Когда Мори Ран и Соноко вышли из ванной и позвали Сиракаву мыться, в гостиной на первом этаже уже собрались все жители особняка.
За окном стеной хлестал ливень, с глухим стуком разбиваясь о тяжелые стекла.
Лицо Конана выражало недетскую, мрачную серьезность:
— Дело дрянь.
— Мы с Сиракавой-саном проверили дом: телефонный кабель перерезан заранее.
— Тросы подвесного моста через ущелье тоже перерублены — дороги назад нет.
Сиракава развел руками и с кривой усмешкой добавил:
— Из-за грозы мобильная связь лежит наглухо, ни единой палочки.
Отрезаны от всего мира.
Это леденящее слово тяжелым камнем повисло в воздухе гостиной.
— И... и что нам теперь делать?!
Члены киноклуба — Какуя, Ота и Чикако — переглянулись в панике, с белыми как полотно лицами.
Ран и Соноко тоже растерянно замерли.
Сиракава же лишь мысленно выругался.
Инфраструктура этой страны в девяностых — сущее убожество: стоит отъехать на пару километров от Токио, как связь пропадает, а в горах телефон превращается в бесполезный кирпич.
— Без паники, — мягко взяла ситуацию в руки Судзуки Аяко, сохраняя олимпийское спокойствие. — Провизии и воды на вилле хватит на целую неделю.
— К завтрашнему дню гроза стихнет, сигнал пробьется, и мы вызовем спасателей.
— К тому же перед отъездом я предупредила семью: если мы не выйдем на связь вовремя, за нами немедленно отправят охрану и вертолет.
После этих слов все с облегчением перевели дух.
Конан же цепким взглядом окинул четверку из киноклуба и с нажимом спросил:
— Пока есть время, скажите начистоту: Аяко-нээчан, господа Какуя, Ота и госпожа Чикако.
— Что произошло между вами и Такахаси-саном? Что скрывает ваш клуб?
От этого вопроса в комнате вновь повисла удушающая, зловещая тишина.
Сиракаву тем временем снова забила дрожь: промозглый дождь давал о себе знать, грозя свалить его с температурой.
Вникать в чужие грязные тайны и вариться в этой паранойе ему не хотелось от слова совсем.
— Меня слегка знобит, пойду согреюсь в горячей воде, — бросил он и спокойно ушел в ванную.
Спустя четверть часа скрипнула дверь.
Закончив допрос, в наполненную паром комнату зашел Конан.
Сиракава лениво приоткрыл глаза, блаженствуя в огромной ванне.
Мелкий сыщик шустро сполоснулся под душем и плюхнулся в обжигающую воду напротив, выглядя в просторной лохани совсем крошечным карапузом.
— Ну что, расколол их? — без особого интереса поинтересовался Сиракава.
— Угу, — мрачно кивнул Конан. — Два года назад еще одна их подруга по клубу, Ацуко, наложила на себя руки.
— Говорят, кто-то из своих внаглую украл ее сценарий и сорвал куш.
— Но кто именно был этой крысой, никто не признается.
Мальчик прищурился сквозь запотевшие стекла очков и впился взглядом в лицо парня:
— Только вот к нападению на тебя это не имеет никакого отношения.
— Сиракава-сан, ты уверен, что не знал эту Ацуко и не переходил дорогу Такахаси?
Опять за свое.
Сиракава тяжело вздохнул про себя, натянув фирменную маску святой простоты:
— Впервые слышу. Я вообще с ними не знаком.
Ничего не знаю, моя хата с краю.
От этой непробиваемой безмятежности внутри Конана закипела бессильная ярость!
Этот тип внаглую валяет дурака!
В голове детектива уже созрели сотни безумных теорий заговора: он был свято убежден, что Сиракава умалчивает смертельно важную деталь.
— Сиракава-сан, — голос первоклашки внезапно стал неестественно холодным и давящим. — Советую выложить все карты на стол прямо сейчас.
— Иначе, когда мост починят и приедет полиция, начнется глубокая проверка твоей личности — и вот тогда выкрутиться уже не выйдет.
Прямая, ничем не прикрытая угроза!
Ленивая улыбка на губах Сиракавы медленно растаяла.
Он не спеша открыл глаза, повернул голову и с нескрываемой усмешкой посмотрел на малолетнего вершителя судеб:
— А ты у нас прямо настоящий детектив, Конан-кун.
Голос парня звучал обманчиво тихо, но каждое слово било наотмашь:
— Такой юный возраст — и такие выдающиеся аналитические способности... Пожалуй, твой талант даже превосходит самого Кудо Синити.
Сердце Конана пропустило удар: внутри взвыла сирена тревоги!
Но Сиракава не собирался давать ему передышку:
— Более того... внешне ты — вылитая копия Кудо Синити в детстве.
— Уж не родной ли ты сынок этого гениального сыщика?
В короткой реплике имя «Кудо Синити» прозвучало трижды.
Каждое упоминание вонзалось раскаленной иглой прямо в обнаженные нервы детектива — по его спине хлынул ледяной пот!
Конан моментально натянул дурашливую детскую лыбу, замахал ладошками и заржал:
— Ха-ха-ха, Сиракава-ниисан, ну ты и шутник! Синити-ниисан ведь почти мой ровесник, какой из него отец!
— А, ну да, с возрастом неувязочка, — Сиракава изобразил наигранное озарение, а его ухмылка стала еще более хищной. — Тогда ты, скорее, второй сын господина Кудо Юсаку.
— Вот только фамилия у тебя почему-то Эдогава...
Парень задумчиво потер подбородок и с насмешливой небрежностью нанес сокрушительный удар:
— Неужели господин Юсаку согрешил на стороне и заделал внебрачного бастарда?
БУМ!
В голове Конана словно разорвалась вакуумная бомба: в ушах зазвенело, а челка мгновенно промокла от холодного пота.
Этот монстр... СКОЛЬКО ОН ЗНАЕТ?!
Глядя на побелевшее, перекошенное лицо мальчишки, Сиракава понял: клиент дошел до нужной кондиции.
Он медленно наклонился вперед и отчеканил контрольный выстрел:
— Знаешь, вместо того чтобы пугать меня полицией, лучше подумай: что найдут копы, если начнут копать под тебя, Конан-кун?
Эта фраза, балансирующая между издевкой и неприкрытым шантажом, окатила великого сыщика ведром жидкого азота.
Его хваленый гениальный мозг намертво завис.
Это был мат в один ход: личность «Эдогавы Конана» — грубая фальшивка профессора Агасы, которая рассыплется в прах при первой же официальной проверке по базам данных!
Если вскроется правда, его главная тайна выплывет наружу.
Тогда охота на Черную Организацию накроется медным тазом — тут бы собственную шкуру спасти от вивисекции!
А сидящий напротив тип прямо дал понять: он видит всю партию насквозь!
Это был ультиматум.
Если мелкий сыщик посмеет натравить на него легавых, Сиракава без колебаний утянет его за собой на дно — сожжет все мосты к чертовой матери!
Липкий, удушающий ужас сковал легкие Конана, перекрывая кислород.
— А-а-ай! Г-горячо!
Конан как ошпаренный выскочил из воды, судорожно схватил полотенце и начал хаотично вытираться дрожащими руками.
— Вода... вода слишком горячая! Я... я пошел!
Выдав самую убогую отмазку в своей жизни, великий детектив вылетел из ванной со скоростью пули, поджав хвост, словно побитый бродячий пес.
Сиракава посмотрел на захлопнувшуюся дверь, и его губы тронула холодная насмешка.
Сопляк... Вздумал тягаться со мной? Тебе еще расти и расти.

Комментарии

Загрузка...