Лишь спустя долгое время Е Циньжу совладала с собой.
Она перевела взгляд на Фан Сюаня, и в глазах её читалась предельная серьезность.
─ Можешь объяснить, что заставило тебя произнести эти слова?
─ Только не лги мне. Я не вынесу крушения надежд после того, как забрезжил свет.
Никому не хочется умирать, и она не была исключением.
─ Чтобы ступить на путь бессмертия, нужно превзойти саму смертную природу. –
Фан Сюань бросил всего восемь коротких иероглифов, но они задели самые потаенные струны в душе Е Циньжу.
─ Превзойти природу? –
─ Именно. То, что Девятисердечный Бегония способен существовать лишь в количестве двух цветков одновременно – коренной изъян. Изъян доказывает несовершенство боевого духа, а раз есть несовершенство, значит, существует пространство для эволюции.
─ Матушка, полагаю, вам известно, как погиб прошлый Папа Храма Боевых Духов?
Е Циньжу кивнула: эта новость давно перестала быть тайной.
─ Синестебельная Трава считается никчемным боевым духом. Но что насчет Императора Синестебельной Травы?
─ Тот стотысячелетний зверь, сменивший человеческий облик и павший во время облавы, обладал именно этим духом. Раз уж скромная былинка способна дорасти до ста тысяч лет, нет никаких причин, почему Девятисердечный Бегония не может совершить подобный скачок.
─ Мой план прост: раз ваш боевой дух относится к растительному типу, значит, для его возвышения нужно использовать еще более могущественные растения.
Мысль Фан Сюаня была безумной. Он не мог поручиться, что бессмертные травы полностью устранят изъян Девятисердечного Бегонии.
Но Император Синестебельной Травы справится наверняка: бесконечный цикл жизни способен подчистую стереть врожденные ограничения цветка.
А ограничение в два цветка на весь мир, по сути, означало лишь нехватку питательных веществ.
Будь питательных элементов вдоволь – разве число цветков осталось бы прежним?
Теперь, когда Тан Сань фактически перешел в разряд его врагов, против недругов надлежало использовать самые жесткие методы.
Ему понадобятся и бессмертные травы, и Император Синестебельной Травы.
В конце концов, всё это полезные ресурсы: одним больше, одним меньше – роли не играет, но упускать нельзя ничего.
─ Матушка, прошу, поверьте мне. Я больше не допущу подобных трагедий.
─ В конце концов, я рассчитываю, что вы еще понянчитесь с моими с Линлин детьми.
Стоило прозвучать последней фразе, как глаза Е Циньжу наполнились слезами, которые она уже не пыталась сдерживать.
Е Линлин молча разделяла её чувства.
Уход близких людей всегда ранит больнее всего.
Особенно когда на твоих глазах угасает родной человек, пока ты сама ждешь ребенка – это давящее чувство беспомощности способно сломить любого.
─ Хороший мой мальчик, матушка верит тебе.
С того самого момента, как Е Циньжу согласилась выдать дочь за Фан Сюаня, она приняла его как родного сына.
Теперь этот юноша даровал ей надежду на жизнь, и на душе у неё стало необычайно светло.
─ Матушка, мне нужно навестить учителя. Вы с Линлин подождите меня дома.
Пришло время разобраться с делами Дугу Бо и заодно разжиться у него парой бессмертных травочек.
Источник Двух Начал Льда и Огня нельзя позволить тратить на всякую шваль вроде Тан Саня.
Отыскать особняк Дугу Бо не составляло труда: в конце концов, это единственный титулованный Дуло, проживающий в городской черте.
Узнав, что у Фан Сюаня нашелся способ исцелить его яд из чешуи лазурного змея, старик забросил свой сад и целыми днями ожидал зятя дома.
Ожидание затянулось почти на полмесяца, и если бы не свадьба, старик давно бы сорвался на поиски.
─ Мелкий сорванец, где его носит? Обещал ведь объявиться сегодня.
─ Неужели барышни так привязали к постели, что ног не поднять?
Пока Дугу Бо предавался ворчливым размышлениям, в дверь постучали.
─ Кто там?
─ Угадай с трех раз.
Услышав знакомый голос, старик сперва опешил, а затем расплылся в улыбке.
Распахнув створки, он уставился на стоявшего на пороге Фан Сюаня и без лишних слов втащил парня внутрь.
─ Ну давай, парень, выкладывай, какие мыслишки у тебя насчет моего яда.
Дугу Бо не любил ходить вокруг да около и сразу перешел к сути.
Яд лазурной чешучатой змеи отравлял ему всю жизнь, и теперь, когда забрезжил луч надежды, ему не терпелось покончить с этим.
Пусть он толком не понимал, как именно Фан Сюань собирается это провернуть, но раз внучка слепо доверяла этому человеку, он решил рискнуть.
В конце концов, а вдруг получится? Стоит попытаться.
─ Глобального решения я пока не назову, но по крайней мере смогу облегчить муки, причиняемые ядом.
─ С ядом лазурной змеи я знаком. Говорят, он неизлечим, но у каждого яда есть противоядие – в природе не существует абсолютно неразрешимых токсинов, и вы должны понимать это лучше меня.
Дугу Бо сам являлся признанным мастером ядов, так что в этой науке разбирался превосходно.
─ И тем не менее, раз я сам не смог найти управу на собственный яд, неужели справишься ты? И откуда такая уверенность, что духовная кость способна помочь?
За минувшие дни Дугу Бо перебрал множество вариантов и даже пытался использовать собственную духовную кость для очищения организма – в конце концов, такая штука у него имелась, – но потерпел неудачу.
Правда, одно он выяснил точно: яд лазурной змеи не способен разъедать духовные кости. Видимо, дело было в неверном подходе.
─ Слыхали когда-нибудь про соскабливание яда с костей?
─ Это еще что за бред? –
Дугу Бо на мгновение завис, совершенно не улавливая суть метафоры. Какое еще соскабливание, какое лечение?
─ Смысл прост: выскрести токсины, приросшие к костям. –
Идея была навеяна образом великого полководца Гуань Юя, только мастеру духа не нужно было разрезать плоть ножом – достаточно выгнать заразу с помощью духовной силы.
Этот метод он обдумывал последние дни: яд, осевший в духовной кости, никуда не исчезал, его просто загоняли в резервное хранилище.
Но раз зараза оставалась внутри, угроза никуда не девалась, а значит, её следовало вытравить подчистую, предотвратив любые рецидивы.
Судя по тому, что он знал о Тан Сане, тот наверняка прекрасно понимал этот нюанс и, скорее всего, подстраховался на случай встречи с Дугу Бо.
Разница в силе между ними была колоссальной, так что иметь козырь в рукаве для парня являлось обычным делом.
Однако Фан Сюань придерживался иного мнения, прекрасно понимая истинную натуру Дугу Бо.
Пусть характер у старика скверный, человеком он оставался порядочным. Оказать ему услугу было выгодно во всех смыслах.
К тому же, учитывая родственные связи через Е Линлин и Дугу Янь, старик приходился ему кем-то вроде дальнего родственника, так что помочь ему было делом чести.
Самое главное – ему еще предстояло собрать у старика коллекцию бессмертных трав, а без должных заслуг рассчитывать на щедрость Ядовитого Дуло не приходилось.
─ Старший наверняка наводил обо мне справки и в курсе моих дел в городе Сото.
Он уже несколько дней находился в Тяньдоу, и если Дугу Бо захотел бы собрать досье, вся информация давно лежала бы у того на столе.
Скрывать прошлое было бессмысленно, да он и не собирался.
─ Я сирота, с детства рос со старым травником, но тот погиб, укушенный змеей...
Это была чистая правда из его прошлой жизни, а не выдумка для отвода глаз.
─ Именно с тех пор я начал изучать змеиные яды, исследуя самые разные змеиные боевые духи, что и привело меня к определенным выводам.
─ А именно – к проблеме врожденных изъянов боевых духов.
Верно: и яд Дугу Бо, и бушующее пламя Ма Хунцзюня относились к категории изъянов, будучи при этом весьма схожими по своей природе.
Случаи Е Линлин с Девятисердечным Бегонией и Клана Семи Сокровищ с пагодой также подпадали под эту категорию, хотя и требовали разделения по типам.
Недуг Дугу Бо проявлялся постоянно и циклично, дефект Е Линлин активировался лишь при соблюдении определенных условий, а пагода существовала перманентно, хотя жизни носителей не угрожала.
Он перелопатил горы литературы по этой теме, но полезных сведений оказалось прискорбно мало.
Изначально все эти изыскания затевались ради собственного развития, ведь его собственный боевой дух отличался крайней необычностью.
─ Ты задумал латать дыры? –
Дугу Бо переваривал услышанное добрую минуту, пока наконец не уловил суть.
─ Задумка любопытная. И как же ты собираешься их латать? –

Комментарии

Загрузка...