Зима не то чтобы заставляла потеть так, что штаны прилипали к телу, но стоило выйти из шахты и попасть под горный ветер, как пробирало до самых костей.
Печка в минивэне работала из рук вон плохо. К счастью, Ли Ян оказался человеком опытным и заранее припас несколько старых простыней. В дороге все закутались в них, словно арабские шейхи, и, по крайней мере, не простудились.
После такой тряски даже у Сюй Куня, чьи жилы, казалось, были отлиты из железа, к моменту прибытия в гостиницу поубавилось прыти. А вот Баоцян, который всё время проторчал наверху, осматривая окрестности, выглядел бодрее всех.
Как исполнители главных ролей, Сюй Кунь и Баоцян заселились в двухместный номер, Ли Исян — с помощником режиссера, а Ли Ян — с оператором.
Едва войдя в комнату, Баоцян с изумлением воскликнул:
— Брат Кунь, смотри, смотри! Тут даже туалет есть!
— Деревенщина, это называется санузел.
Сюй Кунь ловко сбросил одежду, принял душ, переоделся в чистое и мгновенно вернулся в форму, снова став полным сил.
— Баоцян, ты сначала помоешься или поешь?
— Давай сначала поедим.
— Ладно, пошли спросим у режиссера.
Сюй Кунь вместе с Баоцяном заглянули в соседний номер и обнаружили, что Ли Ян всё ещё плещется в душе.
Мужики взрослые, стесняться нечего, поэтому Сюй Кунь постучал в дверь и спросил:
— Режиссер Ли, на вечер есть планы?
— Есть! — отозвался из ванной Ли Ян. — Вечером руководство местного управления радиовещания устраивает нам прием. Ты, Баоцян, Исян и старина Чжао — идем все вместе.
Стариной Чжао он называл помощника режиссера.
— Ну что за планы... — Сюй Кунь скривился, явно не желая идти. — Разве можно получить удовольствие от еды в компании таких людей?
Баоцян тоже втянул голову в плечи.
Оператор, который уже успел помыться и переодеться, сидел на кровати, протирая объектив, и вставил:
— Они всё-таки местные воротилы. Мы не рассчитываем на их помощь, просто нужно отдать дань вежливости, чтобы не создавать проблем съемочной группе.
Сюй Кунь, конечно, понимал важность светских приличий, но душа к таким посиделкам не лежала.
Когда Ли Ян вышел из душа, Сюй Кунь, расплывшись в подобострастной улыбке, сказал:
— Режиссер Ли, вы наш режиссер, глава группы, разве вы не можете представлять нас всех в одиночку?
— Они просили показать им исполнителей главных ролей, — Ли Ян, вытирая голову полотенцем, заговорил тоном искусителя: — Я планирую попросить управление радиовещания помочь с поиском местных актрис. Неужели ты не хочешь лично проконтролировать отбор?
— Это... — улыбка Сюй Куня застыла, но он тут же с пафосом вздохнул: — Что ж, ради успеха нашего фильма я готов пожертвовать собой во имя искусства.
Видя его забавную гримасу, Ли Ян не удержался от хохота.
Жаль, что этот номер не прошел с Ли Исяном — как бы они ни уговаривали, тот остался непреклонен.
В итоге Ли Яну пришлось отправиться на встречу с Сюй Кунем, Баоцяном и помощником режиссера Чжао.
Четверка приехала на минивэне к известному в округе ресторану. Едва они вышли из машины, как навстречу им вышел средних лет мужчина в сопровождении четырех-пяти молодых людей.
Одна из девушек, с широким ртом, видимо, уже была знакома с Ли Яном, поэтому сразу подошла, чтобы представить стороны. Тот самый мужчина средних лет оказался главой управления радиовещания.
Хотя для Ли Яна, привыкшего к столичным масштабам, глава уездного управления не был такой уж важной персоной, тот факт, что чиновник лично вышел встречать их у входа, заставил Ли Яна почувствовать себя немного польщенным.
После обмена любезностями их проводили в лучший банкетный зал ресторана. Там уже сидели двое: на почетном месте — мужчина с интеллигентной внешностью, а рядом с ним — миловидная девушка лет пятнадцати-шестнадцати.
Ли Ян опешил, но глава управления поспешил с пояснениями:
— Это наш глава уезда Чжоу. Он придает огромное значение съемкам фильма Священное дерево в нашем уезде, поэтому нашел время в своем плотном графике...
Фильм Слепая шахта переименовали совсем недавно, а когда Ли Ян приезжал на разведку, он представлял проект под рабочим названием Священное дерево.
— Заместитель главы уезда, — с улыбкой поправил его глава Чжоу, прерывая казенные фразы. Он усмехнулся: — На самом деле, я здесь преследую и личные цели. Во-первых, есть несколько вопросов, которые я хотел бы оговорить со съемочной группой. А во-вторых... — он указал на девушку, — моя дочь с детства занимается музыкой, а последние пару лет загорелась желанием стать актрисой. Узнав, что к нам едет съемочная группа, я подумал: а вдруг профессиональные актеры могли бы поговорить с ней, чтобы она поняла, какой путь ей выбрать в будущем?
Вот же черт! Сюй Кунь и Ли Ян одновременно мысленно выругались. Знай они, что всё так обернется, притащили бы Ли Исяна хоть силой.
Но раз уж пришли, пришлось набраться смелости и сесть за стол.
Глава Чжоу, очевидно, был помешан на дочери. Не начав разговор с официальных дел, он указал ладонью на троицу:
— Это и есть главные герои фильма?
Сказал он это, глядя в основном на Сюй Куня.
Про смуглую, пухлую физиономию Баоцяна и говорить нечего, а внешность помощника режиссера Чжао была и вовсе «неописуемой». Так что из всех троих только Сюй Кунь выглядел более-менее презентабельно.
— Хе-хе... — Ли Ян неловко усмехнулся. — Тот, что рядом со мной — наш помощник режиссера, а двое других — как раз исполнители главных ролей. Один играет протагониста, а второй — главного злодея.
Глава Чжоу перевел взгляд с Сюй Куня на Баоцяна и обратно, озадаченно спросив:
— Прошу прощения за мою неосведомленность, но кто из них играет главную роль?
По его мнению, этот смуглый простак точно не был злодеем, но и на героя фильма он совсем не походил.
— На самом деле, наш фильм снят в жанре реалистичной криминальной драмы... — Ли Ян поспешил дать краткое пояснение.
Узнав, что у фильма есть реальный прототип и события происходили в этой же провинции пару лет назад, девушка округлила глаза, а её рот от удивления приоткрылся.
— В таких фильмах актеры должны соответствовать образу и обладать мастерством, чтобы раскрыть персонажа. Если пригласить смазливых красавчиков, нужного колорита не получится.
Выслушав объяснения Ли Яна, глава Чжоу кивнул:
— Понятно, значит, вы целитесь на награды.
В точку. Не зря он был руководителем.
— На самом деле, кассовые сборы тоже важны, — неловко добавил Ли Ян.
Любой, кто слышал это, понимал, что он лишь оправдывается, чувствуя себя неуверенно.
Глава Чжоу кивнул и мягко обратился к дочери:
— Цици, если хочешь о чем-то спросить у этих старших братьев, не стесняйся.
Под прицелом всех взглядов Чжоу Цици не то чтобы растерялась, но спрашивать о сплетнях про звезд было неловко. Она задумчиво коснулась пальцем родинки у губы и наконец с любопытством спросила:
— Какие требования обычно предъявляют при поступлении в Центральную академию драмы или Пекинскую киноакадемию?
От одного этого вопроса Баоцян так смутился, что был готов провалиться под стол.
Сюй Кунь почувствовал себя так, будто в него попала стрела, но, будучи парнем толстокожим, рассмеялся:
— Мы оба самоучки, но процедуру поступления в эти вузы я немного знаю.
Он кратко рассказал девушке всё, что узнал на курсах актерского мастерства.
Баоцян помогал дополнять детали. Сюй Кунь ведь не зря собирал информацию — он подготовился основательно.
Один говорил уверенно, у другого в голове были факты, и в итоге им удалось благополучно выкрутиться из ситуации.
Глава Чжоу довольно закивал:
— Значит, с вокалом и внешностью у нашей Цици проблем нет, но чтобы сдать экзамены, нужно поработать над пластикой и актерским мастерством.
Конечно, в его словах сквозила отцовская любовь, но Чжоу Цици действительно была хороша собой — недаром в будущем за ней будет бегать Фан Цзумин, а её одобрит сам Джеки Чан.
Кстати, самое забавное, что она даже не посмотрела на Фан Цзумина, а позже открыто призналась в любви Ху Гэ.
Чжоу Цици о чем-то задумалась, на её лице промелькнула грусть, и она снова обратилась к Сюй Куню:
— Брат Сюй, раз вы не профессиональные актеры, почему решили выбрать эту профессию?
Почему, почему... Конечно, потому что встретил такого перспективного парня, как Баоцян, да и в шоу-бизнесе полно красоток, а еще хочется славы.
Однако при отце девушки Сюй Кунь не рискнул говорить правду и с самым серьезным видом начал плести:
— Наверное, чтобы прожить множество разных жизней. Каждый раз, когда через усилия, воображение, подражание и технику мне удается создать персонажа, совершенно не похожего на меня самого, я испытываю чувство наполненности — словно создаю и обретаю новую жизнь.
Чжоу Цици была явно впечатлена этими словами и не удержалась от вопроса:
— А каких персонажей вы уже успели...
— Ну, например, в этом фильме, — Сюй Кунь поспешил прервать её. Если дать ей договорить, это станет фатальным.
Не давая девушке вставить и слова, он быстро продолжил:
— Чтобы сыграть хладнокровного злодея, я разработал новый образ. Смотрите —
Сюй Кунь вскинул густые брови, и его холодный, свирепый взгляд «четырех белых глаз» обрушился на девушку во всей своей красе.

Комментарии

Загрузка...