Университет Цзянчэн утопал в зелени раскидистых деревьев, а со стороны спортивной площадки доносились оживленные крики студентов, играющих в баскетбол.
Чтобы не сеять панику в учебном заведении, Чэнь Цзидун, Лю Ханъюань и Да Чжан переоделись в неприметную гражданскую одежду.
Ведомые куратором, госпожой Ван, они вошли в кабинет на втором этаже административного корпуса.
— Офицер Чэнь, присаживайтесь, пожалуйста, — госпожа Ван, женщина лет тридцати с небольшим, закрыла дверь и налила гостям воды. В её взгляде читалось плохо скрываемое удивление и тревога.
Когда Чэнь Цзидун предъявил удостоверение и сообщил, что ему нужно навести справки об одном из студентов, она не на шутку испугалась.
Чэнь Цзидун принял стакан. Его тон был мягким, он мастерски, без лишнего давления, перешел к делу:
— Госпожа Ван, не волнуйтесь. Мы пришли для обычной проверки. Нам нужно узнать о поведении и семейном положении Тань Юна, студента третьего курса вашего факультета.
Услышав имя Тань Юна, госпожа Ван заметно расслабилась. Ситуация даже показалась ей нелепой.
— Тань Юн? Товарищи полицейские, вы, должно быть, что-то путаете. Этот мальчик — тише воды, ниже травы. Образцовый студент.
Она села за стол, выдвинула ящик и, достав папку с документами на получение пособия по бедности, протянула её полицейским. В её голосе зазвучали нотки сочувствия и желания защитить подопечного:
— Он очень замкнутый. В группе он как человек-невидимка, даже немного закомплексованный. Он просто физически не способен ввязаться в какие-то неприятности.
Чэнь Цзидун взял личное дело и начал пролистывать его. Лю Ханъюань тем временем приготовил блокнот и щелкнул шариковой ручкой:
— Госпожа Ван, не могли бы вы подробнее рассказать о его финансовом положении и круге общения? Например, много ли он тратит? Есть ли у него девушка?
— Девушка? Да откуда! — куратор горько усмехнулась и покачала головой. — Товарищи полицейские, семья Тань Юна живет в крайней нужде. Родители — простые рабочие на конвейере в маленьком городке в глуши. Денег, которые они присылают ему на месяц, едва хватает на пятьсот-шестьсот юаней.
— Он в столовой-то лишний раз мясное блюдо не возьмет — экономит. Ходит в одной и той же старой клетчатой рубашке, которая от стирок уже почти белая стала, а воротник совсем обтрепался.
Госпожа Ван вздохнула и продолжила:
— Нынешняя молодежь по выходным любит в кино сходить или в караоке, но Тань Юн — никогда. Он даже на общие посиделки с одногруппниками не ходит, боится, что придется скидываться. Как парень, которому порой есть нечего, может позволить себе свидания?
Лю Ханъюань быстро записывал показания, а затем поднял взгляд:
— А есть вероятность, что он снимает жилье вне кампуса или у него есть какое-то тайное место, где он часто бывает?
— Съемная квартира — это и вовсе из области фантастики, — госпожа Ван невольно улыбнулась вопросу, но улыбка вышла безрадостной. — В районе университета Цзянчэн даже за крохотную каморку без окон, где только кровать помещается, просят по восемьсот-тысяче юаней в месяц.
— Ему самому прокормиться не на что, откуда взяться деньгам на аренду в Цзянчэне, где земля на вес золота? Я слышала от ребят, что Тань Юн в свободное время подрабатывает репетиторством, чтобы хоть как-то свести концы с концами.
Куратор говорила с полной уверенностью.
Чэнь Цзидун молча отхлебнул воды. Лю Ханъюань, сидевший на диване с бесстрастным лицом, продолжал скрипеть пером по бумаге, но в душе его уже зародились сомнения.
Хотя маршруты Тань Юна по интернет-кафе пересекались с Сунь Цяном, и даже был тот трехсекундный звонок, биография парня совершенно не соответствовала профилю преступника. У него просто не было объективных условий для совершения преступления.
У него даже не было места для удержания заложника.
Похищение живого человека — это не клик мышкой в игре. Для этого нужно скрытое изолированное пространство, нужны средства передвижения.
Как мог бедный студент, живущий в комнате общежития на шестерых и строго соблюдающий учебный график, спрятать человека? Сложить Ван Я пополам и запихнуть под кровать в мужской спальне?
Без денег, без помещения — это означало, что вероятность совершения им преступления стремится к нулю.
Лю Ханъюань закрыл блокнот и бросил на Чэнь Цзидуна едва уловимый взгляд, который означал: «Командир Чэнь, возможно, мы ошиблись с направлением. Скорее всего, этот пацан — просто случайная фигура, которая пересеклась с Сунь Цяном по чистой случайности».
Чэнь Цзидун понял намек, но никак не отреагировал, лишь взглянул на часы.
— Госпожа Ван, спасибо за содействие, — он поднялся, сохраняя спокойный и вежливый тон. — Однако следствие требует соблюдения определенных процедур. Раз уж некоторые зацепки ведут к нему, мы обязаны исключить его из списка подозреваемых. Пожалуйста, вызовите его в кабинет под предлогом проверки документов на пособие. Нам нужно забрать его в управление для дачи показаний.
— Что ж... Хорошо.
Хотя госпожа Ван и на йоту не верила, что её лучший студент мог нарушить закон, она понимала, что содействие полиции — это её долг. Она взяла трубку стационарного телефона и набрала номер Тань Юна.
Спустя пятнадцать минут в коридоре послышались тихие, немного шаркающие шаги.
«Тук, тук-тук».
В дверь кабинета осторожно постучали.
Вошел парень в той самой застиранной клетчатой рубашке, с самой обычной короткой стрижкой. На ногах у него были старые кроссовки с явно отклеивающейся подошвой. Худощавый, в тяжелых очках в черной оправе.
Заметив, что в кабинете, помимо куратора, сидят трое незнакомых людей, он на мгновение замер.
— Учитель, вы меня звали? — робко спросил Тань Юн. Голос его был совсем тихим.
Куратор встала и мягко, стараясь успокоить его, произнесла:
— Тань Юн, это сотрудники городского управления полиции. Им нужно прояснить некоторые детали по одному делу.
При слове «полиция» Тань Юн словно оцепенел:
— По... полиция? Меня? Зачем я им?
— Не нервничай, это просто содействие следствию, — Да Чжан сделал шаг вперед и мельком показал удостоверение. — Машина внизу, проедем с нами.
— В... в управление?! — Тань Юн замотал головой. — У меня днем профильные лекции... К тому же я просто студент, я ничего не знаю.
Вид Тань Юна был настолько жалким, что госпоже Ван стало не по себе:
— Офицер Чэнь, может...
— Не волнуйтесь, госпожа Ван. Это обычная процедура. Как только закончим опрос, он будет свободен, — тон Чэнь Цзидуна не терпел возражений.
Офицер не лгал: если вопросов не останется, парня отпустят. Но если вопросы возникнут или вскроются нестыковки — тогда о возвращении в университет не могло быть и речи.
Он перевел взгляд на Тань Юна, и в его глазах промелькнула стальная властность:
— Пойдем. Содействие полиции — долг каждого гражданина.
Тань Юн закусил губу, напоминая загнанную перепелку, которая не смеет сопротивляться. В конце концов он лишь покорно кивнул.
Три часа спустя. Городское управление полиции Цзянчэна, допросная No3.
Тань Юн сидел на стуле, весь сжавшись. Он выглядел именно так, как описывала учительница: робким и забитым.
За столом допрос вел Да Чжан. Рядом сидел Лю Ханъюань, перед которым стоял ноутбук, подключенный к базе данных — он был готов в любой момент проверить показания.
Чэнь Цзидун и Ши Лин расположились чуть поодаль, в тени, молча наблюдая за процессом.
Перед началом допроса Тань Юна специально заставили прождать два часа в одиночестве. С одной стороны, это время использовали для экстренного сбора дополнительной информации о нем, чтобы найти слабые места. С другой — суровая обстановка допросной должна была усилить его нервозность.
— Имя, возраст, — Да Чжан открыл папку с делом и начал с дежурных вопросов холодным тоном.
— Тань... Тань Юн... 21 год... — парень сглотнул и выдал базовые данные.
Да Чжан вытащил из папки распечатку — четкий кадр с камеры видеонаблюдения — и пододвинул её к Тань Юну.
— Посмотри на этого человека. Узнаешь?
Взгляд Да Чжана, словно у ястреба, впился в лицо студента, не упуская ни малейшего изменения в мимике.
Тань Юн опустил глаза на фото. Это был кадр, где Сунь Цян покупал сигареты на стойке регистрации в интернет-кафе.
Тело Тань Юна слегка напряглось, после чего он честно кивнул:
— Знаю... но мы не близки.

Комментарии

Загрузка...