Ло Цянь проглотил невысказанные слова.
Ло Цянь проглотил невысказанные слова.
А Вэнь — женщина суровая и до жути принципиальная. Если она узнает, что он, не дожидаясь положенных процедур, уже вовсю зазывает ученицу в группу координаторов, она его просто со свету сживёт...
А Вэнь — женщина суровая и до жути принципиальная. Если она узнает, что он, не дожидаясь положенных процедур, уже вовсю зазывает ученицу в группу координаторов, она его просто со свету сживёт...
Ло Цянь перевёл взгляд на фигуру, парящую рядом с А Вэнь, и выражение его лица изменилось. «Почему сюда ещё и Небесная Ясновидящая Летучая Мышь заместителя директора прилетела?»
Ло Цянь перевёл взгляд на фигуру, парящую рядом с А Вэнь, и выражение его лица изменилось. «Почему сюда ещё и Небесная Ясновидящая Летучая Мышь заместителя директора прилетела?»
— Как зовут питомца учителя Сяня? — спросила Цяо Сан. — Морда ужасно знакомая, а название хоть убей не вспомню.
— Как зовут питомца учителя Сяня? — спросила Цяо Сан. — Морда ужасно знакомая, а название хоть убей не вспомню.
— Это Небесная Ясновидящая Летучая Мышь. Родом из района Лянькэ, — пояснила Цзинь Фэйфань. — Тебе кажется знакомым, наверное, потому что недавно в горячих новостях мелькала история с подделкой актёра Гао Сюаня.
— Это Небесная Ясновидящая Летучая Мышь. Родом из района Лянькэ, — пояснила Цзинь Фэйфань. — Тебе кажется знакомым, наверное, потому что недавно в горячих новостях мелькала история с подделкой актёра Гао Сюаня.
Цяо Сан замерла на мгновение, а потом память услужливо подбросила нужную картинку.
Цяо Сан замерла на мгновение, а потом память услужливо подбросила нужную картинку.
Гао Сюань считался актёром второго эшелона. В этом мире съёмки в кино и сериалах не пользовались и сотой долей той популярности, что в её прошлой жизни.
Гао Сюань считался актёром второго эшелона. В этом мире съёмки в кино и сериалах не пользовались и сотой долей той популярности, что в её прошлой жизни.
Звёздный статус здесь почти всегда был неразрывно связан с питомцами. Гао Сюань же прославился благодаря своему питомцу психического типа — Оку-Мысли.
Звёздный статус здесь почти всегда был неразрывно связан с питомцами. Гао Сюань же прославился благодаря своему питомцу психического типа — Оку-Мысли.
Как-то раз на съёмочной площадке Гао Сюань с помощью своего Ока-Мысли спас двадцать три человека, которые чуть не погибли при оползне. Всё это случайно попало в закадровые съёмки, и так актёр обрёл известность.
Как-то раз на съёмочной площадке Гао Сюань с помощью своего Ока-Мысли спас двадцать три человека, которые чуть не погибли при оползне. Всё это случайно попало в закадровые съёмки, и так актёр обрёл известность.
А недавно разразился скандал: выяснилось, что спасал людей вовсе не Око-Мысли Гао Сюаня, а какой-то проходивший мимо повелитель, и питомцем у него была как раз Небесная Ясновидящая Летучая Мышь.
А недавно разразился скандал: выяснилось, что спасал людей вовсе не Око-Мысли Гао Сюаня, а какой-то проходивший мимо повелитель, и питомцем у него была как раз Небесная Ясновидящая Летучая Мышь.
В закадровых съёмках Око-Мысли просто светилось голубым — готовилось к следующей сцене, и это случайно совпало по времени со спасением.
В закадровых съёмках Око-Мысли просто светилось голубым — готовилось к следующей сцене, и это случайно совпало по времени со спасением.
Повелитель спас людей и ушёл, а спасённые, будучи в панике, даже не поняли, кто именно их вытащил. Съёмочная группа смонтировала материал — и готов обман общественности.
Повелитель спас людей и ушёл, а спасённые, будучи в панике, даже не поняли, кто именно их вытащил. Съёмочная группа смонтировала материал — и готов обман общественности.
Разоблачил эту историю тот самый оператор, который и вёл закадровую съёмку.
Разоблачил эту историю тот самый оператор, который и вёл закадровую съёмку.
Цяо Сан тогда мельком глянула на новость и закрыла, не вникая в детали.
Цяо Сан тогда мельком глянула на новость и закрыла, не вникая в детали.
Неудивительно, что морда знакомая, а названия не вспомнить...
Неудивительно, что морда знакомая, а названия не вспомнить...
— Сянь. — В тот самый миг, когда Цяо Сан закончила перебирать в памяти детали, учитель Сянь вдруг материализовался прямо перед ней.
— Сянь. — В тот самый миг, когда Цяо Сан закончила перебирать в памяти детали, учитель Сянь вдруг материализовался прямо перед ней.
— Ни... ни фига себе! — вовремя сменила Цяо Сан готовое сорваться с губ словцо.
— Ни... ни фига себе! — вовремя сменила Цяо Сан готовое сорваться с губ словцо.
Учитель Сянь перевёл взгляд с бумажки, которую всё это время держал в лапе, на Цяо Сан.
Учитель Сянь перевёл взгляд с бумажки, которую всё это время держал в лапе, на Цяо Сан.
— Учитель Сянь, это и есть Цяо Сан, — подтвердила А Вэнь и, повернувшись к девочке, с улыбкой добавила: — Тебя заместитель директора вызывает.
— Учитель Сянь, это и есть Цяо Сан, — подтвердила А Вэнь и, повернувшись к девочке, с улыбкой добавила: — Тебя заместитель директора вызывает.
Цяо Сан опешила, не успев даже сообразить, что к чему, как учитель Сянь взмахнул правой лапой вверх — и они исчезли у всех на глазах.
Цяо Сан опешила, не успев даже сообразить, что к чему, как учитель Сянь взмахнул правой лапой вверх — и они исчезли у всех на глазах.
— .....
— .....
В помещении воцарилась тишина.
В помещении воцарилась тишина.
Спустя мгновение Чжэн Инин подошла к Цзинь Фэйфань и спросила:
Спустя мгновение Чжэн Инин подошла к Цзинь Фэйфань и спросила:
— Как думаешь, заместитель директора вызвал Цяо-сан не просто так? Может, случилось что?
— Как думаешь, заместитель директора вызвал Цяо-сан не просто так? Может, случилось что?
Друг моего друга — мне друг. Эта девушка пришла вместе с Цяо-сан, потом они стояли рядом и разговаривали — явно не чужие.
Друг моего друга — мне друг. Эта девушка пришла вместе с Цяо-сан, потом они стояли рядом и разговаривали — явно не чужие.
Цзинь Фэйфань опешила — она не ожидала, что кто-то заговорит с ней по своей воле.
Цзинь Фэйфань опешила — она не ожидала, что кто-то заговорит с ней по своей воле.
— Думаю, ничего страшного, — неуверенно ответила она.
— Думаю, ничего страшного, — неуверенно ответила она.
В глубине души, впрочем, она не была так уж спокойна. Когда ученика вызывают к учителю в кабинет, обычно это не к добру. А уж если вызывает сам заместитель директора...
В глубине души, впрочем, она не была так уж спокойна. Когда ученика вызывают к учителю в кабинет, обычно это не к добру. А уж если вызывает сам заместитель директора...
Ло Цянь, наконец очнувшись, подошёл поближе и с любопытством поинтересовался:
Ло Цянь, наконец очнувшись, подошёл поближе и с любопытством поинтересовался:
— А зачем это заместитель директора вызвал Цяо Сан?
— А зачем это заместитель директора вызвал Цяо Сан?
А Вэнь метнула на него быстрый взгляд и отрезала:
А Вэнь метнула на него быстрый взгляд и отрезала:
— По хорошему делу.
— По хорошему делу.
Ло Цянь: «...»
Ло Цянь: «...»
...
...
А тем временем Цяо Сан с трудом сдерживала раздражение, глядя на мужчину в белом халате, с идеально зачёсанными назад волосами.
А тем временем Цяо Сан с трудом сдерживала раздражение, глядя на мужчину в белом халате, с идеально зачёсанными назад волосами.
«В следующий раз, когда учитель Сянь собирается перемещать меня своим пространственным перемещением, пусть хоть предупреждает!»
«В следующий раз, когда учитель Сянь собирается перемещать меня своим пространственным перемещением, пусть хоть предупреждает!»
«У человека с неважным сердцем от такого и инфаркт может случиться!»
«У человека с неважным сердцем от такого и инфаркт может случиться!»
— Господин заместитель директора, вы меня вызывали? — Цяо Сан через силу растянула губы в улыбке.
— Господин заместитель директора, вы меня вызывали? — Цяо Сан через силу растянула губы в улыбке.
— Да, присаживайся пока, — бросил Лю Яо, продолжая переливать какую-то красную жидкость в пробирку.
— Да, присаживайся пока, — бросил Лю Яо, продолжая переливать какую-то красную жидкость в пробирку.
Цяо Сан огляделась.
Цяо Сан огляделась.
В отличие от прошлого кабинета, здесь было наставлено множество хитроумных приборов. Влажность и температура явно поддерживались на заданном уровне — сразу видно, лаборатория.
В отличие от прошлого кабинета, здесь было наставлено множество хитроумных приборов. Влажность и температура явно поддерживались на заданном уровне — сразу видно, лаборатория.
Она подошла к лабораторному столу и присела на первый попавшийся стул.
Она подошла к лабораторному столу и присела на первый попавшийся стул.
Огнезубый Пёс, заинтересованно наблюдавший за тем, как Лю Яо колдует над зельем, невольно потянул носом.
Огнезубый Пёс, заинтересованно наблюдавший за тем, как Лю Яо колдует над зельем, невольно потянул носом.
— Р-р!
— Р-р!
«Как вкусно пахнет!»
«Как вкусно пахнет!»
Лю Яо, услышав радостный лай, улыбнулся:
Лю Яо, услышав радостный лай, улыбнулся:
— Старина Сянь, достань-ка те фрукты.
— Старина Сянь, достань-ка те фрукты.
— Сянь. — Небесная Ясновидящая Летучая Мышь кивнула и мгновенно исчезла.
— Сянь. — Небесная Ясновидящая Летучая Мышь кивнула и мгновенно исчезла.
Когда она появилась вновь, рядом с ней парило блюдо, полное плодов размером с вишню, красных и покрытых причудливым спиралевидным узором.
Когда она появилась вновь, рядом с ней парило блюдо, полное плодов размером с вишню, красных и покрытых причудливым спиралевидным узором.
В следующее мгновение блюдо материализовалось на лабораторном столе прямо перед Цяо Сан.
В следующее мгновение блюдо материализовалось на лабораторном столе прямо перед Цяо Сан.
— Р-р! — взгляд Огнезубого Пса мигом переключился на угощение.
— Р-р! — взгляд Огнезубого Пса мигом переключился на угощение.
Он наклонился, принюхался — и глаза его радостно вспыхнули.
Он наклонился, принюхался — и глаза его радостно вспыхнули.
— Ски-и-и... — маленький Скиталец тоже с любопытством подплыл понюхать.
— Ски-и-и... — маленький Скиталец тоже с любопытством подплыл понюхать.
Но тут же вернулся на своё законное место — на голову к хозяйке — и уставился на Небесную Ясновидящую Летучую Мышь.
Но тут же вернулся на своё законное место — на голову к хозяйке — и уставился на Небесную Ясновидящую Летучую Мышь.
Было очевидно: фрукты его интересовали куда меньше, чем новый знакомый.
Было очевидно: фрукты его интересовали куда меньше, чем новый знакомый.
Цяо Сан смотрела на лежащие перед ней плоды и чувствовала себя неуютно.
Цяо Сан смотрела на лежащие перед ней плоды и чувствовала себя неуютно.
«Дожила: фруктов не узнаю...»
«Дожила: фруктов не узнаю...»
«Как же они называются-то...»
«Как же они называются-то...»
Впрочем, винить себя особо не за что. В этом мире фруктов — видимо-невидимо. В разных районах, разных странах, на разных планетах растут свои, местные.
Впрочем, винить себя особо не за что. В этом мире фруктов — видимо-невидимо. В разных районах, разных странах, на разных планетах растут свои, местные.
А она, по сути, ела только то, что водится в провинции Юйхуа.
А она, по сути, ела только то, что водится в провинции Юйхуа.
Заместитель директора — воспитатель A-ранга. Денег у него куры не клюют. Купить себе редких фруктов из других мест на закуску — плёвое дело.
Заместитель директора — воспитатель A-ранга. Денег у него куры не клюют. Купить себе редких фруктов из других мест на закуску — плёвое дело.
Но, хоть она их и не знает, показывать свою неосведомлённость перед ним нельзя ни в коем случае.
Но, хоть она их и не знает, показывать свою неосведомлённость перед ним нельзя ни в коем случае.
— Спасибо, господин заместитель директора, — сказала Цяо Сан и, взяв один красный плод, с самым невинным видом поднесла его ко рту.
— Спасибо, господин заместитель директора, — сказала Цяо Сан и, взяв один красный плод, с самым невинным видом поднесла его ко рту.
— Р-р. — Огнезубый Пёс радостно тявкнул, схватил лапой такой же и тоже собрался отправить его в пасть.
— Р-р. — Огнезубый Пёс радостно тявкнул, схватил лапой такой же и тоже собрался отправить его в пасть.
— Погодите! — обычно невозмутимый Лю Яо вдруг взвизгнул на октаву выше.
— Погодите! — обычно невозмутимый Лю Яо вдруг взвизгнул на октаву выше.
Цяо Сан вздрогнула:
Цяо Сан вздрогнула:
— А? Что случилось?
— А? Что случилось?
— Р-р? — Огнезубый Пёс замер, хлопая глазами, и застыл с плодом у самой пасти.
— Р-р? — Огнезубый Пёс замер, хлопая глазами, и застыл с плодом у самой пасти.
У Лю Яо дёрнулся глаз.
У Лю Яо дёрнулся глаз.
— Это... это десять тысяч огненных плодов, — с расстановкой пояснил он. — Плод, который могут есть только питомцы огненного типа.
— Это... это десять тысяч огненных плодов, — с расстановкой пояснил он. — Плод, который могут есть только питомцы огненного типа.
И, словно этого было недостаточно, добавил:
И, словно этого было недостаточно, добавил:
— Людям — нельзя.
— Людям — нельзя.
Цяо Сан: «...»
Цяо Сан: «...»
«Вот это, наверное, и называется «смерть от позора»...»
«Вот это, наверное, и называется «смерть от позора»...»
— Ха-ха, да я знаю, — выдавила она нервный смешок. — На, Я-Сокровище, ешь.
— Ха-ха, да я знаю, — выдавила она нервный смешок. — На, Я-Сокровище, ешь.
И с этими словами ловко запихнула плод прямо в пасть Огнезубому Псу.
И с этими словами ловко запихнула плод прямо в пасть Огнезубому Псу.
— Р-р... — именно так.
— Р-р... — именно так.
Пёс, застигнутый врасплох, инстинктивно прожевал.
Пёс, застигнутый врасплох, инстинктивно прожевал.
— Р-р!
— Р-р!
«Вкуснотища!»
«Вкуснотища!»
«И энергия внутри прямо закипает! Кажется, её становится больше!»
«И энергия внутри прямо закипает! Кажется, её становится больше!»
Проглотив первый плод, Огнезубый Пёс мгновенно отправил в рот и тот, что держал в лапе.
Проглотив первый плод, Огнезубый Пёс мгновенно отправил в рот и тот, что держал в лапе.
— Ха-ха, не торопись, не спеши, тут ещё много, — продолжала нервно хихикать Цяо Сан, поднося ко рту пса следующий красный шарик.
— Ха-ха, не торопись, не спеши, тут ещё много, — продолжала нервно хихикать Цяо Сан, поднося ко рту пса следующий красный шарик.
Лю Яо: «...»
Лю Яо: «...»
— Мне только что звонила учитель А Вэнь, — наконец перешёл он к делу. — Сказала, что у твоего Огнезубого Пса энергетический показатель — 13 966.
— Мне только что звонила учитель А Вэнь, — наконец перешёл он к делу. — Сказала, что у твоего Огнезубого Пса энергетический показатель — 13 966.
Цяо Сан опешила.
Цяо Сан опешила.
«Неужели заместитель директора вызвал меня, потому что мой пёс такой крутой?»
«Неужели заместитель директора вызвал меня, потому что мой пёс такой крутой?»
— Угу, — промычала она, продолжая кормить Я-Сокровище.
— Угу, — промычала она, продолжая кормить Я-Сокровище.
— А ты знаешь, каков нормальный диапазон энергии для питомца начальной формы? — спросил Лю Яо.
— А ты знаешь, каков нормальный диапазон энергии для питомца начальной формы? — спросил Лю Яо.
«Так и есть. Похоже, энергия моего пса выходит за общепринятые рамки».
«Так и есть. Похоже, энергия моего пса выходит за общепринятые рамки».
Цяо Сан мгновенно всё поняла.
Цяо Сан мгновенно всё поняла.
Но паниковать не стала. Ну, превышает его энергия норму — и что это значит?
Но паниковать не стала. Ну, превышает его энергия норму — и что это значит?
«Что он у меня исключительный!»
«Что он у меня исключительный!»
— Пятнадцать тысяч? — ляпнула она первое, что пришло в голову.
— Пятнадцать тысяч? — ляпнула она первое, что пришло в голову.
Лю Яо, помешивая пробирку, спокойно, но твёрдо произнёс:
Лю Яо, помешивая пробирку, спокойно, но твёрдо произнёс:
— От одного до десяти тысяч. В норме питомец начальной формы, достигая показателя в 10 000, эволюционирует.
— От одного до десяти тысяч. В норме питомец начальной формы, достигая показателя в 10 000, эволюционирует.
— А тем, кому для эволюции нужны дополнительные условия, просто не позволяют превысить этот барьер, и они ищут пути его прорыва.
— А тем, кому для эволюции нужны дополнительные условия, просто не позволяют превысить этот барьер, и они ищут пути его прорыва.
— Однако... на всякое правило есть исключение.
— Однако... на всякое правило есть исключение.

Комментарии

Загрузка...