— Значит, мы можем собирать растения и заодно искать метеориты! Но нельзя делать это так, как ты: нас быстро заметят.
— Ой? Нужно собирать?.. — послышался тонкий голосок.
— Выбирай с умом, бери равномерно. Скажем, три растения из десяти. Нельзя оставлять горы совершенно лысыми — пустые проплешины в лесу слишком бросаются в глаза. Просто бери те виды, которые тебе нравятся, — терпеливо наставляла Линь Си Цинцин, чувствуя, что та ведет себя совсем как маленький ребенок.
Опустошать горы целиком было проще простого, но если люди обнаружат, что за одну ночь вековые леса исчезли без следа, поднялся бы невообразимый шум.
— Цинцин, сокровище мое, не торопись. Я буду рядом. И не забывай искать метеориты! — Линь Си ласково подбадривала духа Пространства.
Поначалу она думала, что ей придется делать всё самой, но теперь выяснилось, что «ребенок» подрос и вполне способен на трудовые подвиги. Ей оставалось лишь присутствовать на месте. Идеально!
В награду себе Линь Си устроила роскошный ужин: два сочных стейка и порцию нежного грибного крем-супа. Мясо таяло во рту, а наваристый бульон был выше всяких похвал. Насытившись, она отправилась к следующей точке, чтобы продолжить «снимать сливки» с местных угодий.
Протрудившись всю ночь, Линь Си вернулась в отель лишь к пяти часам утра. Сил не осталось даже на то, чтобы умыться — она рухнула на кровать и мгновенно провалилась в сон.
Из глубокого забытья её вывело ощущение тяжести, будто на грудь положили огромный валун. Линь Си с трудом приоткрыла глаза и тут же снова их закрыла.
— Линь Уу, я тебе серьезно говорю: не смей больше усаживаться мне на грудь! Ты хоть представляешь, сколько весишь?
— А-у! А-у! — возмущенно заголосил Линь Уу, принимаясь неистово топтать её лапами.
Линь Си одним резким движением сбросила его и запеленала в одеяло.
— Можешь просто уморить меня голодом! — яростно вопил кот из-под одеяла. — Слуга лотка, у тебя совесть вообще есть?!
Взглянув на часы, Линь Си ахнула: уже два часа дня. Неудивительно, что зверь так разошелся.
Почувствовав легкий укол вины и осознав, что её собственный желудок уже готов прилипнуть к позвоночнику, Линь Си поспешила исправить ситуацию. Она заказала по телефону сразу два полных стола еды, быстро приняла «армейский» душ, переоделась и повела надутого Линь Уу обедать.
Вскоре стол ломился от яств: бибимбап в каменном горшочке, нежные говяжьи шарики, обжаренные в глиняной посуде, лепешки с дикими травами, свиные копытца на углях, мелкая речная рыбка, суп из черной курицы со сморчками и требухой, крупные куски тушеного мяса и «ленивый» тофу.
Линь Уу с первого взгляда влюбился в свиные копытца.
— Ладно-ладно, забирай всё себе! — усмехнулась Линь Си.
Официант не смог скрыть удивления: одна девушка и кот заказали столько, что хватило бы на целую компанию. Линь Си пояснила, что за первым столом они поедят сейчас, а блюда со второго попросила упаковать с собой, пока они горячие.
Линь Уу ел и довольно урчал. Лишь когда он набил живот так, что не мог пошевелиться, гнев сменился на милость.
Поскольку они явно переели, пришлось отправиться на прогулку, чтобы растрясти калории, а заодно еще раз полюбоваться горными пейзажами. Глядя на эту красоту, Линь Си невольно вздыхала. После начала Апокалипсиса растения мутируют, и такие места станут недоступны для людей. Даже окраины лесов превратятся в смертельную ловушку для любого вошедшего.
Проходя мимо лавки местных деликатесов, Линь Си замерла. Идея пришла мгновенно. Сушеные грибы, вяленое мясо, дикий мед — всё здесь было отменного качества. К тому же, в продаже имелись ценные лекарственные травы: гастродия, эвкоммия, пория кокосовидная.
Линь Си арендовала склад в логистическом центре и наняла местного жителя для приемки товаров. Затем она связалась с крупнейшими поставщиками региона и заказала по пятьсот килограммов каждого вида продукции самого лучшего качества с доставкой на склад.
Как только склад заполнялся, Линь Си находила момент, чтобы незаметно переместить всё в Пространство. Со стороны это выглядело так, будто товар просто вывезли заказчику.
Так и потекли её будни: по ночам они с Цинцин прочесывали горные склоны в поисках метеоритов и редких растений, а днем Линь Си отсыпалась, водила Линь Уу по ресторанам и закупала припасы. Время от времени она давала приемщику на складе выходной, и обе стороны оставались крайне довольны сотрудничеством.
Хайши. Поместье семьи Линь.
Этот дом был гораздо больше виллы Линь Си и выдержан в строгом классическом китайском стиле. Старый господин Линь восседал в центре на массивном кресле из красного дерева. По левую руку от него расположились старший сын с внучкой, по правую — вторая дочь и четвертый сын.
— Значит, вы ни сном ни духом, и я должен узнавать новости от постороннего человека? — Голос господина Линя, несмотря на его семьдесят с лишним лет, звучал властно и твердо.
Вспоминая события дня, старик едва сдерживал ярость. К нему явился У Линшу, адвокат Линь Си, и сообщил, что его клиентка намерена продать весь свой пакет акций. Единственное условие — достойная цена. Адвокат подчеркнул, что семья Линь — первые, к кому они обратились, но следом в списке стоят семья Вэнь и несколько инвестиционных фондов.
Старый господин Линь не спешил с предложением, решив прощупать почву:
— С девочкой что-то случилось? С чего бы ей так внезапно избавляться от акций? Насколько я помню, она ими очень дорожила... — «Иначе дело не дошло бы до такого скандала и разрыва отношений», — добавил он про себя.
У Линшу согласно кивнул:
— И не говорите. Когда она обратилась ко мне, я сам был поражен. Но вы же знаете характер старшей мисс Линь — она человек закрытый и привыкла всё решать сама. Причин она мне не назвала, а я лишь скромный юрист, оказывающий услуги.
Обменявшись еще парой дежурных фраз, У Линшу откланялся, сославшись на назначенную встречу с представителями семьи Вэнь.
Как только за ним закрылась дверь, господин Линь перестал улыбаться и немедленно созвал детей.
— Юань-юань, как ты могла ничего не знать о таком важном деле? Разве вы не поддерживали близкие отношения? — Линь Чжунъе строго посмотрел на дочь.
— Папа! Мы виделись всего несколько дней назад, и она ни словом не обмолвилась об акциях! — Линь Юань не решилась признаться, что во время последней встречи Линь Си выставила её за дверь.
В глазах Линь Чжунъе Линь Си была лишь сиротой, не пользующейся расположением клана. Даже если она удерживала акции, рано или поздно они должны были вернуться в семью. Он велел дочери втереться в доверие к Линь Си, чтобы шпионить за ней и со временем обвести вокруг пальца.
Старик Линь холодно перевел взгляд на вторую дочь:
— А ты?
Линь Яньни вышла замуж в семью Хань и приходилась Хань Цзыи родной тетей. Поскольку Линь Си давно вышла из-под контроля семьи, именно Яньни убедила отца заявить о якобы существующей помолвке между семьями Хань и Линь. Она хотела навязать племянника в женихи Линь Си, чтобы через него управлять её активами. Для семьи Хань такой брак тоже был бы крайне выгоден, а Яньни получила бы свою долю благодарности.
Линь Яньни замялась, подбирая оправдание:
— Ну... Цзыи в последние дни был в командировке, возможно, он просто не успел узнать...
— Не успел? Да этот ваш Хань — просто смазливая пустышка! Моя дорогая племянница и в грош его не ставит, — Линь Чжунъе никогда не скрывал неприязни к сестре, которая вечно пыталась перетянуть семейные активы на сторону мужа.
Линь Юань дернула отца за рукав и прошептала:
— Папа, не говори так о брате Цзыи...
Глаза Линь Яньни недобро блеснули:
— Цзыи — прекрасный юноша из приличной семьи, за ним толпы девчонок бегают. Линь Си он тоже нравился, ведь когда объявили о помолвке, она не стала возражать!
Яньни смерила Линь Юань презрительным взглядом и холодно добавила:
— Боюсь только, что некоторые девицы не знают рамок приличия и сами вешаются на нашего Цзыи. Линь Си могла это заметить, вот и решила обрубить все концы.
— Тетушка, как вы можете такое говорить! — Глаза Линь Юань мгновенно покраснели от слез.
— Линь Яньни, на себя посмотри! Если бы не твои интриги тогда... — Линь Чжунъе вскипел.
— Хватит! — рявкнул старый господин Линь. — Вы закончили этот балаган?
Все мгновенно замолчали, хотя в воздухе продолжало висеть напряжение. Четвертый сын, Линь Чжунцинь, сидел, низко опустив голову. В тени его ресниц мелькнула едва заметная торжествующая усмешка.

Комментарии

Загрузка...