Су Дацян посмотрел на раненую руку Фан Цзе и принялся без конца благодарить его:
Су Дацян посмотрел на раненую руку Фан Цзе и принялся без конца благодарить его:
— Братец, сегодня ты нас прямо-таки выручил.
— Братец, сегодня ты нас прямо-таки выручил.
Фан Цзе лишь махнул рукой:
Фан Цзе лишь махнул рукой:
— Да за что тут благодарить. Терпеть не могу, когда сильные обижают слабых. Давайте-ка лучше вы с матерью пойдете со мной, там и теплее, и еда найдется.
— Да за что тут благодарить. Терпеть не могу, когда сильные обижают слабых. Давайте-ка лучше вы с матерью пойдете со мной, там и теплее, и еда найдется.
Су Дацян замялся и заслонил собой старую мать:
Су Дацян замялся и заслонил собой старую мать:
— Пожалуй, не стоит. С моей мамой тебе будет слишком хлопотно. В такой холод и снегопад всем и без того нелегко.
— Пожалуй, не стоит. С моей мамой тебе будет слишком хлопотно. В такой холод и снегопад всем и без того нелегко.
Он помедлил и добавил:
Он помедлил и добавил:
— Не переживай, я смогу позаботиться о маме. Мы подыщем другое местечко, чтобы обустроиться, подальше от тех людей.
— Не переживай, я смогу позаботиться о маме. Мы подыщем другое местечко, чтобы обустроиться, подальше от тех людей.
Фан Цзе попытался было настоять, но Су Дацян решительно покачал головой.
Фан Цзе попытался было настоять, но Су Дацян решительно покачал головой.
Тогда Фан Цзе просто вытащил из кармана несколько галет и всунул ему в руку:
Тогда Фан Цзе просто вытащил из кармана несколько галет и всунул ему в руку:
— Держи, на крайний случай пригодятся.
— Держи, на крайний случай пригодятся.
Су Дацян принял галеты:
Су Дацян принял галеты:
— Братец, я этого никогда не забуду! Если когда-нибудь понадобится моя помощь – только скажи, сделаю все, что в моих силах.
— Братец, я этого никогда не забуду! Если когда-нибудь понадобится моя помощь – только скажи, сделаю все, что в моих силах.
— Да ладно тебе, не стоит пустых разговоров. Ну, я пошел, у меня еще полно дел.
— Да ладно тебе, не стоит пустых разговоров. Ну, я пошел, у меня еще полно дел.
Фан Цзе уже развернулся, чтобы уйти, но вдруг обернулся и спросил:
Фан Цзе уже развернулся, чтобы уйти, но вдруг обернулся и спросил:
— Кстати, а где Лю Дэгуй и его двое дружков? Что-то я их вообще сегодня не видел.
— Кстати, а где Лю Дэгуй и его двое дружков? Что-то я их вообще сегодня не видел.
Су Дацян потер окоченевшие руки и покачал головой:
Су Дацян потер окоченевшие руки и покачал головой:
— Еще до рассвета ушли, сказали, что отправляются на поиски еды. До сих пор не вернулись, черт знает, куда их унесло.
— Еще до рассвета ушли, сказали, что отправляются на поиски еды. До сих пор не вернулись, черт знает, куда их унесло.
Фан Цзе кивнул и махнул рукой на прощание матери с сыном:
Фан Цзе кивнул и махнул рукой на прощание матери с сыном:
— Берегите себя. Если что-нибудь случится, идите в мою сторону.
— Берегите себя. Если что-нибудь случится, идите в мою сторону.
С этими словами он скрылся в лесной чаще.
С этими словами он скрылся в лесной чаще.
Спустя какое-то время Фан Цзе уловил аппетитный запах жареной рыбы.
Спустя какое-то время Фан Цзе уловил аппетитный запах жареной рыбы.
Поведя носом, он пошел на запах и на склоне горы обнаружил неприметную пещерку.
Поведя носом, он пошел на запах и на склоне горы обнаружил неприметную пещерку.
Вход в нее густо зарос кустарником – если бы не этот дивный аромат, найти ее было бы практически невозможно.
Вход в нее густо зарос кустарником – если бы не этот дивный аромат, найти ее было бы практически невозможно.
Пещера оказалась узкой и низкой, внутри едва могли поместиться три человека.
Пещера оказалась узкой и низкой, внутри едва могли поместиться три человека.
Лю Дэгуй со своими спутниками как раз сидели вокруг костра и жарили рыбу, с которой с шипением капал жир.
Лю Дэгуй со своими спутниками как раз сидели вокруг костра и жарили рыбу, с которой с шипением капал жир.
Услышав шорох, троица резко вскинула головы и так и застыла от испуга, увидев Фан Цзе.
Услышав шорох, троица резко вскинула головы и так и застыла от испуга, увидев Фан Цзе.
Лю Дэгуй в суматохе попытался спрятать рыбу за спину, рассыпав угли по всей пещере.
Лю Дэгуй в суматохе попытался спрятать рыбу за спину, рассыпав угли по всей пещере.
Фан Цзе, пригнувшись, скользнул внутрь и тут же вырвал добычу из-за спины Лю Дэгуя.
Фан Цзе, пригнувшись, скользнул внутрь и тут же вырвал добычу из-за спины Лю Дэгуя.
Он понюхал ее и с аппетитом откусил большой кусок:
Он понюхал ее и с аппетитом откусил большой кусок:
— Неплохо устроились! И где же вы раздобыли рыбу?
— Неплохо устроились! И где же вы раздобыли рыбу?
Лю Дэгуй забегал глазами и пробормотал:
Лю Дэгуй забегал глазами и пробормотал:
— В... в море поймали. Она на мель выбросилась, а мы как раз мимо проходили.
— В... в море поймали. Она на мель выбросилась, а мы как раз мимо проходили.
Не успел он договорить, как Фан Цзе отвесил ему пинка под зад, отчего тот с воплем полетел кувырком.
Не успел он договорить, как Фан Цзе отвесил ему пинка под зад, отчего тот с воплем полетел кувырком.
— Опять заливаешь! — Фан Цзе схватил его за шкирку и ткнул рыбой прямо в лицо. — Разуй глаза и посмотри хорошенько – это же карп! Откуда в море взяться карпам?
— Опять заливаешь! — Фан Цзе схватил его за шкирку и ткнул рыбой прямо в лицо. — Разуй глаза и посмотри хорошенько – это же карп! Откуда в море взяться карпам?
Лю Дэгуй жалобно застонал, растянувшись на земле, а двое других забились в угол, боясь даже вздохнуть.
Лю Дэгуй жалобно застонал, растянувшись на земле, а двое других забились в угол, боясь даже вздохнуть.
Фан Цзе подобрал с земли увесистую палку и с силой ударил по каменной стене:
Фан Цзе подобрал с земли увесистую палку и с силой ударил по каменной стене:
— Если сейчас же не скажете правду, я вам ноги переломаю!
— Если сейчас же не скажете правду, я вам ноги переломаю!
— Не надо, не надо! Братец, я все скажу! — Лю Дэгуй закрыл голову руками, моля о пощаде. — Там, за горой, есть пруд. На мелководье вода затянулась тонким льдом, и рыба плавает очень медленно... Мы полдня провозились, пока поймали эти крохи.
— Не надо, не надо! Братец, я все скажу! — Лю Дэгуй закрыл голову руками, моля о пощаде. — Там, за горой, есть пруд. На мелководье вода затянулась тонким льдом, и рыба плавает очень медленно... Мы полдня провозились, пока поймали эти крохи.
Фан Цзе швырнул палку на землю и потащил Лю Дэгуя за воротник к выходу:
Фан Цзе швырнул палку на землю и потащил Лю Дэгуя за воротник к выходу:
— Пошли! Веди меня туда. И если вздумаешь крутить хвостом – пеняй на себя!
— Пошли! Веди меня туда. И если вздумаешь крутить хвостом – пеняй на себя!
Вся троица, дрожа от страха и холода, поплелась впереди Фан Цзе по направлению к пруду.
Вся троица, дрожа от страха и холода, поплелась впереди Фан Цзе по направлению к пруду.
Они шли, утопая в сугробах, огибая гору.
Они шли, утопая в сугробах, огибая гору.
Пройдя пару поворотов, путники увидели перед собой подернутый тонкой ледяной коркой пруд.
Пройдя пару поворотов, путники увидели перед собой подернутый тонкой ледяной коркой пруд.
Над водой возвышалась отвесная скала, уходящая прямо в небо и служившая естественной преградой от холодного северного ветра.
Над водой возвышалась отвесная скала, уходящая прямо в небо и служившая естественной преградой от холодного северного ветра.
Сухая трава у берега местами еще сохраняла зеленовато-желтый оттенок, да и вообще возле пруда казалось гораздо теплее, чем в округе.
Сухая трава у берега местами еще сохраняла зеленовато-желтый оттенок, да и вообще возле пруда казалось гораздо теплее, чем в округе.
Фан Цзе обошел пруд пару раз, и его глаза загорались все ярче.
Фан Цзе обошел пруд пару раз, и его глаза загорались все ярче.
Росшие неподалеку сосны были высокими и прямыми – сруби пару штук, и получится отличный сруб.
Росшие неподалеку сосны были высокими и прямыми – сруби пару штук, и получится отличный сруб.
Углубление в скале идеально подходило для постройки: защищенное каменной стеной сзади, жилище будет полностью укрыто от ветра.
Углубление в скале идеально подходило для постройки: защищенное каменной стеной сзади, жилище будет полностью укрыто от ветра.
Но еще больше его порадовали многочисленные следы на влажной земле.
Но еще больше его порадовали многочисленные следы на влажной земле.
Здесь виднелись и округлые отпечатки козьих копыт, и похожие на цветы следы кроличьих лап, уходящие к самой воде.
Здесь виднелись и округлые отпечатки козьих копыт, и похожие на цветы следы кроличьих лап, уходящие к самой воде.
Фан Цзе внимательно осмотрелся – следов крупных хищников поблизости не было.
Фан Цзе внимательно осмотрелся – следов крупных хищников поблизости не было.
— Вот это да, идеальное место для лагеря! — Фан Цзе нагнулся и коснулся ледяной глади, сквозь тонкую корку которой можно было разглядеть плавающую рыбу.
— Вот это да, идеальное место для лагеря! — Фан Цзе нагнулся и коснулся ледяной глади, сквозь тонкую корку которой можно было разглядеть плавающую рыбу.
Тут к нему подобрался Лю Дэгуй и, потирая руки, заговорил:
Тут к нему подобрался Лю Дэгуй и, потирая руки, заговорил:
— Братец, место мы тебе показали, но давай договоримся сразу: если мы придем сюда рыбачить или за водой, ты нам мешать не станешь.
— Братец, место мы тебе показали, но давай договоримся сразу: если мы придем сюда рыбачить или за водой, ты нам мешать не станешь.
Фан Цзе долго всматривался в лед и только потом повернулся к нему:
Фан Цзе долго всматривался в лед и только потом повернулся к нему:
— Идет. Но у меня тоже есть условие.
— Идет. Но у меня тоже есть условие.
Лю Дэгуй изменился в лице:
Лю Дэгуй изменился в лице:
— Какое еще условие?
— Какое еще условие?
— Поможете мне валить деревья и строить дом, — Фан Цзе указал рукой на сосновый бор. — У вас-то есть пещера, а я до сих пор на снегу ночую. Если поможете мне соорудить угол, никто не в обиде. Одному мне не справиться, так что мне нужны ваши руки.
— Поможете мне валить деревья и строить дом, — Фан Цзе указал рукой на сосновый бор. — У вас-то есть пещера, а я до сих пор на снегу ночую. Если поможете мне соорудить угол, никто не в обиде. Одному мне не справиться, так что мне нужны ваши руки.
Лю Дэгуй тут же отшатнулся на полшага:
Лю Дэгуй тут же отшатнулся на полшага:
— Ну уж нет, это слишком тяжелая работа, за день-два тут точно не управиться!
— Ну уж нет, это слишком тяжелая работа, за день-два тут точно не управиться!
— Я ведь не заставляю вас работать бесплатно, — Фан Цзе скрестил руки на груди. — Поможете мне в этот раз, и дальше каждый сам по себе. Чем бы вы ни занимались, я лезть не буду. Идет?
— Я ведь не заставляю вас работать бесплатно, — Фан Цзе скрестил руки на груди. — Поможете мне в этот раз, и дальше каждый сам по себе. Чем бы вы ни занимались, я лезть не буду. Идет?
Лю Дэгуй переглянулся со своими товарищами и, стиснув зубы, согласился:
Лю Дэгуй переглянулся со своими товарищами и, стиснув зубы, согласился:
— Ладно! Но только один раз. Как только достроим дом, больше друг к другу не лезем! И в наши дела ты вмешиваться не будешь!
— Ладно! Но только один раз. Как только достроим дом, больше друг к другу не лезем! И в наши дела ты вмешиваться не будешь!
— Договорились! Начнем прямо сейчас!
— Договорились! Начнем прямо сейчас!
Фан Цзе снял с пояса топор и швырнул его Лю Дэгую, а другому парню протянул нож:
Фан Цзе снял с пояса топор и швырнул его Лю Дэгую, а другому парню протянул нож:
— Будете рубить деревья по очереди. Как только дерево упадет – пусть третий очищает его от коры. Кору не выбрасывайте, складывайте аккуратно, она мне еще пригодится.
— Будете рубить деревья по очереди. Как только дерево упадет – пусть третий очищает его от коры. Кору не выбрасывайте, складывайте аккуратно, она мне еще пригодится.
Лю Дэгуй взвесил в руке топор и с натянутой улыбкой произнес:
Лю Дэгуй взвесил в руке топор и с натянутой улыбкой произнес:
— А ты смелый, раз так просто отдаешь мне топор. Не боишься, что мы пустим этот инструмент в ход против тебя?
— А ты смелый, раз так просто отдаешь мне топор. Не боишься, что мы пустим этот инструмент в ход против тебя?
— Этот топор изначально и был вашим, — усмехнулся Фан Цзе, глядя на троицу. — Когда мы делили припасы на берегу, я уложил вас голыми руками. Думаешь, сейчас я испугаюсь топора?
— Этот топор изначально и был вашим, — усмехнулся Фан Цзе, глядя на троицу. — Когда мы делили припасы на берегу, я уложил вас голыми руками. Думаешь, сейчас я испугаюсь топора?
Лю Дэгую не нашлось что ответить.
Лю Дэгую не нашлось что ответить.
Он смачно плюнул на ладони и, развернувшись, направился к ближайшей сосне.
Он смачно плюнул на ладони и, развернувшись, направился к ближайшей сосне.
С гулким треском топора по дереву и разлетающимися щепками работа закипела.
С гулким треском топора по дереву и разлетающимися щепками работа закипела.
Фан Цзе тем временем бродил по лесу, то и дело нагибаясь и собирая мох у корней деревьев.
Фан Цзе тем временем бродил по лесу, то и дело нагибаясь и собирая мох у корней деревьев.
Он снял верхнюю куртку и складывал туда огромные охапки мха.
Он снял верхнюю куртку и складывал туда огромные охапки мха.
— Когда каркас будет готов, проконопатим все этим мхом – будет тепло и сухо. А сверху обмажем землей, и тогда никакой буран нам не страшен!
— Когда каркас будет готов, проконопатим все этим мхом – будет тепло и сухо. А сверху обмажем землей, и тогда никакой буран нам не страшен!
Четверо мужчин трудились до самых сумерек.
Четверо мужчин трудились до самых сумерек.
На земле уже лежало около десятка пятиметровых бревен толщиной в обхват, аккуратно очищенных от коры.
На земле уже лежало около десятка пятиметровых бревен толщиной в обхват, аккуратно очищенных от коры.
Фан Цзе сложил кору в одну кучу:
Фан Цзе сложил кору в одну кучу:
— Это все пригодится. Ладно, на сегодня закончим. Спасибо за работу, мужики. Завтра жду вас на рассвете.
— Это все пригодится. Ладно, на сегодня закончим. Спасибо за работу, мужики. Завтра жду вас на рассвете.
Лю Дэгуй, вытирая пот со лба, прохрипел:
Лю Дэгуй, вытирая пот со лба, прохрипел:
— Завтра утром мы сначала наловим рыбы и наберем воды на завтрак.
— Завтра утром мы сначала наловим рыбы и наберем воды на завтрак.
Фан Цзе одобрительно кивнул:
Фан Цзе одобрительно кивнул:
— Хорошо. Давайте сделаем так: принесете сюда угли из костра, будете прямо здесь жарить рыбу и греть воду, чтобы не бегать туда-сюда. Поедите – и сразу за работу.
— Хорошо. Давайте сделаем так: принесете сюда угли из костра, будете прямо здесь жарить рыбу и греть воду, чтобы не бегать туда-сюда. Поедите – и сразу за работу.
Троица переглянулась, и Лю Дэгуй проворчал:
Троица переглянулась, и Лю Дэгуй проворчал:
— Ну ты и эксплуататор, похлеще любого надсмотрщика! Я в своей компании максимум заставлял людей сверхурочно пахать, а ты прямо как жадный помещик Чжоу Линьсы, который заставлял петухов кукарекать посреди ночи, лишь бы батраки шли работать.
— Ну ты и эксплуататор, похлеще любого надсмотрщика! Я в своей компании максимум заставлял людей сверхурочно пахать, а ты прямо как жадный помещик Чжоу Линьсы, который заставлял петухов кукарекать посреди ночи, лишь бы батраки шли работать.
— Ха-ха, польщен, польщен. Но я ведь стараюсь ради вашего же блага. Почувствуете на себе, каково быть рабочей скотиной, и больше не захочется издеваться над слабыми.
— Ха-ха, польщен, польщен. Но я ведь стараюсь ради вашего же блага. Почувствуете на себе, каково быть рабочей скотиной, и больше не захочется издеваться над слабыми.
— Ну тебя, бывай!
— Ну тебя, бывай!
Троица бросила инструменты и растворилась в заснеженном лесу.
Троица бросила инструменты и растворилась в заснеженном лесу.
Фан Цзе посмотрел им вслед, а затем перевел взгляд на ровные стопки подготовленного леса.
Фан Цзе посмотрел им вслед, а затем перевел взгляд на ровные стопки подготовленного леса.
«Что ж, неплохо, весьма неплохо. Лю Дэгуй и его шайка оказались не такими уж безнадежными. С их помощью дело пойдет куда быстрее».
«Что ж, неплохо, весьма неплохо. Лю Дэгуй и его шайка оказались не такими уж безнадежными. С их помощью дело пойдет куда быстрее».

Комментарии

Загрузка...