Чи Фэйчи предложил проводить Хайбару Ай домой и, выбрав время ближе к вечеру, вместе с Моридзоно Кикудзином вернулся в особняк семьи Мори.
Моридзоно Кикудзин только припарковал машину, как услышал шум у входа. Выглянув из гаража, он помрачнел.
Чи Фэйчи тоже взглянул издалека.
Как и ожидалось, кроме Сигэмацу Харуо и девушки, шедшей последней, прибыла троица — Конан, Мори Ран и Мори Когоро, а также Хаттори Хэйдзи и Тояма Кадзуха.
— Сначала зайдём внутрь, там и поговорим.
Услышав спокойный голос Чи Фэйчи, Моридзоно Кикудзин немного успокоился и кивнул, но, вернувшись в свою комнату на втором этаже, всё равно молча сидел с мрачным лицом.
Чи Фэйчи подошёл к окну и посмотрел на группу людей, идущих снаружи.
— Девушка, идущая последней, и есть твоя невеста?
— М-м...
Моридзоно Кикудзин кивнул.
— У неё такое же ожерелье, как у господина Сакурабы, — заметил Чи Фэйчи.
Он вернулся именно в этот момент, чтобы, прежде чем Моридзоно Кикудзин успеет заговорить об этом, самому поднять эту тему и тем самым ещё раз намекнуть, что он заботится о Моридзоно Кикудзине и стоит на его стороне, укрепляя доверие.
Выражение лица Моридзоно Кикудзина менялось. Помолчав, он наконец произнёс:
— Дядя Сигэмацу угрожал мне, требуя отменить свадьбу. Это тоже из-за того типа Сакурабы. Он видел, как Сакураба рос, относился к нему как к собственному ребёнку, вот и помогает ему отбить мою невесту!
— Можешь что-нибудь разбить, — подсказал Чи Фэйчи.
Моридзоно Кикудзин, у которого на языке вертелась целая куча слов, поперхнулся и с трудом выдавил:
— Разбить?
Чи Фэйчи развернулся:
— Я пойду позову дядю Сигэмацу.
Моридзоно Кикудзин удивился:
— Позвать его сейчас? Прямо всё выложить?
— Попробуем его разыграть...
...
Через пять минут Чи Фэйчи вышел из комнаты и спустился вниз.
Разводить?
Он из кожи вон лез, чтобы помирить эту семью...
— Фэйчи, вы вернулись? А где Кикудзин?
Моридзоно Юриэ как раз собиралась выйти и, увидев Чи Фэйчи, тут же потянула его за собой.
— Ладно, неважно, пойдём сначала посмотрим на его невесту!
Снаружи группа уже вошла во двор.
Сигэмацу Харуо в недоумении уставился на разгромленный двор.
Опавшие листья, сваленные в кучи, уже убрали, но среди высоких деревьев несколько почти голых стояли особенно заметно.
Кустарник вдоль дорожки, обкусанный так, будто его жевали собаки, тоже резал глаз.
Что случилось дома за тот день, пока его не было?
— Это...
Мори Когоро помолчал, а потом громко рассмеялся:
— Ха-ха-ха, ну и своеобразный вкус! Наверное, это такое абстрактное искусство!
— Э-э...
Сигэмацу Харуо не знал, как это объяснить.
Катагири Каэдэ хоть и бывала раньше в особняке Мори и знала, как выглядел двор, но после слов Мори Когоро засомневалась:
— П-правда?
— Дядя, ты вечно несёшь чушь!
Хаттори Хэйдзи, как всегда, бесцеремонно разоблачил его, указывая на кусты у дороги.
— Господи, вы присмотритесь: сломанные ветки разной длины, неровные — явно обломаны, а не подстрижены. Вон там ещё два неубранных обрывка листьев, края неровные, их бы ножницами так не нарезали.
Конан уже подбежал, поднял два обрывка листа и, рассматривая один из них, заметил:
— Край этого листка будто разрезали чем-то острым, но срез не очень ровный. Похоже, его разорвало какое-то животное.
Закончив, он обернулся и детским голосом спросил Сигэмацу Харуо:
— Дядюшка дворецкий, у вас тут кошки есть?
Сигэмацу Харуо кивнул:
— А, да, есть...
Хаттори Хэйдзи тоже подошёл к Конану, наклонился и посмотрел на другой обрывок:
— На этом листке следы птичьего клюва. Беспорядок тут, наверное, устроили кошки и птицы, когда играли? Но сколько же нужно кошек и птиц, чтобы так разворотить весь двор...
Сзади подошёл Чи Фэйчи и услышал их разговор.
Детективы — такие существа, им всё нужно проанализировать. Но не слишком ли Конан выпендривается...
Моридзоно Юриэ подмигнула Чи Фэйчи, отпустила его руку, поправила платье и, выйдя вперёд, окинула Катагири Каэдэ высокомерным, оценивающим взглядом:
— О-ля-ля, так это ты и есть та принцесса, которую мой братец отхватил? Слушай меня внимательно: мне плевать, что ты дочка президента какой-то там крупной компании. Лучше приготовься: с сегодняшнего дня я буду устанавливать в этом доме строгие порядки!
Катагири Каэдэ испугалась:
— Э-э, да...
Мори Когоро, Хаттори Хэйдзи и остальные, удивившись, дружно перевели взгляды на Чи Фэйчи, который шёл сзади.
Чи Фэйчи кивнул компании.
Мори Когоро потерял дар речи. Почему он и здесь на этого парня наткнулся?
— М?
Моридзоно Юриэ заметила, что остальные смотрят у неё за спину и её совершенно не испугались. Она тоже обернулась к Чи Фэйчи:
— Он что, страшнее меня?
Конан посмотрел на бесстрастные глаза Чи Фэйчи, потом на озадаченно-любопытное лицо Моридзоно Юриэ. Ему хотелось кивнуть, но он сдержался.
— Я их знаю, — объяснил Чи Фэйчи Моридзоно Юриэ.
— А, вот оно что, — Моридзоно Юриэ снова повернулась к Катагири Каэдэ, которая выглядела совсем беззащитной, и улыбнулась: — Ладно, я пошутила. Я — Юриэ, старшая сестра Кикудзина. Обычно я живу за границей, так что доставать тебя по пустякам не буду, можешь не волноваться. А это мой двоюродный брат, Чи Фэйчи, скоро он и твоим братом станет. Он пока поживёт здесь. С его характером он тем более никого доставать не станет...
— Госпожа, — Сигэмацу Харуо подошёл поприветствовать.
Моридзоно Юриэ, раз начав жаловаться, никак не могла остановиться и продолжала тараторить, обращаясь к Катагири Каэдэ:
— А через пару дней за ним приедет отец, так что скоро ты перестанешь видеть его постную физиономию.
Сигэмацу Харуо посмотрел на Чи Фэйчи, которому, казалось, было всё равно, ничего не сказал и просто поприветствовал его:
— Господин Фэйчи.
Чи Фэйчи кивнул в ответ.
Сигэмацу Харуо перевёл взгляд с чрезмерно болтливой Моридзоно Юриэ на Чи Фэйчи, который всё это время молча и пристально смотрел на них, и мысленно вздохнул.
За эти годы он часто вспоминал старого двоюродного брата, который был дворецким в семье Чи.
Один целыми днями имел дело со скрытыми болтунами, другой — с вечно молчаливой семьёй. Раньше они собирались вместе, болтали и хоть как-то утешали друг друга.
Быть дворецким непросто.
Только слышал, что супруги Чи всё реже бывают дома, а господин Фэйчи после старшей школы переехал жить поближе к учёбе. Домашнюю прислугу и дворецкого давно рассчитали. Интересно, куда подевался его старый друг...
— Кстати, ты молодец, — Моридзоно Юриэ, улыбаясь, толкнула Катагири Каэдэ локтем в бок.
— Часто к нам наведывалась и в итоге приручила моего братца-гуляку.
Сигэмацу Харуо опомнился и поспешил объяснить:
— Нет, госпожа, на самом деле это господин с первого взгляда влюбился!
— Правда?
— удивилась Моридзоно Юриэ.
— А почему ты раньше мне не говорил?
— Это...
— Сигэмацу Харуо замялся.
— Но в любом случае, ведь это ты их свёл, — Моридзоно Юриэ, не дожидаясь ответа, подошла ближе, хитро подмигнула и понизила голос: — Если всё получится, может, и получишь от моего отца какую-нибудь награду!
— М-м...
— неловко отозвался Сигэмацу Харуо.
Чи Фэйчи внезапно подал голос:
— Дядя Сигэмацу, не могли бы вы зайти со мной на минутку?
Сигэмацу Харуо опешил, повернулся к Мори Когоро и остальным:
— Можно, но...
— Двоюродный брат Кикудзин вас зовёт, — сказал Чи Фэйчи.
— Ладно, ладно, я их провожу. Заодно расскажу им, что тут к чему, — Моридзоно Юриэ, видя замешательство Сигэмацу Харуо, взяла дело в свои руки. Она посмотрела на Мори Ран и Тояму Кадзуху и улыбнулась: — А тут ещё две хорошенькие девушки. Может, кто-то из них и Фэйчи сможет остепенить...
— Не надо сводничать. Они уже заняты.
Чи Фэйчи предупредил её и увёл Сигэмацу Харуо.
Хаттори Хэйдзи в недоумении посмотрел на Тояму Кадзуху:
— Когда это Кадзуха стала занята?
Тояма Кадзуха вся почернела и мысленно обзывала его дураком.
Мори Когоро недовольно буркнул:
— Чушь какая! Моя дочь не имеет к этому детективу-мальчишке никакого отношения!
У Мори Ран тут же покраснели щёки, а глаза стали круглыми. Неужели её отец сам себя выдал...
...
Во дворе раздавались смех и весёлые голоса, но в комнате Моридзоно Кикудзина царила гнетущая атмосфера.
Сигэмацу Харуо вошёл следом за Чи Фэйчи и сразу увидел повсюду разбросанные вещи.
Все безделушки в комнате были вдребезги разбиты и в беспорядке валялись на полу.
Моридзоно Кикудзин сидел на диване в углу комнаты. Дождавшись, пока Чи Фэйчи закроет дверь, он поднял глаза на Сигэмацу Харуо и тихо произнёс:
— Дядя Сигэмацу, я всё знаю.
Сигэмацу Харуо на мгновение растерялся:
— Господин Кикудзин, я...
— Об отношениях Каэдэ и Сакурабы, о твоих мыслях — я всё знаю, — перебил его Моридзоно Кикудзин.
— Ты думаешь, можно что-то скрывать от людей всю жизнь? Ты же видел, как я рос. Я хочу услышать твоё личное объяснение.
Сигэмацу Харуо поколебался, но, увидев уверенное лицо Моридзоно Кикудзина, засомневался ещё больше и, вздохнув, сказал:
— Верно, ничего не скроешь от людей всю жизнь. Наверное, господин тоже знает о моих отношениях с госпожой...
Выражение лица Моридзоно Кикудзина, который изо всех сил старался сохранять спокойствие, дрогнуло, и он едва не вскочил.
Погодите, при чём тут его родители?
Почему эта фраза звучит так подозрительно?
Чи Фэйчи сел рядом и слегка нажал на плечо Моридзоно Кикудзина, давая знак не волноваться.
Моридзоно Кикудзин сел обратно, но в голове у него уже пронеслась куча дешёвых мыльных опер, а также сомнения относительно собственного происхождения. Выражение его лица стало крайне сложным.
Сигэмацу Харуо, подняв голову и увидев перемену в лице Моридзоно Кикудзина, поверил, что тайна раскрыта, и сокрушённо произнёс:
— Поначалу я не знал, что госпожа Каэдэ пришла к Сакурабе. Я думал, она влюблена в господина, поэтому и свёл вас. Я узнал правду только недавно, но к тому времени помолвка уже была решена, а господин ради Каэдэ остепенился. Мне было жаль говорить вам правду, вот я и решил пригрозить вам делами компании, чтобы вы отступились...
— И ради этого ты мне угрожал? Ты хоть понимаешь, что, угрожая мне делами компании, ты делаешь для меня это ещё более неприемлемым?
Моридзоно Кикудзин всё-таки не выдержал и вскочил.
— Нет, об этом потом. Скажи мне, что у тебя с моей матерью?
Для вас делал HoodRichLife, приятного чтения

Комментарии

Загрузка...