Глава 29

На спине чернокрылого ястреба Цзянь Нань, наблюдая за выходками Цзян Пина, медленно поднес к губам специальную рацию.— Группа Чэнь, продолжать слежку?Продолжать ли?В командном пункте воцарилась тишина. И Чэнь Цзюньсю, и старик, и все операторы-регистраторы замерли. Этот парень... он был слишком, чересчур невыносим.Кто не видел, как он раздавил ветрокрылого волка? Там была куча камер. Тот зверь обладал силой минимум в пять меток Духовного Царства, а Цзян Пин прихлопнул его одним ударом.Раз ты такой сильный, почему не убиваешь их по-человечески? Зачем устраивать весь этот цирк? Ради чего? Ради адреналина или просто потехи ради?Чэнь Цзюньсю потерла виски и произнесла:— Снимайся с позиции. Пусть развлекается сам, раз так хочет сдохнуть.Впервые она чувствовала, что совершенно не понимает этого мальчишку. В душе она ласково обозвала его сорванцом.Старик тоже улыбнулся:— Цзюньсю, это ведь о нем просил позаботиться Старина Мо?Чэнь Цзюньсю обреченно кивнула:— Учитель и вам успел словечко замолвить?Старик расхохотался:— А как же! Говорил, что ребенок очень послушный... но судя по его поведению... хм.На лице Чэнь Цзюньсю, всё еще сохранившем былое очарование, проступил редкий румянец. Она прекрасно понимала, что старик над ней подтрунивает. Но что поделать, если это их «свой» парень? Старшим остается только разгребать последствия.— Кхм, давайте посмотрим на других участников, — перевела она тему.Регистраторы тем временем продолжали делать пометки: «Сила выдающаяся, но характер... несносный!». Кое-кто и вовсе написал: «Психически неуравновешен...».Ну правда, чего ради он это творит?Цзян Пин продолжал выгуливать волков, но внимания к нему стало меньше – Цзянь Нань улетел. Теперь парень развернулся вовсю.Пока оставим его. У Ли Цзыму дела тоже шли неплохо. Выходец из великой семьи, он считал, что ни в чем не уступает остальным, а потому сразу направился в заросли кустарника. Его первый шаг напоминал тактику Цзян Пина – он выманил одного волка.Но дальше никакого пафоса не последовало. Глаза Ли Цзыму сверкнули:— Волчье отродье, ты станешь моей ступенью в рейтинге!Он выхватил нож. Каждое движение выдавало в нем аристократа: уверенно, мощно. Любой эксперт сказал бы – отличный росток, база крепкая. С помощью навыков он быстро одолел волка, отсек правое ухо и довольно улыбнулся. Сверился с часами:— Десять минут. Есть прогресс.Такие, как Ли Цзыму, уже сталкивались с монстрами, пусть и под присмотром. Скажем, он убивает тварь, а сзади стоят десять крепких парней-телохранителей, готовых вмешаться в любую секунду. Поэтому страха перед ветрокрылым волком у него не было, скорее азарт встречи со старым знакомым.В этом и заключалась суть наследия: обычный студент при первой встрече с трехметровым монстром, который выше лошади, чьи когти блестят чернью, а зубы – серебром, невольно оробеет. Ли Цзыму же планомерно шел к цели, уверенный, что при таком темпе, за вычетом времени на отдых, он покажет блестящий результат. Уж точно лучше, чем Цзян Пин.Мысль о дисквалификации Цзян Пина вызывала у него смешок. Однако, то ли он расслабился, то ли ошибся в расчетах – при следующей попытке выманить зверя из кустов выскочило сразу трое.Это заставило его занервничать. Но опыт взял свое: он вовремя собрался и в итоге перебил всех троих.Эту сцену, конечно, увидели в командном пункте:— Неплохо. Хороший материал, выдержанный.— Да, но слишком предсказуемо. Чтобы достичь вершин, нужно действовать смелее, — комментировали наблюдатели, делая записи.Лю Байчуань, напротив, показал себя весьма ярко. Несмотря на репутацию прожигателя жизни, его сила заслуживала уважения. Подойдя к кустам, он начал откровенно провоцировать зверей.Один, два... — Мало, еще!Три, четыре... — Всё равно мало, еще!Он продолжал дразнить их, пока не вышло пятеро – вот тогда он почувствовал, что дошел до предела. Он спокойно использовал волков как тренажеры для оттачивания навыков. Это доказывало не только его способности, но и храбрость.— Лю Байчуань силен и смел, но слишком импульсивен. Пятеро – это предел, а что если выйдет шестой?Пророчество сбылось мгновенно: какой-то мелкий волчонок решил, что драка выглядит весело, и присоединился к свалке. Давление на Лю Байчуаня тут же возросло в разы.Среди остальных выделялась та девушка, что ушла в начале. От нее веяло боевым духом, хотя по натуре она казалась мягче парней. Однако стиль боя она выбрала тяжелый и сокрушительный – за ее спиной висел меч длиной не меньше двух метров.Одной рукой она держала рукоять, другой подпирала обух. — Славный клинок! Сила и мощь уже на достойном уровне.— Ее навыки направлены на укрепление телосложения. Отличная синергия, явно кто-то из домашних направлял ее развитие.— Как ее зовут? Сюй Тяньцзяо? Глядя, как она в одиночку теснит целую стаю, понимаешь – имя «Гордость Небес» ей очень подходит.Был и еще один парень, в очках. В нынешнюю эпоху близорукость стала редкостью, но он носил черную оправу. Его манера боя была странной: обладая силой в семь меток Духовного Царства, он сражался крайне осторожно. Каждое движение, каждый выпад были выверены до миллиметра, чтобы нанести максимальный урон при минимальных затратах.Осторожность на грани паранойи. Полная противоположность Цзян Пину, у которого тоже было семь меток. Один – само воплощение наглости и эпатажа, другой – апогей консерватизма. Каждый его шаг будто просчитан на калькуляторе. Вот это да!Регистраторы заинтересовались. Взглянули на имя и тут же заулыбались.— Чжугэ Чжэнъи. Ну, раз из семьи Чжугэ, тогда всё понятно.Клан Чжугэ много лет назад прославился на все Тринадцать Городов, и не столько боевой мощью, сколько своим стратегическим гением. Поговаривали, что в одной из стычек с другими союзами они расставили восемнадцать ловушек подряд, доведя противника до нервного срыва. В этой семье все рождались прирожденными «математиками».«Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ». Наблюдать за этим многообразием регистраторам было в удовольствие, старик и Чэнь Цзюньсю тоже одобрительно кивали. Общий уровень был высок, было кого растить.Если бы не такой уникум, как Цзян Пин, этот отборочный этап завершился бы просто идеально. Цзян Пин же со своей оравой «младших братьев» носился по пустоши, не давая покоя ни одному зверю. Издалека это выглядело эпично: за Цзян Пином несется стая волков, за волками – несколько медведей, а за медведями пристроились трехлапые золотые петухи.Процессия разрасталась, постепенно выходя из-под контроля самого зачинщика. Он и сам уже слегка обалдел. Вот уже полчаса он не мог остановиться, чтобы «пополнить запасы». Скорость и волков, и прочих тварей всё росла, они уже почти сравнялись с мотоциклом.Время шло. Небо начало темнеть. Свет фары мотоцикла Цзян Пина резал глаза в наступающих сумерках. Он уже и сам понятия не имел, куда его занесло.

На спине чернокрылого ястреба Цзянь Нань, наблюдая за выходками Цзян Пина, медленно поднес к губам специальную рацию.

— Группа Чэнь, продолжать слежку?

Продолжать ли?

В командном пункте воцарилась тишина. И Чэнь Цзюньсю, и старик, и все операторы-регистраторы замерли. Этот парень... он был слишком, чересчур невыносим.

Кто не видел, как он раздавил ветрокрылого волка? Там была куча камер. Тот зверь обладал силой минимум в пять меток Духовного Царства, а Цзян Пин прихлопнул его одним ударом.

Раз ты такой сильный, почему не убиваешь их по-человечески? Зачем устраивать весь этот цирк? Ради чего? Ради адреналина или просто потехи ради?

Чэнь Цзюньсю потерла виски и произнесла:

— Снимайся с позиции. Пусть развлекается сам, раз так хочет сдохнуть.

Впервые она чувствовала, что совершенно не понимает этого мальчишку. В душе она ласково обозвала его сорванцом.

Старик тоже улыбнулся:

— Цзюньсю, это ведь о нем просил позаботиться Старина Мо?

Чэнь Цзюньсю обреченно кивнула:

— Учитель и вам успел словечко замолвить?

Старик расхохотался:

— А как же! Говорил, что ребенок очень послушный... но судя по его поведению... хм.

На лице Чэнь Цзюньсю, всё еще сохранившем былое очарование, проступил редкий румянец. Она прекрасно понимала, что старик над ней подтрунивает. Но что поделать, если это их «свой» парень? Старшим остается только разгребать последствия.

— Кхм, давайте посмотрим на других участников, — перевела она тему.

Регистраторы тем временем продолжали делать пометки: «Сила выдающаяся, но характер... несносный!». Кое-кто и вовсе написал: «Психически неуравновешен...».

Ну правда, чего ради он это творит?

Цзян Пин продолжал выгуливать волков, но внимания к нему стало меньше – Цзянь Нань улетел. Теперь парень развернулся вовсю.

Пока оставим его. У Ли Цзыму дела тоже шли неплохо. Выходец из великой семьи, он считал, что ни в чем не уступает остальным, а потому сразу направился в заросли кустарника. Его первый шаг напоминал тактику Цзян Пина – он выманил одного волка.

Но дальше никакого пафоса не последовало. Глаза Ли Цзыму сверкнули:

— Волчье отродье, ты станешь моей ступенью в рейтинге!

Он выхватил нож. Каждое движение выдавало в нем аристократа: уверенно, мощно. Любой эксперт сказал бы – отличный росток, база крепкая. С помощью навыков он быстро одолел волка, отсек правое ухо и довольно улыбнулся. Сверился с часами:

— Десять минут. Есть прогресс.

Такие, как Ли Цзыму, уже сталкивались с монстрами, пусть и под присмотром. Скажем, он убивает тварь, а сзади стоят десять крепких парней-телохранителей, готовых вмешаться в любую секунду. Поэтому страха перед ветрокрылым волком у него не было, скорее азарт встречи со старым знакомым.

В этом и заключалась суть наследия: обычный студент при первой встрече с трехметровым монстром, который выше лошади, чьи когти блестят чернью, а зубы – серебром, невольно оробеет. Ли Цзыму же планомерно шел к цели, уверенный, что при таком темпе, за вычетом времени на отдых, он покажет блестящий результат. Уж точно лучше, чем Цзян Пин.

Мысль о дисквалификации Цзян Пина вызывала у него смешок. Однако, то ли он расслабился, то ли ошибся в расчетах – при следующей попытке выманить зверя из кустов выскочило сразу трое.

Это заставило его занервничать. Но опыт взял свое: он вовремя собрался и в итоге перебил всех троих.

Эту сцену, конечно, увидели в командном пункте:

— Неплохо. Хороший материал, выдержанный.

— Да, но слишком предсказуемо. Чтобы достичь вершин, нужно действовать смелее, — комментировали наблюдатели, делая записи.

Лю Байчуань, напротив, показал себя весьма ярко. Несмотря на репутацию прожигателя жизни, его сила заслуживала уважения. Подойдя к кустам, он начал откровенно провоцировать зверей.

Один, два... — Мало, еще!

Три, четыре... — Всё равно мало, еще!

Он продолжал дразнить их, пока не вышло пятеро – вот тогда он почувствовал, что дошел до предела. Он спокойно использовал волков как тренажеры для оттачивания навыков. Это доказывало не только его способности, но и храбрость.

— Лю Байчуань силен и смел, но слишком импульсивен. Пятеро – это предел, а что если выйдет шестой?

Пророчество сбылось мгновенно: какой-то мелкий волчонок решил, что драка выглядит весело, и присоединился к свалке. Давление на Лю Байчуаня тут же возросло в разы.

Среди остальных выделялась та девушка, что ушла в начале. От нее веяло боевым духом, хотя по натуре она казалась мягче парней. Однако стиль боя она выбрала тяжелый и сокрушительный – за ее спиной висел меч длиной не меньше двух метров.

Одной рукой она держала рукоять, другой подпирала обух. — Славный клинок! Сила и мощь уже на достойном уровне.

— Ее навыки направлены на укрепление телосложения. Отличная синергия, явно кто-то из домашних направлял ее развитие.

— Как ее зовут? Сюй Тяньцзяо? Глядя, как она в одиночку теснит целую стаю, понимаешь – имя «Гордость Небес» ей очень подходит.

Был и еще один парень, в очках. В нынешнюю эпоху близорукость стала редкостью, но он носил черную оправу. Его манера боя была странной: обладая силой в семь меток Духовного Царства, он сражался крайне осторожно. Каждое движение, каждый выпад были выверены до миллиметра, чтобы нанести максимальный урон при минимальных затратах.

Осторожность на грани паранойи. Полная противоположность Цзян Пину, у которого тоже было семь меток. Один – само воплощение наглости и эпатажа, другой – апогей консерватизма. Каждый его шаг будто просчитан на калькуляторе. Вот это да!

Регистраторы заинтересовались. Взглянули на имя и тут же заулыбались.

— Чжугэ Чжэнъи. Ну, раз из семьи Чжугэ, тогда всё понятно.

Клан Чжугэ много лет назад прославился на все Тринадцать Городов, и не столько боевой мощью, сколько своим стратегическим гением. Поговаривали, что в одной из стычек с другими союзами они расставили восемнадцать ловушек подряд, доведя противника до нервного срыва. В этой семье все рождались прирожденными «математиками».

«Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ». Наблюдать за этим многообразием регистраторам было в удовольствие, старик и Чэнь Цзюньсю тоже одобрительно кивали. Общий уровень был высок, было кого растить.

Если бы не такой уникум, как Цзян Пин, этот отборочный этап завершился бы просто идеально. Цзян Пин же со своей оравой «младших братьев» носился по пустоши, не давая покоя ни одному зверю. Издалека это выглядело эпично: за Цзян Пином несется стая волков, за волками – несколько медведей, а за медведями пристроились трехлапые золотые петухи.

Процессия разрасталась, постепенно выходя из-под контроля самого зачинщика. Он и сам уже слегка обалдел. Вот уже полчаса он не мог остановиться, чтобы «пополнить запасы». Скорость и волков, и прочих тварей всё росла, они уже почти сравнялись с мотоциклом.

Время шло. Небо начало темнеть. Свет фары мотоцикла Цзян Пина резал глаза в наступающих сумерках. Он уже и сам понятия не имел, куда его занесло.