Ван Чэн плыл вслед за этой наглой, заносчивой рыбиной, пользующейся чужим авторитетом, всё глубже и глубже в пучину океана, туда, куда не доставал свет артефакта 【бестеневая стена】.
Ван Чэн плыл вслед за этой наглой, заносчивой рыбиной, пользующейся чужим авторитетом, всё глубже и глубже в пучину океана, туда, куда не доставал свет артефакта 【бестеневая стена】.
Вскоре перед ним действительно раскинулась аккуратно ухоженная плантация морских водорослей.
Вскоре перед ним действительно раскинулась аккуратно ухоженная плантация морских водорослей.
А на мясистых листьях восседали не менее четырёх-пяти морских ежей с обезьяньим мозгом разного размера, с упоением пожирая урожай. Вода даже доносила непрерывный влажный хруст их челюстей.
А на мясистых листьях восседали не менее четырёх-пяти морских ежей с обезьяньим мозгом разного размера, с упоением пожирая урожай. Вода даже доносила непрерывный влажный хруст их челюстей.
Существа из категории Сто тысяч морских драгоценностей обладали немалой силой, а значит, и аппетит у них был зверским. Явные обжоры.
Существа из категории Сто тысяч морских драгоценностей обладали немалой силой, а значит, и аппетит у них был зверским. Явные обжоры.
Эти морские ежи предпочитали тень и не выносили света. Вероятно, из-за того, что возле затонувшего корабля стало слишком ярко, испуганная стая перебралась сюда и начала опустошать огороды красного помацентра.
Эти морские ежи предпочитали тень и не выносили света. Вероятно, из-за того, что возле затонувшего корабля стало слишком ярко, испуганная стая перебралась сюда и начала опустошать огороды красного помацентра.
Ван Чэн также заметил характерные борозды, оставленные ими при перемещении по морскому дну.
Ван Чэн также заметил характерные борозды, оставленные ими при перемещении по морскому дну.
Оглядевшись вокруг и применив способность созерцания энергии с помощью 【Монеты четырёх морей】, он пришел к выводу, что таких шведских столов из водорослей, питающих этих драгоценных существ, здесь не одно и не два. Да и пострадала от них явно не одна рыбёшка.
Оглядевшись вокруг и применив способность созерцания энергии с помощью 【Монеты четырёх морей】, он пришел к выводу, что таких шведских столов из водорослей, питающих этих драгоценных существ, здесь не одно и не два. Да и пострадала от них явно не одна рыбёшка.
Если тщательно прочесать эту акваторию, есть огромная вероятность найти другие плантации и стаи морских ежей с обезьяньим мозгом, и даже, возможно, наладить их регулярный, возобновляемый сбор.
Если тщательно прочесать эту акваторию, есть огромная вероятность найти другие плантации и стаи морских ежей с обезьяньим мозгом, и даже, возможно, наладить их регулярный, возобновляемый сбор.
«Сначала я думал, что подберу лишь одно золотое яичко, но не ожидал, что здесь прячется целая курица, несущая золото. Вот теперь я по-настоящему разбогатею! Подводная среда куда сложнее, чем на поверхности, и искусство созерцания энергии сталкивается со слишком сильными помехами. Кораллы, морские моллюски, биссы и другие редкие рыбы излучают свет сокровищ, поэтому сфокусироваться исключительно на морских ежах с обезьяньим мозгом невозможно. Но теперь, когда помацентр указывает путь, всё это перестало быть проблемой».
«Сначала я думал, что подберу лишь одно золотое яичко, но не ожидал, что здесь прячется целая курица, несущая золото. Вот теперь я по-настоящему разбогатею! Подводная среда куда сложнее, чем на поверхности, и искусство созерцания энергии сталкивается со слишком сильными помехами. Кораллы, морские моллюски, биссы и другие редкие рыбы излучают свет сокровищ, поэтому сфокусироваться исключительно на морских ежах с обезьяньим мозгом невозможно. Но теперь, когда помацентр указывает путь, всё это перестало быть проблемой».
Хлоп!
Хлоп!
Ван Чэн всё ещё предавался радужным фантазиям, когда помацентр ощутимо шлёпнул его хвостом по спине и, вытянув грудной плавник, указал на ближайшего морского ежа.
Ван Чэн всё ещё предавался радужным фантазиям, когда помацентр ощутимо шлёпнул его хвостом по спине и, вытянув грудной плавник, указал на ближайшего морского ежа.
Словно подгоняя батрака поскорее браться за работу.
Словно подгоняя батрака поскорее браться за работу.
Хотя Ван Чэн вдруг почувствовал себя куньлуньским рабом, которого надсмотрщик гонит плетью на хлопковые плантации, ради заслуг этого провожатого он решил не опускаться до ссор с дикой рыбиной.
Хотя Ван Чэн вдруг почувствовал себя куньлуньским рабом, которого надсмотрщик гонит плетью на хлопковые плантации, ради заслуг этого провожатого он решил не опускаться до ссор с дикой рыбиной.
Вытащив железный крюк и предмет 【алмазная сеть】, он сгрёб указанного огромного ежа прямо в ловушку.
Вытащив железный крюк и предмет 【алмазная сеть】, он сгрёб указанного огромного ежа прямо в ловушку.
Сноровка приходит с опытом. Вскоре он выловил из зарослей трёх самых крупных ежей. Оставшиеся два были ещё мелковаты, поэтому он решил оставить их на огороде хвостатого братца на пару дней, чтобы те подросли перед сбором.
Сноровка приходит с опытом. Вскоре он выловил из зарослей трёх самых крупных ежей. Оставшиеся два были ещё мелковаты, поэтому он решил оставить их на огороде хвостатого братца на пару дней, чтобы те подросли перед сбором.
Вместе с двумя добытыми ранее, у него набралось пять штук. Ван Чэн уже чувствовал мышечное напряжение, с трудом удерживая неистово рвущихся из сети ежей.
Вместе с двумя добытыми ранее, у него набралось пять штук. Ван Чэн уже чувствовал мышечное напряжение, с трудом удерживая неистово рвущихся из сети ежей.
Понимая, что это его физический предел на сегодня, он решил сначала конвертировать эти сокровища в личную силу, а за остальными вернуться завтра или послезавтра.
Понимая, что это его физический предел на сегодня, он решил сначала конвертировать эти сокровища в личную силу, а за остальными вернуться завтра или послезавтра.
Повернувшись к помацентру, он поднял большой палец вверх и похвалил:
Повернувшись к помацентру, он поднял большой палец вверх и похвалил:
— Твоя, хорошая рыба, очень хорошая! Как только помогу тебе очистить это поле, если у твоей родни возникнут подобные проблемы — обращайся ко мне. Беру подряд на уничтожение всех вредителей.
— Твоя, хорошая рыба, очень хорошая! Как только помогу тебе очистить это поле, если у твоей родни возникнут подобные проблемы — обращайся ко мне. Беру подряд на уничтожение всех вредителей.
Опасаясь, что крошечный рыбий мозг не усвоит сказанного, он перевёл взгляд на двух мелких ежей. Превозмогая душевную боль от потери сокровища, он разбил панцирь одного из них железным крюком, обнажив нежную, сочную жёлтую мякоть.
Опасаясь, что крошечный рыбий мозг не усвоит сказанного, он перевёл взгляд на двух мелких ежей. Превозмогая душевную боль от потери сокровища, он разбил панцирь одного из них железным крюком, обнажив нежную, сочную жёлтую мякоть.
Красный помацентр, так долго воевавший с мерзкими соседями, явно знал толк в еде. Он понимал, что эти проклятые ежи куда вкуснее выращиваемых им водорослей, просто раньше они были ему не по зубам.
Красный помацентр, так долго воевавший с мерзкими соседями, явно знал толк в еде. Он понимал, что эти проклятые ежи куда вкуснее выращиваемых им водорослей, просто раньше они были ему не по зубам.
Рыба набросилась на угощение, словно изголодавшийся пёс, в мгновение ока проглотив все пять кусочков мякоти.
Рыба набросилась на угощение, словно изголодавшийся пёс, в мгновение ока проглотив все пять кусочков мякоти.
Молодость бесценна, а сосед тает во рту.
Молодость бесценна, а сосед тает во рту.
Вкуснотища!
Вкуснотища!
Ван Чэн мысленно поставил себе высший балл. Привычка щедро делиться добычей творила чудеса как с разумными человеческими подчинёнными, так и с такими вот глуповатыми проводниками.
Ван Чэн мысленно поставил себе высший балл. Привычка щедро делиться добычей творила чудеса как с разумными человеческими подчинёнными, так и с такими вот глуповатыми проводниками.
Когда перед носом маячит свежая деликатесная ежатина, эта рыбёшка из кожи вон вылезет ради него.
Когда перед носом маячит свежая деликатесная ежатина, эта рыбёшка из кожи вон вылезет ради него.
Только после этого он всплыл на поверхность со своими трофеями.
Только после этого он всплыл на поверхность со своими трофеями.
И потому не заметил, как в глазах помацентра, проглотившего морского ежа с обезьяньим мозгом, начал сгущаться осмысленный свет. Звериная тупость рассеялась, уступая место пробуждающемуся разуму.
И потому не заметил, как в глазах помацентра, проглотившего морского ежа с обезьяньим мозгом, начал сгущаться осмысленный свет. Звериная тупость рассеялась, уступая место пробуждающемуся разуму.
Красный помацентр — или, точнее, новорождённый дух помацентра — радостно закружился на месте, пуская пузыри вслед уплывающему Ван Чэну:
Красный помацентр — или, точнее, новорождённый дух помацентра — радостно закружился на месте, пуская пузыри вслед уплывающему Ван Чэну:
«От лица всех добропорядочных мелких демонов, усердно возделывающих морские поля, объявляю: этот четвероногий монстр... полезный!»
«От лица всех добропорядочных мелких демонов, усердно возделывающих морские поля, объявляю: этот четвероногий монстр... полезный!»
Всплеск!
Всплеск!
Ван Чэн перевалился через борт лодки. Его гидрокостюм из акульей кожи моментально высох, едва оказавшись на воздухе. Чжан Вэнь тут же подскочил, чтобы насухо вытереть ему волосы, и заботливо укутал в тёплую медвежью шубу.
Ван Чэн перевалился через борт лодки. Его гидрокостюм из акульей кожи моментально высох, едва оказавшись на воздухе. Чжан Вэнь тут же подскочил, чтобы насухо вытереть ему волосы, и заботливо укутал в тёплую медвежью шубу.
Заметив, что Хань Шушу тоже расправилась с частью существ из категории утопленник и уже греется у огня в меховой накидке, он предложил:
Заметив, что Хань Шушу тоже расправилась с частью существ из категории утопленник и уже греется у огня в меховой накидке, он предложил:
— Младшая сестра Хань, у нас ещё полно времени. Но в двенадцатом лунном месяце вода слишком холодная. Ради нашей безопасности, почему бы не продолжить завтра?— Хорошая идея. Как скажешь, старший брат Ван.
— Младшая сестра Хань, у нас ещё полно времени. Но в двенадцатом лунном месяце вода слишком холодная. Ради нашей безопасности, почему бы не продолжить завтра?
— Хорошая идея. Как скажешь, старший брат Ван.
Хань Шушу послушно согласилась. Она коротко дунула в костяную флейту, и огромная золотая птица И, кружившая над ними, нырнула обратно в артефакт хвостовое оперение и исчезла. Морское дно вновь погрузилось во мрак.
Хань Шушу послушно согласилась. Она коротко дунула в костяную флейту, и огромная золотая птица И, кружившая над ними, нырнула обратно в артефакт хвостовое оперение и исчезла. Морское дно вновь погрузилось во мрак.
Подчинённые обеих сторон давно прониклись к Ван Чэну безоговорочным уважением. Услышав приказ, они тут же дружно налегли на вёсла, и несколько маленьких лодок устремились к берегу, возвращаясь в лагерь.
Подчинённые обеих сторон давно прониклись к Ван Чэну безоговорочным уважением. Услышав приказ, они тут же дружно налегли на вёсла, и несколько маленьких лодок устремились к берегу, возвращаясь в лагерь.
Переодевшись, Ван Чэн с нетерпением подцепил кинжалом твёрдый панцирь морского ежа.
Переодевшись, Ван Чэн с нетерпением подцепил кинжалом твёрдый панцирь морского ежа.
Этот экземпляр был куда более зрелым, чем тот, что достался помацентру. Внутри всё было до краёв заполнено оранжево-жёлтой пастой, своими извилинами поразительно напоминающей обезьяний мозг.
Этот экземпляр был куда более зрелым, чем тот, что достался помацентру. Внутри всё было до краёв заполнено оранжево-жёлтой пастой, своими извилинами поразительно напоминающей обезьяний мозг.
Внешний вид оставлял желать лучшего, но от густого, концентрированного сладковато-солоноватого морского аромата у юноши обильно потекли слюнки.
Внешний вид оставлял желать лучшего, но от густого, концентрированного сладковато-солоноватого морского аромата у юноши обильно потекли слюнки.
Ван Чэн пробовал немало дорогих морепродуктов, но по вкусовым качествам мало что могло сравниться с этим деликатесом.
Ван Чэн пробовал немало дорогих морепродуктов, но по вкусовым качествам мало что могло сравниться с этим деликатесом.
«Интересный факт: съедобная часть морского ежа — это, по сути, его половые железы. Крабовая икра — то же самое. Но если не думать об этом, штука на удивление вкусная».
«Интересный факт: съедобная часть морского ежа — это, по сути, его половые железы. Крабовая икра — то же самое. Но если не думать об этом, штука на удивление вкусная».
Без какой-либо кулинарной обработки Ван Чэн подцепил огромный кусок и отправил его прямиком в рот.
Без какой-либо кулинарной обработки Ван Чэн подцепил огромный кусок и отправил его прямиком в рот.
По животу мгновенно разлилась волна жара, тело бросило в пот. Пронизывающий ветер сезона Великого холода, завывающий снаружи шатра, показался ему лёгким освежающим бризом.
По животу мгновенно разлилась волна жара, тело бросило в пот. Пронизывающий ветер сезона Великого холода, завывающий снаружи шатра, показался ему лёгким освежающим бризом.
Используя метод подношений, он безмолвно произнёс своё заветное желание, свою самую непоколебимую одержимость:
Используя метод подношений, он безмолвно произнёс своё заветное желание, свою самую непоколебимую одержимость:
«Не стремлюсь к титулам, желаю лишь спокойствия морям! Усмирить их, усмирить их...»
«Не стремлюсь к титулам, желаю лишь спокойствия морям! Усмирить их, усмирить их...»
Одновременно с этим он применил 【искусство дыхания дракона】. Бушующий жар в теле быстро утих, а в сознании разлилась приятная прохлада.
Одновременно с этим он применил 【искусство дыхания дракона】. Бушующий жар в теле быстро утих, а в сознании разлилась приятная прохлада.
С таким системным методом подношений эффективность закалки жизненной энергии оказалась куда выше, чем раньше.
С таким системным методом подношений эффективность закалки жизненной энергии оказалась куда выше, чем раньше.
Ван Чэн обрёл ещё более глубокое понимание этого фундаментального метода культивации:
Ван Чэн обрёл ещё более глубокое понимание этого фундаментального метода культивации:
«К суевериям я отношусь с презрением, но перед храмом Бога Богатства готов стоять на коленях вечно. Если дёргается правый глаз к беде — я усмехаюсь, но если левый к деньгам — верю безоговорочно. Так кому же молится человек — богам или собственным желаниям? Неважно, хороша эта одержимость или плоха, лишь закрепив её как якорь, метод подношений обретёт стержень. Искренняя мольба об исполнении собственного желания и есть тот самый важнейший фитиль в лампе сердца! Одержимость может быть долгосрочной или мимолётной. Чем дольше ты её придерживаешься, тем реже нужно подрезать фитиль и тем быстрее растёт уровень культивации. Вот почему буддисты так любят давать великие обеты. Многие чиновники божественного пути, возможно, и не понимают сути метода подношений, но в ходе долгих лет практики неосознанно приближаются к этому пути, порождая самые причудливые виды одержимости».
«К суевериям я отношусь с презрением, но перед храмом Бога Богатства готов стоять на коленях вечно. Если дёргается правый глаз к беде — я усмехаюсь, но если левый к деньгам — верю безоговорочно. Так кому же молится человек — богам или собственным желаниям? Неважно, хороша эта одержимость или плоха, лишь закрепив её как якорь, метод подношений обретёт стержень. Искренняя мольба об исполнении собственного желания и есть тот самый важнейший фитиль в лампе сердца! Одержимость может быть долгосрочной или мимолётной. Чем дольше ты её придерживаешься, тем реже нужно подрезать фитиль и тем быстрее растёт уровень культивации. Вот почему буддисты так любят давать великие обеты. Многие чиновники божественного пути, возможно, и не понимают сути метода подношений, но в ходе долгих лет практики неосознанно приближаются к этому пути, порождая самые причудливые виды одержимости».
Чиновники божественного пути — обычные мирские люди, опутанные мирскими желаниями, и их самые сильные стремления чаще всего продиктованы страстями.
Чиновники божественного пути — обычные мирские люди, опутанные мирскими желаниями, и их самые сильные стремления чаще всего продиктованы страстями.
Неудивительно, что когда Ван Чэн искал себе наставника и присматривался ко многим чиновникам на пристани, большинство из них оказались сборищем пороков.
Неудивительно, что когда Ван Чэн искал себе наставника и присматривался ко многим чиновникам на пристани, большинство из них оказались сборищем пороков.
Они ступили на ложный путь тренировки разума, сами не понимая, что творят, не говоря уже о том, чтобы обучать других.
Они ступили на ложный путь тренировки разума, сами не понимая, что творят, не говоря уже о том, чтобы обучать других.
Хотя нынешний ранг Ван Чэна уступал им, благодаря этому озарению он мог бы с лёгкостью стать непререкаемым авторитетом для большинства диких чиновников.
Хотя нынешний ранг Ван Чэна уступал им, благодаря этому озарению он мог бы с лёгкостью стать непререкаемым авторитетом для большинства диких чиновников.
С этого дня Ван Чэн ежедневно погружался в воду вместе с Хань Шушу, следуя за хорошей рыбой-проводником на охоту за морскими ежами с обезьяньим мозгом.
С этого дня Ван Чэн ежедневно погружался в воду вместе с Хань Шушу, следуя за хорошей рыбой-проводником на охоту за морскими ежами с обезьяньим мозгом.
Благодаря давящей силе желания и одержимости, свет его сердца, и без того не знавший преград, стремительно разгорался.
Благодаря давящей силе желания и одержимости, свет его сердца, и без того не знавший преград, стремительно разгорался.
На корабле не было ни свежих персиков, ни быстро портящихся бананов.
На корабле не было ни свежих персиков, ни быстро портящихся бананов.
К счастью, в запасах нашлось несколько пакетиков цукатов из персиков, что помогло нейтрализовать побочный эффект от поедания ежей, вызывающий неконтролируемые обезьяньи крики. Это спасло величественный образ Ван Чэна в глазах подчинённых.
К счастью, в запасах нашлось несколько пакетиков цукатов из персиков, что помогло нейтрализовать побочный эффект от поедания ежей, вызывающий неконтролируемые обезьяньи крики. Это спасло величественный образ Ван Чэна в глазах подчинённых.
Он также не поскупился на угощение для своей команды народа танка, выделив им часть морских ежей.
Он также не поскупился на угощение для своей команды народа танка, выделив им часть морских ежей.
Семнадцатилетний Чжан Вэнь, один из двух выдающихся талантов уезда, получив от Ван Чэна проданную ему технику 【метод посоха якши】, находился всего в шаге от прорыва.
Семнадцатилетний Чжан Вэнь, один из двух выдающихся талантов уезда, получив от Ван Чэна проданную ему технику 【метод посоха якши】, находился всего в шаге от прорыва.
Девятнадцатилетний Чжан У, долгие годы упорно практиковавший 【восемь клинков, рассекающих волны】, также шаг за шагом подошёл к порогу нового уровня.
Девятнадцатилетний Чжан У, долгие годы упорно практиковавший 【восемь клинков, рассекающих волны】, также шаг за шагом подошёл к порогу нового уровня.
Оба брата поочередно зажгли свет сердца. Их судьбы кардинально изменились благодаря Ван Чэну.
Оба брата поочередно зажгли свет сердца. Их судьбы кардинально изменились благодаря Ван Чэну.
За это время Хань Шушу полностью очистила затонувшее судно от нечисти из категории утопленник, ожидая лишь наступления периода-хоу 【Воды озёр промерзают до дна】 двадцатого числа двенадцатого лунного месяца, чтобы официально начать подъём и провести даосский ритуал.
За это время Хань Шушу полностью очистила затонувшее судно от нечисти из категории утопленник, ожидая лишь наступления периода-хоу 【Воды озёр промерзают до дна】 двадцатого числа двенадцатого лунного месяца, чтобы официально начать подъём и провести даосский ритуал.
Девятнадцатое число, за день до официального старта спасательных работ.
Девятнадцатое число, за день до официального старта спасательных работ.
К этому моменту Ван Чэн съел в общей сложности девять морских ежей с обезьяньим мозгом.
К этому моменту Ван Чэн съел в общей сложности девять морских ежей с обезьяньим мозгом.
Потоки жара в его теле достигли невиданной мощи. Крошечное пламя лампы сердца разгоралось всё ярче, пока окончательно не прожгло макушку и оба плеча.
Потоки жара в его теле достигли невиданной мощи. Крошечное пламя лампы сердца разгоралось всё ярче, пока окончательно не прожгло макушку и оба плеча.
Огни удачи, богатства и долголетия вспыхнули ослепительным сиянием. Изначально белый свет сердца постепенно окрасился багровыми тонами, пока яркий алый цвет не затмил всё остальное.
Огни удачи, богатства и долголетия вспыхнули ослепительным сиянием. Изначально белый свет сердца постепенно окрасился багровыми тонами, пока яркий алый цвет не затмил всё остальное.
Свист!
Свист!
Из тела Ван Чэна вырвался порыв обжигающе горячего ветра, мгновенно разогнав холод и сырость в радиусе десяти метров.
Из тела Ван Чэна вырвался порыв обжигающе горячего ветра, мгновенно разогнав холод и сырость в радиусе десяти метров.
Незаметно для себя он прорвался сквозь последний барьер трёх низших рангов, достигнув стадии Чистый ян огня жизни!
Незаметно для себя он прорвался сквозь последний барьер трёх низших рангов, достигнув стадии Чистый ян огня жизни!
...
...

Комментарии

Загрузка...