Видя, что Ма Минхань теряет контроль, стоявший рядом Лю Шаоцюань протянул руку, чтобы остановить его.
У уличных гонок свои правила: любые обиды здесь решаются на трассе, а переход на оскорбления или рукоприкладство считается дурным тоном. Тех, кто не умеет держать себя в руках, здесь не уважают.
Поскольку Лю Шаоцюань уже взял деньги Ма Минханя, он был обязан вмешаться. Он посмотрел на Чэнь Сянбэя и произнес:
— Парень, ты слишком дерзок. Как насчет гонки сегодня вечером?
— Ты еще кто такой? — Чэнь Сянбэй был слегка озадачен парнем с короткой стрижкой, который с бухты-барахты вызвал его на дуэль.
— Лю Шаоцюань с острова Гонконг. Приглашен молодым господином Ма, чтобы сразиться с тобой.
— Оу... значит, наемный гонщик. Вставай в очередь и жди своего часа.
Чэнь Сянбэй дал понять, что время, место и формат гонки определяет он сам, и не позволит другим навязывать свои условия. Поначалу Лю Шаоцюань еще мог сдерживать Ма Минханя, но, увидев отношение Чэнь Сянбэя, помрачнел. Как профессиональный гонщик, «обученный в Германии», он и так считал ниже своего достоинства соревноваться со старшеклассником, а тут еще этот сопляк нос воротит.
— Парень, запомни: за высокомерие приходится платить.
Услышав угрозу, Цинь Ляньцзе шагнул вперед:
— Король трасс Цюань, сегодня здесь мои правила. Если хочешь погоняться — ищи другое место.
Цинь Ляньцзе был хозяином на горе Наньюнь, поэтому Лю Шаоцюаню пришлось проявить уважение. Он бросил на Чэнь Сянбэя холодный взгляд и отступил. Пресекши конфликт, Цинь Ляньцзе перевел взгляд на Чэнь Сянбэя:
— Раз ты так уверен в себе, давай готовиться к старту. В стиле «залива»: обгон считается победой. Есть возражения?
Правило «кошки-мышки», часто используемое на горных дорогах, произошло от японских гонок в районе залива. Цинь Ляньцзе учился в Японии и привык к формальным терминам.
— Без проблем.
— Тогда проявлю гостеприимство. Хочешь стартовать впереди или позади? — великодушно предложил Цинь Ляньцзе.
Из-за различий в моделях и мощности автомобилей в уличных гонках порядок старта не имеет решающего значения. Иначе мощный полноприводный автомобиль с турбонаддувом мог бы мгновенно обойти малолитражку на старте, что лишило бы заезд всякого смысла. Поэтому в методе «залива», если нет явного победителя, гонщики меняются позициями, чтобы обеспечить справедливость.
Будучи местной фигурой, а также потому, что его Civic Type-R был подготовлен по индивидуальному заказу, Цинь Ляньцзе не хотел получать преимущество на старте и позволил сопернику выбирать самому.
— Стартуем как обычно, но я предпочту ехать впереди, — прямо сказал Чэнь Сянбэй.
— Боишься, что не сможешь обогнать? — на губах Цинь Ляньцзе заиграла усмешка. Он знал, что Чэнь Сянбэй способный парень, но как гонщик всегда считал себя сильнее.
— Нет, боюсь, что ты будешь ехать слишком медленно и загородишь дорогу. Я тороплюсь.
Рот Цинь Ляньцзе дернулся, а улыбка застыла. Дерзость мальчишки не знала границ. Неужели он действительно считает его новичком?
— Хорошо, тогда давай посмотрим, как быстро ты умеешь ездить.
Цинь Ляньцзе сохранил остатки самообладания. Согласовав правила, они вернулись к машинам; рев моторов мгновенно огласил площадку на вершине горы.
В этот момент гонщик команды «Лайт Пойнт» по имени Тао подошел к капитану Цао Аню и прошептал:
— Капитан, этот старшеклассник непрост. Я внимательно присмотрелся к Subaru Impreza и заметил, что у нее действительно есть кастомные детали из углеволокна, а не просто пленка для вида.
Тао был поражен: он знал, сколько хлопот доставляет замена деталей на настоящий карбон. В Китае раннее углеволокно нужно было импортировать, а стоимость сырья доходила до 2500 юаней за килограмм. Его не могли себе позволить не только уличные гонщики, но даже промышленный сектор использовал материал экономно. Лишь к 2004 году массовое производство в стране снизило цену до 350 юаней, но даже тогда, из-за сложности кастомизации, это не стало массовым явлением.
Тао хотел предупредить капитана, что человек, способный позволить себе такой тюнинг, — точно не обычный подросток.
— Не волнуйся, стоимость и сложность доработки нашего Civic Type-R не уступают изготовлению углепластиковых деталей, — ответил Цао Ань.
Для обычных гонщиков углеволокно — товар премиум-класса, но для состоятельных наследников вроде Цинь Ляньцзе тюнинг — это создание уникального стиля. Если у Subaru Чэнь Сянбэя был доработан только кузов, то у Civic Цинь Ляньцзе было переделано всё. Не говоря уже о подвеске: красный двигатель K20A получил «голову» от K24. Мощность подскочила с 225 до 355 лошадиных сил, а обороты достигали десяти тысяч. Это 2,0-литровый атмосферный двигатель, выжатый до предела: после доработки он приобрел мощь турбомотора, сохранив при этом линейность отдачи атмосферника.
Между машинами появилась девушка и развела руки для отсчета.
— Пять, четыре...
С началом отсчета выражение лица Чэнь Сянбэя стало серьезным: ощущение трека вернулось к нему. Левая нога на сцеплении, правая рука на рычаге коробки, правая нога начала подгазовывать. Хотя двигатель EJ20 не подвергался модификациям, его гоночная родословная делала возможности куда выше любых гражданских машин. Чэнь Сянбэй агрессивно раскручивал двигатель, удерживая его в диапазоне максимальной отдачи.
Цинь Ляньцзе через стекло бросил взгляд на профиль Чэнь Сянбэя. Сосредоточенность соперника внезапно вызвала у него необъяснимое давление. Он не понимал, почему гонка со старшеклассником вызывает такие чувства — неужели харизма действительно существует?
— Три, два... — Цинь Ляньцзе отбросил лишние мысли.
— ПОЕХАЛИ!
Услышав команду, Чэнь Сянбэй бросил сцепление, дернул ручной тормоз, и Subaru Impreza сорвалась с места, словно стрела. Идеальный старт.
Чэнь Сянбэй был в этом мире почти полгода, и до сих пор его старты были осторожными: то он боялся сжечь сцепление клиентской машины, то переживал за мотор. Даже катая Лян Чи, он не выкладывался на полную. Но сейчас у него наконец-то появилась возможность дать волю машине и поехать на все деньги!

Комментарии

Загрузка...