Том 1
Том 1
Глава 81: Шок
Глава 81: Шок
Перевод: kedaxx
Перевод: kedaxx
☆
☆
Гребень Малого Камня Сяошилинг был давно уже был переполнен — в горах собрались тысячи людей.
Гребень Малого Камня Сяошилинг был давно уже был переполнен — в горах собрались тысячи людей.
Знатные особы из аристократических кланов заняли свои отведённые места, простолюдины сбивались в кучки, а множество сильных воинов пришли просто посмотреть на сражения.
Знатные особы из аристократических кланов заняли свои отведённые места, простолюдины сбивались в кучки, а множество сильных воинов пришли просто посмотреть на сражения.
Эта каменистая гряда простиралась почти на сотню ли[1]. Холмы, уступы, сухие склоны — ни деревьев, ни ручьёв. Пустошь, что годами служила ареной финальных боёв на Чайных Праздниках.
Эта каменистая гряда простиралась почти на сотню ли[1]. Холмы, уступы, сухие склоны — ни деревьев, ни ручьёв. Пустошь, что годами служила ареной финальных боёв на Чайных Праздниках.
Вокруг всё гудело, все говорили наперебой, обсуждая то одно, то другое — ожидание висело в воздухе, и многие уже не могли сдержать нетерпения.
Вокруг всё гудело, все говорили наперебой, обсуждая то одно, то другое — ожидание висело в воздухе, и многие уже не могли сдержать нетерпения.
В гуще толпы скрывались и соглядатаи из Пяти Дворцов. Им поручили важную задачу — внимательно оценить силу и потенциал десяти лучших учеников, а финальную пятёрку подробно зафиксировать, чтобы немедленно передать отчёты во Дворцы.
В гуще толпы скрывались и соглядатаи из Пяти Дворцов. Им поручили важную задачу — внимательно оценить силу и потенциал десяти лучших учеников, а финальную пятёрку подробно зафиксировать, чтобы немедленно передать отчёты во Дворцы.
Когда прибыли все восемь сект, над горами и равнинами раздались ликующие крики. Толпа всполошилась, тысячи глаз жадно вглядывались в лица прибывших.
Когда прибыли все восемь сект, над горами и равнинами раздались ликующие крики. Толпа всполошилась, тысячи глаз жадно вглядывались в лица прибывших.
Старый Глава Города лично представил зрителям десятерых лучших учеников Чайного Праздника. Не тратя времени на лишние слова, он громко возвестил:
Старый Глава Города лично представил зрителям десятерых лучших учеников Чайного Праздника. Не тратя времени на лишние слова, он громко возвестил:
— Первый раунд — ученики Сферы Боевого Духа, состязание в боевых искусствах!
— Первый раунд — ученики Сферы Боевого Духа, состязание в боевых искусствах!
Цинь Мин первым вышел вперёд, направившись к каменному утёсу высотой в сто метров:
Цинь Мин первым вышел вперёд, направившись к каменному утёсу высотой в сто метров:
— Циньюньцзун, Цинь Мин. Прошу поединка!
— Циньюньцзун, Цинь Мин. Прошу поединка!
— Опять он первый выходит! У парня смелости не занимать!
— Опять он первый выходит! У парня смелости не занимать!
— Девятый Уровень Небес! Он и правда может пробиться в пятёрку!
— Девятый Уровень Небес! Он и правда может пробиться в пятёрку!
— Самый выдающийся ученик этого Праздника — точно он!
— Самый выдающийся ученик этого Праздника — точно он!
— Цин Гэ, вперёд! Цинь Мин ведь только недавно достиг девятого уровня. У него неустойчивый уровень!
— Цин Гэ, вперёд! Цинь Мин ведь только недавно достиг девятого уровня. У него неустойчивый уровень!
— Е Лочжан, не позорь Секту Кровавого Зла! Раздави этого Цинь Мина! Ты ведь гений и гордость своей секты. Что, страшно перед каким-то слугой из Циньюньцзуна?
— Е Лочжан, не позорь Секту Кровавого Зла! Раздави этого Цинь Мина! Ты ведь гений и гордость своей секты. Что, страшно перед каким-то слугой из Циньюньцзуна?
Ученики разных сект живо обсуждали происходящее, кто-то даже смеялся и выкрикивал подначки в сторону Цин Гэ и Е Лочжаня.
Ученики разных сект живо обсуждали происходящее, кто-то даже смеялся и выкрикивал подначки в сторону Цин Гэ и Е Лочжаня.
Оба явно не жаждали сражаться с Цинь Мином, но атмосфера на месте была накалена, и гордость не позволяла отступать.
Оба явно не жаждали сражаться с Цинь Мином, но атмосфера на месте была накалена, и гордость не позволяла отступать.
– Подожди! – остановили их двое учеников.
– Подожди! – остановили их двое учеников.
– Что такое?
– Что такое?
– Смотри туда.
– Смотри туда.
В рядах Циньюньцзуна Тие Шанхэ внезапно вышел вперёд и большими шагами поднялся на каменную гору.
В рядах Циньюньцзуна Тие Шанхэ внезапно вышел вперёд и большими шагами поднялся на каменную гору.
– Циньюньцзун, Тие Шанхэ, вызываю на бой!
– Циньюньцзун, Тие Шанхэ, вызываю на бой!
– А? – Пять старейшин Циньюньцзуна опешили. Почему это Тие Шанхэ вышел?
– А? – Пять старейшин Циньюньцзуна опешили. Почему это Тие Шанхэ вышел?
Учеников восьми сект охватило удивление — с чего вдруг они начали сражение между собой?
Учеников восьми сект охватило удивление — с чего вдруг они начали сражение между собой?
Это, что, ход Циньюньцзуна, чтобы гарантировать попадание одного из учеников в первую пятёрку?
Это, что, ход Циньюньцзуна, чтобы гарантировать попадание одного из учеников в первую пятёрку?
Вряд ли. Ни Цинь Мин, ни Тие Шанхэ не были такими людьми, и сам Циньюньцзун вряд ли пошёл бы на такой шаг, чтобы подвергнуться критике.
Вряд ли. Ни Цинь Мин, ни Тие Шанхэ не были такими людьми, и сам Циньюньцзун вряд ли пошёл бы на такой шаг, чтобы подвергнуться критике.
– Я говорил в Павильоне Уцзун: хочу испытать твою силу, – Тие Шанхэ стоял на вершине горы, его глаза сверкали, а боевой дух полыхал. Он сорвал с себя рубашку, обнажив стальные мускулы. Он пришёл на Чайный Праздник не за славой, а чтобы бросить вызов сильнейшим из других сект. Цинь Мин пробудил в нём давно угасший боевой дух.
– Я говорил в Павильоне Уцзун: хочу испытать твою силу, – Тие Шанхэ стоял на вершине горы, его глаза сверкали, а боевой дух полыхал. Он сорвал с себя рубашку, обнажив стальные мускулы. Он пришёл на Чайный Праздник не за славой, а чтобы бросить вызов сильнейшим из других сект. Цинь Мин пробудил в нём давно угасший боевой дух.
– Он что, всерьёз?.. – Дин Дянь был ошарашен. Он думал, тот шутит. А он правда вышел!
– Он что, всерьёз?.. – Дин Дянь был ошарашен. Он думал, тот шутит. А он правда вышел!
Чжан Лан и остальные нахмурились и в унисон пробормотали:
Чжан Лан и остальные нахмурились и в унисон пробормотали:
– Два безумца...
– Два безумца...
Цинь Мин пристально посмотрел на Тие Шанхэ, и в его груди тоже вспыхнул пылающий боевой дух.
Цинь Мин пристально посмотрел на Тие Шанхэ, и в его груди тоже вспыхнул пылающий боевой дух.
– Как пожелаешь!
– Как пожелаешь!
– Пока не умрёшь – не отступай! Цинь Мин, не подведи! – закричал Тие Шанхэ, его чёрные волосы вздыбились, а глаза засверкали, как молнии.
– Пока не умрёшь – не отступай! Цинь Мин, не подведи! – закричал Тие Шанхэ, его чёрные волосы вздыбились, а глаза засверкали, как молнии.
Звяк! Его железный клинок словно рассёк саму пустоту, и в одно мгновение таинственная область накрыла стометровую каменную гору. Вся гора дрогнула.
Звяк! Его железный клинок словно рассёк саму пустоту, и в одно мгновение таинственная область накрыла стометровую каменную гору. Вся гора дрогнула.
– Что за мощный меч! – ученики восьми сект пришли в движение. Неужели это и есть истинная сила Тие Шанхэ?
– Что за мощный меч! – ученики восьми сект пришли в движение. Неужели это и есть истинная сила Тие Шанхэ?
– Пробуждение души клинка. Запуск смертоносного намерения, – Тие Шанхэ вновь стал холоден, как прежде, его ледяной голос эхом разнёсся над горой. Глаза его постепенно потемнели, исчезли белки – осталась лишь кромешная тьма. Его боевой дух полыхал, словно живое пламя. Всё его тело словно закипело, и он шёпотом произнёс странные слова:
– Пробуждение души клинка. Запуск смертоносного намерения, – Тие Шанхэ вновь стал холоден, как прежде, его ледяной голос эхом разнёсся над горой. Глаза его постепенно потемнели, исчезли белки – осталась лишь кромешная тьма. Его боевой дух полыхал, словно живое пламя. Всё его тело словно закипело, и он шёпотом произнёс странные слова:
– Цинь Мин... не дай мне остановиться!
– Цинь Мин... не дай мне остановиться!
Чёрный клинок изначально выглядел просто и без изысков, но в следующий миг его окутал чёрный туман — будто бы стая чёрных змей забегала по лезвию.
Чёрный клинок изначально выглядел просто и без изысков, но в следующий миг его окутал чёрный туман — будто бы стая чёрных змей забегала по лезвию.
Глаза Цинь Мина сверкнули двумя холодными огнями, и Древний Меч Даян внезапно задвигался — он был готов к бою.
Глаза Цинь Мина сверкнули двумя холодными огнями, и Древний Меч Даян внезапно задвигался — он был готов к бою.
Железный меч обладал духом, небо задрожало и закрутилось, когда он с грохотом обрушился на Цинь Мина. Ци меча была настолько острой, как тысячи копий, небо словно рассекли чёрные молнии — и эта чернота пробуждала в сердцах тревогу.
Железный меч обладал духом, небо задрожало и закрутилось, когда он с грохотом обрушился на Цинь Мина. Ци меча была настолько острой, как тысячи копий, небо словно рассекли чёрные молнии — и эта чернота пробуждала в сердцах тревогу.
Зрители пришли в волнение, кто-то воскликнул — они что, с ходу дерутся на полную силу?
Зрители пришли в волнение, кто-то воскликнул — они что, с ходу дерутся на полную силу?
Цинь Мин метнул холодный взгляд, поднял меч навстречу и мгновенно выпустил восемнадцать острых потоков ци.
Цинь Мин метнул холодный взгляд, поднял меч навстречу и мгновенно выпустил восемнадцать острых потоков ци.
Один — чёрный, другой — сверкающий. Их столкновение разразилось прямо в небесах.
Один — чёрный, другой — сверкающий. Их столкновение разразилось прямо в небесах.
– Дзян-дзян-дзян...
– Дзян-дзян-дзян...
Металл гремел так, будто сам воздух ломался. Железный меч и древний клинок беспрестанно сталкивались, высекая искры в разные стороны.
Металл гремел так, будто сам воздух ломался. Железный меч и древний клинок беспрестанно сталкивались, высекая искры в разные стороны.
В первом столкновении оба отлетели назад.
В первом столкновении оба отлетели назад.
Железный меч задрожал, взвился в воздух и снова ринулся вниз. Цинь Мин, перекатившись, метнулся ему навстречу.
Железный меч задрожал, взвился в воздух и снова ринулся вниз. Цинь Мин, перекатившись, метнулся ему навстречу.
В бою с Тие Шанхэ нельзя отвлекаться. Здесь только одно — битва! Битва до конца!
В бою с Тие Шанхэ нельзя отвлекаться. Здесь только одно — битва! Битва до конца!
Это было опасно — но разве не в этом суть наслаждения?
Это было опасно — но разве не в этом суть наслаждения?
Цинь Мин вложил в бой всю свою силу, не оставляя ни капли в резерве, и громко выкрикнул:
Цинь Мин вложил в бой всю свою силу, не оставляя ни капли в резерве, и громко выкрикнул:
– Тысяча лет исчезает! Десять тысяч мечей рассекут небо!
– Тысяча лет исчезает! Десять тысяч мечей рассекут небо!
Древний меч вдруг вспыхнул — небо и земля слились воедино, полностью скрыв фигуру Цинь Мина. Никто не мог разглядеть, что происходит внутри — лишь гигантский водопад будто повернул своё течение вспять.
Древний меч вдруг вспыхнул — небо и земля слились воедино, полностью скрыв фигуру Цинь Мина. Никто не мог разглядеть, что происходит внутри — лишь гигантский водопад будто повернул своё течение вспять.
Это был свет меча! Он взвился к небесам в неистовом танце.
Это был свет меча! Он взвился к небесам в неистовом танце.
Величественный. Могучий.
Величественный. Могучий.
Земля дрожала, а горы содрогались.
Земля дрожала, а горы содрогались.
Толпа пришла в неописуемый восторг — такая мощная техника меча, и это Сфера Боевого Духа? Похоже на боевое искусство земного уровня! Но... разве такое возможно для уровня Линву?
Толпа пришла в неописуемый восторг — такая мощная техника меча, и это Сфера Боевого Духа? Похоже на боевое искусство земного уровня! Но... разве такое возможно для уровня Линву?
Даже восьмеро глав сект были потрясены, а лицо самого главы Циньюньцзуна изменилось.
Даже восьмеро глав сект были потрясены, а лицо самого главы Циньюньцзуна изменилось.
– Это боевое искусство земного уровня? Цинь Мин овладел техникой земного уровня? – с изумлением прикрыла рот Фань Синь из секты Сотни Цветов, не веря своим глазам, глядя на водопад мечевого ци, который взвивался в небо с вершины горы.
– Это боевое искусство земного уровня? Цинь Мин овладел техникой земного уровня? – с изумлением прикрыла рот Фань Синь из секты Сотни Цветов, не веря своим глазам, глядя на водопад мечевого ци, который взвивался в небо с вершины горы.
Глаза Яо'эр заблестели, она вновь была потрясена — нет, восхищена.
Глаза Яо'эр заблестели, она вновь была потрясена — нет, восхищена.
Высоко в небе разразилась мощная волна энергии, мечевое ци бушевало, сталкивалось и рушилось.
Высоко в небе разразилась мощная волна энергии, мечевое ци бушевало, сталкивалось и рушилось.
Железный меч завыл и завертелся в воздухе, а затем со звоном вернулся в руку Тие Шанхэ. От яростного удара он отступил на пять шагов, каждый из которых оставлял глубокую вмятину в земле. Но в момент, когда он вновь схватил железный меч, казалось, в его тело вселилась вторая душа — вся его фигура вдруг стала в разы массивнее, внушая окружающим странное и мощное ощущение.
Железный меч завыл и завертелся в воздухе, а затем со звоном вернулся в руку Тие Шанхэ. От яростного удара он отступил на пять шагов, каждый из которых оставлял глубокую вмятину в земле. Но в момент, когда он вновь схватил железный меч, казалось, в его тело вселилась вторая душа — вся его фигура вдруг стала в разы массивнее, внушая окружающим странное и мощное ощущение.
Будто исполин возник на вершине, испуская невыносимое давление.
Будто исполин возник на вершине, испуская невыносимое давление.
– Угх...
– Угх...
Среди осыпающихся осколков холодного света Тие Шанхэ вновь ринулся в атаку, обрушившись на Цинь Мина. Железный меч завыл, издавая резкий, зловещий свист — его скорость была невероятной. Звук рассекал воздух, словно призрачный вопль. Он бил с такой силой, что казалось, его невозможно было блокировать.
Среди осыпающихся осколков холодного света Тие Шанхэ вновь ринулся в атаку, обрушившись на Цинь Мина. Железный меч завыл, издавая резкий, зловещий свист — его скорость была невероятной. Звук рассекал воздух, словно призрачный вопль. Он бил с такой силой, что казалось, его невозможно было блокировать.
– Это аура Сферы Сюаньву! – воскликнули Ян И, Син Я, Яо'эр и другие ученики Сферы Сюаньву. Аура Тие Шанхэ резко возросла. Никто не понял, что именно произошло, но по ощущениям — это уже не уступало уровню Сюаньву. Обычный ученик Сферы Боевого Духа не мог бы пробудить такую мощь.
– Это аура Сферы Сюаньву! – воскликнули Ян И, Син Я, Яо'эр и другие ученики Сферы Сюаньву. Аура Тие Шанхэ резко возросла. Никто не понял, что именно произошло, но по ощущениям — это уже не уступало уровню Сюаньву. Обычный ученик Сферы Боевого Духа не мог бы пробудить такую мощь.
– Циньюньцзун воспитал двух чудовищ... – снова и снова с восхищением переговаривались ученики разных сект. Хотя бой только начался, уже было ясно — сила этих двоих просто устрашающая.
– Циньюньцзун воспитал двух чудовищ... – снова и снова с восхищением переговаривались ученики разных сект. Хотя бой только начался, уже было ясно — сила этих двоих просто устрашающая.
Цинь Мин бросился вперёд, глаза сверкали холодом, он поднял меч и без страха встретил удар.
Цинь Мин бросился вперёд, глаза сверкали холодом, он поднял меч и без страха встретил удар.
– В атаку! – проревел он.
– В атаку! – проревел он.
Мечевой свет столкнулся с мечевым светом, яркое сияние столкнулось с чёрным прибоем, и над вершиной горы вспыхнула ослепительная вспышка, от которой невозможно было открыть глаза. В её просветах непрерывно гремел гром, камни и пыль вздымались в воздух.
Мечевой свет столкнулся с мечевым светом, яркое сияние столкнулось с чёрным прибоем, и над вершиной горы вспыхнула ослепительная вспышка, от которой невозможно было открыть глаза. В её просветах непрерывно гремел гром, камни и пыль вздымались в воздух.
Цинь Мин пронёсся мимо, Древний Меч Даян отпарировал железный меч, и он сам рванулся прямо к Тие Шанхэ, нанося прямой удар кулаком в область пояса и живота.
Цинь Мин пронёсся мимо, Древний Меч Даян отпарировал железный меч, и он сам рванулся прямо к Тие Шанхэ, нанося прямой удар кулаком в область пояса и живота.
Он верил в свою силу — один удар должен был отбросить Тие Шанхэ, а Древний Меч Даян ринется следом и обезпечит победу в этом раунде.
Он верил в свою силу — один удар должен был отбросить Тие Шанхэ, а Древний Меч Даян ринется следом и обезпечит победу в этом раунде.
Однако...
Однако...
Бам!
Бам!
Раздался глухой удар. Глаза Цинь Мина резко изменились — его кулак будто врезался в железную колонну. Не только холодную, но и невероятно твёрдую. И тело Тие Шанхэ, находившегося в наступлении, лишь на миг задержалось — оно не дрогнуло.
Раздался глухой удар. Глаза Цинь Мина резко изменились — его кулак будто врезался в железную колонну. Не только холодную, но и невероятно твёрдую. И тело Тие Шанхэ, находившегося в наступлении, лишь на миг задержалось — оно не дрогнуло.
В этот момент Цинь Мин вблизи увидел глаза Тие Шанхэ — чёрные, холодные, без намёка на эмоции. В них бушевал лишь неудержимый боевой дух, словно он больше не мог сдерживаться и вот-вот взорвётся.
В этот момент Цинь Мин вблизи увидел глаза Тие Шанхэ — чёрные, холодные, без намёка на эмоции. В них бушевал лишь неудержимый боевой дух, словно он больше не мог сдерживаться и вот-вот взорвётся.
Пф!
Пф!
Железный меч пронёсся, как радужный вихрь, наискось обрушившись сверху вниз. Чёрная энергия взвилась в воздух, и клинок с силой обрушился на Цинь Мина. От мощного удара его отбросило прочь, и в воздухе рассыпались капли крови.
Железный меч пронёсся, как радужный вихрь, наискось обрушившись сверху вниз. Чёрная энергия взвилась в воздух, и клинок с силой обрушился на Цинь Мина. От мощного удара его отбросило прочь, и в воздухе рассыпались капли крови.
Бах-бах-бах! — Цинь Мин покатился по земле, с трудом удерживая равновесие, прежде чем окончательно слететь с горы. Но он изо всех сил поднял голову — без передышки, без страха, лишь с ещё более пылающим боевым духом. Его тело, прижатое к земле, рванулось вперёд. Он поднял меч и снова бросился на Тие Шанхэ.
Бах-бах-бах! — Цинь Мин покатился по земле, с трудом удерживая равновесие, прежде чем окончательно слететь с горы. Но он изо всех сил поднял голову — без передышки, без страха, лишь с ещё более пылающим боевым духом. Его тело, прижатое к земле, рванулось вперёд. Он поднял меч и снова бросился на Тие Шанхэ.
– Ху-ху! – боевой дух Тие Шанхэ бушевал, он с яростью обрушил очередной удар.
– Ху-ху! – боевой дух Тие Шанхэ бушевал, он с яростью обрушил очередной удар.
Звук удара оглушал, а звуки столкновения повторялись почти десятикратно в одно мгновение.
Звук удара оглушал, а звуки столкновения повторялись почти десятикратно в одно мгновение.
Но в тот момент, когда они разошлись, Цинь Мин снова рванулся вперёд и нанёс решающий удар. На этот раз его кулак опустился с силой, равной тысячам пудов[2] тяжести, просто расправив Тие Шанхэ.
Но в тот момент, когда они разошлись, Цинь Мин снова рванулся вперёд и нанёс решающий удар. На этот раз его кулак опустился с силой, равной тысячам пудов[2] тяжести, просто расправив Тие Шанхэ.
— Меч гор и рек, один удар рассечёт горы и реки!
— Меч гор и рек, один удар рассечёт горы и реки!
Цинь Мин не дал врагу времени на передышку, следуя за ним с мечом. Древний меч с силой и точностью обрушился на железный клинок, и мощная спиральная сила толкнула вперёд, с размаху ударяя.
Цинь Мин не дал врагу времени на передышку, следуя за ним с мечом. Древний меч с силой и точностью обрушился на железный клинок, и мощная спиральная сила толкнула вперёд, с размаху ударяя.
Железный меч в руках Тие Шанхэ затрепетал, от удара его отбросило назад.
Железный меч в руках Тие Шанхэ затрепетал, от удара его отбросило назад.
Пф!
Пф!
Свет меча прорезал воздух, и в следующий момент он разорвал грудь Тие Шанхэ, из раны хлынула кровь.
Свет меча прорезал воздух, и в следующий момент он разорвал грудь Тие Шанхэ, из раны хлынула кровь.
Но Тие Шанхэ, похоже, вообще не ощущал боли. В то же время железный меч, только что отшатнувшийся, снова стабилизировался в его руках. Он стремительно обрушился вниз, с невероятной яростью, с ярким светом и чёрной энергией, хлынувшими с небес, как буря.
Но Тие Шанхэ, похоже, вообще не ощущал боли. В то же время железный меч, только что отшатнувшийся, снова стабилизировался в его руках. Он стремительно обрушился вниз, с невероятной яростью, с ярким светом и чёрной энергией, хлынувшими с небес, как буря.
Это была чистая техника меча!
Это была чистая техника меча!
Мощь была потрясающая!
Мощь была потрясающая!
Камни на вершине горы разрушались, пыль и туман взметались в воздух, и земля начинала греметь и трескаться.
Камни на вершине горы разрушались, пыль и туман взметались в воздух, и земля начинала греметь и трескаться.
[1] «Сотни ли» (кит. 百里, bǎi lǐ) — это старинная китайская единица измерения расстояния. В китайской системе мер 1 ли (里) равняется приблизительно 500 метрам. Таким образом, сотня ли — это примерно 50 километров.
[1] «Сотни ли» (кит. 百里, bǎi lǐ) — это старинная китайская единица измерения расстояния. В китайской системе мер 1 ли (里) равняется приблизительно 500 метрам. Таким образом, сотня ли — это примерно 50 километров.
[2] Пуд — это единица измерения массы в России, равная 16,38 кг. Таким образом, "тысяча пудов" эквивалентна около 16,380 кг.
[2] Пуд — это единица измерения массы в России, равная 16,38 кг. Таким образом, "тысяча пудов" эквивалентна около 16,380 кг.

Комментарии

Загрузка...