Цяо Сан считала, что её обижают напрасно.
Цяо Сан считала, что её обижают напрасно.
Если бы сначала она не решила, что в канале бодрствует только один Младенчик, она бы не велела Скитальцу вытворять все эти провокационные выходки.
Если бы сначала она не решила, что в канале бодрствует только один Младенчик, она бы не велела Скитальцу вытворять все эти провокационные выходки.
Но что толку спорить? Раз уж это случилось, нужно думать, как выпутываться.
Но что толку спорить? Раз уж это случилось, нужно думать, как выпутываться.
На уговоры надежды не было — судя по тому, с какой яростью Младенчик и марионетка-двойник неслись за ними, они были вне себя от злости. Если они их настигнут, по головке не погладят.
На уговоры надежды не было — судя по тому, с какой яростью Младенчик и марионетка-двойник неслись за ними, они были вне себя от злости. Если они их настигнут, по головке не погладят.
«И как с таким скверным характером можно работать статистом в квесте? — размышляла Цяо Сан на бегу. — Как они вообще обслуживают посетителей?»
«И как с таким скверным характером можно работать статистом в квесте? — размышляла Цяо Сан на бегу. — Как они вообще обслуживают посетителей?»
Ну подумаешь, покрутили задом, скорчили рожицу, поплевали в воду — стоило так беситься?
Ну подумаешь, покрутили задом, скорчили рожицу, поплевали в воду — стоило так беситься?
Она старалась ровно дышать и прикидывала шансы Скитальца в схватке с преследователями.
Она старалась ровно дышать и прикидывала шансы Скитальца в схватке с преследователями.
Младенчик был начального ранга — с ним проблем не ожидалось. Скиталец, обладающий двумя редкими атрибутами — призрачным и психическим, — превосходил его и в скорости, и в силе атаки.
Младенчик был начального ранга — с ним проблем не ожидалось. Скиталец, обладающий двумя редкими атрибутами — призрачным и психическим, — превосходил его и в скорости, и в силе атаки.
В поединке один на один ему не было равных. Но рядом была ещё марионетка-двойник — питомец среднего ранга.
В поединке один на один ему не было равных. Но рядом была ещё марионетка-двойник — питомец среднего ранга.
В своё время Я-Сокровище, будучи ещё Огнезубым Псом, смог одолеть питомца среднего ранга благодаря боевому опыту и тактическому анализу, который она провела перед боем, изучив противника.
В своё время Я-Сокровище, будучи ещё Огнезубым Псом, смог одолеть питомца среднего ранга благодаря боевому опыту и тактическому анализу, который она провела перед боем, изучив противника.
Сейчас всё было иначе.
Сейчас всё было иначе.
Скиталец никогда не участвовал в настоящих сражениях.
Скиталец никогда не участвовал в настоящих сражениях.
Полдня назад он одолел Лампу-Душегуба лишь потому, что та была обессилена — у неё даже не было сил сопротивляться, и Скиталец победил одним ударом.
Полдня назад он одолел Лампу-Душегуба лишь потому, что та была обессилена — у неё даже не было сил сопротивляться, и Скиталец победил одним ударом.
А потом Лампа-Душегуб, едва живая, погрузила его в сон гипнозом, из которого он не мог очнуться полдня.
А потом Лампа-Душегуб, едва живая, погрузила его в сон гипнозом, из которого он не мог очнуться полдня.
На арене судья давно засчитал бы ему поражение.
На арене судья давно засчитал бы ему поражение.
Теперь же Скитальцу предстояло сражаться и с Младенчиком, и с марионеткой-двойником. И этих питомцев она не изучала заранее.
Теперь же Скитальцу предстояло сражаться и с Младенчиком, и с марионеткой-двойником. И этих питомцев она не изучала заранее.
Если быть честной, шансы на победу были не больше десяти процентов. И эти десять процентов держались на том, что с помощью «Телепортации» Скиталец сможет уклоняться, пока у противников не кончится энергия.
Если быть честной, шансы на победу были не больше десяти процентов. И эти десять процентов держались на том, что с помощью «Телепортации» Скиталец сможет уклоняться, пока у противников не кончится энергия.
— Что же нам делать? Я больше не могу бежать! — голос Фан Сысы дрожал.
— Что же нам делать? Я больше не могу бежать! — голос Фан Сысы дрожал.
— Где вход в третий эпизод? — спросила Цяо Сан, не сбавляя темпа.
— Где вход в третий эпизод? — спросила Цяо Сан, не сбавляя темпа.
Если бы им удалось добежать до третьего эпизода и закрыть за собой проход, возможно, они были бы в безопасности.
Если бы им удалось добежать до третьего эпизода и закрыть за собой проход, возможно, они были бы в безопасности.
— Если бы сценарий не сбился, — тяжело дыша, ответила Фан Сысы, — то через двадцать с лишним минут в канализации появился бы Теневой Шар. Он — босс второго эпизода. Чтобы открыть дверь в третий эпизод, нужно победить его.
— Если бы сценарий не сбился, — тяжело дыша, ответила Фан Сысы, — то через двадцать с лишним минут в канализации появился бы Теневой Шар. Он — босс второго эпизода. Чтобы открыть дверь в третий эпизод, нужно победить его.
Теневой Шар, питомец среднего ранга...
Теневой Шар, питомец среднего ранга...
Цяо Сан отбросила этот вариант быстрее, чем успела моргнуть.
Цяо Сан отбросила этот вариант быстрее, чем успела моргнуть.
Не говоря уже о том, чтобы победить Теневой Шар, — встретиться с ним означало завязнуть в затяжном бою. А там, с одной стороны, Теневой Шар, с другой — Младенчик и марионетка-двойник. Их бы окружили, и они даже не поняли бы, как их раздавили.
Не говоря уже о том, чтобы победить Теневой Шар, — встретиться с ним означало завязнуть в затяжном бою. А там, с одной стороны, Теневой Шар, с другой — Младенчик и марионетка-двойник. Их бы окружили, и они даже не поняли бы, как их раздавили.
Пробежав ещё немного, Фан Сысы простонала:
Пробежав ещё немного, Фан Сысы простонала:
— Я на пределе...
— Я на пределе...
— Какая же ты хилая, — не удержалась Цяо Сан.
— Какая же ты хилая, — не удержалась Цяо Сан.
Благодаря ежедневным пробежкам в школе её выносливость заметно улучшилась, и она чувствовала, что сможет бежать с той же скоростью ещё полчаса.
Благодаря ежедневным пробежкам в школе её выносливость заметно улучшилась, и она чувствовала, что сможет бежать с той же скоростью ещё полчаса.
Фан Сысы опять чуть не заплакала. И кто же во всём виноват?!
Фан Сысы опять чуть не заплакала. И кто же во всём виноват?!
Цяо Сан раздумывала недолго.
Цяо Сан раздумывала недолго.
Сражаться с двумя питомцами было безопаснее, чем со всеми тремя сразу.
Сражаться с двумя питомцами было безопаснее, чем со всеми тремя сразу.
У питомцев, которые работают в городе, есть хозяева. Даже в ярости они вряд ли нападут на человека.
У питомцев, которые работают в городе, есть хозяева. Даже в ярости они вряд ли нападут на человека.
Она решила, что можно попробовать, а в крайнем случае призовёт Скитальца обратно.
Она решила, что можно попробовать, а в крайнем случае призовёт Скитальца обратно.
С этими мыслями она резко остановилась и развернулась. Фан Сысы, стоявшая рядом, смотрела на неё, разинув рот.
С этими мыслями она резко остановилась и развернулась. Фан Сысы, стоявшая рядом, смотрела на неё, разинув рот.
— Скиталец, к бою! — крикнула Цяо Сан.
— Скиталец, к бою! — крикнула Цяо Сан.
— Ски! — Скиталец вздрогнул и с восторгом обернулся.
— Ски! — Скиталец вздрогнул и с восторгом обернулся.
Наконец-то подраться!
Наконец-то подраться!
Фан Сысы, тяжело дыша, смотрела на происходящее. Она перевела дух, сглотнула, смочив пересохшее горло, и молча отступила в сторону, стараясь не привлекать внимания.
Фан Сысы, тяжело дыша, смотрела на происходящее. Она перевела дух, сглотнула, смочив пересохшее горло, и молча отступила в сторону, стараясь не привлекать внимания.
Что ни говори, а Цяо Сан была храбра. Впрочем, Фан Сысы была только рада — пока будет восстанавливать силы, чтобы потом снова бежать...
Что ни говори, а Цяо Сан была храбра. Впрочем, Фан Сысы была только рада — пока будет восстанавливать силы, чтобы потом снова бежать...
Здесь не было ни правил, ни очерёдности — только боевой инстинкт.
Здесь не было ни правил, ни очерёдности — только боевой инстинкт.
В тот миг, когда Скиталец остановился и обернулся, одна из перепачканных красной жидкостью рук ускорилась и бросилась прямо на него.
В тот миг, когда Скиталец остановился и обернулся, одна из перепачканных красной жидкостью рук ускорилась и бросилась прямо на него.
Скиталец не шелохнулся, словно окаменев.
Скиталец не шелохнулся, словно окаменев.
Но в тот самый миг, когда рука почти коснулась его, он исчез и возник в стороне.
Но в тот самый миг, когда рука почти коснулась его, он исчез и возник в стороне.
Рука промахнулась, растерянно замерла, развернулась и снова устремилась к Скитальцу.
Рука промахнулась, растерянно замерла, развернулась и снова устремилась к Скитальцу.
Тот оскалился в усмешке и, подняв средний коготь, дерзко показал ей жест.
Тот оскалился в усмешке и, подняв средний коготь, дерзко показал ей жест.
Рука затряслась.
Рука затряслась.
Цяо Сан, наблюдавшая за этим, невольно замолчала. Она готова была поклясться, что не учила его такому жесту!
Цяо Сан, наблюдавшая за этим, невольно замолчала. Она готова была поклясться, что не учила его такому жесту!
Остальные конечности тоже затряслись и с бешеной скоростью устремились к Скитальцу.
Остальные конечности тоже затряслись и с бешеной скоростью устремились к Скитальцу.
Скиталец снова исчез.
Скиталец снова исчез.
Конечности, разогнавшись, столкнулись друг с другом и рухнули, но тут же вскочили и, ничуть не растерявшись, бросились к Скитальцу, который оказался в пяти метрах.
Конечности, разогнавшись, столкнулись друг с другом и рухнули, но тут же вскочили и, ничуть не растерявшись, бросились к Скитальцу, который оказался в пяти метрах.
В то же время Младенчик выпустил в него струю воды.
В то же время Младенчик выпустил в него струю воды.
Цяо Сан, глядя на происходящее, задумалась. Она никогда раньше не изучала марионетку-двойника, знала только, что это призрачный питомец, способный разделять своё тело.
Цяо Сан, глядя на происходящее, задумалась. Она никогда раньше не изучала марионетку-двойника, знала только, что это призрачный питомец, способный разделять своё тело.
Похоже, конечности марионетки-двойника определяли местоположение противника безошибочно, не нуждаясь в зрении.
Похоже, конечности марионетки-двойника определяли местоположение противника безошибочно, не нуждаясь в зрении.
Но почему?
Но почему?
Она нахмурилась, обдумывая это, и вскоре поняла.
Она нахмурилась, обдумывая это, и вскоре поняла.
А где же голова марионетки-двойника?
А где же голова марионетки-двойника?
...
...
В канализации.
В канализации.
Скиталец, уворачиваясь от атак с помощью телепортации, только что ушёл от очередного броска конечностей, как сбоку ударила струя воды. Он уклонялся всё с большим азартом, не пытаясь контратаковать, словно играя.
Скиталец, уворачиваясь от атак с помощью телепортации, только что ушёл от очередного броска конечностей, как сбоку ударила струя воды. Он уклонялся всё с большим азартом, не пытаясь контратаковать, словно играя.
— Сначала Младенчика, — скомандовала Цяо Сан.
— Сначала Младенчика, — скомандовала Цяо Сан.
Скиталец на мгновение растерялся.
Скиталец на мгновение растерялся.
«Младенчик? Кто такой?»
«Младенчик? Кто такой?»
— Вон тот водный питомец на земле! — поспешно уточнила Цяо Сан.
— Вон тот водный питомец на земле! — поспешно уточнила Цяо Сан.
— Ски!
— Ски!
Скиталец исчез, став невидимым. Конечности промахнулись, лишь разбрызгав красную жидкость.
Скиталец исчез, став невидимым. Конечности промахнулись, лишь разбрызгав красную жидкость.
В следующий миг он возник перед Младенчиком, который недоумённо озирался, и изо всей силы лизнул его голову, торчащую из раковины.
В следующий миг он возник перед Младенчиком, который недоумённо озирался, и изо всей силы лизнул его голову, торчащую из раковины.
— Мла... — Младенчик вздрогнул.
— Мла... — Младенчик вздрогнул.
Хотя «Язык» на этот раз не вызвал паралича, ощущение мокрого языка, прошедшего по всей голове, едва не вывело Младенчика из себя.
Хотя «Язык» на этот раз не вызвал паралича, ощущение мокрого языка, прошедшего по всей голове, едва не вывело Младенчика из себя.
Когда взгляд его снова сфокусировался, он встретился с фиолетовыми глазами.
Когда взгляд его снова сфокусировался, он встретился с фиолетовыми глазами.
— Мла... — веки его начали тяжелеть.
— Мла... — веки его начали тяжелеть.
Скиталец, применив гипноз, довольно оскалился и снова телепортировался в пяти метрах.
Скиталец, применив гипноз, довольно оскалился и снова телепортировался в пяти метрах.
В то же мгновение на том месте, где он только что был, появились конечности марионетки-двойника. Если бы он не исчез, они обрушились бы на него всей своей мощью.
В то же мгновение на том месте, где он только что был, появились конечности марионетки-двойника. Если бы он не исчез, они обрушились бы на него всей своей мощью.
Но Скиталец исчез.
Но Скиталец исчез.
И конечности обрушились на Младенчика, который только что был рядом с ним.
И конечности обрушились на Младенчика, который только что был рядом с ним.
— Мла... — Младенчик, получив удар за ударом, закрыл глаза и затих.
— Мла... — Младенчик, получив удар за ударом, закрыл глаза и затих.
Одержав победу, Цяо Сан не расслабилась.
Одержав победу, Цяо Сан не расслабилась.
Младенчик был водным питомцем начального ранга, а Скиталец обладал двумя редкими атрибутами — призрачным и психическим. То, что он расправился с ним мгновенно, было естественно.
Младенчик был водным питомцем начального ранга, а Скиталец обладал двумя редкими атрибутами — призрачным и психическим. То, что он расправился с ним мгновенно, было естественно.
Проблемой была марионетка-двойник.
Проблемой была марионетка-двойник.

Комментарии

Загрузка...