Куро-но Мао. Глава 386 «Продолжение того дня».
Источник: asianhobbyist.com
Перевод: puffybdsm
версия 1.0
***
Книга 20. Мир Искушения
Глава 386. Продолжение того дня
— ...н-н-н...
Кто-то звал меня.
— ...к-у-у-у-н.
Это был добрый, мягкий голос юной девушки. Мало какой мужчина не отозвался бы на этот прекрасный голос.
Мне нужно встать. Пока я сладко спал, моё сознание приняло решение проснуться.
— Куроно-кун.
В поле моего зрения появилось знакомое девичье лицо. В круглых чёрных
глазах плескалась печаль. У неё были маленький милый носик и нежные
губки вишнёвого цвета. А волосы цвета льна выделялись на её бледной
коже.
Она была прекрасна, само очарование. Я впился сонным взглядом в её лицо. Вероятно, я уже был очарован.
— Куроно-кун, ты в порядке? Ты так стонал...
Она выглядела так, будто готова была в любой момент расплакаться.
Увидев выражение её лица, полное горя и печали, я тотчас же
почувствовал, как внутри меня поднимается паника. Я не хотел, чтобы она
плакала.
— Нет, я в порядке. В самом деле ничего, так что не волнуйся обо мне... Ширасаки.
— Ох, хорошо.
На её лице отразилось огромное облегчение. Девушку звали Юрико
Ширасаки. И мы ходили в один и тот же литературный клуб. Кажется, мне
было грустно. Мы были никем друг другу.
— Кстати, где... я?
По всей видимости, я сейчас лежал на мягкой кровати, укрытый чистым
белым одеялом. Ширасаки сидела возле меня на складном стуле и неотрывно
смотрела на меня.
Я посмотрел направо, затем налево. Вокруг
моей кровати на перекладине висели белые занавески. Посмотрев в щель
между ними, я увидел знакомую и уже надоевшую раздвижную дверь, а также
медицинские весы и измеритель роста в углу.
А ещё я увидел
висящие на стене простые аналоговые часы практичного дизайна. Стрелки
показывали 6:38. Дело шло к закату и вся комната была залита красноватым
светом заходящего солнца, лучи которого пробивались сквозь оконные
шторы.
И хоть я задал этот вопрос, я, тем не менее, и так знал, где нахожусь.
— Это школьный лазарет.
Так и думал. Ну, другого объяснения не было. На самом деле мне никогда
не приходилось пользоваться им по назначению, однако я приходил сюда
раньше, чтобы произвести уборку.
Но почему я проснулся тут? Странно. Мной овладело сильное чувство беспокойства.
Успокойся. Попытайся вспомнить. Ещё мгновение назад я был...
— Я очень испугалась, когда ты вдруг потерял сознание в комнате клуба. Я
уже была близка к тому, чтобы позвонить в скорую помощь.
— А... точно. Теперь вспомнил. От внезапное головной боли я потерял сознание и упал... Так всё было.
— Тебе всё ещё нехорошо? Школьная медсестра сказала, что это просто
низкое кровяное давление, и что тебе станет лучше, когда ты немного
отдохнёшь...
— Нет, больше никакой боли не чувствую. Со мной действительно всё в порядке.
Возможно, со стороны мои слова выглядели так, будто я хотел скрыть
боль, однако я действительно не ощущал никаких отклонений. Проблема
заключалась в моей памяти... Не знаю... Я ясно помню, как потерял сознание в
комнате литературного клуба. Я помню это. Однако я не мог отделаться от
чувства, что это случилось очень давно.
— У меня такое ощущение, будто я очнулся после очень долгого сна.
— Не волнуйся. Теперь ты проснулся. Тот плохой сон, из-за которого ты стонал, кончился.
Плохой сон. Так и было.
Плохие вещи, болезненные вещи... Нет, не так просто. Мне кажется, я
находился на грани смерти. И даже больше. Такое чувство, будто я много
раз испытывал жестокое отчаяние, что хуже смерти.
Как будто
глубоко в сердце засели самые тёмные и чёрные эмоции. И не только в
сердце, это стало частью меня. Боль и горечь, отчаяние поражения,
унижение и потеря.
И если подобные эмоции отпечатались в моём сердце, то означает ли это, что мне приснился невообразимо ужасный кошмар?
Однако...
— Было что-то... что-то, чего я не должен был забывать, что-то очень важное.
— Что? Что ты имеешь в виду?
Чёрные глаза Ширасаки смотрели прямо на меня. Раньше она бы испугалась
моего агрессивного поведения и никогда не стала бы смотреть мне в глаза.
Но сейчас у неё был ласковый взгляд матери, заботящейся о своём чаде.
— Это... Это...
— Это?
Я не мог оторвать от неё взгляд. Её глаза словно засасывали меня. Как будто меня затягивало в бездну.
— Не знаю.
Я попытался облечь в форму те важные для меня воспоминания, выразить их словами. Но всё рассеялось как дым.
— Хе-хе, это был просто сон. После пробуждения трудно вспомнить то, что снилось. Такое ведь случается, так?
— Ага... случается.
Да. Прежде всего, я ничего не запомнил. Из-за низкого кровяного
давления я упал в обморок, а затем очнулся. А всё, что было между, —
всего лишь сон. Сам я не предпринимал никаких действий. Сны — просто
способ упорядочивания воспоминаний и всего того, что происходит с телом.
Один из механизмов жизни.
— Но, Куроно-кун, ты помнишь, что произошло до твоего обморока?
До обморока? Полагаю, она имеет в виду события в комнате клуба.
Ну, я пришёл в клуб, как обычно это делаю... Нет, не так. Ширасаки подошла ко мне и сказала:
«Сегодня важная встреча в клубе, поэтому тебе нужно придти».
И когда я пришёл в клуб, там была только Ширасаки.
Однако сколько бы мы не ждали, другие члены клуба не приходили. Повисло
неловкое молчание, разбавляемое громким тиканьем часов. Я не хотел,
чтобы так продолжалось дальше, поэтому решил поговорить с ней, однако
потерпел неудачу. Я попробовал другие способы развеять неловкое
молчание, а затем... А, точно, она тогда сказала:
«Я соврала, когда сказала, что будет собрание».
Да, именно это она и сказала.
— ...и это всё, что я помню. Думаю, в тот момент, когда я упал в обморок, ты собиралась что-то сказать.
— Хорошо, я рада, что ты вспомнил это.
Если бы я не помнил этого, то это указывало бы наличие у меня признаков
амнезии. Головная боль была ужасной, но не думаю, что это так важно. В
этом плане я тоже был рад, что «вспомнил это».
— Итак, зачем ты обманом заманила меня в клуб?
— Я хотела оказаться с тобой наедине.
Я подумал было, что она сейчас расскажет, как они планировали разыграть
меня. Однако её неожиданный ответ оставил меня в недоуменном ожидании.
— Неужели... — невнятно произнёс я, словно идиот.
Но Ширасаки, похоже, не обратила внимания на моё замешательство и продолжила, глядя мне прямо в глаза:
— Да. К счастью, сейчас мы снова наедине и я могу закончить, сказать то, что собиралась.
Возможно, это из-за света заходящего солнца, освещавшего комнату,
однако её лицо выглядело слегка красным. Её красивая улыбка угрожала
пленить меня, но я продолжал внимательно слушать, чтобы не упустить ни
единого слова.
— Дело в том, Куроно-кун...
У меня не болела голова. На этот раз я мог слышать всё, что она должна была сказать.
— ...Ты мне нравишься.
Это было признание. Прямо в глаза, никаких хождений вокруг да около,
никакого смущения. Даже непроходимый тупица, услышав это, тотчас же
понял бы, что это признание.
— А... в самом деле... я?
Но мне всё равно не верилось.
Неожиданное признание. Да ещё и от человека, от которого подобного
совершенно не ожидаешь. Я не был настолько тщеславным, чтобы с лёгкостью
согласиться с тем, что её чувства ко мне реальны.
Это же
Ширасаки. Я бы понял, если бы она злилась на меня или ненавидела. Во
всяком случае, именно подобное отношение я допускал всё это время.
Я никогда не делал ничего такого, из-за чего она могла бы влюбиться в
меня. Всё наше общение сводилось к обсуждению дел клуба или передаче
сообщений от других членов клуба. И у нас никогда не было каких-то
прекрасных событий, где у меня мог бы возникнуть эффект висячего моста.
И хотя это казалось невероятно грубым — сомневаться в чувствах признавшейся девушки — я всё ещё не мог поверить в это. Однако...
— М-м?!
— М-м-м...
Я почувствовал, как что-то мягкое прикоснулось к моим губам. Тепло.
Расстояние между моим лицом и красивым лицом Ширасаки сократилось до
нуля. От неё исходил слабый аромат шампуня.
Меня поцеловали.
— Ты мне нравишься, Куроно-кун. Я не вру.
Не успел я опомниться, как она отстранилась, восстановив предыдущую
дистанцию между нами. Тот момент сейчас воспринимался как сон. Но, как
она и сказала, это не было ложью.
— Поэтому, пожалуйста... будь моим парнем.
Я должен отказать ей... так говорила мне интуиция. Не то чтобы я
сомневался в её чувствах. Я больше не допускал, что за всем этим что-то
было.
Но у меня просто нет на это права, мне не следует
встречаться с девушками, мне нельзя заводить любовниц — такие мысли
вдруг появились в моей голове.
Но если взглянуть на это с
другой стороны. У меня нет никого, кого бы я любил так сильно, что готов
был отдать свои тело и душу. И я не святой, избегающий любых отношений.
Я обычный старшеклассник с сомнительной внешностью. С чего я вдруг стал
думать о таких идиотских вещах, как, например, есть ли у меня на это
право или нет.
Ширасаки сама призналась мне. Сомневаюсь, что
во всей старшей школе Сакураги нашёлся бы парень, который посмел бы
отвергнуть её. Причём, даже если бы у такого человека уже имелась
подруга, то он бы её мгновенно бросил.
Нет, нет. Это
ощущение не имело с этим ничего общего. Что-то более глубокое, какой-то
зов из глубины сердца, какое-то далёкое воспоминание, и оно отчаянно
умоляет меня...
— Полагаю, что это... нет.
— Да. Если ты не против.
Когда, увидев её печальное лицо, я понял, что она вот-вот расплачется,
все мои неубедительные и тревожные чувства тотчас же смыло. И как я мог
беспокоиться по такому незначительному и скучному поводу?
Я просто не мог себе позволить, чтобы она расплакалась по моей вине.
— Правда? Ты действительно уверен в этом?
— Да, я очень хочу быть с тобой, Ширасаки!
— Спасибо! Куроно-кун!
Затем она накинулась на меня и заключила в горячие объятия. Я снова ощутил её тепло и аромат. Моё сердце забилось быстрее.
Какая уютная тяжесть. После мгновения колебаний я обхватил её обеими руками.
— Куроно-кун, я люблю тебя.
Таким образом, у меня появилась моя первая любимая девушка. Невероятно красивая девушка по имени Юрико Ширасаки.
Похоже, этот день станет пиком моей жизни.

Комментарии

Загрузка...