Глава 11. Я лила масло, он поджигал
Глава 11. Я лила масло, он поджигал
Божественные звери — величайшая редкость в этом мире. Многие мастера за всю жизнь не удостаиваются чести увидеть хотя бы одного из них даже издали.
Божественные звери — величайшая редкость в этом мире. Многие мастера за всю жизнь не удостаиваются чести увидеть хотя бы одного из них даже издали.
И пусть о Мин Юй ходила дурная слава как о «самом бесполезном драконе», сам факт наличия Божественного зверя в Городке Юйлун был известен каждому.
И пусть о Мин Юй ходила дурная слава как о «самом бесполезном драконе», сам факт наличия Божественного зверя в Городке Юйлун был известен каждому.
Лун Чхитянь всю свою жизнь страстно мечтал связать свою судьбу с подобным существом. Когда появились слухи о «бракованном» драконе, градоначальник не спешил с выводами и годами тайком наблюдал за Мин Юй. Он искренне верил, что драконица вовсе не бесполезна — просто убогие обыватели не способны постичь природу Божественных существ. Поэтому Лун Чхитянь параллельно искал древние фолианты, пытаясь найти ключ к управлению легендарными тварями.
Лун Чхитянь всю свою жизнь страстно мечтал связать свою судьбу с подобным существом. Когда появились слухи о «бракованном» драконе, градоначальник не спешил с выводами и годами тайком наблюдал за Мин Юй. Он искренне верил, что драконица вовсе не бесполезна — просто убогие обыватели не способны постичь природу Божественных существ. Поэтому Лун Чхитянь параллельно искал древние фолианты, пытаясь найти ключ к управлению легендарными тварями.
И вот сегодня до него дошли ошеломительные вести: какой-то мальчишка не просто заключил контракт с Мин Юй, но и смог полноценно задействовать её умения! Это известие привело Лун Чхитяня в неописуемый восторг.
И вот сегодня до него дошли ошеломительные вести: какой-то мальчишка не просто заключил контракт с Мин Юй, но и смог полноценно задействовать её умения! Это известие привело Лун Чхитяня в неописуемый восторг.
Его изыскания близки к завершению! Стоит лишь вытащить из мальчишки секрет подчинения Божественных зверей, после чего убить его, а затем заставить Мин Юй подписать новый контракт — уже с ним, с Лун Чхитянем! Тогда его имя сотрет пыль провинциальной неизвестности, прогремит на всю Империю Дунъяо и всколыхнет весь мир! Ведь каждый, кто владел Божественным зверем, неизменно становился легендой.
Его изыскания близки к завершению! Стоит лишь вытащить из мальчишки секрет подчинения Божественных зверей, после чего убить его, а затем заставить Мин Юй подписать новый контракт — уже с ним, с Лун Чхитянем! Тогда его имя сотрет пыль провинциальной неизвестности, прогремит на всю Империю Дунъяо и всколыхнет весь мир! Ведь каждый, кто владел Божественным зверем, неизменно становился легендой.
*
*
Тем временем на Городок Юйлун опустились сумерки. Солнце ушло за горизонт, погрузив улицы во тьму.
Тем временем на Городок Юйлун опустились сумерки. Солнце ушло за горизонт, погрузив улицы во тьму.
— Из усадьбы градоначальника есть вести? Что делать с этим пацаном?
— Из усадьбы градоначальника есть вести? Что делать с этим пацаном?
— Пока ничего. Говорят, господин Лун лично изволит прибыть. Ждём.
— Пока ничего. Говорят, господин Лун лично изволит прибыть. Ждём.
Вдруг снаружи раздались панические крики:
Вдруг снаружи раздались панические крики:
— Пожар! Пожар! Вспыхнуло! Быстрее, несите воду!
— Пожар! Пожар! Вспыхнуло! Быстрее, несите воду!
За окнами штаб-квартиры Отряда Управления Юйлин в считанные секунды взвилось алое пламя. Огонь, словно изголодавшийся зверь, с ревом пожирал сухие деревянные пристройки, стремительно подбираясь к главному зданию.
За окнами штаб-квартиры Отряда Управления Юйлин в считанные секунды взвилось алое пламя. Огонь, словно изголодавшийся зверь, с ревом пожирал сухие деревянные пристройки, стремительно подбираясь к главному зданию.
— Что?! Как загорелось?! Живо все на тушение! — стражники, стерегшие Тан Поюэ, в панике бросились к выходу, абсолютно позабыв о пленнике.
— Что?! Как загорелось?! Живо все на тушение! — стражники, стерегшие Тан Поюэ, в панике бросились к выходу, абсолютно позабыв о пленнике.
— Эй! Вы куда все свалили?! — крикнул им вслед Поюэ, наблюдая за тем, как за окном пляшут огненные сполохи. — Сначала выпустите меня! Если огонь перекинется сюда, я же сгорю! Это же преступная халатность, чёрт вас дери!
— Эй! Вы куда все свалили?! — крикнул им вслед Поюэ, наблюдая за тем, как за окном пляшут огненные сполохи. — Сначала выпустите меня! Если огонь перекинется сюда, я же сгорю! Это же преступная халатность, чёрт вас дери!
Не прошло и двух минут с момента, как последний стражник выбежал в коридор, как тяжелая дверь допросной снова скрипнула. На пороге появились две фигуры — Мин Юй и Хоу Фань.
Не прошло и двух минут с момента, как последний стражник выбежал в коридор, как тяжелая дверь допросной снова скрипнула. На пороге появились две фигуры — Мин Юй и Хоу Фань.
— Это вы?! — удивился Тан Поюэ.
— Это вы?! — удивился Тан Поюэ.
— Старик Тан, ты как?! — Хоу Фань тут же подскочил к нему и принялся судорожно развязывать путы на руках.
— Старик Тан, ты как?! — Хоу Фань тут же подскочил к нему и принялся судорожно развязывать путы на руках.
— Да в порядке я, — поднялся Тан Поюэ, разминая затекшие запястья. — Эти прислужники семьи Лун пытались выбить из меня дурь, но у их призывных зверей слишком кишка тонка — пробить драконью чешую они так и не смогли.
— Да в порядке я, — поднялся Тан Поюэ, разминая затекшие запястья. — Эти прислужники семьи Лун пытались выбить из меня дурь, но у их призывных зверей слишком кишка тонка — пробить драконью чешую они так и не смогли.
— Главное, что цел! Бежим! — поторопил его Хоу Фань.
— Главное, что цел! Бежим! — поторопил его Хоу Фань.
— Погоди, — Тан Поюэ прищурился, глядя на друга. — Это ваших рук дело? Пожар снаружи?
— Погоди, — Тан Поюэ прищурился, глядя на друга. — Это ваших рук дело? Пожар снаружи?
Мин Юй хитро проскользнула вперед и гордо выпятила грудь:
Мин Юй хитро проскользнула вперед и гордо выпятила грудь:
— Ну а чьих же ещё! Как иначе мы бы выманили этих идиотов? Я лила масло, а он чиркал спичкой! Идеальная командная работа!
— Ну а чьих же ещё! Как иначе мы бы выманили этих идиотов? Я лила масло, а он чиркал спичкой! Идеальная командная работа!
С этими словами драконица с довольным видом дала Хоу Фаню «пять».
С этими словами драконица с довольным видом дала Хоу Фаню «пять».
— Обезьяна, ты совсем из ума выжил?! — Тан Поюэ с изумлением уставился на друга. — Поджог штаб-квартиры Отряда Управления! За это же по головке не погладят!
— Обезьяна, ты совсем из ума выжил?! — Тан Поюэ с изумлением уставился на друга. — Поджог штаб-квартиры Отряда Управления! За это же по головке не погладят!
— А что мне оставалось делать?! — горячо возразил Хоу Фань. — Я не мог бросить тебя здесь! Всё это закрутилось лишь потому, что ты помогал мне купить зверя. Семья Лун держит весь город в страхе, ты покалечил их наследника — они бы просто гноили тебя в этой яме, пока не замучили до смерти! Бежим скорее, пока они заняты тушением!
— А что мне оставалось делать?! — горячо возразил Хоу Фань. — Я не мог бросить тебя здесь! Всё это закрутилось лишь потому, что ты помогал мне купить зверя. Семья Лун держит весь город в страхе, ты покалечил их наследника — они бы просто гноили тебя в этой яме, пока не замучили до смерти! Бежим скорее, пока они заняты тушением!
Тан Поюэ молча опустил руку на плечо друга и с чувством произнёс:
Тан Поюэ молча опустил руку на плечо друга и с чувством произнёс:
— Обезьяна... Ну ты и псих. Но спасибо.
— Обезьяна... Ну ты и псих. Но спасибо.
— Да ладно тебе! Ходу!
— Да ладно тебе! Ходу!
В штабе царил полный хаос. Все служащие с ведрами и гидрантами пытались сбить всепожирающее пламя, так что на троих беглецов, выскользнувших через задний двор, никто не обратил ни малейшего внимания.
В штабе царил полный хаос. Все служащие с ведрами и гидрантами пытались сбить всепожирающее пламя, так что на троих беглецов, выскользнувших через задний двор, никто не обратил ни малейшего внимания.
Однако стоит им было миновать переулок и уверовать в то, что опасность позади, как из ночной тени им наперерез вышла одинокая фигура.
Однако стоит им было миновать переулок и уверовать в то, что опасность позади, как из ночной тени им наперерез вышла одинокая фигура.
Человек был облачён в облегающий чёрный костюм, а лицо скрывала плотная маска. Судя по изящным очертаниям фигуры, перед ними стояла девушка.
Человек был облачён в облегающий чёрный костюм, а лицо скрывала плотная маска. Судя по изящным очертаниям фигуры, перед ними стояла девушка.
— Эй! Ты ещё кто такая?! Проваливай с дороги! — рявкнул Хоу Фань, вставая в стойку.
— Эй! Ты ещё кто такая?! Проваливай с дороги! — рявкнул Хоу Фань, вставая в стойку.
Незнакомка игнорировала его и подошла вплотную к Тан Поюэ:
Незнакомка игнорировала его и подошла вплотную к Тан Поюэ:
— Я только что перевела сумму на твой Юйлин-терминал. Забирай эти деньги, забирай родителей и немедленно убирайся из Городка Юйлун.
— Я только что перевела сумму на твой Юйлин-терминал. Забирай эти деньги, забирай родителей и немедленно убирайся из Городка Юйлун.
Тан Поюэ вскинул руку и активировал экран терминала. На его счете действительно появился баланс: плюс один миллион юйлин- монет.
Тан Поюэ вскинул руку и активировал экран терминала. На его счете действительно появился баланс: плюс один миллион юйлин- монет.
— Чжао Ичэн? — Хоу Фань прыснул от смеха. — А ты, оказывается, не совсем безнадёжна! Ты что, всё это время тайком следила за нами?
— Чжао Ичэн? — Хоу Фань прыснул от смеха. — А ты, оказывается, не совсем безнадёжна! Ты что, всё это время тайком следила за нами?
— Какая ещё Чжао Ичэн?! — панически всплеснула руками маска. — Вы ошиблись! Я... я просто благородная незнакомка, проходящая мимо!
— Какая ещё Чжао Ичэн?! — панически всплеснула руками маска. — Вы ошиблись! Я... я просто благородная незнакомка, проходящая мимо!
— Да у тебя голос на пол-улицы звенит, восстановительница справедливости! — расхохотался Хоу Фань.
— Да у тебя голос на пол-улицы звенит, восстановительница справедливости! — расхохотался Хоу Фань.
— ...
— ...
— В общем, хватит зубы скалить! — строго чеканя слова, произнесла Чжао Ичэн, понимая, что разоблачена. — Уходите. Сейчас же!
— В общем, хватит зубы скалить! — строго чеканя слова, произнесла Чжао Ичэн, понимая, что разоблачена. — Уходите. Сейчас же!
— С чего бы мне уезжать из Городка Юйлун? — спокойным тоном спросил Поюэ.
— С чего бы мне уезжать из Городка Юйлун? — спокойным тоном спросил Поюэ.
Девушка нервно вздохнула:
Девушка нервно вздохнула:
— Лун Чхитянь лишь притворяется благородным и мудрым правителем! На самом деле он жестокий и беспощадный монстр. И вся его семейка такая же! Знаешь, почему за столько лет ни одна семья в городе не смогла превзойти род Лун? Потому что как только у кого-то появляется талантливый молодой мастер, способность которого угрожает их величию, Лун Чхитянь уничтожает его ещё в зародыше! Ты покалечил Лун Цяна и продемонстрировал силу Божественного дракона. Он никогда не оставит тебя в живых!
— Лун Чхитянь лишь притворяется благородным и мудрым правителем! На самом деле он жестокий и беспощадный монстр. И вся его семейка такая же! Знаешь, почему за столько лет ни одна семья в городе не смогла превзойти род Лун? Потому что как только у кого-то появляется талантливый молодой мастер, способность которого угрожает их величию, Лун Чхитянь уничтожает его ещё в зародыше! Ты покалечил Лун Цяна и продемонстрировал силу Божественного дракона. Он никогда не оставит тебя в живых!
— Откуда у тебя такие сведения? — прищурился Поюэ.
— Откуда у тебя такие сведения? — прищурился Поюэ.
— Мой отец из кожи вон лезет, чтобы выслужиться перед кланом Лун, — с горечью ответила Чжао Ичэн. — Мы часто бываем в их доме. Когда проводишь рядом с ними достаточно времени, начинаешь замечать то, что скрыто от глаз остальных...
— Мой отец из кожи вон лезет, чтобы выслужиться перед кланом Лун, — с горечью ответила Чжао Ичэн. — Мы часто бываем в их доме. Когда проводишь рядом с ними достаточно времени, начинаешь замечать то, что скрыто от глаз остальных...
— Понятно, — кивнул Тан Поюэ. — И всё же я не уеду.
— Понятно, — кивнул Тан Поюэ. — И всё же я не уеду.
— Ты что, совсем идиот?! — вспылила девушка. — Не думаешь о себе — подумай о близких!
— Ты что, совсем идиот?! — вспылила девушка. — Не думаешь о себе — подумай о близких!
«Близкие?..»
«Близкие?..»
При этом слове Тан Поюэ на мгновение задумался. В прежней жизни он был сиротой и воспитывался в приюте. Понятие «семья» являлось для него чем-то абстрактным. Родители в этом мире достались ему вместе с чужими воспоминаниями — по сути, они оставались для него почти незнакомцами. У него ещё не было времени проникнуться к ним глубокой любовью.
При этом слове Тан Поюэ на мгновение задумался. В прежней жизни он был сиротой и воспитывался в приюте. Понятие «семья» являлось для него чем-то абстрактным. Родители в этом мире достались ему вместе с чужими воспоминаниями — по сути, они оставались для него почти незнакомцами. У него ещё не было времени проникнуться к ним глубокой любовью.
Однако слова Чжао Ичэн заставили его взглянуть на вещи иначе. Нравится ему это или нет, но сейчас они — его отец и мать. И если его действия навлекут на них смертельную опасность, сможет ли он жить с этим дальше?
Однако слова Чжао Ичэн заставили его взглянуть на вещи иначе. Нравится ему это или нет, но сейчас они — его отец и мать. И если его действия навлекут на них смертельную опасность, сможет ли он жить с этим дальше?
— Осторожно! — внезапно рявкнул Тан Поюэ, почувствовав спинным мозгом леденящую угрозу.
— Осторожно! — внезапно рявкнул Тан Поюэ, почувствовав спинным мозгом леденящую угрозу.
Рефлексы сработали быстрее мыслей: он с силой оттолкнул Хоу Фаня и Чжао Ичэн в разные стороны.
Рефлексы сработали быстрее мыслей: он с силой оттолкнул Хоу Фаня и Чжао Ичэн в разные стороны.
Бум!
Бум!
В следующую секунду прямо в то место, где они только что стояли, врезался гигантский пылающий фаербол. Взрыв сотряс мостовую, выбивая столб искр и каменной крошки.
В следующую секунду прямо в то место, где они только что стояли, врезался гигантский пылающий фаербол. Взрыв сотряс мостовую, выбивая столб искр и каменной крошки.
Когда дым рассеялся, стало видно, что Тан Поюэ и Мин Юй стоят в самом центре дымящейся полуметровой воронки, невредимые благодаря драконьему барьеру.
Когда дым рассеялся, стало видно, что Тан Поюэ и Мин Юй стоят в самом центре дымящейся полуметровой воронки, невредимые благодаря драконьему барьеру.
Поюэ вскинул голову. В ночном небе, раскинув пылающие крылья, кружила огромная птица, объятая аловым огнем.
Поюэ вскинул голову. В ночном небе, раскинув пылающие крылья, кружила огромная птица, объятая аловым огнем.
— Это... это Свирепая Огненная Птица... — пролепетала Чжао Ичэн, бледнея на глазах. Она в страхе натянула маску обратно на лицо, надеясь, что её не успели разглядеть. — Это призывной зверь Лун Чхитяня...
— Это... это Свирепая Огненная Птица... — пролепетала Чжао Ичэн, бледнея на глазах. Она в страхе натянула маску обратно на лицо, надеясь, что её не успели разглядеть. — Это призывной зверь Лун Чхитяня...
— Ох, воистину, юные герои рождаются в бурях! — из тьмы переулка с неспешными аплодисментами вышел сам градоначальник. На его губах играла мягкая, доброжелательная улыбка. — Я слышал слухи, будто один юноша, заключив контракт с Мин Юй, сумел применить её истинную магию. И, как вижу, слухи не врут.
— Ох, воистину, юные герои рождаются в бурях! — из тьмы переулка с неспешными аплодисментами вышел сам градоначальник. На его губах играла мягкая, доброжелательная улыбка. — Я слышал слухи, будто один юноша, заключив контракт с Мин Юй, сумел применить её истинную магию. И, как вижу, слухи не врут.
— Вы — градоначальник Лун Чхитянь? — прямо спросил Тан Поюэ, встречая взгляд старика без тени страха.
— Вы — градоначальник Лун Чхитянь? — прямо спросил Тан Поюэ, встречая взгляд старика без тени страха.
— Верно, юноша, — улыбнулся тот.
— Верно, юноша, — улыбнулся тот.
— Пришли отомстить за сына и прихлопнуть меня? — в голосе Поюэ звучала холодная ирония.
— Пришли отомстить за сына и прихлопнуть меня? — в голосе Поюэ звучала холодная ирония.
— Ну что ты, юный Тан, не стоит драматизировать, — ласково возразил Лун Чхитянь. — Я уже в курсе сегодняшнего инцидента. Мой непутёвый отпрыск сам напросился на прочуханку, так что ты поступил абсолютно правильно, преподав ему урок. Я прибыл лишь для того, чтобы приказать Отряду Управления отпустить тебя... Впрочем, смотрю, ты и сам прекрасно справился.
— Ну что ты, юный Тан, не стоит драматизировать, — ласково возразил Лун Чхитянь. — Я уже в курсе сегодняшнего инцидента. Мой непутёвый отпрыск сам напросился на прочуханку, так что ты поступил абсолютно правильно, преподав ему урок. Я прибыл лишь для того, чтобы приказать Отряду Управления отпустить тебя... Впрочем, смотрю, ты и сам прекрасно справился.
— Ха! Ну и лицемерный же ты хрыч! — не выдержала Мин Юй, скрестив руки на груди. — Если ты пришёл нас «отпустить», на кой хрен твоя птичка только что запулила в нас файерболом?! Хотя твоя атака — так, чистая щекотка! Думал пробить защиту великой меня?!
— Ха! Ну и лицемерный же ты хрыч! — не выдержала Мин Юй, скрестив руки на груди. — Если ты пришёл нас «отпустить», на кой хрен твоя птичка только что запулила в нас файерболом?! Хотя твоя атака — так, чистая щекотка! Думал пробить защиту великой меня?!

Комментарии

Загрузка...