Глава 195

Дитя дурных кровей
Дело семьи Меноа было запутанным.
Ложь переплеталась с фактами, а не связанные друг с другом события и явления затуманивали взор. Истина тонула где-то на самой глубине.
Любой, кто обожает интриги и заговоры, счел бы текущее положение семьи Меноа весьма притягательным.
« Члены семьи Меноа не могут доверять друг другу. »
По этой причине даже простые проблемы не решались, а разрастались до немыслимых масштабов. Со стороны все казалось очевидным. Действительно так.
« Но таджируны из семьи Меноа заносят в список подозреваемых всех, кроме самих себя. »
Когда подозреваемых так много, дело окутывается тайной. Группа, лишенная доверия, легко рушится из-за малейшего инцидента.
« Озмер не убивал своего отца. »
В этом я был почти уверен. Если бы виновником был Озмер, все не стало бы так сложно.
« Напротив, Озмер убежден, что его отца убил кто-то из братьев. »
Вот почему ситуация запуталась. Вопросы наследства также могли вносить неразбериху.
« Если настоящий преступник не будет найден даже после тщательного расследования, наследство останется замороженным. Возможно, его пожертвуют на благотворительность из-за каких-нибудь кабальных условий в завещании. »
На мой взгляд, Озмер был в большем замешательстве, чем кто-либо другой. Он внезапно стал главой семьи, а изгнанный Джафар превратился в угрозу и начал оказывать на него давление.
У Озмера нет прочной опоры во власти, поэтому он будет подозревать каждого в своем окружении. Еще труднее принять мысль, что один из братьев, скорее всего, и убил отца.
Более того, в семье Меноа могут одновременно плестись и другие интриги, о которых я даже не догадываюсь.
Я закончил размышлять и открыл глаза. Все равно ничего не было видно.
« Внезапное отключение электричества. »
На материнском корабле Меноа пропало питание. Для судна такого размера немыслимо потерять энергию в один миг. Здесь должно быть множество аварийных и резервных источников питания.
« Кто-то, кто хорошо знаком с внутренним устройством, намеренно обесточил корабль. »
Я прислушался. Со стороны кухни донесся резкий лязг металла.
Клац! Клац! Клац!
В камбузе находились люди, вооруженные и готовые к бою.
Я активировал слуховое зрение и оценил обстановку. Как я и ожидал, в камбузе затаились хорошо обученные солдаты.
« Заняли укрытия в подходящих местах с оружием наготове. Оборона камбуза... »
Я нахмурился. Дурная мысль промелькнула в голове.
Та-анг!
Эхо выстрела разнеслось по помещению.
— Кха!
Пуля прошила стажера охраны. Мальчишка-человек схватился за рану, ничего не понимая.
Бам! Тра-та-та-та!
Посыпались искры, и вспышки выстрелов на мгновение осветили камбуз и обеденный зал. Солдаты из кухни открыли огонь по кадетам в столовой.
Хрясь!
Я вырвал металлический стол и использовал его как щит. Беспорядочный дождь из пуль хлынул во всех направлениях.
« ...Озмер все-таки принял смелое решение. »
Кусочки пазла быстро сложились в моей голове.
« Озмер планирует сфабриковать инцидент, выдав все за восстание и бунт рабов. »
Материнский корабль поврежден в ходе восстания рабов, во время которого тело бывшего главы семьи было осквернено. Отличный предлог.
— Что это? Ка-а-ак!
Началось сопротивление атаке из камбуза. Удивительно, но во главе сопротивления встал капитан эквестианской гвардии. Гвардейцы отбивались от нападавших коллег, имея при себе лишь пистолеты и кинжалы.
Командир эквестианской гвардии, похоже, не был предупрежден. На него напали его же собственные люди.
« Решили принести в жертву даже капитана телохранителей. Только так история станет убедительной. »
Оправдание Озмера четко прорисовалось в моих мыслях. Капитан гвардии, несколько мятежных подчиненных, стажеры и рабы предприняли попытку восстания. С таким объяснением неудивительно, что тело главы пострадало.
Поскольку это произошло сразу после смерти предыдущего лидера, было удобно сослаться на внезапное падение верности.
« Они совсем не похожи на Королевскую Гвардию... »
Глупо было с моей стороны сравнивать их.
Я перевел дыхание. Нельзя поддаваться эмоциям. Здесь нет ничего, что стоило бы моих чувств. Это рабы, а не люди. Есть ли смысл злиться на собак или свиней?
Если бы Королевской Гвардии Империи приказали вырезать кадетов, многие ли исполнили бы этот приказ?
Гвардейцы тоже обладали фанатичной преданностью, но, по крайней мере, им не было чуждо понятие чести. Для бесчестных миссий и приказов требовалась веская причина.
— Ах вы, проклятые ублюдки! В кого вы стреляете?
Командир эквестианцев сражался с гвардейцами, имея лишь скудное оружие. Он даже не мог нормально уклоняться от выстрелов, потому что прикрывал стажера.
« ...Это приказ не кого-то со стороны, а нынешнего главы семьи, Озмера. »
Судя по ситуации, Озмер не намерен отдавать тело для вскрытия в юридическую контору.
« Озмер думает, что даже юристы будут подозрительны. Нельзя быть уверенным в их беспристрастности. Даже если Озмер не убивал отца, его могут привлечь к ответственности как главного подозреваемого. Если юристы — часть плана другого брата, он окажется беспомощным. »
Я вспомнил свои дни в Империи. Члены семьи Меноа тоже не доверяли друг другу, поэтому они были не способны найти верное решение. Горький вкус.
« Просто понаблюдаю со стороны. »
Я затаил дыхание и стал ждать. Еще не поздно вмешаться, когда все немного утихнет.
Бам!
Пуля свистнула совсем рядом. Один стажер с пробитой головой беспомощно рухнул на пол.
Игнорируй это, Лука. Это рабы. Ни друзья, ни знакомые. Дрогнул бы хоть один из них, если бы я умирал? Ни капли. Они просто прошли бы мимо, как мимо мусора у обочины.
Значит, и мне нужно относиться к ним как к мусору. Хоть они и рабы, они все же солдаты, проходящие боевую подготовку. Раз уж я взял на себя миссию убивать людей, я должен привыкнуть к тому, что смерть всегда рядом.
— Ох, больно. Больно...
Я уставился в сторону хриплого голоса. С каждым выстрелом летели искры, на миг освещая все вокруг.
— Кр-р-рук, кр-р-рук...
Маленький кроулер скреб пол когтями, пуская изо рта кровавые пузыри. Рана от пули, должно быть, была смертельной, и кровь уже обильно заливала пол под его животом.
С-с-с...
Миска, упавшая во время конвульсий кроулера, перевернулась, и овощи рассыпались по полу.
« ...Совсем ребенок. »
Не думаю, что я должен кого-то защищать только потому, что он мал. И взрослые, и дети равны перед лицом вселенной. Мир одинаково жестоко угнетает и тех, и других.
Если детей нужно защищать из-за их слабости, то и слабые взрослые должны получать такое же отношение. Нет никакой логической причины защищать именно ребенка.
« Ее не существует. »
Но я человек.
К сожалению, людям становится грустно и гневно, когда они видят мимолетную смерть ребенка, и они неохотно идут на детоубийство. Даже если это не их раса.
В памяти всплыло прошлое. Первый пользователь Силы, которого я встретил, убрал руку, не став убивать меня. Даже умирая от моих рук, он не лишил меня будущего.
« Причина, по которой мы защищаем детей, а не убиваем их, даже находясь в таком же положении. »
В этом нет великих убеждений или философии. Это просто проявление слабого инстинкта и жалости.
Ладно, Лука. Хватит этого жалкого самооправдания.
Щелк!
Я достал из кармана пистолет с системой автонаведения. Опер ствол о край стола и прицелился.
Пип! Пип! Пип! Пип!
Сетчатка моего глаза вспыхнула, захватывая одну цель за другой. У противников было огнестрельное оружие, но из-за легкого снаряжения на них даже не было шлемов.
Плюх! Плюх!
Я нажимал на спуск раз за разом. Под аккомпанемент выстрелов солдаты в камбузе падали на землю. Несмотря на атаку со стороны незнакомца, они не запаниковали и забились глубже в укрытия.
— Ты сильный, не вздумай сдохнуть.
Я схватил истекающего кровью ребенка-кроулера за загривок и оттащил в сторону. Перевернув его, я увидел серьезную рану в животе. Кровь хлестала так, будто пуля задела крупный сосуд.
— Кх-р-р-р-р-р...
Маленький кроулер посмотрел на меня, испуская прерывистое дыхание. Его глаза были полны слез. Он открывал рот, моля о помощи.
Пшик!
Я вытащил жидкий бинт, залил его в рану кроулера и запечатал ее. Больше я ничем не мог помочь. Теперь все зависело от природной живучести этой расы.
— Малыш, ты кроулер. От такого не умирают. Приди в себя и не закрывай глаза.
С этими словами я снова начал нажимать на спуск пистолета с автонаведением. На этот раз враги укрылись надежно, поэтому трассирующие пули лишь бессильно рикошетили от стен и стальных листов.
« Сосредоточенный огонь по капитану эквестианской гвардии прекратился. »
Атака рассредоточилась из-за меня. Капитан эквестианцев едва смог прийти в себя и перевести дух в укрытии. Ранение выглядело очень серьезным, но если он хоть вполовину так хорош, как те гвардейцы, с которыми я сталкивался раньше, он все еще способен сражаться.
— Эквестианец! Если слышишь меня, действуй. Я атакую слева. Ты бери правую сторону и прикрывай меня. Я буду прорываться.
Мне было плевать, услышат враги или нет. Только тогда командир эквестианцев посмотрел на меня и подал знак рукой.
Система сигналов отличалась от имперской, но я интуитивно понял, что он имеет в виду. Я кивнул и приготовился к рывку.
Бам!
Командир эквестианцев высунулся и открыл огонь из пистолета. Несмотря на то что другие солдаты заранее целились в его сторону, скорострельность капитана оказалась выше.
« Не зря он носит звание капитана гвардии. »
Тело эквестианца было покрыто кровью. Он стрелял без колебаний, хотя был ранен почти смертельно.
Все стволы и взгляды сосредоточились на капитане. Я пригнулся, оттолкнулся от пола и бросился вперед.
Маршрут уже давно был проложен в моей голове. В камбузе и столовой было полно мест, где можно укрыться.
Бам!
Посуда и стулья разлетались в щепки или с грохотом падали под градом пуль. Их стрельба не поспевала за моим высокоскоростным маневром.
Тра-та-та-та!
Я влетел в камбуз. Кухонная утварь, в которую я врезался, разлеталась в стороны.
Скрип!
Я затормозил, царапая пол пальцами. Металлическая плитка со скрежетом рвалась под моими протезами.
« Восемь. »
Столько солдат оставалось в камбузе. Я видел их рейтинг опасности и пути ликвидации. Анализ завершился без участия вспомогательных устройств.
Вж-жинг!
Я выбрал Хвагвандо. Свет клинка был тусклым, так как он еще не успел прогреться. Однако его мощи хватало, чтобы разрубить легковооруженного противника.
Я взмахнул мечом.
Чи-и-ик!
Тело ближайшего солдата было рассечено сверху донизу, сопровождаемое слабым жаром. Затем я плавно довернул лезвие и сразил соседа.
Шлеп!
Проведя диагональ от плеча до талии, я вскрыл солдата так, что его внутренности вывалились наружу. Кровь испарялась от жара меча, наполняя воздух тяжелым едким запахом.
Хрясь!
От трения жар Хвагвандо стал еще сильнее.
Бам!
Я пнул центральную стойку, блокируя им обзор. Пуля, предназначенная мне, застряла в кухонном прилавке.
Вж-жух!
Мой клинок пронзил столешницу и вошел прямо в лицо солдату. Острие легко вышло из затылка.
Та-анг!
Из-за того, что я слегка потерял концентрацию, выстрелы показались мне раздражающе долгими.
Дзынь!
Я уже прикрыл боковую часть лица левой рукой. Пуля ударилась в протез и рикошетом ушла в потолок.
Лицо солдата исказилось от изумления.
« Ну что, теперь ты понял? С того момента, как ты подпустил меня вплотную, ты был обречен. »
Хрусть!
Я сомкнул пальцы и вонзил их в шею ближайшего солдата. Когда я с силой разжал кулак, глубоко вошедший в затылок, его горло разорвалось, а голова безжизненно мотнулась.
Свист!
Я схватил обмякшую голову и рванул на себя, словно отрывая ее. А затем швырнул ее в другого солдата.
Шок.
Они выглядели в ужасе от моей жестокости. Если они промедлят хоть мгновение, я успею убить еще одного.
В любом случае, их эмоции не были полностью подавлены. Однако, чтобы убивать коллег, они, видимо, прошли обучение, граничащее с промывкой мозгов.
« Однако... косность мышления, вызванная промывкой мозгов, ведет к снижению боеспособности. »
Дело не в том, что Империи не хватает технологий для промывки мозгов. Просто ограниченное мышление не подобает элитному солдату. Вот почему на первый план выводятся фанатичная преданность и честь.
Промытый солдат хорош в исполнении приказов, но не более того. Именно поэтому семья Меноа не промывает мозги тем, кто находится на уровне капитанов гвардии. Мышление командира всегда должно быть гибким.
Остаток боя прошел настолько легко, что голову заполняли посторонние мысли. Прежде чем я успел опомниться, солдаты в камбузе превратились в горячие трупы, валяющиеся повсюду.
Вжих!
Я крутанул раскаленный Хвагвандо. Жар и марево заполнили воздух.
— Эй, не целься в меня. Давай сначала подлатаем тебя, а?
Я бросил взгляд за пределы камбуза.
Капитан эквестианской гвардии тяжело дышал, наставив на меня пистолет. С каждым его неровным вздохом из уголка рта текла кровь.
— Какова твоя цель? Отключение света на корабле — твоих рук дело?
Естественно, капитан мне не доверял. Ему трудно было понять текущую ситуацию.
« Должно быть, он в полном замешательстве. »
Эквестианец не сводил с меня глаз, ожидая ответа.
— Твой хозяин Озмер... пытался сфабриковать восстание рабов, используя тебя как жертву. Если немного подумаешь, сам поймешь. Гвардейцы нападут на тебя только по приказу своего господина. Ты готов защищать хозяина, который тебя выкинул?
Мои слова дошли до него с задержкой из-за переводчика. Лицо капитана исказилось, я увидел, как его пальцы дрогнули на спусковом крючке.
Даже после предательства гвардеец-эквестианец попытался атаковать меня ради своего господина.
Бам!
Моя рука сработала первой. Я быстро выхватил пистолет с автонаведением и выстрелил. Командир гвардии, и без того тяжело раненный, не смог увернуться даже от одиночного выстрела.
Глухой удар.
Капитан эквестианской гвардии с пробитой головой опустился на колени и завалился вперед.
« Все-таки ты всего лишь раб. »
Я нахмурился и уставился на павшего воина.
— Ха...
Убрав Хвагвандо, я сел на кухонную стойку, которая осталась целой, и перевел дух. Повсюду лежали трупы. Слышались стоны кадетов, страдающих от пулевых ранений.
Хрум!
Я взял лежащую рядом морковку и начал жевать. Я был так зол, что мне хотелось что-нибудь разгрызть.
Щелк!
Кошмар в темноте закончился, свет вернулся.
Пшик!
Дверь столовой снова открылась.
— Хо-хо.
Первым вошел Джафар, издав тонкий смешок. За ним следовали пятеро вооруженных наемников-эквестианцев.
Увидев Джафара, я окончательно убедился в своей правоте.
Мне казалось странным, что виновником был Озмер или другой таджирун. Прибыль была нестабильной, а для таджируна планирование и процесс были слишком топорными. Детальные внутренние обстоятельства мне были неизвестны из-за нехватки информации, но одно ясно точно.
« Всей этой ситуацией манипулировал Джафар. Таджируны из семьи Меноа действовали согласно его намерениям. »
То, что свет погас именно тогда, когда я был в столовой, не было случайностью.
— Джаппа, я сказал, что помогу тебе. Но я не говорил, что ты можешь меня использовать.
Произнес я, подняв лохматую голову.
— Господин Лука, между нами, кажется, возникло недопонимание. Мы не друзья. Виноват тот, кто позволил себя использовать. Разве я жаловался и винил вас, когда вы использовали меня в своих целях? Я лишь просил тратить поменьше денег.
Произнес Джафар, постукивая своими длинными ногтями. Я невольно рассмеялся.
« Снова я оказался мягкотелым идиотом. »
Джафар и наемники прошли мимо меня к холодильнику внутри камбуза. Джафар, должно быть, давно знал, что тело его отца находится там.
Скрежет!
Наемники вошли в холодильную камеру. Они избавятся от тела по приказу Джафара.
Тук!
Джафар присел рядом со мной. Похоже, у нас еще было время до прихода других таджирунов.
— Господин Лука, вы, должно быть, уже заметили неоднородность и искусственность ситуации внутри семьи Меноа. Без такой проницательности вы бы не смогли поймать Кинуана. Этот план был подготовлен давным-давно вместе с ним. Перед уходом Кинуан рассказал мне, как отомстить семье Меноа.
— Неужели все это месть за указ об изгнании?
— Нет. На это у меня нет обид. Я не подходил семье Меноа. Это другая, личная месть.
Джафар достал из-за пазухи фотографию. На ней был человек, которого я, кажется, уже где-то видел.
— Капитан человеческой гвардии?
Он походил на того капитана, которого я убил в штаб-квартире корпорации Джафара. Но этот выглядел гораздо моложе.
— Это брат-близнец погибшего капитана гвардии. И он был моим любовником. Меня выгнали за нарушение табу. За связь с рабом. Мне... нравятся человеческие мужчины.
Я слегка отодвинулся, чтобы увеличить дистанцию между собой и Джафаром.

Комментарии

Загрузка...