— Ню-гэ, мне здесь хорошо работается, найдите, пожалуйста, кого-нибудь другого.
Хлоп! Звонкая пощечина с размаху прилетела Сюн Дали по лицу.
— Кто сказал, что я отправляю тебя в другое место? Ты по-прежнему будешь работать здесь.
— Но я же работаю на собственном прилавке, зачем мне что-то подписывать? Ню-гэ, вы шутить изволите? — Сюн Дали, глупо улыбаясь, посмотрел на Хэй Ню.
Хлоп! Еще одна пощечина, еще тяжелее прежней, обрушилась на его лицо.
Сидевшие вокруг посетители и зеваки, наблюдавшие за сценой поодаль, видели, как двухметровый здоровяк покорно склонил голову и сгибался в три погибели перед человеком, который был ниже его на полторы головы. По толпе поползли шепотки, послышались презрительные смешки.
— Такой здоровяк, а такой трус, позорище.
— Как можно быть таким мягкотелым? Просто противно смотреть.
Никто не осмеливался упрекнуть сильного Хэй Ню, зато все накинулись на слабого Сюн Дали. Услышав этот гул и насмешки, Хэй Ню воодушевился еще больше. Встав на цыпочки, он принят с силой хлопать Сюн Дали по щекам.
— Я хочу сказать, что отныне этот прилавок принадлежит мне. Десять процентов от дневной выручки оставляешь себе, остальное отдаешь мне.
Сюн Дали был прост, но не глуп. Потирая ушибленное место, он яростно замотал головой:
— Ну как же так? Это же мой прилавок!
Бах! Хэй Ню с размаху пнул Сюн Дали в голень.
— Ай! Ню-гэ, не надо так. В конце концов, забирайте прилавок, я просто уйду, ладно?
— Я по-хорошему прошу тебя поработать, а ты смеешь мне перечить? Бейте его, пока не подпишет!
Район Нивань был зоной под жестким контролем нескольких банд, и местный полицейский участок существовал лишь для вида. Подобные разборки здесь никогда не становились предметом разбирательств. Большинство бандитов все же не заходили так далеко, но даже если Хэй Ню творил беспредел, кто стал бы заступаться за мелкого торговца без связей?
Толпа головорезов с рычанием набросилась на Сюн Дали, осыпая его градом ударов. Сюн Дали не сопротивлялся: он просто закрыл голову руками и присел, молча принимая побои. Он стоял на своем: хоть убейте, а подписывать ничего не буду!
Посетители, видя такое, поспешили скрыться, лишь немногие оставили деньги за съеденное мясо. Сюн Дали, опустив голову, смотрел на убегающие ноги, и его сердце болело сильнее, чем все тело.
— Почему вы бьете моего папу! — раздался детский голос. Это был сын Сюн Дали, Сюн Сяоцян.
Мальчику было всего десять лет, он принес из дома корзину с маринованным мясом. Увидев, как отца избивают бандиты, он бросил корзину и бросился на помощь. Сюн Сяоцян как раз пробегал мимо Хэй Ню, когда тот с размаху пнул ребенка.
— А-а! — Сюн Сяоцян был всего лишь маленьким мальчиком, он не успел среагировать и от удара отлетел в сторону.
Глухой стук — голова мальчика врезалась в кирпичную стену. Услышав крик сына, Сюн Дали обернулся и увидел, как тот ударился о стену, не подавая признаков жизни. Он резко вскочил и бросился к ребенку, сбивая с ног трех или четырех бандитов, оказавшихся на пути.
Сюн Дали подбежал к сыну и поднял его с земли. Сюн Сяоцян сильно ударился, все лицо его было в крови, но, к счастью, он оставался в сознании. Хэй Ню, глядя на Сюн Дали, обнимающего сына, решил пойти на крайние меры.
— Хватайте пацана! Если не подпишет, бейте малого, пока этот не согласится!
Бандиты бросились к отцу и сыну. Они не знали одного: Сюн Дали, хоть и торговал жареным мясом, на дух не переносил вида крови, а уж тем более крови своего сына. Сюн Дали медленно опустил мальчика на землю. Его глаза налились кровью, и он бросился навстречу толпе.
Бах! Один из бандитов столкнулся с Сюн Дали — сила этого удара была невообразимой. Бандит, словно попав под летящий на полной скорости грузовик, мгновенно превратился в кровавое облако.
Ху! Сюн Дали влепил пощечину второму бандиту.
Бум! Голова того просто исчезла, а безголовое тело, пошатнувшись, рухнуло на землю.
Глаза Сюн Дали были испещрены красными сосудами. Он схватил двух бандитов за головы и с силой ударил их друг о друга.
Бам! Для тех, кто наблюдал издалека, это выглядело как внезапно распустившийся цветок. Многие из посетителей ночного рынка, только что плотно поевшие, при виде этой картины согнулись в три погибели, их начало рвать.
В мгновение ока четверо бандитов погибли, остальные бросились наутек. Но двухметровый гигант двигался с невероятной скоростью. Сюн Дали, словно тяжелый грузовик, догнал последнего беглеца, схватил его за горло, поднял в воздух и с силой швырнул прочь.
Хруст! Еще двое бандитов, попавших под удар, рухнули на землю, неизвестно, живы ли они.
Бах! Раздался выстрел, тело Сюн Дали содрогнулось.
Хэй Ню, бледный как полотно, стоял с пистолетом в руках, из дула которого еще вился дымок. Зачем он только послушал ту женщину? Она явно подставила его, как он мог так глупо попасться! В этот момент Хэй Ню пожалел, что не ограничился простым сбором дани. Но сожаления были бесполезны — хорошо, что при нем всегда был пистолет.
В спине Сюн Дали зияла кровавая дыра, из которой толчками сочилась кровь. Хэй Ню перевел прицел на Сюн Сяоцяна, сидящего у стены.
— Сегодня вы оба не жильцы.
Бах! Хэй Ню снова нажал на курок.
Перед глазами мелькнула тень — Сюн Дали, пошатываясь, заслонил собой сына. Кровавое пятно расплылось на боку Сюн Дали. Стиснув зубы, он продолжал идти вперед.
Бах! На этот раз пуля попала в грудь.
У Хэй Ню не было шанса выстрелить в четвертый раз. Сюн Дали обрушил кулак на его голову.
Бам! Хэй Ню исчез, словно его стерли с лица земли — от головы до самых пят.
Десять часов вечера. Се Шэн лежал на диване, глядя новости. Отчасти это было связано с красивой ведущей. В какой-то момент в кадре появилась рука и протянула женщине листок с текстом. Се Шэн смотрел на эту руку с завистью: Как было бы здорово, если бы это была моя рука!
— Экстренное сообщение полиции: в районе Нивань произошло жестокое убийство. Владелец прилавка с жареным мясом после конфликта с группой лиц совершил убийство восьми человек, есть раненые. Несмотря на то что инцидент произошел в печально известном районе Нивань, полиция заявляет, что в любой точке города Мосюй каждый обязан соблюдать закон.
Сразу после этого на экране появилась фотография Сюн Дали.
— Данный субъект психически нестабилен, крайне опасен и склонен к особой жестокости. При получении информации о его местонахождении немедленно сообщите в полицию.
Перекресток, где произошла трагедия, был оцеплен группой людей в черном. Они выглядели крайне странно: с ног до головы закутаны в плотную одежду, даже глаза скрыты защитными очками. Несколько человек в белых халатах, похожих на врачей, осторожно соскребали со стены, о которую ударился Сюн Сяоцян, следы крови, словно это были драгоценности.
Руководил ими молодой человек в белом халате. Он говорил по телефону:
— Доктор, кажется, это именно тот, кого мы искали. По словам свидетелей, он получил несколько пуль, но я уже отправил несколько групп преследования. Он никуда не денется!
Если бы не их вмешательство, никакой ориентировки на телевидении быть не могло. Если в районе Нивань случалось что-то подобное, обычно объявлялась лишь награда за голову от мафии.

Комментарии

Загрузка...