— Все внутрь! Держим оборону у входа!
— Первый и второй отряды! Смена прямо сейчас! Если кто-то ранен и отступает, третий отряд — на подмогу!
— Маги!! Нам нужна помощь, быстрее сюда!
— Заткнись! Сначала поддержка фронта! Мы на грани прорыва!!
— Правый фланг! Следите за правым флангом! Вводите в бой всех резервных магов! Если падет хоть один участок, всё будет кончено! Отступать некуда!
Среди неистовых криков командиров Левер, сжимая зубы, яростно кромсал наваливающиеся на него куски плоти.
— Блять, да этому нет конца!!
— Вместо того чтобы ругаться, закрой пасть и убей еще хоть одного!
— Да какой смысл убивать, если они бесконечные...
— Проблема не в том, чтобы убить, а в том, что они скапливаются! Если их станет слишком много, они прорвут строй! Заткнись и руби!!
Вокруг раздавались голоса, пропитанные яростью.
Слушая этот гул, в котором сквозило странное безумие, Левер, разрубив лезвие, состоящее из причудливой плоти, подумал:
«Этому вообще придет конец?»
Текущая ситуация была не так уж плоха.
Как и говорил мудрец, когда Ал-Акуллак оказался на пороге вознесения, стало заметно, что твари из плоти ослабли куда сильнее, чем обычно.
К тому же пролом в центре крепостной стены создал весьма выгодные условия для последнего отряда смертников, что еще больше облегчало положение.
Но проблема, как всегда, заключалась во времени.
— Кха-а-а!
— Блять, Эйлер!!! Здесь нужна помощь!
Услышав крик вдалеке, Левер стиснул зубы.
Пусть твари и ослабли, их число все еще было пугающе огромным.
А вот силы отряда медленно иссякали.
Маги один за другим страдали от истощения маны, их губы стали мертвенно-бледными.
На телах солдат, сдерживающих натиск плоти, множились раны.
Иными словами, как бы хороша ни была ситуация, если так пойдет и дальше...
Левер поднял взгляд.
Там, на самом верхнем ярусе, виднелось ядро Ал-Акуллака.
Место, где уже сформировалась огромная мембрана и откуда непрерывно доносился леденящий душу гул.
Левер перевел взгляд еще выше — и в поле зрения попал гигантский кокон.
Его цвет становился все темнее.
Вместе с этим ощущалась мощная пульсация.
Тук-тук!
Словно сердце, которое вот-вот проснется, оно билось отчетливее, чем прежде. Но долго смотреть на него не пришлось.
Битва продолжалась.
Бесконечная резня, в которой стороны, казалось, шли параллельными курсами.
Однако, несмотря на видимое равновесие, чаша весов постепенно склонялась в одну сторону.
А именно —
[Кх-а-а!]
К Ал-Акуллаку.
Кваджик!
Разорвав надвое Эвана, который вновь бросился в атаку, Ал-Акуллак тут же извернулся и устремился к Алону.
Алон невольно нахмурился.
Даже при том, что Эван и Пения начали оказывать серьезную поддержку, справиться с Ал-Акуллаком становилось все труднее.
«Он становится сильнее».
Алон наблюдал за приближающимся Ал-Акуллаком.
Точнее, правильнее было бы сказать, что он не столько становился сильнее, сколько привыкал.
К телу Апостола войны.
«Он ведь захватил тело Апостола войны совсем недавно...»
Пысок!
«...или нет?»
Даже в тот миг, когда его голова взорвалась и мысли на мгновение погасли, Алон собрал осколок гипотезы и посмотрел вперед.
Ал-Акуллак расплылся в густой улыбке, словно наслаждаясь этим моментом.
Это была не та глубокая улыбка, что была у прежнего Апостола войны, а нечто бесконечно близкое к безумию.
[Жаль.]
Захихикав, он произнес:
[Осталось пять минут.]
В Ал-Акуллаке, который улыбался, принимая удары, сквозила уверенность, словно он провозглашал победу Алону.
В его глазах читалось высокомерие.
Будто все уже решено.
Будто финал уже предначертан.
И на эти слова Ал-Акуллака...
«......»
Алон, который мгновение назад обрушивал на него град ударов, остановился и посмотрел на врага.
[Смирился? Ты мудрее, чем я думал.]
Уголки губ Ал-Акуллака вновь искривились.
Он замер.
Алон перевел взгляд на Эвана и Пению, которые тоже прекратили атаку, а затем снова посмотрел на Ал-Акуллака.
«......Могу я кое-что спросить?»
[Решил больше не тратить время впустую?]
В его насмешке сквозило торжество победителя, но Алон не обратил на это внимания.
«Как ты захватил тело Апостола войны?»
Спросил Алон.
Ал-Акуллак пристально посмотрел на него.
[Знаешь что?]
«О чем ты?»
[Маги — досадная помеха. Странно, что знания, созданные жалкими инструментами, позволяют им дотянуться до нас.]
«......»
[Это удивительно, не так ли? Будучи лишь расходным материалом для нас, маги умудряются подняться достаточно высоко, чтобы «дотянуться». Но ты... ты человек, используешь божественную силу и даже магию.]
Хи-хи!
[И ты думаешь, я открою тебе свой секрет?]
Он ответил, широко ухмыляясь.
[Жаль, гибрид. Не знаю, что ты там задумал, но от меня ты не получишь ни крупицы информации.]
«В конце концов, я пробился наверх, растоптав тех самых идиотов, которые были слишком беспечны», — добавил Ал-Акуллак.
Его отношение, показывающее, что он не допустит ни единой ошибки до самого конца, заставило Алона...
«Ха-а...»
Алон усмехнулся.
Безусловно, выбор Ал-Акуллака был верным.
В то же время Алон понял, почему тот смог обойти других богов и добраться сюда.
«...Наверное, даже то, что он спокойно прекратил бой — решение, принятое из соображений выгоды».
Чтобы убить Ал-Акуллака, нужно было пройти два этапа.
Первый — постоянно убивать его в этом пространстве, чтобы снять способность.
Второй — уничтожить ядро в сердце Апостола войны.
Но что, если Алон прекратит сражаться?
Даже та крошечная возможность исчезнет.
«Нет, по сути, это равносильно поражению».
Алон смотрел на Ал-Акуллака.
В его облике с подлой улыбкой на губах читалась уверенность победителя.
И это было естественно.
Надежды и так почти не было, а когда бой прекратился, она исчезла окончательно.
Поэтому реакция Ал-Акуллака не была чем-то странным.
Времени почти не осталось.
Группа Алона отказалась от боя.
Ал-Акуллак был в полном порядке.
А вознесение... оно было уже близко.
Вся ситуация играла на руку Ал-Акуллаку.
Да.
Вся ситуация.
Бесчисленные годы, которые он потратил, чтобы стать богом, в конечном итоге привели к этому результату.
«Фу-у...»
Алон выдохнул.
Ситуация была настолько ужасной, что на надежду не оставалось места.
Но именно поэтому.
Паджик!
[Осталось меньше минуты...!]
Алон.
Паджиджиджик!
Увидел надежду.
[!]
В еще не рассеявшемся пурпурном облаке загрохотали молнии.
Вместе с этим тело Ал-Акуллака пришло в движение.
Всего на мгновение.
Но Алон, видя это движение, не предпринял никаких действий.
Пока Ал-Акуллак, уверенный в победе, насмехался над ним, Алон тоже готовился.
«Алон-ним».
«В чем дело?»
«Если вдруг случится так, что мы не сможем победить Апостола войны, что вы собираетесь делать?»
«Ситуация, в которой мы не сможем победить?»
«Даже если вы убьете Ал-Акуллака, вам все равно придется сразить Апостола войны, верно? А силы вы лишились. Мне просто интересно, как вы поступите».
«Об этом не стоит беспокоиться».
«Правда?»
«Да. Если в этом мире мы не сможем одолеть Апостола войны —»
Вторая магия, которую он готовил последние две недели, была...
«— я просто вернусь в свой мир и разберусь с ним там».
Магия, созданная исключительно для того, чтобы сковать Апостола войны и с помощью Пении вернуться в исходный мир, чтобы переиграть партию, уже была активирована.
Кваджиджиджиджиджик!!!
Тяньчжу (Печать Громовой Длани).
Из пурпурного облака хлынули тысячи железных цепей.
Каждая из них, пропитанная молнией, устремилась к Ал-Акуллаку, который неистово двигался, и в одно мгновение схватила его.
«!»
Этого было достаточно, чтобы Пения, словно что-то осознав, тут же переместилась к краю искаженной стены —
«Кы-ы-ы-ы!»
— и начала процесс эрозии.
Вместе с этим поле искажения начало стремительно деформироваться.
Но Пения пыталась не вернуться в будущее через поле искажения.
Она разрушала само поле.
И тем самым —
[!!!]
Лишала Апостола его способностей.
Апостол, словно поняв, что задумала Пения, вытаращил глаза и издал вопль изумления.
Эван, который до этого момента был в замешательстве, осознал ситуацию и бросился к Ал-Акуллаку, скованному тысячами цепей.
Однако в этот момент.
[Хы-ы!]
Ал-Акуллак, который мгновение назад кричал от изумления, расплылся в ухмылке.
Словно все, что он показывал до сих пор, было лишь игрой.
[Ты думал, я не предвижу этого!?]
И вместе с этим...
«!»
Пространство, которое эродировала Пения, исчезло.
Нет, все было иначе.
Если быть точным...
Он отозвал способность.
Ал-Акуллак.
И.
«А...»
Способность развернулась вновь в одно мгновение.
Видя, как эрозия исчезает и вновь возникает нетронутое поле искажения, из уст Пении вырвался тихий вздох.
Опустошенный.
Но пропитанный глубоким отчаянием.
[Я прочитал воспоминания Апостола войны ровно столько, сколько было нужно!]
Ал-Акуллак, с наслаждением наблюдая за этим отчаянием, посмотрел в сторону.
На мгновение на его лице отразилось недоумение.
Маг, эродировавший пространство, был в отчаянии.
Человек, прыгавший к его сердцу, тоже нахмурился, словно предчувствуя исход.
Но тот мужчина.
Не человек.
И не бог.
Гибрид.
«—»
Он улыбался.
Словно ждал этого момента.
И в этот миг.
Ал-Акуллак ощутил странное чувство чужеродности.
И не успел он осознать, что это за чувство.
[В самом деле...]
Из уст Ал-Акуллака вырвался голос.
Не его голос.
[Я верил, что ты поймешь.]
Голос Апостола войны.
[Друг мой.]
— --

Комментарии

Загрузка...