Передав ожерелья первым двум покупателям, Лу Янь счел свою задачу наполовину выполненной. Он отошел в сторону, продолжая ждать остальных, оставив Кровавую Тень и Тяньшу мерить друг друга тяжелыми взглядами. Их телохранители тоже замерли, готовые в любой момент схватиться за оружие.
Передав ожерелья первым двум покупателям, Лу Янь счел свою задачу наполовину выполненной. Он отошел в сторону, продолжая ждать остальных, оставив Кровавую Тень и Тяньшу мерить друг друга тяжелыми взглядами. Их телохранители тоже замерли, готовые в любой момент схватиться за оружие.
В первый же день в Снежной Луне эти гильдии устроили многочасовую резню, пока наконец не разделили город на сферы влияния.
В первый же день в Снежной Луне эти гильдии устроили многочасовую резню, пока наконец не разделили город на сферы влияния.
«Небесные Волки» закрепились на севере, «Пурпурная Лилия» — на юге. «Серебряный Легион» контролировал запад, а «Алая Погибель» — восток. Что же касается второсортных объединений вроде «Fox MM» или «Триумфа», то они пока выживали в щелях между этими титанами.
«Небесные Волки» закрепились на севере, «Пурпурная Лилия» — на юге. «Серебряный Легион» контролировал запад, а «Алая Погибель» — восток. Что же касается второсортных объединений вроде «Fox MM» или «Триумфа», то они пока выживали в щелях между этими титанами.
Слова Чу Цяна о том, что Ли Кай держит весь восток, были лишь бахвальством. Настоящим хозяином там была «Алая Погибель». Из всех старых игровых кланов, десятилетиями варившихся в индустрии, только они смогли разрастись до таких масштабов. Сейчас их мобилизационный ресурс в реале составлял 70 тысяч человек, рассредоточенных по Снежной Луне и соседнему Золотому граду. Одна эта гильдия по численности превосходила три другие топовые фракции вместе взятые.
Слова Чу Цяна о том, что Ли Кай держит весь восток, были лишь бахвальством. Настоящим хозяином там была «Алая Погибель». Из всех старых игровых кланов, десятилетиями варившихся в индустрии, только они смогли разрастись до таких масштабов. Сейчас их мобилизационный ресурс в реале составлял 70 тысяч человек, рассредоточенных по Снежной Луне и соседнему Золотому граду. Одна эта гильдия по численности превосходила три другие топовые фракции вместе взятые.
Лу Яню было любопытно: явится ли лично глава «Алой Погибели»? Вскоре на перекрестке показалась еще одна внушительная колонна игроков. Точнее, две группы: одна — в серебряных плащах, другая — в кроваво-красных. Они шли вровень, не уступая друг другу ни шагу.
Лу Яню было любопытно: явится ли лично глава «Алой Погибели»? Вскоре на перекрестке показалась еще одна внушительная колонна игроков. Точнее, две группы: одна — в серебряных плащах, другая — в кроваво-красных. Они шли вровень, не уступая друг другу ни шагу.
— Ну надо же, все в сборе, — хмыкнул Тяньшу, не теряя своей вечной улыбки. Кровавая Тень холодно добавил: — Кто бы сомневался. Такое событие в Снежной Луне — и без нас?
— Ну надо же, все в сборе, — хмыкнул Тяньшу, не теряя своей вечной улыбки. Кровавая Тень холодно добавил: — Кто бы сомневался. Такое событие в Снежной Луне — и без нас?
Лидеры «серебряных» и «красных» заметили Тяньшу и Тень, а также Лу Яня, который небрежно прислонился к камню у подножия Башни.
Лидеры «серебряных» и «красных» заметили Тяньшу и Тень, а также Лу Яня, который небрежно прислонился к камню у подножия Башни.
Двое игроков быстрым шагом подошли к магу. Тот, что в серебряном, представился: — Я — Крылья Рассвета. Игрок в красном плаще с предвкушающей, зловещей ухмылкой произнес: — Я — Ландер Ли, вице-президент «Алой Погибели» в Снежной Луне. Можешь звать меня Ли Лу. В твоем стриме я подписан как «Кровавое Сияние».
Двое игроков быстрым шагом подошли к магу. Тот, что в серебряном, представился: — Я — Крылья Рассвета. Игрок в красном плаще с предвкушающей, зловещей ухмылкой произнес: — Я — Ландер Ли, вице-президент «Алой Погибели» в Снежной Луне. Можешь звать меня Ли Лу. В твоем стриме я подписан как «Кровавое Сияние».
Лу Янь с вежливой улыбкой протянул им ожерелья: — Благодарю за поддержку, господа спонсоры. Пользуйтесь на здоровье.
Лу Янь с вежливой улыбкой протянул им ожерелья: — Благодарю за поддержку, господа спонсоры. Пользуйтесь на здоровье.
Он прекрасно знал, кто такие Ли Лу и Крылья Рассвета. Ли Лу был личностью крайне специфической. Его гильдия, «Алая Погибель», давно превратилась в полноценную корпорацию. Её владелец, Ли Ваннянь, за годы управления довел капитализацию компании до миллиарда, а чистая годовая прибыль исчислялась сотнями миллионов.
Он прекрасно знал, кто такие Ли Лу и Крылья Рассвета. Ли Лу был личностью крайне специфической. Его гильдия, «Алая Погибель», давно превратилась в полноценную корпорацию. Её владелец, Ли Ваннянь, за годы управления довел капитализацию компании до миллиарда, а чистая годовая прибыль исчислялась сотнями миллионов.
Такой успех вскружил Ванняню голову, и он начал заводить интрижки на стороне. Ли Лу и был плодом одной из таких «ошибок». Однако Ваннянь до смерти боялся своей официальной жены, чья семья обладала огромным политическим весом, поэтому существование Ли Лу тщательно скрывалось. Официально он считался «приемным сыном» — блестящим выпускником Стэнфордского финансового факультета, который вернулся из Штатов, чтобы помогать «отцу» в игровом бизнесе.
Такой успех вскружил Ванняню голову, и он начал заводить интрижки на стороне. Ли Лу и был плодом одной из таких «ошибок». Однако Ваннянь до смерти боялся своей официальной жены, чья семья обладала огромным политическим весом, поэтому существование Ли Лу тщательно скрывалось. Официально он считался «приемным сыном» — блестящим выпускником Стэнфордского финансового факультета, который вернулся из Штатов, чтобы помогать «отцу» в игровом бизнесе.
В прошлой жизни правда всплыла наружу лишь перед смертью Ли Ванняня. Старик хотел отписать наследство ребенку от другой любовницы, что спровоцировало Ли Лу на серию виртуозных финансовых махинаций. Он перевел все активы Ванняня на себя, буквально доведя отца до смертного одра, а законных братьев и сестер вышвырнул на улицу, обрекая на нищету. Он был не просто жесток — он был беспощаден.
В прошлой жизни правда всплыла наружу лишь перед смертью Ли Ванняня. Старик хотел отписать наследство ребенку от другой любовницы, что спровоцировало Ли Лу на серию виртуозных финансовых махинаций. Он перевел все активы Ванняня на себя, буквально доведя отца до смертного одра, а законных братьев и сестер вышвырнул на улицу, обрекая на нищету. Он был не просто жесток — он был беспощаден.
Именно этот скандал позже привел к расколу «Алой Погибели». Если бы не это, Ли Лу наверняка стал бы первым, кто объединил бы Снежную Луну под своим знаменем — на старте у него было 70 тысяч верных штыков. Но после того, как он доконал отца, многие ветераны гильдии отвернулись от него, что и привело к затяжному противостоянию четырех сторон.
Именно этот скандал позже привел к расколу «Алой Погибели». Если бы не это, Ли Лу наверняка стал бы первым, кто объединил бы Снежную Луну под своим знаменем — на старте у него было 70 тысяч верных штыков. Но после того, как он доконал отца, многие ветераны гильдии отвернулись от него, что и привело к затяжному противостоянию четырех сторон.
Что касается Крыльев Рассвета, то он был просто неисправимым романтиком. Кроме пары любовных историй, Лу Яню он ничем особо не запомнился.
Что касается Крыльев Рассвета, то он был просто неисправимым романтиком. Кроме пары любовных историй, Лу Яню он ничем особо не запомнился.
Ли Лу впился взглядом в Лу Яня. Он хотел потребовать и «Амулет Банши», и «Рунный камень», и другие артефакты, но не мог — здесь были три его главных конкурента, и настраивать Лу Яня против себя сейчас было тактически неверно.
Ли Лу впился взглядом в Лу Яня. Он хотел потребовать и «Амулет Банши», и «Рунный камень», и другие артефакты, но не мог — здесь были три его главных конкурента, и настраивать Лу Яня против себя сейчас было тактически неверно.
— Прекрасно, просто прекрасно. Все собрались, — процедил Ли Лу, оглядывая остальных глав. Атмосфера мгновенно наэлектризовалась. Малейшая искра — и прямо у стен города могла вспыхнуть война с участием десятков тысяч бойцов.
— Прекрасно, просто прекрасно. Все собрались, — процедил Ли Лу, оглядывая остальных глав. Атмосфера мгновенно наэлектризовалась. Малейшая искра — и прямо у стен города могла вспыхнуть война с участием десятков тысяч бойцов.
Лу Янь в душе надеялся, что они вцепятся друг другу в глотки. Все четверо в будущем станут его врагами. Обиды прошлой жизни до сих пор жгли его сердце. И дело было не в мелочности: эти гильдии вели себя по-скотски, «забивая» локации для прокачки так, что новичкам не оставалось ни единого шанса.
Лу Янь в душе надеялся, что они вцепятся друг другу в глотки. Все четверо в будущем станут его врагами. Обиды прошлой жизни до сих пор жгли его сердце. И дело было не в мелочности: эти гильдии вели себя по-скотски, «забивая» локации для прокачки так, что новичкам не оставалось ни единого шанса.
Они монополизировали не только споты с мобами, но и карты с ресурсами — травой, рудой, — а также доступ к топовым данжам. Любой сторонний игрок, зашедший на их «территорию», немедленно отправлялся на респ. Они буквально душили мирных игроков и ремесленников, лишая их средств к существованию. Лу Янь опустил голову, скрывая ненависть в глазах — эти четверо были тертыми калачами, и распознать угрозу могли по одному взгляду.
Они монополизировали не только споты с мобами, но и карты с ресурсами — травой, рудой, — а также доступ к топовым данжам. Любой сторонний игрок, зашедший на их «территорию», немедленно отправлялся на респ. Они буквально душили мирных игроков и ремесленников, лишая их средств к существованию. Лу Янь опустил голову, скрывая ненависть в глазах — эти четверо были тертыми калачами, и распознать угрозу могли по одному взгляду.
Кровавая Тень, Тяньшу, Крылья Рассвета и Ли Лу замерли в разных углах площадки. Высокомерие Тени, улыбка Тяньшу, беспечность Крыльев и жестокость Ли Лу на фоне сотен их бойцов создавали сюрреалистичную картину.
Кровавая Тень, Тяньшу, Крылья Рассвета и Ли Лу замерли в разных углах площадки. Высокомерие Тени, улыбка Тяньшу, беспечность Крыльев и жестокость Ли Лу на фоне сотен их бойцов создавали сюрреалистичную картину.
Внезапно стало так тихо, что было слышно даже дыхание соседей. Но когда напряжение достигло пика, тишину разрезал чистый девичий голос: — Ого, все четыре босса здесь! Похоже, наши мысли снова сошлись.
Внезапно стало так тихо, что было слышно даже дыхание соседей. Но когда напряжение достигло пика, тишину разрезал чистый девичий голос: — Ого, все четыре босса здесь! Похоже, наши мысли снова сошлись.
Все четверо вздрогнули и обернулись. К ним шла группа девушек, в центре которой выделялась красавица редкой, ослепительной внешности. Если и была в Снежной Луне гильдия, с которой эти четверо предпочитали не связываться, то это была «Fox MM».
Все четверо вздрогнули и обернулись. К ним шла группа девушек, в центре которой выделялась красавица редкой, ослепительной внешности. Если и была в Снежной Луне гильдия, с которой эти четверо предпочитали не связываться, то это была «Fox MM».
Крылья Рассвета и Кровавая Тень тут же вышли навстречу. Тень успел первым: — Сияо, и ты здесь?
Крылья Рассвета и Кровавая Тень тут же вышли навстречу. Тень успел первым: — Сияо, и ты здесь?
Сияо-Лисичка, нынешняя глава «Fox MM». Природа наградила её лицом искусительницы и грацией, которая заставляла мужчин невольно искать её расположения. В каждом её жесте сквозило природное очарование — то, чему невозможно научиться.
Сияо-Лисичка, нынешняя глава «Fox MM». Природа наградила её лицом искусительницы и грацией, которая заставляла мужчин невольно искать её расположения. В каждом её жесте сквозило природное очарование — то, чему невозможно научиться.
В прошлой жизни Лу Янь много слышал о ней. Сияо стала легендой: позже она вышла замуж за мультимиллионера, покинула игру и зажила жизнью, которой завидовали все. Тогда Лу Янь, как и многие, был очарован её красотой. Но в этой жизни всё было иначе. Десять лет суровых испытаний закалили его — теперь у него был иммунитет к женским чарам. В его сердце было место только для мести и ответственности перед своей семьей и братьями.
В прошлой жизни Лу Янь много слышал о ней. Сияо стала легендой: позже она вышла замуж за мультимиллионера, покинула игру и зажила жизнью, которой завидовали все. Тогда Лу Янь, как и многие, был очарован её красотой. Но в этой жизни всё было иначе. Десять лет суровых испытаний закалили его — теперь у него был иммунитет к женским чарам. В его сердце было место только для мести и ответственности перед своей семьей и братьями.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Комментарии

Загрузка...