Гости, прибывшие раньше, уже вручили свои подношения господину Хуану, и тот каждому пожимал руку в знак благодарности. Зал полнился пожеланиями и светской беседой. К этому моменту все присутствующие узнали, кто такой Цзинь Цзэ.
Человек, столь близкий к самому богатому бизнесмену города и лично представленный его лучшему другу... Вывод напрашивался сам собой: с этим парнем нужно дружить. Связи – вещь тонкая, порой достаточно одного удачного посредника. А наладить контакт с Цзинь Цзэ – это всё равно что подступиться к самому Хуан Шаню!
Именно ради такой возможности предприниматели лезли вон из кожи, стремясь попасть на этот банкет. Какой бизнесмен не мечтает вывести своё дело на новый уровень?
Вскоре посыпался град визиток. Цзинь Цзэ едва успевал их принимать, выслушивая дежурные комплименты:
— Молодой человек, вы просто образец благородства и таланта!
Он вежливо и почтительно принимал каждую карточку обеими руками, отвечая неизменным:
— Что вы, вы мне льстите, уважаемые предшественники.
Разглядывая должности и названия компаний на плотной бумаге, Цзинь Цзэ вновь ощутил легкий шок. Здесь собрались все сливки общества Драконьего города! И только благодаря господину Хуану эти люди держались с ним так скромно и предупредительно. В этом и заключалась магия власти и денег.
В этот миг внутри него окончательно пробудилось честолюбие, а сама аура Цзинь Цзэ неуловимо изменилась. Впрочем, никто этого не заметил. С «Небесной Системой» за плечами он верил, что рано или поздно взойдет на самую вершину Китая!
Тут стали подтягиваться важные персоны из числа опоздавших. Раздавая подарки, они наперебой извинялись:
— За столом обязательно выпью три штрафных!
Среди них, конечно, оказались и старые знакомые – семейство Ся. Увидев Ся Говэя, Цзинь Цзэ непроизвольно сощурился, и этот резкий, ледяной взгляд не укрылся от Хуанов и господина Яна. Те синхронно подумали: «Какая кошка пробежала между ними?»
Ся Говэй тоже уставился на него. В его глазах вспыхнула ярость. Он никак не мог взять в толк, как этот нищеброд умудрился оказаться в таком месте. Но раздумывать было некогда: позор, пережитый в бутике Rolex, жег ему душу, и сегодня он твердо решил отыграться.
Началось застолье. Цзинь Цзэ, по праву почетного гостя, усадили за главный стол. Господин Ян хотел было сесть рядом, но толстячок Хуан Ди тут же вклинился:
— Дядя Ян, присаживайтесь по правую руку от папы. А я сяду с братом, мне нужно сегодня хорошенько с ним выпить и, так сказать, поучиться уму-разуму.
Старик Ян с улыбкой уступил место. Он знал этого сорванца с пеленок и прекрасно понимал, что у него на уме.
Стол ломился от изысканных блюд, многих из которых Цзинь Цзэ в жизни не пробовал. В зале стоял звон бокалов и шум оживленных разговоров. Но у самого Цзинь Цзэ аппетита не было. Тем не менее, не желая портить атмосферу в такой торжественный день, он понемногу начал есть.
Хуан Ди заботливо подкладывал ему лучшие куски. Он кожей чувствовал, что брата что-то гложет. Подняв бокал, он произнес:
— Брат, еще раз спасибо тебе за спасение моего старика. Младший брат этого не забудет, в будущем докажу делом.
Цзинь Цзэ потянулся за своим бокалом, и в этот момент из-под манжеты сверкнул хронометр, мгновенно приковавший взгляд Хуан Ди.
— Ох ты ж! — Воскликнул тот. — Брат, это что, Rainbow Daytona? Да еще и серия 0004! Она же больше четырех миллионов стоит!
— Все-таки ты крут, — запричитал Хуан Ди. — То, что ты красавец, я признал сразу, но ты еще и богат запредельно. Чувствую себя на твоем фоне жалким клоуном.
Услышав это, господин Хуан тоже заинтересовался. Сначала он выпил с Цзинь Цзэ, выражая искреннюю признательность, а затем спросил:
— Племянник, увлекаешься часами?
— Так, балуюсь понемногу, — скромно ответил Цзинь Цзэ, почесав затылок.
Этот ответ заставил чету Хуан задуматься о происхождении юноши. Человек, носящий на руке часы за четыре миллиона, не может быть из простой семьи. Но если у него такие возможности, почему они не знают в Драконьем городе никого по фамилии Цзинь? Может, он не местный?
Внезапно Хуан Ди спросил:
— Брат, у тебя терки с этим идиотом Ся Говэем? Ты на него смотрел так, будто живьем съесть хочешь!
Цзинь Цзэ перевел взгляд с сына на отца – оба замерли в предвкушении сплетни. Ситуация была комичной, но, рассудив, что эти люди ему не чужие и заслуживают доверия, он вкратце поведал им всю историю.
Старик Хуан еще в больнице догадывался, что за Цзинь Цзэ тянется какой-то шлейф, но и подумать не мог, что тем самым «разлучником» оказался сын Ся Цзяньтина. Особой дружбы с Ся-старшим он не водил, а Цзинь Цзэ ему явно импонировал. Решив поддержать парня, он произнес:
— Сяо Цзинь, об этой обиде не беспокойся, дядя тебе поможет восстановить справедливость. Кстати, я уже договорился с клиникой за рубежом, на днях Сяоди сопроводит тебя на лечение.
Хуан Ди тут же вставил:
— Брат, пей и ешь в свое удовольствие. А этого выскочку я разделаю так, что родной папа не узнает, выпущу тебе пар, а потом сразу рванем в Штаты.
Цзинь Цзэ был тронут до глубины души. Он и представить не мог, что они уже все организовали. Однако свой секрет он раскрыть не мог, поэтому поднял бокал и сказал:
— Спасибо вам обоим! Но позор, когда уводят жену, смывается лично. Я не могу перекладывать это на чужие плечи. Что же касается болезни... мой дед уже нашел для меня лекарство за границей. Как только он вернется и я его приму, сразу пойду на поправку. Я очень ценю вашу доброту!
С этими словами он осушил бокал.
Это заявление поразило Хуанов. Уже нашел лекарство? Столичные врачи разводили руками, а дед Цзинь Цзэ просто поехал и нашел то, что поставит его на ноги?
«Ну и связи у него, просто невероятно!» – подумали они, ощутив невольный трепет.
— Раз так, — Хуан Шань тоже допил свой напиток, — если что понадобится, только скажи. Твой дядя Хуан сделает всё возможное.
Вскоре потянулась череда предпринимателей, желающих выразить почтение юбиляру. Хуан Ди, продолжая болтать о том о сем, вдруг воодушевился:
— Брат, я тебя с такой красоткой познакомлю! Клянусь, глаз не оторвешь! Настоящая погибель для мужских сердец, краше неё я никого не встречал!
Не успел Цзинь Цзэ вставить и слова, как раздался чей-то резкий, неприятный голос:
— Господин Хуан, младший Ся Говэй приветствует вас! Желаю вам расширять бизнес и покорять новые вершины.
— Только вот не пойму, — продолжал Ся Говэй, — откуда вы знаете этого никчемного Цзинь Цзэ? Этот доходяга вот-вот кони двинет, не стоит держать его рядом – еще принесет вам неудачу. Жена от него сбежала, только бы не заразиться его невезением! Теперь эта крошка со мной.
В зале воцарилась гробовая тишина. Цзинь Цзэ медленно поднялся:
— О! Неужели это мой сынок заговорил? На днях клялся на колени пасть и трижды в пол ударить, моля папочку о пощаде. Что сегодня? Решил перед уважаемыми гостями на банкете выступить, публику развлечь челобитием? Твой настоящий отец рядом стоит, мне такие почести не по чину.
Ся Говэй побагровел и затряс пальцем в сторону оппонента:
— Ты! Ты! Ты!
Цзинь Цзэ небрежно отмахнулся:
— Что «ты»? На людях дар речи потерял? Подобрал поношенные обноски, которые я выбросил, и радуешься. Был бы я твоим отцом, я бы в родовую усыпальницу наведался – проверить, не вскрыл ли её кто.

Комментарии

Загрузка...