! Так даже проще общаться!
Ая-сан, обладающая весьма специфическим способом угроз, остановила Рэйну одной лишь фразой.
«...Интересно, с какой скоростью она тогда убегала?»
— Ну, если честно, это всё равно лучше, чем если бы вы излишне скромничали из-за возраста. Юто-то наглый, с ним всё понятно, но и ты, Акари-тян, можешь не париться и обращаться на «ты».
— Я вполне могу и на «вы» с вами разговаривать, Рэйна-сан.
— У-у-у, интонация вроде та же, что и вчера, но от тебя так и несёт атмосферой дерзкого сопляка. Как-то даже слух режет и жутко бесит, так что прекращай.
— Не грубовато ли?
— А ведь и правда, Юто сегодня какой-то неприятный.
— А ну прекратите объединяться, чтобы меня оскорблять.
То, что Рэйна нападает без малейшего стеснения, можно было простить – видимо, это последствия моих недавних подколов, но почему я должен выслушивать оскорбления ещё и от собственной подруги детства?
— Ну, мы-то тебя не знаем, но вчера ты точно выглядел как тот ещё тип. Стоял перед автоматом с гачей и лыбился.
— Я ещё вчера хотел спросить: это правда? Совершенно не помню такого.
— Так ты даже не понимал? Это было довольно жутко, скажи, Ая?
Рэйна, лишь однажды смягчившая выражения, повернулась к сидящей рядом Ае. Та после небольшой паузы, но всё же глядя мне в глаза, ответила:
— Э-э... Я-я ничего такого не думала, честно! Вы выслушали нашу просьбу, и я подумала, что вы очень добрый человек...
Судя по всему, неловкость от вчерашней стычки никуда не делась. Ая снова начала нервно теребить кончики пальцев, пытаясь скрыть смущение, и я решил ответить ей как можно более открытой улыбкой.
— Спасибо. Ая-сан, вы и правда очень добрая. Ещё вчера вы всем видом показывали, как вам неловко, а под конец даже пытались извиниться, верно? Жаль только, вас утащили.
— П-правда?... Тот, кто обращает на такое внимание – вот кто по-настоящему добрый, Юто-кун...
— Да нет, ничего особенного.
Она изо всех сил пыталась смотреть мне в глаза, но взгляд то и дело соскальзывал. Её старания выглядели так забавно, что я с лёгкой улыбкой ответил ей. И тут между нами вклинилась Рэйна и завопила:
— Эй-эй! Тормози! Так не пойдёт! Моя подруга сейчас такое девичье личико состроила, какого я у неё в жизни не видела!
— Рэйна-тян, он даже на меня так никогда не смотрел, тут явно дело нечисто! Ты же специально это сейчас сделал, Юто!
Акари присоединилась к напору Рэйны, и под их совместным давлением я невольно отшатнулся.
— Да хватит вам... Прекрати, Рэйна-тян...
Я лихорадочно соображал, как выпутаться из ситуации «двое против одного», когда красная как рак Ая попыталась их остановить. Но, похоже, её слова лишь подлили масла в огонь.
— Чёрт, какая милашка! Это всё твоя вина, подсудимый! Эй, ты куда собрался, подсудимый?!
— В туалет!
Под крики двоих самопровозглашённых судей я выскочил из гримёрки и, закрыв за собой дверь, облегчённо выдохнул.
— Случайно услышала – вы, оказывается, неплохо сдружились.
Меня окликнула Нагиса, которая, видимо, как раз проходила мимо.
Правда, перед гримёркой в самом конце коридора не было ни автоматов с напитками, ни туалета, так что версия со «случайной встречей» звучала несколько натянуто.
— Какое там «случайно». Я уже давно видел через дверь твой силуэт.
Я указал ей на эту нестыковку, добавив, что её тень прекрасно виднелась через матовое стекло двери, и Нагиса, смутившись, принялась накручивать прядь волос на палец.
— ...Я подумала, что ты наверняка нервничаешь, и пришла проверить, как ты там. А у вас такое веселье стояло, что я просто не рискнула зайти.
— Решила побеспокоиться обо мне?
— Разумеется. Я же всё-таки твой семпай. Пусть даже я ничего и не сделала.
Мысленно поблагодарив Нагису за заботу, я решил, что если мы продолжим болтать у двери, то те трое рано или поздно меня поймают. Поэтому мы вместе неспешно зашагали по коридору.
— Кстати, с какого момента ты подслушивала наш разговор?
Тень у двери я заметил не сразу, она появилась там словно из ниоткуда, поэтому я задал этот вопрос просто чтобы поддержать беседу. Нагиса насмешливо улыбнулась.
— Наверное, с того момента, как ты так нарочито начал разыгрывать из себя приятного юношу, легко находящего общий язык с кем угодно.
— Разве это не выглядело естественно?
— Ну, вполне ничего так. Правда, для тех, кто знает тебя давно, фальшь была видна невооружённым глазом.
— А вот Акари ничего не заметила.
— Ну так это же Акари.
Я вспомнил наставления отца и постарался изобразить такой характер, с которым было бы легче всего сблизиться с почти незнакомыми девушками. Кажется, Акари так ничего и не поняла.
И если с Рэйной, типаж которой напоминал Акари, всё было проще, то в случае с Аей-сан нельзя отрицать, что я слишком уж опирался на образ отца из сериалов. Впрочем, беседа шла своим чередом, так что, наверное, всё обошлось. Наверное.
— Ну так что, спрошу на всякий случай: как твоё волнение? А то если ты там будешь сидеть как истукан, у нас же проблемы возникнут.
— Можешь не переживать. Я нервничаю как никогда.
— И что же в этом обнадёживающего?.. Вчера ведь всё вроде было нормально.
— Когда наступает тот самый день, всё ощущается иначе. Если перед репетицией меня так кроет, боюсь представить, как на самом шоу руки затрясутся.
— И к чему этот холодный анализ собственной слабости?
Нагиса с упрёком вздохнула. Честно говоря, меня самого удивляло, что вчера всё было в порядке, но стоило мне выйти из отеля и начать приближаться к телеканалу, как сердце заколотилось с бешеной скоростью. Впрочем, куда больше моего небывалого волнения поражало то, насколько обыденно и спокойно вела себя Акари.
В раздумьях мы незаметно дошли до небольшого закутка, где стоял одинокий торговый автомат и скамейка, на которой едва ли уместились бы три человека.
— Правда здесь тихо? – спросила Нагиса, присаживаясь на скамью. Очевидно, она специально привела меня сюда.
Светильников на потолке здесь было маловато, а основное освещение давал дневной свет, пробивающийся через небольшое окно. Место пропиталось умиротворённой атмосферой, словно кричащей: «У нас оставалось свободное место, вот мы и поставили сюда автомат».
— Сюда действительно никто не ходит. Здесь нет ничего, кроме автомата, да и ассортимент в нём просто кошмарный.
Я посмотрел на автомат, на который указала Нагиса, и действительно: внутри стояли бутылки с совершенно незнакомыми напитками.
Шоколадно-сливовое желе, яичная газировка, газированный ячменный чай... Для кого это вообще сделали?
Может, это для какого-то телешоу? Пока я в недоумении разглядывал напитки, Нагиса похлопала по пустому месту на скамейке, приглашая меня присесть. Я послушался. Оперевшись локтем о подлокотник и подперев щёку рукой, она спросила:
— Ну так и что нужно сделать, чтобы ты перестал волноваться? Мне как ведущей будет очень тяжко, если один из двух гостей, к кому можно обратиться в критической ситуации, превратится в статую. Мне-то тогда куда деваться?
— Я сам не понимаю, с чего вдруг так разнервничался... Да и вообще, даже если ты дашь мне слово, не факт, что я смогу удачно ответить. Только градус веселья собью.
— Этого не случится.
На мои запоздалые и неуверенные оправдания Нагиса ответила безапелляционно.
— Понимаешь, в развлекательных шоу главное – это умение подстраиваться. Есть человек, который ведёт программу, есть самый яркий гость, есть те, кто обязательно хочет вылезти вперёд и рассказать свою историю... И вот посреди всего этого нужно уметь понять, чего именно сейчас не хватает и какую роль нужно взять на себя. Тот, кто способен на это – настоящий клад для любой передачи. Я вот такая, а уж он – и подавно. Пусть по телевизору это и не всегда видно.
Пусть она и не назвала имён, я сразу понял, что речь шла о моём отце. Он часто появлялся в развлекательных шоу, хоть его и не показывали крупным планом каждую секунду, и всегда умел выстроить разговор так, чтобы его можно было продолжить. Я частенько видел его по телевизору именно таким.
— Я не знаю никого, кто справлялся бы с такими шоу лучше него. В общем, иными словами – важны актёрские навыки. Теперь понимаешь, почему я уверена, что к тебе можно спокойно обращаться?
— Примерно. Но уверенности мне это не прибавляет.
— Вот и ладно. Уверенность здесь роли не играет.
«На экзаменах поначалу то же самое было», – добавила Нагиса, перестала подпирать щёку, сладко потянулась и снова повернулась ко мне.
— Ну как? Волнуешься?
— Из-за твоего давления стало только хуже.
— Понятно. Тогда сделай с этим что-нибудь до начала съёмок. А если не справишься, я забью твою голову чем-то другим и вылечу тебя насильно.
— Чем-то другим?
Поднявшись, Нагиса уже направилась обратно, но на моих словах обернулась. В лучах света, падающих из дальнего конца коридора, она обворожительно улыбнулась и, приложив пальчик к губам, прошептала:
— Секрет.
***
— Ты из тех, кто парится из-за непрямых поцелуев?
— Да нет же, нет. Я к тому, что Ая та ещё скрытая извращенка, так что вполне может на это нацелиться.
— Я не скрытая извращенка!
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...