Один из боевиков махнул рукой, и стрельба мгновенно прекратилась. Уставившись на груду щебня, в которую превратился рухнувший домик, окутанный густым облаком поднявшейся в ночное небо пыли, он презрительно усмехнулся:
— Хех... Не понимаю, почему босс Ду Мэн приказал прикончить девчонку и этого пацана, только боеприпасы и гранаты перевели зря.
Запасы патронов, которые четыре босса раздобили при разграблении местного отделения полиции, насчитывали около двадцати тысяч штук плюс горсть гранат. Однако из-за постоянных стычек с зомби и постоянных рейдов в поисках припасов арсенал сильно поредел, и теперь у них оставалось чуть больше десяти тысяч патронов.
Наконец, пусть зомби и медлительны, а попадание в голову означает мгновенную смерть, боевики вовсе не были обученными солдатами — так, сброд, объединившийся в шайку бандитов.
Было бы просто невероятно, чтобы боевики, большинство из которых сроду не держали в руках боевое оружие, били без промаха. На деле девяносто девять процентов пуль улетали в молоко или попадали зомби куда попало, и лишь в одном случае из ста стрелок точно поражал мозг.
Отсюда и огромный перерасход боеприпасов. Именно поэтому боевики в душе не понимали, с какого перепугу Ду Мэн выделил на расправу с обычной девчонкой больше десятка стрелков да еще и снарядил их гранатами.
Бах!
Внезапно завеса пыли взорвалась, во все стороны полетели обломки. Бандиты в панике вскинули стволы, но успели заметить лишь острый росчерк света, полоснувший беззвездную ночную тьму.
Только что рассуждавший боевик вдруг почувствовал, что мир вокруг него закружился. К своему ужасу, он увидел собственное безголовое тело, из культи которого фонтаном била кровь. Его жизнь оборвалась еще до того, как голова коснулась земли.
Прямо за трупом стоял Бай Цзэминь, с чьего безупречно чистого меча Сюаньюань капала кровь. На левой руке, прижимаясь к груди словно маленький ангел, мирно спала девятилетняя Ло Нин.
Несмотря на недавний шквал огня, взрывы четырех гранат и обрушение здания, и Бай Цзэминь, и Ло Нин остались совсем невредимы — к ним даже пылинка не прилипла.
— Какими же надо быть тварями, чтобы открывать охоту на ребенка? — его холодный голос прорезал ночную тишь, а равнодушный взгляд показался бандитам демоническим.
— Мать вашу... Огонь! Пальба! — взвизгнул от страха один из боевиков, и остальные судорожно затянули гашетки.
Дула пистолетов-пулеметов Тип-79 захлебнулись непрерывной очередью, изрыгая пули в сторону двоих выживших. Ни один боевик уже не думал ни о маленькой девочке, ни о пареньке, который годился некоторым из них в сыновья. После того как он играючи пережил такую бомбежку, было очевидно одно: перед ними не человек.
К тому же обезглавленный сослуживец в луже собственной крови отлично напоминал о возможном финале, испытать который не горел желанием никто.
Вжух!
Сломанный Бронзовый Колокол вылетел из кармана Бай Цзэминя и завис над его головой. Едва пули приблизились, их окутала тонкая желтоватая мембрана, укрывшая и его, и маленькую Ло Нин.
Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!...
Свинцовый ливень обрушился на хрупкий защитный барьер, высекая снопы искр. Однако к ужасу бандитов все пули отскочили прочь, а барьер даже не шелохнулся.
Конечно, после плотного обстрела четырьмя гранатами в упор магия слегка ослабла. И однако её мощи с лихвой хватало, чтобы без труда выдерживать обычные пули.
— Ч-чёртов монстр! Валите его! — взревел другой боевик, паля по цели налитыми кровью глазами. Опустошив магазин, он в панике зашарил трясущимися руками по карманам в поисках запаски.
Но сменить магазин он не успел: Бай Цзэминь возник прямо перед ним и полоснул мечом по горизонтали.
Тело бандита рассекло пополам, и во все стороны брызнули потоки горячей крови вперемешку с выпавшими внутренностями. Поскольку смерть наступила не сразу, несчастный испытал самую страшную боль в своей жизни.
— А-а-аргх! Больно! Прикончите меня! Умоляю, прикончите! — взвыл он воплем, от которого кровь застыла в жилах у его подельников.
Бай Цзэминь оставил его мольбы без внимания, позволив корчиться в мучениях до самого конца. Мышцы на его ногах вздулись, раздался оглушительный хлопок — земля под ногами взорвалась, и он исчез с прежнего места, чтобы в мгновение ока оказаться перед новым противником и безжалостно рассечь его надвое.
Как и в первый раз, боевик испустил жуткий крик, исторгнутый из самых глубин души, и рухнул на землю, распиленный пополам.
— Монстр!
— Бежим!
— Т-только не убивай!
— Мы просто выполняли приказы, чтобы выжить!
— А-а-аргх!
...
Бай Цзэминь с леденящим взглядом шел сквозь свинцовый ливень, методично и безжалостно кося врагов, словно демон во плоти. Сколько бы они ни молили о пощаде, никто не получил и капли снисхождения — каждого разрубали надвое.
Пощада? Сострадание? Неужели он и правда стал чудовищем?
Бай Цзэминь прекрасно осознавал, что после падения земной Записи Душ совершил немало жестоких поступков. Но даже у него существовали моральные рамки.
Он не насиловал женщин, не срывал страх и отчаяние на слабых и не измывался над детьми... Однако сидевшие перед ним боевики оказались настолько гнусными созданиями, что без тени сомнения собрались хладнокровно убить девятилетнюю девочку.
Им было плевать, в чем она провинилась: ради сытой жизни и очередного приказа они запросто подняли стволы и забросали гранатами дом беззащитного ребенка.
Так кто же здесь настоящий монстр? Во всяком случае, в этой ситуации Бай Цзэминь точно не чувствовал себя злодеем.
Спустя несколько секунд звуки выстрелов и отчаянные вопли стихли окончательно.
Земля в радиусе ста метров вокруг рухнувшего домика превратилась в кровавое месиво. Двенадцать обезглавленных тел, рассеченных пополам, валялись в беспорядке, купаясь в еще не остывшей крови.
[Воля крови: 12%/50%]
Бай Цзэминь стоял посреди этого кладбища. Куда ни кинь взгляд — везде густая багровая пелена, в которой зловеще отражалась полная луна, застывшая в лужах крови.
Его клинок, одежда, собственное тело и даже вещи Ло Нин — всё осталось безупречно чистым на фоне общего кошмара.
— Покончим с этим и спать, — бросил Бай Цзэминь взгляд в сторону центра деревни, и в его глазах блеснул ледяной свет.
Уверенным шагом он скрылся в темноте деревьев. Позади остались лишь дюжина бездыханных тел да разоренная земля — немае свидетельство того, что здесь произошло.

Комментарии

Загрузка...