В Божественном царстве Хань У настороженно наблюдал за огромным скопищем скелетов-воинов, возникших перед ним.
Он пребывал в некотором замешательстве.
Тот факт, что на Рейтинговом этапе в качестве захватчиков выступили именно скелеты-воины, вызывал у него смешанные чувства.
С одной стороны, он был рад: скелеты слабы, и даже обычная саранча-смертник могла легко с ними расправиться.
С другой стороны, он был раздосадован: в этих костлявых тварях не было ни грамма плоти, ими даже зубы не почистишь, не то что наесться.
А ведь в Божественном царстве Хань У более миллиарда изголодавшихся особей саранчи ждали пищи, чтобы совершить долгожданный эволюционный скачок.
— Эх, придется сражаться, — вздохнул Хань У и ниспослал Божественную волю, приказывая миллиардной армии голодных насекомых перейти в наступление.
Хотя обычная саранча по отдельности была слаба, когда более миллиарда особей собирались вместе, их разрушительная мощь возрастала в геометрической прогрессии.
Миллиард насекомых взмыл в небо, превратившись в иссиня-черную тучу, и обрушился на скелетов-воинов, вторгшихся в царство.
Бесчисленных скелетов подхватывало вихрем, подбрасывало высоко вверх и с силой швыряло на землю, отчего те разлетались на куски. Но и саранча гибла без счета: скелеты дробили их панцири, превращая насекомых в кровавое месиво.
Картину можно было описать так: схватка была похожа на потасовку слабаков — реального урона немного, зато грохоту и пафоса — на весь мир.
Спустя два часа битва завершилась.
Земля была усеяна трупами саранчи и обломками костей.
Находясь под влиянием священного предмета — Закона Чревоугодия, выжившая саранча была настолько измотана голодом, что принялась пожирать тела павших сородичей, лишь бы унять нестерпимую резь в желудках.
Вскоре на поле боя остались лишь огромные груды иссохших желтоватых костей.
Это зрелище резало глаз.
Хань У не хотел, чтобы его Божественное царство превратилось в свалку костей, поэтому снова ниспослал Божественную волю. Он велел саранче очистить территорию: собрать все кости и сбросить их в Большой горн, построенный дворфами Красного Горна, чтобы сжечь дотла.
Поскольку саранчи было невероятно много, стоило каждой десятой особи поднять по косточке, как поле боя в мгновение ока стало идеально чистым.
Не успел Хань У перевести дух, как прибыла вторая волна.
Численность осталась прежней — сто тысяч, однако теперь среди рядовых бойцов затесалось немало железнокостных скелетов-воинов, относящихся к элитным существам.
Против таких противников Хань У уже не мог посылать обычную саранчу на убой.
В дело снова вступила связка из саранчи-смертников и лавовой саранчи.
Смертники отвлекали врага и связывали его боем, а лавовая саранча проводила лавовый самоподрыв. Это не только наносило колоссальный разовый урон, но и превращало землю в кипящее озеро магмы, которое продолжало испепелять выживших скелетов высокой температурой.
Даже железнокостные скелеты не могли долго продержаться в раскаленной лаве.
Вторая волна была разгромлена так же быстро.
Заметив, насколько эффективно лавовое покрытие уничтожает нежить, Хань У пришла в голову новая идея.
Он решил поддерживать слой лавы на земле постоянно. Время от времени он приказывал лавовой саранче выплескивать свежие порции магмы, чтобы температура не падала.
Более того, он велел дворфам Красного Горна расплавить в Большом горне огромное количество руды и вылить этот пышущий жаром металл прямо перед порталом.
Благодаря этим манипуляциям обширная зона перед порталом превратилась в настоящую «зону смерти».
Температура там была настолько высокой, что любая плоть испарилась бы мгновенно.
Скелеты-воины, едва переступив порог портала, погибали от невыносимого жара, даже не успев начать вторжение. Поистине жалкое зрелище.
Сам же Хань У спокойно ждал в стороне, приказав Чжаньте Цзяньфэну лишь приглядывать за теми редкими счастливчиками, которым удавалось миновать ловушку.
Третья волна, четвертая, пятая...
Сколько бы скелетов ни выходило из портала, все они уничтожались без малейших усилий.
Очки Хань У стремительно росли, и он легко ворвался в тридцатку лучших учеников параллели.
Внутри золотого сияющего диска классные руководители, наблюдавшие за ходом испытания, не смогли сдержать эмоций:
— Обалдеть! Ну и молодежь пошла, какие оригинальные идеи!
Пока другие сражались со скелетами, истощая силы своих рас и полагаясь на снаряжение, Хань У просто создал рукотворный вулкан.
Такой подход на несколько голов превосходил тактику остальных учеников. К тому же метод был невероятно эффективным и давал мгновенный результат.
— И что тут такого особенного? Подумаешь, продержался до седьмой волны. Лю Мо из моего класса тоже дошел до седьмой, — недовольно проворчал Лю Лэтянь.
Учителя перевели взгляды на экран, транслирующий Божественное царство Лю Мо.
Там вся земля была усеяна обломками костей.
Почти каждый гоблин в армии Лю Мо был вооружен тяжелой костяной дубиной.
Некоторые педагоги заметили, что Лю Мо уже выстроил четкую линию эволюции для своих подданных: из обычных существ в элитные. После определенных тренировок обычные гоблины могли стать Большими гоблинами.
Большие гоблины обладали огромной силой и толстой кожей; по общим характеристикам они даже превосходили мясных големов.
Кроме того, учителя обратили внимание на обилие построек в царстве Лю Мо.
Тринадцать стрелковых башен 1-го уровня, девять башен молний 1-го уровня, двенадцать башен огненных шаров 1-го уровня...
Только эти оборонительные сооружения суммарно стоили не менее десяти миллионов единиц Божественной силы.
— У этого пацана дома шахта, что ли? — невольно вырвалось у кого-то из учителей.
Видя шок коллег, Лю Лэтянь так и сиял от гордости.
Божественное царство Лю Мо достигло таких масштабов только благодаря ему, его дяде. Большую часть чертежей зданий раздобыл именно он. Он же помог довести до совершенства систему эволюционного скачка.
Все это делалось ради того, чтобы занять как можно более высокое место и забрать награды Единого экзамена. Если Лю Мо сможет блеснуть и занять первое место, все эти вложения окупятся сполна.
Однако радость Лю Лэтяня не продлилась и трех секунд — внимание учителей переключилось на экран другого ученика.
В Божественном царстве Цинь Шуан возвышались сто башен молний 1-го уровня. Численность её основной расы — грозовых воробьев, которые от рождения являлись элитными формами жизни, достигала трехсот тысяч.
Помимо этого, у Цинь Шуан было сто древних древесных гигантов — сверхъестественных форм жизни, которые выступали в роли поддержки.
Более того, среди её грозовых воробьев уже родилась героическая форма жизни — Золотоглавый грозовой воробей.
Скелеты, вторгавшиеся в её мир, вне зависимости от уровня, не могли продержаться и пяти секунд. Их мгновенно поглощал океан яростных молний, превращая в груды обугленных костей.
Превосходство было абсолютным.
— Дочь семьи Цинь... действительно невероятно сильна.
— Куда нам до неё... Если про других говорят, что у них дома шахта, то у Цинь Шуан в шахте дом.
— Неприлично богата. У меня, полубога, и то меньше козырей в рукаве, чем у неё.
— Раньше говорили, что она входит в тройку лучших, но теперь кажется, что первое место на параллели ей обеспечено.
Слушая восторженные похвалы коллег, Лю Лэтянь чувствовал, как его сердце обливается кровью.
Цинь Шуан изначально была ученицей его класса. Её успехи должны были стать его достижением. Но теперь все лавры достались этому выскочке Тянь Вэню.
«Все из-за Хань У. Это его вина! Я обязательно заставлю его заплатить!» — злоба Лю Лэтяня к Хань У достигла предела, превратившись в настоящую ненависть.
Учителя не заметили состояния Лю Лэтяня. Они продолжали изучать экраны, выделяя других талантливых учеников: Чжан Сяолуна, Сюй Суня, Хуан Фэя... Все они имели шансы побороться за место в первой десятке.
Тем временем Рейтинговый этап продолжался. Десятая волна подошла к концу.
В строю осталось лишь восемнадцать учеников.
Хань У был среди них.
— Начинается одиннадцатая волна. Сложность значительно повышена. Просим учеников приготовиться, — прозвучал бесстрастный механический голос, обращаясь к оставшейся восемнадцатке.
Ученики мгновенно подобрались, не сводя глаз с порталов.
И тут из портала медленно вышла одинокая фигура.
Увидев её, учителя хором выдохнули:
— Да ладно?!
Потому что захватчиком в этой волне была героическая форма жизни!

Комментарии

Загрузка...