Вот так Чао Ху и поехал с ними на виллу в жилом комплексе. Как и Ци Ци, он был сиротой, только его ещё в детстве усыновил старый господин Чао и относился к нему ничуть не хуже, чем к Хань Чао. Позже, когда родители Хань Чао погибли и дедушка забрал внука к себе, Чао Ху почувствовал, что несёт ответственность за мальчика, который был младше его на несколько лет. С тех пор он опекал Хань Чао на каждом шагу.
Вот так Чао Ху и поехал с ними на виллу в жилом комплексе. Как и Ци Ци, он был сиротой, только его ещё в детстве усыновил старый господин Чао и относился к нему ничуть не хуже, чем к Хань Чао. Позже, когда родители Хань Чао погибли и дедушка забрал внука к себе, Чао Ху почувствовал, что несёт ответственность за мальчика, который был младше его на несколько лет. С тех пор он опекал Хань Чао на каждом шагу.
— Эй-эй, послушай, ты вообще готовить умеешь? Наш молодой господин с малых лет привык к блюдам от шеф-поваров, у него тонкий вкус. Если невкусно, он даже в рот не возьмёт.
— Эй-эй, послушай, ты вообще готовить умеешь? Наш молодой господин с малых лет привык к блюдам от шеф-поваров, у него тонкий вкус. Если невкусно, он даже в рот не возьмёт.
С тех самых пор, как они вернулись на виллу, Чао Ху не упускал случая придраться к Ци Ци и вечно искал повод для ссоры.
С тех самых пор, как они вернулись на виллу, Чао Ху не упускал случая придраться к Ци Ци и вечно искал повод для ссоры.
Он был уверен: молодой господин не возвращается в родовое поместье исключительно из-за Ци Ци. Это она вцепилась в него мёртвой хваткой, иначе он не стал бы тратить столько времени вдали от дома.
Он был уверен: молодой господин не возвращается в родовое поместье исключительно из-за Ци Ци. Это она вцепилась в него мёртвой хваткой, иначе он не стал бы тратить столько времени вдали от дома.
Пусть Ци Ци и была мягкой по натуре, но бесхребетной тряпкой себя считать не позволяла. Устав от постоянных придирок и нападок Чао Ху, она решила дать отпор:
Пусть Ци Ци и была мягкой по натуре, но бесхребетной тряпкой себя считать не позволяла. Устав от постоянных придирок и нападок Чао Ху, она решила дать отпор:
— Раз такой умный, сам и готовь! Вечно бубнишь и поучаешь! Не стану я вам прислуживать! Подумаешь, твой господин... Вот доберусь до безопасной зоны, в два счёта его брошу, найду себе симпатичного парня и буду жить в своё удовольствие! А твой драгоценный господин пусть дальше бегает на побегушках! — «У главной героини, само собой».
— Раз такой умный, сам и готовь! Вечно бубнишь и поучаешь! Не стану я вам прислуживать! Подумаешь, твой господин... Вот доберусь до безопасной зоны, в два счёта его брошу, найду себе симпатичного парня и буду жить в своё удовольствие! А твой драгоценный господин пусть дальше бегает на побегушках! — «У главной героини, само собой».
Но стоило Ци Ци размечтаться о прекрасном будущем, как мрачный голос безжалостно вернул её с небес на землю:
Но стоило Ци Ци размечтаться о прекрасном будущем, как мрачный голос безжалостно вернул её с небес на землю:
— Хм-м... И что же ты сейчас сказала? — «Бросишь меня? Найдёшь другого парня?..»
— Хм-м... И что же ты сейчас сказала? — «Бросишь меня? Найдёшь другого парня?..»
Ци Ци обернулась и увидела Хань Чао. Скрестив руки на груди, он стоял в дверях кухни и холодно смотрел на неё сверху вниз. Девушка тут же втянула голову в плечи и мгновенно сдулась.
Ци Ци обернулась и увидела Хань Чао. Скрестив руки на груди, он стоял в дверях кухни и холодно смотрел на неё сверху вниз. Девушка тут же втянула голову в плечи и мгновенно сдулась.
— Хи-хи... Да ничего я такого не говорила... Сказала, что пора ужинать, вот и готовлю... Уже готовлю!
— Хи-хи... Да ничего я такого не говорила... Сказала, что пора ужинать, вот и готовлю... Уже готовлю!
«Великий главный герой ведь не убьёт меня, правда? Взгляд такой жуткий... Ну точно, ни один мужчина не потерпит намёка на рога. И дело тут вовсе не в любви, а в банальном чувстве собственника, угу...»
«Великий главный герой ведь не убьёт меня, правда? Взгляд такой жуткий... Ну точно, ни один мужчина не потерпит намёка на рога. И дело тут вовсе не в любви, а в банальном чувстве собственника, угу...»
— Хм! — Хань Чао сухо хмыкнул, выпрямился и зашагал прочь.
— Хм! — Хань Чао сухо хмыкнул, выпрямился и зашагал прочь.
Решив, что легко отделалась, Ци Ци с облегчением перевела дух и похлопала себя по груди: пронесло...
Решив, что легко отделалась, Ци Ци с облегчением перевела дух и похлопала себя по груди: пронесло...
Лишь ночью она поняла, что перевела дух слишком рано. Прижатая к постели и жестоко проученная за всю эту ночь, Ци Ци готова была плакать от бессилия: злить великого главного героя и впрямь не стоило...
Лишь ночью она поняла, что перевела дух слишком рано. Прижатая к постели и жестоко проученная за всю эту ночь, Ци Ци готова была плакать от бессилия: злить великого главного героя и впрямь не стоило...
На следующий день, держась за ноющую поясницу, Ци Ци с трудом сползла по лестнице. Едва повернув за угол, она увидела Хань Чао и Чао Ху: устроившись на диване в гостиной, они что-то негромко обсуждали.
На следующий день, держась за ноющую поясницу, Ци Ци с трудом сползла по лестнице. Едва повернув за угол, она увидела Хань Чао и Чао Ху: устроившись на диване в гостиной, они что-то негромко обсуждали.
Заметив её на ступенях, мужчины замолчали. Хань Чао поманил её рукой:
Заметив её на ступенях, мужчины замолчали. Хань Чао поманил её рукой:
— Подойди.
— Подойди.
«Хм! Позвал — и я сразу должна бежать? За кого он меня принимает, за собачонку? Ни за что не пойду...»
«Хм! Позвал — и я сразу должна бежать? За кого он меня принимает, за собачонку? Ни за что не пойду...»
Но Ци Ци была слишком труслива, так что бунт остался лишь в мыслях: в ту же секунду её ножки затопали по полу, и она послушно потрусила прямиком к Хань Чао.
Но Ци Ци была слишком труслива, так что бунт остался лишь в мыслях: в ту же секунду её ножки затопали по полу, и она послушно потрусила прямиком к Хань Чао.
Он протянул руку, поймал её в объятия, прижал к себе и произнёс:
Он протянул руку, поймал её в объятия, прижал к себе и произнёс:
— Ты вчера сама видела обстановку. Город рано или поздно целиком захватят зомби, здесь нам дольше оставаться нельзя.
— Ты вчера сама видела обстановку. Город рано или поздно целиком захватят зомби, здесь нам дольше оставаться нельзя.
Хань Чао сделал паузу, бросил на неё внимательный взгляд и продолжил:
Хань Чао сделал паузу, бросил на неё внимательный взгляд и продолжил:
— Поэтому я решил, что мы с Чао Ху пойдём наружу: побьём зомби для тренировки и заодно соберём припасы. А потом уедем отсюда в город B.
— Поэтому я решил, что мы с Чао Ху пойдём наружу: побьём зомби для тренировки и заодно соберём припасы. А потом уедем отсюда в город B.
Ци Ци полностью разделяла его мысли и согласно закивала: здесь и правда небезопасно задерживаться. В городе B находится крупнейшая безопасная база постапокалипсиса, там будет намного спокойнее.
Ци Ци полностью разделяла его мысли и согласно закивала: здесь и правда небезопасно задерживаться. В городе B находится крупнейшая безопасная база постапокалипсиса, там будет намного спокойнее.
Заметив, что она вовсе не собирается с ним расставаться, Хань Чао внутренне выдохнул и добавил:
Заметив, что она вовсе не собирается с ним расставаться, Хань Чао внутренне выдохнул и добавил:
— Когда пойдём в город, неизвестно, с чем столкнёмся и вернёмся ли сюда вообще. Оглядись: если есть что-то нужное, собери. Мы выходим без промедления.
— Когда пойдём в город, неизвестно, с чем столкнёмся и вернёмся ли сюда вообще. Оглядись: если есть что-то нужное, собери. Мы выходим без промедления.
Все запасы, которые Ци Ци успела припрятать на вилле, Хань Чао давным-давно убрал в складское пространство.
Все запасы, которые Ци Ци успела припрятать на вилле, Хань Чао давным-давно убрал в складское пространство.
— Хорошо.
— Хорошо.
В итоге всё, что только можно было сдвинуть с места, Хань Чао отправил в своё пространство. Собирая вещи, Ци Ци то жалела одну безделушку, то находила крайне полезной другую. Не видя иного выхода, Хань Чао просто начал зачищать комнату за комнатой, иначе с её темпами они сегодня так и не вышли бы за порог.
В итоге всё, что только можно было сдвинуть с места, Хань Чао отправил в своё пространство. Собирая вещи, Ци Ци то жалела одну безделушку, то находила крайне полезной другую. Не видя иного выхода, Хань Чао просто начал зачищать комнату за комнатой, иначе с её темпами они сегодня так и не вышли бы за порог.
— С женщинами одна морока: ни тяжести поднять, ни ведро донести, только путаются под ногами и создают проблемы.
— С женщинами одна морока: ни тяжести поднять, ни ведро донести, только путаются под ногами и создают проблемы.
Вооружившись мечами тан-дао, вся троица отправилась зачищать жилой комплекс. Бродячих мертвецов на территории было немного, так что для Ци Ци это стало идеальной возможностью попрактиковаться.
Вооружившись мечами тан-дао, вся троица отправилась зачищать жилой комплекс. Бродячих мертвецов на территории было немного, так что для Ци Ци это стало идеальной возможностью попрактиковаться.
Хань Чао происходил из знатного рода военных и чиновников, а его отец и вовсе был прославленным героем спецназа. Хоть Хань Чао и рос вдали от семьи Хань, все каникулы с самого детства он проводил на армейских тренировках. В боевых навыках он не уступал матёрым спецназовцам, а во многом даже превосходил их.
Хань Чао происходил из знатного рода военных и чиновников, а его отец и вовсе был прославленным героем спецназа. Хоть Хань Чао и рос вдали от семьи Хань, все каникулы с самого детства он проводил на армейских тренировках. В боевых навыках он не уступал матёрым спецназовцам, а во многом даже превосходил их.
О Чао Ху и говорить нечего: рослый, плечистый верзила с малых лет крутился рядом с Хань Чао в военном городке, а повзрослев, несколько лет отслужил в армии. Если бы не тяжёлая болезнь старого господина Чао, он наверняка до сих пор оставался бы на службе.
О Чао Ху и говорить нечего: рослый, плечистый верзила с малых лет крутился рядом с Хань Чао в военном городке, а повзрослев, несколько лет отслужил в армии. Если бы не тяжёлая болезнь старого господина Чао, он наверняка до сих пор оставался бы на службе.
Для Хань Чао и Чао Ху зарубить парочку негнущихся мертвецов было ничуть не сложнее, чем расколоть арбуз.
Для Хань Чао и Чао Ху зарубить парочку негнущихся мертвецов было ничуть не сложнее, чем расколоть арбуз.
Но с Ци Ци дело обстояло иначе. Пусть она и была поваром, однако живых существ ей рубить не доводилось. В ресторане она работала помощником повара, и разделывать туши не требовалось, а в Академии тётушки Сунь все ингредиенты подавали уже подготовленными. Самым крупным куском мяса, который ей когда-либо приходилось разрезать, был молочный поросёнок на вертеле.
Но с Ци Ци дело обстояло иначе. Пусть она и была поваром, однако живых существ ей рубить не доводилось. В ресторане она работала помощником повара, и разделывать туши не требовалось, а в Академии тётушки Сунь все ингредиенты подавали уже подготовленными. Самым крупным куском мяса, который ей когда-либо приходилось разрезать, был молочный поросёнок на вертеле.
Поэтому, когда прямо на неё, покачиваясь, заковылял мертвец, в голове у Ци Ци стало абсолютно пусто. Она принялась хаотично размахивать клинком, пока тан-дао намертво не застрял в шее чудовища. Глядя, как когтистые лапы тянутся всё ближе и ближе, Ци Ци задрожала от макушки до пят, совершенно оцепенев от ужаса...
Поэтому, когда прямо на неё, покачиваясь, заковылял мертвец, в голове у Ци Ци стало абсолютно пусто. Она принялась хаотично размахивать клинком, пока тан-дао намертво не застрял в шее чудовища. Глядя, как когтистые лапы тянутся всё ближе и ближе, Ци Ци задрожала от макушки до пят, совершенно оцепенев от ужаса...
Внезапный рывок с силой выдернул её из зоны досягаемости твари, и прямо в голову мертвеца врезался огненный шар размером с кулак. Когда Ци Ци наконец пришла в себя, до её слуха донёсся лишь полный яда и насмешки голос Чао Ху.
Внезапный рывок с силой выдернул её из зоны досягаемости твари, и прямо в голову мертвеца врезался огненный шар размером с кулак. Когда Ци Ци наконец пришла в себя, до её слуха донёсся лишь полный яда и насмешки голос Чао Ху.
Обиженно взглянув на обнимающего её Хань Чао, она уже открыла рот, чтобы пожаловаться, но нарвалась на безжалостную отповедь:
Обиженно взглянув на обнимающего её Хань Чао, она уже открыла рот, чтобы пожаловаться, но нарвалась на безжалостную отповедь:
— Ты совсем дура? Он стоял на месте, а ты даже попасть не смогла! Ладно не попала, но когда он к тебе полез, почему не отбежала? Чего застыла столбом? Жить надоело? Почему бы тебе сразу не помереть от собственной глупости!
— Ты совсем дура? Он стоял на месте, а ты даже попасть не смогла! Ладно не попала, но когда он к тебе полез, почему не отбежала? Чего застыла столбом? Жить надоело? Почему бы тебе сразу не помереть от собственной глупости!
Ци Ци надула губы и замолчала, чувствуя себя ещё более несчастной: «Подумаешь, силёнок мало, я же не виновата! Что один, что второй... Нашли с кем равняться, будто все вокруг такие же монстры...»
Ци Ци надула губы и замолчала, чувствуя себя ещё более несчастной: «Подумаешь, силёнок мало, я же не виновата! Что один, что второй... Нашли с кем равняться, будто все вокруг такие же монстры...»
Покинув жилой комплекс, они направились к заправке на окраине города. Она находилась совсем близко к вилле — всего в паре километров к востоку. Перед началом конца света Ци Ци запасла немало бензина, но совершенно не учла, что армейский внедорожник заправляется дизелем. Теперь им требовалось найти и запасти дизельное топливо.
Покинув жилой комплекс, они направились к заправке на окраине города. Она находилась совсем близко к вилле — всего в паре километров к востоку. Перед началом конца света Ци Ци запасла немало бензина, но совершенно не учла, что армейский внедорожник заправляется дизелем. Теперь им требовалось найти и запасти дизельное топливо.
До заправки добрались без происшествий. Видимо, из-за глухого расположения на окраине сюда до сих пор никто не заглядывал. А поскольку катастрофа разразилась глубокой ночью, вокруг бродили всего два мертвеца — бывшие работники станции.
До заправки добрались без происшествий. Видимо, из-за глухого расположения на окраине сюда до сих пор никто не заглядывал. А поскольку катастрофа разразилась глубокой ночью, вокруг бродили всего два мертвеца — бывшие работники станции.
Разобравшись с ними, спутники принялись осматривать территорию.
Разобравшись с ними, спутники принялись осматривать территорию.
— В колонках почти пусто, — проверив остатки топлива, доложил Чао Ху.
— В колонках почти пусто, — проверив остатки топлива, доложил Чао Ху.
Чао Ху проверил, сколько топлива осталось в колонках.
Чао Ху проверил, сколько топлива осталось в колонках.
— Дизеля ещё немного есть, а вот бензина не осталось вовсе.
— Дизеля ещё немного есть, а вот бензина не осталось вовсе.
Услышав это, Ци Ци заметно погрустнела. Сейчас в округе почти не осталось нетронутых заправок. Она-то обрадовалась, что сюда никто не добрался, но радость оказалась преждевременной: подземные резервуары были пусты.
Услышав это, Ци Ци заметно погрустнела. Сейчас в округе почти не осталось нетронутых заправок. Она-то обрадовалась, что сюда никто не добрался, но радость оказалась преждевременной: подземные резервуары были пусты.
Опустошив прилегающий минимаркет, Хань Чао вышел наружу и, заметив их кислые лица, подбодрил:
Опустошив прилегающий минимаркет, Хань Чао вышел наружу и, заметив их кислые лица, подбодрил:
— Ничего страшного, поищем в другом месте.
— Ничего страшного, поищем в другом месте.
В его пространстве ещё оставалось горючее: немного, но при разумной экономии хватило бы на пару лет.
В его пространстве ещё оставалось горючее: немного, но при разумной экономии хватило бы на пару лет.
К тому же в минимаркете нашлась масса полезных припасов, а на заднем дворе заправки он прибрал к рукам два генератора. С учётом найденного дизеля добыча и так вышла внушительной.
К тому же в минимаркете нашлась масса полезных припасов, а на заднем дворе заправки он прибрал к рукам два генератора. С учётом найденного дизеля добыча и так вышла внушительной.
— Да где сейчас найдёшь целую заправку? — проворчал Чао Ху. — Люди либо выкачивают всё до капли, либо ломают колонки, если не могут унести с собой.
— Да где сейчас найдёшь целую заправку? — проворчал Чао Ху. — Люди либо выкачивают всё до капли, либо ломают колонки, если не могут унести с собой.
В поисках Хань Чао он несколько дней колесил по городу и был крайне возмущён подобным поведением: ладно забрать своё, но зачем нарочно портить то, что не можешь утащить, лишь бы другим не досталось?
В поисках Хань Чао он несколько дней колесил по городу и был крайне возмущён подобным поведением: ладно забрать своё, но зачем нарочно портить то, что не можешь утащить, лишь бы другим не досталось?
Подойдя к ним, Хань Чао привычно выпустил ментальную силу, сканируя окрестности:
Подойдя к ним, Хань Чао привычно выпустил ментальную силу, сканируя окрестности:
— Пустяки. Даже если колонка сломана, топливо всё равно можно извлечь.
— Пустяки. Даже если колонка сломана, топливо всё равно можно извлечь.
— Можно-то можно, только мороки не оберёшься, — Чао Ху просто претило такое свинство, хотя, к счастью, так поступали лишь единицы.
— Можно-то можно, только мороки не оберёшься, — Чао Ху просто претило такое свинство, хотя, к счастью, так поступали лишь единицы.
Втянув ментальную силу обратно, Хань Чао повернулся к спутникам:
Втянув ментальную силу обратно, Хань Чао повернулся к спутникам:
— Пойдёмте, взглянем вперёд. Нас ждёт сюрприз.
— Пойдёмте, взглянем вперёд. Нас ждёт сюрприз.
Не дожидаясь ответа, он первым зашагал вперёд широкими шагами.
Не дожидаясь ответа, он первым зашагал вперёд широкими шагами.
Ци Ци и Чао Ху переглянулись: к чему такая таинственность? Однако послушно двинулись следом.
Ци Ци и Чао Ху переглянулись: к чему такая таинственность? Однако послушно двинулись следом.
Обойдя заправку, они углубились в перелесок и прошли по тропинке метров двадцать. Стоило им свернуть за угол, как глаза Ци Ци и Чао Ху изумлённо распахнулись: на круглой расчищенной площадке ровным рядом стояли три бензовоза.
Обойдя заправку, они углубились в перелесок и прошли по тропинке метров двадцать. Стоило им свернуть за угол, как глаза Ци Ци и Чао Ху изумлённо распахнулись: на круглой расчищенной площадке ровным рядом стояли три бензовоза.
— Ого, бензовозы! — взвизгнула Ци Ци от восторга, указывая на машины.
— Ого, бензовозы! — взвизгнула Ци Ци от восторга, указывая на машины.
— Вижу, вижу, без тебя разберусь! Пойду проверю, есть ли там что-нибудь.
— Вижу, вижу, без тебя разберусь! Пойду проверю, есть ли там что-нибудь.
В два счёта подбежав к головной машине, Чао Ху вскарабкался по лестнице на цистерну. Едва Хань Чао с девушкой подошли ближе, сверху донёсся его ликующий возглас:
В два счёта подбежав к головной машине, Чао Ху вскарабкался по лестнице на цистерну. Едва Хань Чао с девушкой подошли ближе, сверху донёсся его ликующий возглас:
— Есть! Под завязку! Все три машины полные!
— Есть! Под завязку! Все три машины полные!
— Правда?! Потрясающе! Директор Хань, директор Хань, скорей, забирай их!
— Правда?! Потрясающе! Директор Хань, директор Хань, скорей, забирай их!
Судя по всему, автоцистерны привезли топливо незадолго до катастрофы и просто не успели слиться до начала апокалипсиса. Теперь же эта удача досталась отряду. Хань Чао убрал машины в пространство: две цистерны оказались с дизелем и одна с бензином. Отныне о нехватке горючего можно было не беспокоиться.
Судя по всему, автоцистерны привезли топливо незадолго до катастрофы и просто не успели слиться до начала апокалипсиса. Теперь же эта удача досталась отряду. Хань Чао убрал машины в пространство: две цистерны оказались с дизелем и одна с бензином. Отныне о нехватке горючего можно было не беспокоиться.
Так они и двигались вперёд, собирая всё ценное по пути. Им удалось полностью зачистить здание Всемирного торгового центра: кроме супермаркета на цокольном этаже, они опустошили абсолютно всё, включая кинотеатр на четвёртом этаже и детский зал игровых автоматов на шестом.
Так они и двигались вперёд, собирая всё ценное по пути. Им удалось полностью зачистить здание Всемирного торгового центра: кроме супермаркета на цокольном этаже, они опустошили абсолютно всё, включая кинотеатр на четвёртом этаже и детский зал игровых автоматов на шестом.
В кинотеатре Ци Ци изначально присмотрела лишь аппарат для попкорна, но раз уж они всё равно зашли, забрали всё остальное.
В кинотеатре Ци Ци изначально присмотрела лишь аппарат для попкорна, но раз уж они всё равно зашли, забрали всё остальное.
А вот с детской площадкой Ци Ци искренне пыталась угодить Хань Чао. Сами посудите: сойдутся они с главной героиней — и разве у них не появятся дети? Пусть в финале романа их ещё не было, но они ведь главные герои, рано или поздно обзаведутся потомством! Где потом искать игрушки? Конечно, нужно запасаться заранее! Вот только реакция спутников её жутко разочаровала: чего это оба уставились на неё такими странными взглядами? Хм!
А вот с детской площадкой Ци Ци искренне пыталась угодить Хань Чао. Сами посудите: сойдутся они с главной героиней — и разве у них не появятся дети? Пусть в финале романа их ещё не было, но они ведь главные герои, рано или поздно обзаведутся потомством! Где потом искать игрушки? Конечно, нужно запасаться заранее! Вот только реакция спутников её жутко разочаровала: чего это оба уставились на неё такими странными взглядами? Хм!
Кроме того, они наведались в больницу китайской медицины города C. За полмесяца с начала катастрофы часть мертвецов уже разбрелась по округе, но и оставшихся тварей внутри хватило, чтобы группа едва унесла ноги. К счастью, риск оправдался сполна: помимо содержимого целой аптеки, им досталось всевозможное медицинское оборудование больницы.
Кроме того, они наведались в больницу китайской медицины города C. За полмесяца с начала катастрофы часть мертвецов уже разбрелась по округе, но и оставшихся тварей внутри хватило, чтобы группа едва унесла ноги. К счастью, риск оправдался сполна: помимо содержимого целой аптеки, им досталось всевозможное медицинское оборудование больницы.
В один из таких дней они вышли на пешеходную улицу в самом центре города C.
В один из таких дней они вышли на пешеходную улицу в самом центре города C.

Комментарии

Загрузка...