Того, что Пустынный Лис Е Жаньжань окажется таким резвым, Цяо Сан ну никак не ожидала. Но, осознав это, она вдруг выдохнула с заметным облегчением.
Того, что Пустынный Лис Е Жаньжань окажется таким резвым, Цяо Сан ну никак не ожидала. Но, осознав это, она вдруг выдохнула с заметным облегчением.
Две с лишним сотни питомцев, а её Огнезубый Пёс стартует вторым. Уж теперь-то последнее место им точно не грозит.
Две с лишним сотни питомцев, а её Огнезубый Пёс стартует вторым. Уж теперь-то последнее место им точно не грозит.
А тем временем Я-Сокровище, на которого только что надели жёлтую эстафетную ленту, пулей вылетел вперёд.
А тем временем Я-Сокровище, на которого только что надели жёлтую эстафетную ленту, пулей вылетел вперёд.
— Ски! Ски! — маленький Скиталец отчаянно скандировал, подбадривая брата.
— Ски! Ски! — маленький Скиталец отчаянно скандировал, подбадривая брата.
И, не переставая кричать, поплыл следом.
И, не переставая кричать, поплыл следом.
Цяо Сан, не будь дура, мигом сцапала его и вернула на место.
Цяо Сан, не будь дура, мигом сцапала его и вернула на место.
— Ски? — в глазах малыша застыло неподдельное недоумение.
— Ски? — в глазах малыша застыло неподдельное недоумение.
— Не трать силы попусту, — строго сказала Цяо Сан. — Шестой этап на тебе. Мы прямо сейчас отправимся к реке Люян и будем ждать там Я-Сокровище.
— Не трать силы попусту, — строго сказала Цяо Сан. — Шестой этап на тебе. Мы прямо сейчас отправимся к реке Люян и будем ждать там Я-Сокровище.
Слова эти были лишь наполовину правдивы. Вернее, первая половина — ложь, вторая — истина. На шестой этап она, если честно, никаких надежд не возлагала.
Слова эти были лишь наполовину правдивы. Вернее, первая половина — ложь, вторая — истина. На шестой этап она, если честно, никаких надежд не возлагала.
Бежать следом за питомцем было делом немыслимым. Третий этап находился аж в десяти километрах отсюда, на реке Люян. С её-то хилыми ручками и ножками она и до середины, поди, не добежит — сдуется раньше времени.
Бежать следом за питомцем было делом немыслимым. Третий этап находился аж в десяти километрах отсюда, на реке Люян. С её-то хилыми ручками и ножками она и до середины, поди, не добежит — сдуется раньше времени.
К тому же, по правилам марафона, сопровождать бегунов запрещалось. На дистанции работали профессиональные медики и техподдержка, эвакуация была организована на совесть.
К тому же, по правилам марафона, сопровождать бегунов запрещалось. На дистанции работали профессиональные медики и техподдержка, эвакуация была организована на совесть.
Любое сопровождение лишь создало бы ненужную суматоху, нарушило порядок и привело бы к хаосу.
Любое сопровождение лишь создало бы ненужную суматоху, нарушило порядок и привело бы к хаосу.
Цяо Сан проводила взглядом скрывшегося вдали Огнезубого Пса.
Цяо Сан проводила взглядом скрывшегося вдали Огнезубого Пса.
«Я-Сокровище, мы с тобой... только духом!»
«Я-Сокровище, мы с тобой... только духом!»
«Давай, жми!»
«Давай, жми!»
...
...
Огнезубый Пёс нёсся вперёд, выкладываясь по полной.
Огнезубый Пёс нёсся вперёд, выкладываясь по полной.
Он отчётливо помнил наказ хозяйки: «Держись за основной группой». Только вот беда — никакой основной группы впереди и в помине не было. Ни единого соперника.
Он отчётливо помнил наказ хозяйки: «Держись за основной группой». Только вот беда — никакой основной группы впереди и в помине не было. Ни единого соперника.
Тут он вспомнил про Шестищупальцевую Улитку, которая стартовала чуть раньше.
Тут он вспомнил про Шестищупальцевую Улитку, которая стартовала чуть раньше.
— Р-р!
— Р-р!
Пёс прибавил ходу.
Пёс прибавил ходу.
«Значит, буду держаться за той улиткой!»
«Значит, буду держаться за той улиткой!»
Сколько он так пробежал — время потеряло счёт.
Сколько он так пробежал — время потеряло счёт.
Огнезубый Пёс, тяжело переставляя лапы, из последних сил тащил себя вперёд.
Огнезубый Пёс, тяжело переставляя лапы, из последних сил тащил себя вперёд.
О каком беге речь — идти-то еле мог.
О каком беге речь — идти-то еле мог.
Марафон для питомцев, хоть и отличался от человеческого, в главном оставался тем же изнурительным испытанием на выносливость, требующим колоссальных затрат энергии.
Марафон для питомцев, хоть и отличался от человеческого, в главном оставался тем же изнурительным испытанием на выносливость, требующим колоссальных затрат энергии.
Да, питомцы могли использовать свои способности и навыки, чтобы ускориться и добавить зрелищности. Но полагаться на них постоянно было просто нереально.
Да, питомцы могли использовать свои способности и навыки, чтобы ускориться и добавить зрелищности. Но полагаться на них постоянно было просто нереально.
Чрезмерная трата энергии могла привести к тому, что питомец выдохнется, даже не добравшись до финиша.
Чрезмерная трата энергии могла привести к тому, что питомец выдохнется, даже не добравшись до финиша.
Поэтому опытные участники чередовали обычный бег с кратковременными рывками, используя навыки, чтобы подстегнуть скорость.
Поэтому опытные участники чередовали обычный бег с кратковременными рывками, используя навыки, чтобы подстегнуть скорость.
А перед самой финишной чертой выкладывались по полной, задействуя свои коронные приёмы. Именно так и поступил Пустынный Лис Е Жаньжань.
А перед самой финишной чертой выкладывались по полной, задействуя свои коронные приёмы. Именно так и поступил Пустынный Лис Е Жаньжань.
Но Огнезубый Пёс этого не знал. С самого старта он рвал жилы, не жалея сил.
Но Огнезубый Пёс этого не знал. С самого старта он рвал жилы, не жалея сил.
Поначалу всё шло неплохо, но как только он сбавил темп, его одну за другой начали обгонять десятки питомцев.
Поначалу всё шло неплохо, но как только он сбавил темп, его одну за другой начали обгонять десятки питомцев.
Однако пёс не был дураком.
Однако пёс не был дураком.
Кое-чему он научился, наблюдая за соперниками, и тоже принялся использовать навыки, чтобы ускориться.
Кое-чему он научился, наблюдая за соперниками, и тоже принялся использовать навыки, чтобы ускориться.
«Пламенный рывок», «стремительный таран» — всё пошло в ход.
«Пламенный рывок», «стремительный таран» — всё пошло в ход.
Но силы быстро иссякли.
Но силы быстро иссякли.
Огнезубый Пёс не проходил специальной подготовки. В последнее время он упорно тренировал навыки, и только.
Огнезубый Пёс не проходил специальной подготовки. В последнее время он упорно тренировал навыки, и только.
Те несколько кругов, что он наматывал вокруг ручья Люганьси, для настоящего марафона были что слону дробина.
Те несколько кругов, что он наматывал вокруг ручья Люганьси, для настоящего марафона были что слону дробина.
По физической подготовке он, возможно, и выделялся среди питомцев своего ранга, но до марафонских стандартов ему было далеко.
По физической подготовке он, возможно, и выделялся среди питомцев своего ранга, но до марафонских стандартов ему было далеко.
Палящее солнце нещадно пекло землю.
Палящее солнце нещадно пекло землю.
Даже Огнезубый Пёс, обычно не боявшийся жары, чувствовал, как его поджаривают заживо.
Даже Огнезубый Пёс, обычно не боявшийся жары, чувствовал, как его поджаривают заживо.
Высунув язык, он тяжело дышал. Воздуха катастрофически не хватало. Лапы налились свинцом — их приходилось переставлять с неимоверным трудом, словно на них снова нацепили утяжелители.
Высунув язык, он тяжело дышал. Воздуха катастрофически не хватало. Лапы налились свинцом — их приходилось переставлять с неимоверным трудом, словно на них снова нацепили утяжелители.
— Р-р, — выдохнул пёс почти беззвучно. В горле пересохло, словно там полыхал пожар.
— Р-р, — выдохнул пёс почти беззвучно. В горле пересохло, словно там полыхал пожар.
И тут он вспомнил слова хозяйки про воду.
И тут он вспомнил слова хозяйки про воду.
Он огляделся по сторонам в поисках столиков с водой, но ничего не обнаружил.
Он огляделся по сторонам в поисках столиков с водой, но ничего не обнаружил.
«Неужели ещё не скоро?»
«Неужели ещё не скоро?»
Перед глазами заплясали искры, всё поплыло. И впервые в жизни в голову закралась мысль: «А может, бросить всё к чёртовой матери?»
Перед глазами заплясали искры, всё поплыло. И впервые в жизни в голову закралась мысль: «А может, бросить всё к чёртовой матери?»
Как же тяжело...
Как же тяжело...
До чего же тяжело...
До чего же тяжело...
— Хрю-у!
— Хрю-у!
Мимо, подпрыгивая на ходу, протрусил Шаропрыг.
Мимо, подпрыгивая на ходу, протрусил Шаропрыг.
Хвост у него, словно пружина, заканчивался серым шаром. На боку болтался стартовый номер A099.
Хвост у него, словно пружина, заканчивался серым шаром. На боку болтался стартовый номер A099.
Выпрямив хвост, он коснулся земли этим самым шаром и, используя его как пружину, в мгновение ока обогнал Огнезубого Пса.
Выпрямив хвост, он коснулся земли этим самым шаром и, используя его как пружину, в мгновение ока обогнал Огнезубого Пса.
— Хрю, — Шаропрыг не стал уноситься прочь. Он обернулся, самодовольно хрюкнул и, в насмешку, вытянул свой крошечный средний палец.
— Хрю, — Шаропрыг не стал уноситься прочь. Он обернулся, самодовольно хрюкнул и, в насмешку, вытянул свой крошечный средний палец.
— Р-р! — в Огнезубом Псе вскипела ярость.
— Р-р! — в Огнезубом Псе вскипела ярость.
Он хотел зарычать на обидчика, но из глотки вырвался лишь слабый хрип, который слышал только он сам.
Он хотел зарычать на обидчика, но из глотки вырвался лишь слабый хрип, который слышал только он сам.
Наблюдая, как Шаропрыг, довольно подпрыгивая, удаляется прочь, пёс почувствовал, как внутри закипает пламя, готовое вырваться наружу и броситься в погоню.
Наблюдая, как Шаропрыг, довольно подпрыгивая, удаляется прочь, пёс почувствовал, как внутри закипает пламя, готовое вырваться наружу и броситься в погоню.
Но тело отказывалось подчиняться.
Но тело отказывалось подчиняться.
Порыв был слишком силён, а ослабевшие лапы не выдержали. Сделав пару шагов, Огнезубый Пёс пошатнулся и рухнул наземь.
Порыв был слишком силён, а ослабевшие лапы не выдержали. Сделав пару шагов, Огнезубый Пёс пошатнулся и рухнул наземь.
В забытьи ему почудилось, будто хозяйка зовёт его по имени.
В забытьи ему почудилось, будто хозяйка зовёт его по имени.
«Я-Сокровище».
«Я-Сокровище».
Вообще-то он не слишком жаловал это имя — ни капли в нём пафоса. Но что поделать, если хозяйке нравится.
Вообще-то он не слишком жаловал это имя — ни капли в нём пафоса. Но что поделать, если хозяйке нравится.
Если он сейчас тут сдастся и ляжет костьми, она, наверное, очень расстроится.
Если он сейчас тут сдастся и ляжет костьми, она, наверное, очень расстроится.
И младший... младший ведь тоже ждёт от него эстафетную ленту.
И младший... младший ведь тоже ждёт от него эстафетную ленту.
В душе пса шевельнулась горькая обида на самого себя.
В душе пса шевельнулась горькая обида на самого себя.
Хозяйка в него так верит, сказала, что будет ждать у реки Люян... А если он не доберётся?..
Хозяйка в него так верит, сказала, что будет ждать у реки Люян... А если он не доберётся?..
«Встать... надо встать и бежать дальше...»
«Встать... надо встать и бежать дальше...»
Внутри Огнезубого Пса крошечная, еле теплившаяся искра вдруг разгорелась, превратившись в живой язычок пламени. Миг — и пламя это вспыхнуло, охватив пса с головы до пят алым, бушующим огнём.
Внутри Огнезубого Пса крошечная, еле теплившаяся искра вдруг разгорелась, превратившись в живой язычок пламени. Миг — и пламя это вспыхнуло, охватив пса с головы до пят алым, бушующим огнём.
— Тут Огнезубый Пёс, похоже, выдохся. Срочно высылайте... Мать честная! — дежурный из группы поддержки от неожиданности подскочил на месте.
— Тут Огнезубый Пёс, похоже, выдохся. Срочно высылайте... Мать честная! — дежурный из группы поддержки от неожиданности подскочил на месте.
— Ты чего там? Что стряслось? — всполошился голос в трубке.
— Ты чего там? Что стряслось? — всполошился голос в трубке.
— Да нет, ничего. Просто один Огнезубый Пёс, который только что валялся без сил, вдруг весь полыхнул... Видать, «Бушующее пламя» сработало. И р-раз — как сиганёт! Я первый раз вижу, чтоб у огненного питомца во время марафона такая способность активировалась, — всё ещё не до конца придя в себя, объяснил оператор.
— Да нет, ничего. Просто один Огнезубый Пёс, который только что валялся без сил, вдруг весь полыхнул... Видать, «Бушующее пламя» сработало. И р-раз — как сиганёт! Я первый раз вижу, чтоб у огненного питомца во время марафона такая способность активировалась, — всё ещё не до конца придя в себя, объяснил оператор.
Зрелище было то ещё: лежачий больной встаёт и, как ни в чём не бывало, начинает выделывать сальто с разбегу.
Зрелище было то ещё: лежачий больной встаёт и, как ни в чём не бывало, начинает выделывать сальто с разбегу.
...
...
Река Люян.
Река Люян.
Цяо Сан смотрела, как Шаропрыг, подпрыгивая на хвосте, резво скачет к месту передачи третьего этапа, и не могла сдержать восхищённого вздоха:
Цяо Сан смотрела, как Шаропрыг, подпрыгивая на хвосте, резво скачет к месту передачи третьего этапа, и не могла сдержать восхищённого вздоха:
— Ну и хвост! Прямо создан для таких соревнований!
— Ну и хвост! Прямо создан для таких соревнований!
— А по-моему, у Снежной Лисички приёмчик покруче будет, — возразила Е Жаньжань. — Она свои подушечки на лапах ледяными шариками облепила и на них прикатила. Интересно, как до такого додумалась?
— А по-моему, у Снежной Лисички приёмчик покруче будет, — возразила Е Жаньжань. — Она свои подушечки на лапах ледяными шариками облепила и на них прикатила. Интересно, как до такого додумалась?
— Летом-то, сама понимаешь, земля пышет жаром, — рассудила Цяо Сан. — Эти шарики мигом растают. Так, разве что передохнуть чуток. Но чувствуется школа — с балансом у неё полный порядок.
— Летом-то, сама понимаешь, земля пышет жаром, — рассудила Цяо Сан. — Эти шарики мигом растают. Так, разве что передохнуть чуток. Но чувствуется школа — с балансом у неё полный порядок.
— В марафоне главное — придумать мало-мальски экономичный план, чтобы передохнуть в середине дистанции, — усмехнулась Е Жаньжань. — А всё остальное решают физическая подготовка и выносливость.
— В марафоне главное — придумать мало-мальски экономичный план, чтобы передохнуть в середине дистанции, — усмехнулась Е Жаньжань. — А всё остальное решают физическая подготовка и выносливость.
Цяо Сан помолчала, потом спросила:
Цяо Сан помолчала, потом спросила:
— А если у кого-то такого плана нет?
— А если у кого-то такого плана нет?
Е Жаньжань на секунду задумалась:
Е Жаньжань на секунду задумалась:
— То есть полагаться только на силу и выносливость? Да быть не может. Это ж сколько сил надо угробить! К марафону питомцев все готовят хоть какую-то стратегию. Я ещё не встречала такого придурка, который припёрся бы без подготовки.
— То есть полагаться только на силу и выносливость? Да быть не может. Это ж сколько сил надо угробить! К марафону питомцев все готовят хоть какую-то стратегию. Я ещё не встречала такого придурка, который припёрся бы без подготовки.
Цяо Сан: «...»
Цяо Сан: «...»
«Хм, придурок — это я».
«Хм, придурок — это я».
— Ски! Ски! — вдруг радостно заверещал маленький Скиталец, тыча пальцем вдаль.
— Ски! Ски! — вдруг радостно заверещал маленький Скиталец, тыча пальцем вдаль.
Цяо Сан перевела взгляд на трассу.
Цяо Сан перевела взгляд на трассу.
По дистанции, окутанная языками пламени, стремительно неслась фигура. Словно красная молния, она с жужжащим свистом пронеслась мимо и остановилась лишь тогда, когда обогнала уже почти добравшегося до финиша Шаропрыга.
По дистанции, окутанная языками пламени, стремительно неслась фигура. Словно красная молния, она с жужжащим свистом пронеслась мимо и остановилась лишь тогда, когда обогнала уже почти добравшегося до финиша Шаропрыга.

Комментарии

Загрузка...