Кенсей Мугурума широким шагом вышел навстречу визитёрам, нацепив суровую, но приветливую улыбку хозяина.
— Капитан Унохана. Капитан Куруяшики. Добро пожаловать в Девятый отряд. Редкие гости.
Он коротко кивнул Унохане, затем перевёл взгляд на Куруяшики.
— Вы прибыли вместе — полагаю, у вас какое-то официальное поручение, требующее содействия нашего отряда?
Говоря это, Кенсей незаметно сдвинулся так, чтобы отчасти перекрыть собой стоявшего позади Мирая Котодэру.
Услышав вопрос своего командира, Мирай внутренне встрепенулся.
На его лице мгновенно расцвела дежурная скромная улыбка, а голос зазвучал подчёркнуто мягко и вежливо:
— Раз у уважаемых капитанов важные переговоры, моё присутствие здесь будет неуместным. Не смею вам мешать.
С этими словами он начал медленно, миллиметр за миллиметром, сдвигаться в сторону своей комнаты.
«Вы не ко мне. Сто процентов не ко мне. Я — просто пятый офицер, мимо проходил. Меня тут нет, я прозрачный...»
Однако прямолинейность Куруяшики не оставила его фантазиям ни единого шанса:
— Ха-ха-ха! Да какие там официальные дела! Мы зашли по личному вопросу. Хотели проконсультироваться у вашего... э-э... пятого офицера Котодэры!
Он обращался к Кенсею, но его смеющиеся глаза уже сфокусировались на фигуре, замершей в полушаге от двери. Взгляды Уноханы и Кенсея тоже как по команде скрестились на Мирае, который в этот миг превратился в соляной столб.
— Эм...
Мирай застыл.
Прошло ровно две секунды.
Он сделал глубокий вдох, резко выпрямился и развернулся к гостям. Паника испарилась, уступив место бесстрастной маске. Взгляд стал ровным и спокойным.
Пятый офицер чуть склонил голову перед здоровяком.
— Капитан Куруяшики, чем могу служить? Если вопрос касается моих прямых обязанностей, я готов ответить немедленно.
Главное — сразу перевести разговор в сухой протокольный формат. Безопасность превыше всего.
Но к удивлению Мирая, Кенсей перехватил инициативу.
— Раз это личный визит, держать капитанов во дворе недопустимо.
Его улыбка стала чуть теплее, и он сделал приглашающий жест в сторону здания.
— Малая гостевая комната как раз свободна и прибрана. Прошу, пройдёмте туда. Выпьем чаю, побеседуем в спокойной обстановке.
Предложение было безупречным. Оно и уважение гостям выказывало, и переводило опасный «личный» допрос из публичного пространства в закрытое.
— Ха-ха-ха, отличная мысль! Пока дошли, в горле пересохло! — радостно согласился Куруяшики, оценив гостеприимство.
— С удовольствием. Заранее прошу прощения за беспокойство, — мягко кивнула Унохана, не меняясь в лице.
Кенсей развернулся и повёл капитанов в сторону гостевой комнаты. Проходя мимо Мирая, он бросил небрежно, но так, чтобы слышали все:
— Котодэра, сходи на склад и принеси лучший чай, что у нас есть.
И ровно в тот момент, когда их плечи почти соприкоснулись, Кенсей выразительно скосил глаза на подчинённого.
Взгляд говорил яснее слов: «Паршивец! Пока идёшь за чаем, живо думай, что ты натворил! С чего это сразу два капитана явились по твою душу?! И придумай, как из этого выпутаться!»
В груди Мирая потеплело. Он чуть не прослезился.
«Капитан! Брат мой! Пусть ты и строишь из себя вечно хмурого тирана, но в критический момент прикрываешь своих!»
— Слушаюсь, капитан! — он развернулся и зашагал к складу.
Захлопнув за собой тяжёлую дверь хранилища, Мирай привалился к ней спиной и шумно выдохнул.
Времени на сантименты не было. Нужен план.
Визита капитана Уноханы он, если честно... ожидал. Хотя бы в теории.
Его «Убийца» содержал слишком жирные отсылки к её прошлому. С её интеллектом и положением пропустить такое было попросту невозможно.
Но Куруяшики?! Зачем сюда припёрся этот боевой маньяк?!
Мирай лихорадочно прокрутил в голове сюжет «Убийцы» и последние слухи в Сейрейтее.
И тут его осенило.
«Постойте... Неужели этот махина прочитал книгу, загорелся идеей, ломанулся в район Зараки искать моего Демона на „практике“... и, естественно, никого там не нашёл?!»
«Значит, пришёл устроить разнос? Будет возмущаться, что я всё преувеличил, и он впустую сходил в такую даль?»
Мираю казалось, что это самый вероятный вариант. Зная стиль Одиннадцатого отряда и характер Кенпачи Куруяшики, от него вполне можно было такого ожидать.
Мираю стало одновременно смешно и жутко.
«Эх, капитан Куруяшики... Прототип Убийцы из моей книги, Первый Кенпачи собственной персоной, сейчас сидит прямо рядом с вами! А вы попёрлись её искать в район Зараки!»
Он перебрал в уме все возможные точки пересечения с этими двумя капитанами. Кроме «Убийцы», ничего не находилось.
Дела издательские? Слишком мелко.
Айзен? Хирако? Эти закулисные интриги никто не вытащит на свет.
Раз корень проблемы найден, план вырисовывался сам собой.
С Куруяшики нужно стоять на том, что это «литературное творчество» и «художественный вымысел». Аккуратно признать, что «ради сюжета краски были сгущены», и помочь капитану выпустить пар из-за потраченного времени. Куруяшики парень прямолинейный, вряд ли станет всерьёз гневаться из-за сказки.
А вот с капитаном Уноханой... базовая стратегия — прикинуться дурачком и уйти в глухую несознанку.
Твердить, что псевдоним «Сока» взят с потолка просто потому, что красиво звучит. А образ Убийцы — это сборная солянка из руконгайских страшилок. Все совпадения с реальными лицами абсолютно случайны.
Доказательств у неё всё равно нет. Рукопись он перепечатывал на машинке Урахары, блокирующей духовное давление, а оригиналы надёжно спрятаны. Унохана столетиями отыгрывала роль милосердного капитана-лекаря. Не станет же она разрушать свой идеальный образ и рубить его на куски прямо здесь только из-за какой-то книжки?
От этих мыслей на душе Мирая немного полегчало.
Главное — держать строй и отбивать атаки по мере их поступления.
Собравшись с духом, он выудил из самых недр стеллажа изящную деревянную баночку с лучшим чаем Девятого отряда, к которому обычно не притрагивался даже сам Кенсей. Подготовив лицо, Мирай вновь натянул маску безупречно спокойного офицера и направился в малую гостевую.
Комната была небольшой и обставленной без излишеств: круглый столик да несколько стульев.
Три капитана уже заняли свои места. Кенсей Мугурума сел во главе, Куруяшики и Унохана — по бокам от него. Лейтенант Ашидо безмолвной тенью застыл в углу позади своего командира.
Атмосфера казалась... вполне миролюбивой. По крайней мере, внешне.
Мирай вошёл, глядя строго перед собой. Он отвесил короткий поклон капитанам, после чего привычными, отточенными движениями приступил к заварке. Согреть чаши, засыпать лист, залить воду — всё плавно, грациозно, в духе истинной чайной церемонии.
Разлив ароматный напиток по трём чашкам, он расставил их перед гостями, сделал два шага назад и вытянулся по стойке смирно за спинкой стула Кенсея.
Руки по швам, взгляд в пол — идеальный подчинённый, ждущий указаний.
Кенсей взял чашку, подул на неё, сделал глоток и тут же, словно только что вспомнив о чём-то, небрежно махнул свободной рукой в сторону пустого стула по левую руку от себя. Как раз между собой и Уноханой.
— Котодэра, чего стоишь? Присаживайся.
Мирай резко вскинул голову. Его глаза округлились.
«Капитан! Вы что творите?!»
Он отчаянно засигналил командиру взглядом, моля об отмене приказа.
Куруяшики беззлобно рассмеялся:
— Верно, пятый офицер. Не стесняйся. У нас тут неофициальная беседа, так что забудем о субординации. Садись, так будет удобнее говорить.
— Присутствовать за одним столом с тремя капитанами... Я всего лишь пятый офицер, я не смею проявить подобную дерзость...
Мирай торопливо поклонился, пытаясь отклонить предложение.
Сесть в эту зону поражения?! Это же место для казни!
Но договорить ему не дали.
Со стороны пустого стула донёсся голос — мягкий, журчащий, как вода в ручье.
Рецу Унохана чуть повернула голову. На её лице играла безукоризненная, ласковая улыбка.
— Офицер Котодэра...
Она аккуратно опустила чашку на блюдце. Фарфор издал тихий, но отчётливый звон.
— Присаживайся.
Слова прозвучали негромко и всё так же нежно.
Кадык Мирая дёрнулся. Он отчётливо услышал, как сглотнул в повисшей тишине.
— Слушаюсь. Благодарю, капитан Унохана.

Комментарии

Загрузка...