Свет дня косыми лучами прорезался сквозь щели в разрушенной кладке и падал в темницу. Зной пустынного дня принес с собой тучи пыли, которая постепенно оседала в этом тесном, закрытом помещении.
Воздух стоял сухой, взвесь медленно кружилась в световых столбах. За дверью доносились беспорядочные шаги стражников и грубые обрывки разговоров – словно тонкие иглы, они кололи и без того натянутые до предела нервы двух узников.
Асакава Мио забилась в угол. На прорехах ее серо-черного балахона осели сухие песчинки, а марлевая повязка на ладони уже насквозь пропиталась потом, и сквозь нее проступали бурые пятна крови.
Многодневное истощение выжало из нее все силы.
Она опустила голову, а кончики пальцев машинально
скребли по шероховатой глинобитной стене. Напускное спокойствие постепенно таяло, и на самом дне ее глаз затаился неотвязный страх.
Бай Юй так и стоял у противоположной стены, даже не присев.
Прислонившись спиной к холодному, покрытому пятнами камню, он едва слышно постукивал пальцами по поверхности, улавливая сквозь щель тусклый свет и вслушиваясь в интервалы между сменой караула, в ритм чужих шагов.
Оружие, терминал связи, рюкзак – всё было отобрано. Сейчас он остался с пустыми руками, и единственным его оплотом были хладнокровие и трезвый расчет, затаившиеся в глубине души.
Собранные Асакавой Мио данные о расположении сил в зоне отчуждения, точках доступа к воде, маршрутах патрулирования Утопии и даже нарисованная от руки карта с отмеченными координатами пропавшего отряда «Альфа» – всё это оказалось в руках полевого командира Хамида.
Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем тяжелые шаги в грубых ботинках приблизились и остановились прямо у двери каземата.
Ржавый железный засов со скрежетом откинулся, тяжелая створка распахнулась внутрь. Ослепительный дневной свет хлынул потоком, мгновенно разгоняя полумрак.
Двое вооруженных солдат замерли по обе стороны дверного проема, направив стволы внутрь комнаты и не сводя с пленников настороженных взглядов.
Хамид аль-Джабур неспешно шагнул внутрь. Его песчаная полевая форма была сплошь покрыта дорожной пылью, а пересекавший скуку старый шрам ярко выделялся на солнце.
В руке он держал пачку листов – те самые отобранные прошлой ночью самодельную карту и собранную Асакавой Мио оперативную сводку; по краям бумаги все еще темнел мелкий песок пустыни.
Махнув рукой, он велел солдатам отойти и вошел один. Тяжелая дверь за его спиной со стуком захлопнулась, засов встал на место, отрезая всякий шум извне.
В тесном пространстве остались только трое.
Хамид, опустив взгляд, перебирал бумаги. Его палец медленно скользил по обведенным карандашом координатам в северной части пустыни.
─ Рисковать жизнью под пулями патрулей Утопии, чтобы пробраться в зону умеренного отчуждения, ─ он медленно поднял глаза, и его взгляд, полный закаленной в боях холодной жесткости, в первую очередь упал на Асакаву Мио.
─ Молодая журналистка потратила месяцы на сбор информации об опорных пунктах, источниках воды и границах влияния во всем секторе.
Затем его взор обратился к Бай Юю – острый, как у ястреба, он изучал каждую черту его фигуры, каждую позу и малейшие изменения в выражении лица.
─ А ты... Стреляешь без промаха, в бою реагируешь молниеносно, умеешь использовать складки местности для подавления огневых точек. Ты точно не простой бродяга.
─ Судя по манере держаться, ты боец спецподразделения Управления Объединенных Сил.
Это не было догадкой – это был вынесенный вердикт.
Воздух вокруг словно сгустился. У Асакавы Мио перехватило дыхание, она инстинктивно подняла глаза на Бай Юя, чувствуя, как сжалось сердце.
Его личность раскрыли в пару слов, с корнем сорвав все прикрытия.
Лицо Бай Юя оставалось непроницаемым. Ни паники, ни оправданий, ни лишних слов – он лишь спокойно встретил чужой взгляд.
У противника не было железобетонных улик, всё строилось лишь на логических выводах из боевого следа.
─ Оперативник Нельфы пренебрегает официальными каналами одобрения, прется в одиночку и тащит за собой военного корреспондента прямо в очаг боевых действий.
Хамид сделал шаг вперед, развернул карту и тяжело опустил палец на ту самую группу утерянных координат.
─ От чего вы бежите? Что за чертовщина спрятана в этой северной пустыне, ради которой вы готовы расстаться с жизнью?
Губы Асакавы Мио дрогнули, она хотела что-то сказать, но Бай Юй едва заметным, тяжелым взглядом остановил ее.
─ Мы просто ищем пропавших сотрудников, ─ голос Бай Юя звучал ровно и глухо, без каких-либо эмоций. ─ Отряд «Альфа» Управления Объединенных Сил выполнял здесь секретное задание и перестал выходить на связь. Управление не может открыто вмешиваться, поэтому поиски ведутся неофициально. Вот и всё.
─ Вот и всё? ─ повторил Хамид тихо, и уголок его рта искривилась в издевательской усмешке, отчего шрам на лице задергался, сделав его еще более зловещим.
─ В зоне отчуждения каждый день кто-то исчезает: боевики, наемники, беженцы. Они гибнут в песках, и никому до них нет дела. Никто в здравом уме не полезет в самое пекло войны между Утопией и местными полевыми командирами ради какого-то пропавшего отряда.
Он небрежно швырнул стопку бумаг на пыльный пол, листы веером разлетелись по желтому песку.
─ Утопия роет землю носом в поисках группы «Альфа», им нужны те данные, что те носили с собой. Другие группировки тоже охотятся за секретами этой пустыни. И теперь эти координаты у меня.
Хамид медленно зашагал по кругу вокруг Бай Юя, разглядывая несгибаемого бойца Нельфы.
─ Вчерашний бой в ущелье показал, что ты в одиночку способен сдерживать огневую мощь Утопии. Твоя тактическая выучка – как раз то, чего мне сейчас не хватает. Могу подарить вам жизнь, ─ он выдвинул условия холодным тоном.
─ Переходи на мою сторону. Будешь тренировать моих людей, разрабатывать планы операций, поможешь мне сдержать экспансию Утопии.
─ А эту девчонку я пока оставлю в живых. Все ее путевые заметки и региональная разведка переходят ко мне. А когда ее отпустить – решать буду только я.
Это был чистой воды шантаж: судьба Асакавы Мио стала рычагом давления на Бай Юя.
Краем глаза Бай Юй бросил взгляд на девушку. Рана на ее ладони все еще ныла, в глазах читалась тревога, однако спину она держала прямо, не опускаясь до мольбы.
В уме он мгновенно взвешивал все «за» и «против»: если согласиться, он превратится в марионетку полевого командира и окончательно потеряет инициативу; но если отказаться прямо сейчас, они оба окажутся в кольце, и их жизни всецело зависят от милости врага.
─ Мне нужно время на раздумья, ─ негромко и с достоинством произнес Бай Юй.
Хамид в упор вгляделся в его глаза, пытаясь разглядеть ложь или страх, и наконец кивнул.
─ Ладно.
─ Но тянуть я не стану. Вчерашний бой в ущелье дорого обошелся Утопии, их поисковые группы скоро прочешут округу и доберутся до этого мертвого городка. И тогда ценность вас обоих упадет до нуля.
С этими словами он развернулся и зашагал к выходу. Железная дверь снова распахнулась, впустив резкий дневной свет, а затем с грохотом захлопнулась, отрезая всякое освещение.
Из-за двери донесся низкий и жестокий приказ Хамида своим подручным: ─ Развести их по разным казематам. Девчонку отвести в пустую комнату по соседству, держать под строгим караулом. Не сметь вредить, но и контактов не допускать.
Шаги приблизились, солдаты толкнули дверь. Асакава Мио вздрогнула и машинально посмотрела на Бай Юя.
─ Подчинись... ─ голос Бай Юя прозвучал тихо и спокойно. ─ Живи и жди момента.
Двое солдат подхватили девушку под руки и выволокли из камеры. Тяжелая дверь вновь сошлась со щелчком, оставляя Бай Юя в полном одиночестве.
Дикий ветер пустыни завывал над руинами, взметая тучи песка и с яростью хлеща по полуразрушенным стенам.
Стонущий звук не прекращался ни на секунду.
Когда за стеной стих звук падающего засова, в тесной темнице воцарилась мертвая тишина.
Солнце над пустыней поднималось всё выше, зной проникал сквозь камень, застаиваясь в комнате тяжелым духовым маревом.
Бай Юй медленно опустился на пол у стены, прислонившись спиной к шершавой каменной поверхности, и принялся лихорадочно прокручивать в голове текущую расстановку сил.
У Хамида на руках координаты отряда «Альфа», у него в заложниках он сам и Асакава Мио, что дает тому абсолютную уверенность в собственном превосходстве.
Парутльные группы Утопии прочесывают местность в поисках беглецов, и если они наткнутся на руины, столкновение трех сторон выйдет из-под любого контроля.
А изоляция Асакавы Мио – самый точный укол в его уязвимое место: стоит ей шелохнуться, как он тут же окажется в ловушке.
Он поднял взгляд на щель в стене: шаги часовых за ней по-прежнему раздавались с четким интервалом, пары патрулировали периметр, сменяясь примерно каждые пятнадцать минут.
Все эти мелкие детали он аккуратно складывал в памяти.
Тем временем пустая каманта по соседству была столь же спартанской.
Асакаву Мио втолкнули внутрь, солдаты грубо отобрали у нее остатки бумаги и карандашей, оставив лишь засыпанный песком балахон.
Движение руки вновь потревожило рану на ладони, пронзив ее резкой болью. Она опустилась на пол, прислонившись к стене, чувствуя, как сердце колотится от паники.
Она шла в зону отчуждения ради правды, но и подумать не могла, что всё закончится пленением у полевого командира, когда жизнь висит на волоске.
Прислонившись ухом к стене, она пыталась уловить звуки из соседней камеры, но массивные перекрытия гасили большую часть шума, допуская лишь невнятное бормотание стражи снаружи.
Она сжала край одежды, переживая за Бай Юя – не согласится ли он на условия Хамида под давлением обстоятельств?
Где-то полчаса спустя за дверью вновь послышались шаги. На сей раз шел лишь один человек – доверенный подручный Хамида, принесший две тарелки с жесткими лепешками и мутной водой.
Сунув еду в щель двери, он бросил хмуро: ─ Командир сказал дать вам сутки на раздумья. Если не подчинитесь, завтра утром вас выдадут людям Утопии.
Бай Юй взял лепешку, пальцы ощутили потрескавшуюся корку, но он промолчал. Помощник развернулся и ушел, шаги затихли вдали.
Сжимая в руке сухую лепешку, он не спешил есть, а его взгляд был прикован к щели в нижней части двери.
Зазор небольшой, но сапоги дежурных снаружи видны отчетливо. Он размышлял над тем, что предложение Хамида лишь кажется выбором, а на деле тупиково.
Согласишься – станешь придатком полевых командиров; откажешься – превратишься в приманку, которую скормят Утопии за выгоду.
Этот старый лис с самого начала не оставлял им никаких шансов на спасение.
В то же самое время за песчаными дюнами на окраине руин притаились несколько замаскированных внедорожников.
Малик Салих, командир ближневосточного филиала корпорации Утопия, вглядывался в далёкий комплекс полуразрушенных зданий через бинокль.
Потери в ущелье разозлили их до предела. По следам гильз и позициям они примерно вычислили направление беглецов.
─ Сэр, по данным разведки, эти руины – временный опорный пункт местного полевого командира Хамида, ─ доложил один из бойцов шепотом. ─ Прямой штурм вызовет открытый конфликт с боевиками.
Салих опустил бинокль: ─ У Хамида наверняка есть зацепки насчет отряда «Альфа». Никакой грубой силы, сначала скрытая инфильтрация. Выясним расположение личного состава внутри. Найдем этих двоих, заберем координаты и сразу отходим.
Под толщей песка скрытые нити двух противоборствующих сторон стягивались к маленькому городку.
Внутри темницы Бай Юй наконец откусил кусок жесткой лепешки. Сухое зерно царапало горло, и он запивал его скудными глотками воды.
Он ждал. Ждал бреши в бдительности охраны, ждал момента, когда в планах Хамида появится трещина.
Он отчетливо понимал: Хамид слишком горд своим положением и неизбежно недооценит одинокого бойца спецназа в плену. Эта самоуверенность и станет их единственным шансом.
Подняв руку, он нашарил на поясе место, где раньше висел небольшой тактический нож – теперь его там не было.
У него при себе не осталось никаких инструментов, и для побега придется рассчитывать лишь на окружающую среду и ошибки охраны.
Асакава Мио по соседству тоже заставила себя проглотить пару кусков. Есть не хотелось, еда казалась отвратительной, но она заставляла себя ради сохранения сил.
Она вспомнила свои полевые заметки, отобранные в сумке – слабые места лагерей боевиков, маршруты снабжения водой. Если эти данные попадут к Хамиду, обстановка в регионе станет еще более хаотичной.
Небо на западе клонилось к закату, окрашивая горизонт в раскаленные оранжевые тона, а пыль под лучами заходящего солнца казалась золотой. Но внутри камеры холод подступал всё ближе.
За дверью раздался голос Хамида. Прозвучав сквозь железо, он долетел до слуха Бай Юя: ─ Ну что, надумал, боец Нельфы? До заката я жду твой ответ.
Бай Юй поднялся с пола, подошел к двери и ответил бесстрастно: ─ Я согласен работать на тебя. Но у меня два условия.
Хамид за пределами камеры замер, видимо, не ожидая такой сговорчивости.
─ Первое: не сметь вредить Асакаве Мио, гарантировать ее безопасность, пока я служу тебе. Второе: я должен лично изучить все твои разведаные, чтобы удостовериться в особенностях рельефа в районе исчезновения отряда «Альфа».
Он намеренно выдвинул условия, казавшиеся уступкой, чтобы выведать все детали вражеских карт, выиграть время и продумать план.
Помолчав секунду, Хамид хмыкнул: ─ А ты неплохой торговец. Ладно, я согласен...
─ После наступления темноты я пришлю копии разведданных. Надеюсь, ты не вздумаешь играть в игры. Эта пустыня умеет хоронить любые тайны...
Шаги затихли вдали. Бай Юй прислонился обратно к стене; под внешним спокойствием бушевали скрытые течения.
Ночь быстро поглотила пустыню, дневной зной уступил место пронзительному ночному холоду.
В заброшенном городке тут и там вспыхивали костры, их оранжевое пламя плясало среди руин. Звуки пьяных окриков солдат и лязг оружия проникали внутрь сквозь массивную каменную кладку.
Бай Юй стоял в темноте, прекрасно понимая: стоит полностью отдать инициативу, как Хамид приберет их к рукам, а безопасность Асакавы Мио окажется под еще большим ударом.
Вскоре в дверь тихо постучали. Подручный Хамида отворил створку и передал пакет сложенных бумажных топокарт и схем расположения постов вместе с рукописной тетрадью передвижения местных группировок.
─ Командир велел передать копии. Смотри внимательно, но помни: портить нельзя, после сдать обратно, ─ предупредил он и скрылся за дверью.
Бай Юй развернул карты и при тусклом свете костров с улицы принялся изучать их.
Сведения, собранные Асакавой Мио, поражали деталями: точки патрулей Утопии, линии снабжения водой, позиции отрядов Хамида – всё было отмечено с хирургической точностью.
Что же до северной пустыни, где пропал отряд «Альфа», там значились огромные мертвые зоны со сложным рельефом из барханов, где легко затеряться и потерять ориентиры.
Он быстро заучил ключевые проходы, уязвимые посты и точки подземных водоемов, сохраняя внешнее спокойствие и аккуратно складывая листы.
В то же время в соседней комнате.
Асакава Мио сидела, забившись в угол, прислушиваясь к болтовне солдат у костра.
Кто-то обмолвился, что отряд Утопии под руководством Малика Салиха уже просочился к окраинам руин и засел в засаде, из-за чего Хамид усилил внешние посты, взвинтив тревогу в лагере в несколько раз по сравнению с днем.
Ее сердце екнуло: Утопия тоже рыщет в поисках группы «Альфа», и если они доберутся первыми, их с Бай Юем ждет пасть другой стаи волков.
Поздней ночью Хамид в одиночку вновь навестил темницу.
Не заходя полностью, он встал в тени, устремив взгляд на Бай Юя.
─ Посмотрел?
─ Посмотрел, ─ поднял глаза Бай Юй. ─ Северная пустыня слишком сложна, Утопия держит её под прицелом. Если ты сунешься туда без подготовки, попадешь в засаду.
Хамид усмехнулся: ─ Разумеется. Ради того я тебя и держу, чтобы избегать подобных рисков.
─ Через три дня я сформирую элитный отряд для заброски в зону поиска оставшихся припасов группы «Альфа». Ты возглавишь тактическое командование.
Сердце Бай Юя дрогнуло.
Его пытаются задвинуть на самый передовой край: и использовать его навыки, и проверить на верность, а в случае провала сделать удобным козлом отпущения.
─ Согласен, ─ его тон остался ровным. ─ Но мне нужно право на набор людей, приоритетный отбор солдат из местных племен, кто хорошо знает пустыню, а также постоянный доступ к перемещениям Утопии.
Хамид не стал возражать; он изначально не верил, что эта группа сразу отыщет следы отряда, рассчитывая сжечь чужие ресурсы, а при неудаче списать всё на измену.
─ Снаряжение будет готово: вода, пайки, пустынная экипировка поступят до захода солнца, ─ Хамид на секунду замолчал. ─ Асакава Мио останется во вспомогательной тыловой зоне, под усиленной охраной. Занимайся подготовкой и не устраивай глупостей.
Бай Юй слегка кивнул, не выражая протеста.
Он отчетливо понимал, что его продолжают держать на крючке, а значит, придется подыгрывать правилам врага, параллельно выстраивая свою партию.
На внешнем периметре руин тем временем отряд Малика Салиха завершил предварительную разведку.
Боевики разложили на капоте внедорожника схематический план обороны городка, указывая на два здания с пленниками.
─ Командир, Хамид развел их по разным казематам: восточный старый дом – точка журналистки, западная каменная постройка – для оперативника Нельфы.
─ На западной стороне есть старый подземный акведук, источник водоснабжения всего опорного пункта и одновременно самое слабое место обороны.
Салих ткнул пальцем в точку канала, блеснув холодным расчетом в глазах: ─ Хамид собирает поисковую группу на север, часть сил оттянут отсюда, а значит, в обороне возникнут бреши.
─ Штурмовать в лоб не будем. Сначала перережем им воду, посеем панику, а затем проникнем внутрь за добычей.
Он уже просчитал ходы Хамида: спешка с поисками груза неизбежно ослабит охрану, и это станет идеальным окном для удара Утопии.
В полдень Асакаву Мио перевели в подсобное помещение тыловой зоны.
Оно оказалось чуть просторнее прежнего, но окна и двери по-прежнему запирались наглухо, а у входа дежурили двое часовых.
Пока она ходила за водой под конвоем, ей удалось бегло осмотреть обстановку: приметить склады снабжения, маршруты патрулей и выход трубы акведука вдалеке.
Она знала, что Бай Юй готовит северную операцию, и догадывалась, что тот не намерен служить полевому командиру. Она мысленно зафиксировала все точки и ждала шанса передать весточку.
Во второй половине дня под предлогом проверки экипировки Бай Юй прошелся по внутренним улочкам городка.
Пользуясь правом подбора снаряжения, он умышленно приблизился к тыловой зоне, заговорил с охраной Асакавы Мио и попутно оценил окружение.
Очень скоро его внимание привлек тот самый западный водовод – его данные в точности совпали с разведданными отряда Салиха.
У него мгновенно созрел план: в день выступления поисковой группы через три дня основные силы Хамида отвлекутся.
Если командир отряда Утопии обладает толикой тактического чутья, он воспользуется моментом и перекроет воду, повергнув лагерь в хаос.
Тогда он сможет поднять бунт среди новобранцев, вызволить Асакаву Мио и прорваться наружу по старому водоканалу.
К вечеру грузы прибыли на место.
Хамид собрал отобранных солдат, публично назначив Бай Юя временным тактическим командиром и приказав всем беспрекословно подчиняться его приказам.
Большинство бойцов выглядели сомнительно, но Бай Юй сделал шаг вперед, кратко объяснил правила выживания в песках, продемонстрировав хладнокровие и профессионализм, чем временно успокоил людей.
С наступлением темноты над городком снова зажглись костры.
Вернувшись в свою каморку, Бай Юй заново прокрутил в уме дневные наблюдения, графики смены караула и расположение акведука. Погладив карту у себя на груди, он почувствовал себя увереннее.
Хамид считал, что держит все нити в руках, но даже не подозревал, что чужими руками Бай Юй вскрыл все слабые места этого гарнизона.
А Утопия в тени ждала своего часа, чтобы обрушить хаос.
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Бесконечная сверхновая — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.