— Но эта хрупкая идиллия три месяца назад была жестоко разбита несчастным случаем, — понизил голос Дао Хуань.
На лице госпожи Чэнь проступила скорбь, она опустила голову, и в её глазах заблестели слёзы.
Сяо Чжан участливо протянул ей пачку бумажных салфеток.
Госпожа Чэнь вежливо приняла их и поблагодарила.
Дао Хуань тоже тихо вздохнул и продолжил:
— Три месяца назад Чэнь Юань была на каникулах в университете и собиралась лететь домой. По дороге в аэропорт такси, в котором она ехала, попало в аварию и перевернулось на шоссе. Водитель лишился обеих ног, а сидевшая на переднем пассажирском сиденье Чэнь Юань погибла на месте.
Стоило Дао Хуаню вновь пересказать подробности гибели её дочери, как госпожа Чэнь окончательно потеряла самообладание и зарыдала.
Яо Янь, Сяо Чжан и Дао Хуань переглянулись. Все трое предпочли промолчать, позволяя госпоже Чэнь дать выход эмоциям.
Когда её дыхание немного выровнялось, Дао Хуань продолжил:
— Простите, госпожа Чэнь, что мы вновь заставили вас вспомнить об этом горе. Но эти обстоятельства могут быть связаны с делом вашего бывшего мужа, поэтому мы никак не можем их обойти.
Чэнь Хайли резко подняла голову. Её глаза от слёз покраснели и припухли. Уставившись на Дао Хуаня, она сдавленным, чуть дрожащим голосом произнесла:
— Я развелась с Ян Гуанфой давным-давно, прошло уже почти десять лет! Мы давным-давно не поддерживаем никаких отношений. Я вернулась в город Дянь только для того, чтобы сообщить её дедушке и бабушке, что ребёнка больше нет.
— И только-то? — внезапно вмешался Яо Янь.
Чэнь Хайли повернула голову и посмотрела на него.
— Вы рассказали о смерти ребёнка только своим родителям? А как же отец девочки, её дедушка и бабушка по отцовской линии? Вы что, не собирались им говорить?
В конце концов, кровные узы неразрывны, и как биологический отец Ян Гуанфа имел полное право знать о судьбе своего ребёнка.
Однако Чэнь Хайли покачала головой:
— Мы с Чэнь Юань уже давно жили в совершенно разных мирах. Мы не общались и не поддерживали связь. Ему незачем знать о том, что случилось с Юань-Юань.
Яо Янь какое-то время молча сверлил Чэнь Хайли взглядом, затем кивнул и больше ничего не сказал.
— Госпожа Чэнь, изначально я не собирался лезть в ваши семейные дела, но ваш бывший муж был убит как раз в то время, когда вы вернулись в город Дянь. Как лицо, имеющее отношение к делу, мы обязаны задать вам несколько вопросов, — официальным тоном произнес Дао Хуань.
— Я понимаю, именно поэтому я и пришла с вами встретиться, — Чэнь Хайли вытащила салфетку и промокнула уголки глаз.
— Я надеюсь, что всё, что вы мне скажете — чистая правда. — Дао Хуань чуть подался вперед. Его взгляд был холоден и равнодушен, но от всей его фигуры исходило мощное давящее ощущение.
Чэнь Хайли выдержала этот взгляд лишь мгновение, испуганно отвела глаза, отвернулась и кивнула.
— Госпожа Чэнь, скажите, доводилось ли вам слышать что-нибудь о так называемом воскрешении из мертвых? — по слогам спросил Дао Хуань.
Чэнь Хайли в крайнем недоумении подняла на него глаза:
— О чём вы говорите? О каком воскрешении?
Яо Янь и Дао Хуань в оба глаза следили за Чэнь Хайли, не упуская ни единого малейшего движения.
Её замешательство не было наигранным.
— Я к тому, не доводилось ли вам слышать от кого-нибудь, что вашу дочь Чэнь Юань ещё можно спасти и вернуть к жизни? — продолжал допрос Дао Хуань.
Чэнь Хайли ничего не понимала. Уголки её губ судорожно дёрнулись, и в конце концов она не смогла сдержать выражение лица: правая сторона рта приподнялась, левая опустилась, из-за чего лицо исказилось в жутковатой гримасе.
Из её горла вырвался неконтролируемый странный звук, а затем она сорвалась на пронзительный, фальцевый крик:
— Вы хотите сказать, что Юань-Юань еще можно спасти?!
Дао Хуань нахмурился, перевёл взгляд на Яо Яня, и тот молча закрыл глаза и покачал головой.
Похоже, это была не ложь — она действительно ничего не знала о возможном воскрешении.
— Это был лишь пустой слух, нечто совершенно невозможное, — наконец разрушил все надежды Чэнь Хайли Дао Хуань.
Только что Чэнь Хайли из-за пережитого волнения напряглась всем телом и была готова вскочить со стула.
Но слова Дао Хуаня окатили её ледяной водой. Вся её энергия вмиг улетучилась, она бессильно откинулась назад и замертво рухнула в кресло.
— Я же говорила... Тело Юань-Юань было полностью изуродовано при столкновении... Разве её можно было спасти... — Судя по всему, воспоминания о смерти дочери вновь захлестнули её, и госпожа Чэнь снова зарыдала неудержимым плачем.
Сяо Чжан со стороны наблюдал за происходящим, отчаянно чеша затылок и мысленно ругаясь. Беседовать с этой госпожой Чэнь было поистине изнурительно: чуть что — слезы, а как заплачет, так разговор можно сразу сворачивать.
Яо Янь с Дао Хуанем, напротив, никуда не спешили: они попивали чай и терпеливо ждали, пока женщина выплачется.
Наконец горе утихло, и Яо Янь задал следующий вопрос:
— Госпожа Чэнь, вернувшись в этот раз, вы ведь не заходили повидаться с Ян Гуанфа?
Чэнь Хайли отрицательно мотнула головой.
— Скажите, вы ведь с самого начала не любили его?
— А? — Госпожа Чэнь снова растерялась и тупо уставилась на Яо Яня.
— Я говорю о Ян Гуанфа. Вы выходили замуж без всякого желания? — уточнил Яо Янь.
Сяо Чжан ошарашенно посмотрел на него, не понимая, с чего это Яо Янь вдруг завёл такие разговоры. Дао Хуань тоже молча наблюдал за напарником, желая узнать, к чему тот клонит.
Чэнь Хайли вздохнула, прикрыла рукой рот и быстро-быстро замигала, прогоняя оставшиеся в уголках глаз слёзы.
— Да. В те годы из-за кое-каких обстоятельств родители заставили меня выйти замуж за Ян Гуанфа. Счастья мне это не принесло. Он хороший человек, правда... но я физически не могла заставить себя жить с нелюбимым человеком. Каждый божий день засыпать в одной постели и не находить ни единой общей темы для разговора. Целыми днями молчать друг с другом, словно два совершенно чужих человека.
Чэнь Хайли описывала накопившиеся в том браке противоречия. Отсутствие любви, брак под давлением — такой союз заведомо был обречен на недолговечность.
К тому же, после развода с Ян Гуанфа Чэнь Хайли, казалось, заново родилась на свет.
Услышав очередную историю о несчастном браке, сломленном волей старшего поколения, Сяо Чжан невольно вздохнул вместе с ней. Яо Янь бросил на него быстрый взгляд и усмехнулся в уголках рта. Паренька дома держали в ежовых рукавицах, вот он небось и испугался, что родители тоже заставят его жениться по расчету, и его семейная жизнь повторит судьбу Чэнь Хайли и Ян Гуанфа.
— Уважаемые офицеры, вы хотите узнать что-нибудь ещё? — Чэнь Хайли совладала с эмоциями и подняла глаза на дознавателей.
— Я слышал от соседей, что Ян Гуанфа был человеком тихим, неконфликтным и вёл дела честно. Он никак не мог нажить себе врагов. Действительно ли он был таким человеком? — спросил Яо Янь.
— Да, Ян Гуанфа был хорошим человеком, я уже говорила. Хорошим в абсолютно любом смысле этого слова, — тихо ответила Чэнь Хайли.
— А что вы думаете о том, что его жестоко убили и расчленили на восемнадцать частей? — Яо Янь произнёс эти слова ледяным, бесстрастным тоном, от которого Сяо Чжан и Дао Хуань с неудовольствием поморщились.
Он сделал это специально.
Услышав такой вопрос, Чэнь Хайли вздрогнула, словно от удара током, и её тело забилось в крупной дрожи.
Она только что успокоилась, но теперь её психика рухнула вновь.
Она опустила голову, закрыла лицо руками, а затем запрокинула голову назад, беспомощно ссутулив плечи.
— Он... Я понятия не имею, почему убили именно его...

Комментарии

Загрузка...