Изначально предполагалось, что участницы, прошедшие отборочный тур в Китае, сойдут с чартерного рейса с сияющими улыбками на лицах сразу после открытия дверей и стыковки телетрапа. Они должны были продемонстрировать на камеру весь свой восторг и нескрываемую радость от участия в масштабном шоу-прослушивании «Project I.O.A.».
Однако во время полета девчонки умудрились сцепиться, и теперь ни о каких лучезарных улыбках не могло быть и речи.
Конечно, профессиональные айдолы способны в фургоне таскать друг друга за волосы, а через секунду выпархивать под прицелы объективов в обнимку и слать фанатам воздушные поцелуи. Но эти девочки были самыми обычными трейни, совершенно не умеющими совладать с собственными эмоциями.
Впрочем, куда важнее оказалась сама причина потасовки.
— Стоп, а с чего они вдруг начали драться?
— Они узнали, что запрет на вылет чартера был наложен из-за Ван Лины. Стоило этой вести расползтись по салону, как пекинские и шанхайские девицы начали открыто обзывать Лину воровкой... Ну и полыхнуло.
Запрет на въезд для Ван Лины был снят, что автоматически открыло небо и для всего чартера. Однако до остальных участниц дошли слухи о том, что они едва не лишились шанса попасть в Корею исключительно из-за обвинений Ван Лины в краже.
Ситуация складывалась абсурдная, но об отмене съемок в аэропорту нельзя было даже заикаться. Как-никак прямо за пределами ВИП-терминала уже дежурило не менее полусотни голодных репортеров.
«Уж пресса такую кость точно из зубов не выпустит».
Стоит только отменить торжественную встречу, и журналисты немедленно выкатят разгромные статьи, повесив всех собак на Ван Лину. Это бросит густую тень на «Project I.O.A.» с самого первого шага. Ситуацию требовалось уладить во что бы то ни стало, если мы хотим успешного старта шоу.
В этот момент одна фраза Ван Луна резанула мне слух.
— Что еще за «пекинские» и «шанхайские»?
— Ах, там сформировалась пекинская фракция вокруг девчонки по имени Ян Бинбин, шанхайская во главе с Лю Лань, а оставшиеся держатся подле Ван Лины.
Среди тридцати трех конкурсанток, преодолевших отборочный этап в Поднебесной, хватало дочерей из весьма состоятельных и влиятельных семейств. Разумеется, вокруг них тут же начали сколачиваться группировки. Получилось три лагеря: пекинская банда Ян Бинбин, шанхайская клика Лю Лань и группка Ван Лины, которая просто взяла под крыло оставшихся одиночек и аутсайдеров.
Поскольку Китай огромен, все финалистки сразу после отбора съехались в общее общежитие. И за этот короткий срок они успели разбиться на кланы.
— Ян Бинбин и Лю Лань... Вы и с ними совладать не можете?
— Увы. Честно говоря, они нам не по зубам.
Отец Ян Бинбин был крупной политической шишкой в Пекине, а родитель Лю Лань — настоящим финансовым воротилой в Шанхае. Даже для компании Ван Луна давление оказалось чересчур ощутимым.
— Ясно. Теперь, когда картина прояснилась, я поднимусь на борт сам, как только закончу здесь.
— Сам пойдешь разруливать?
— Да. Просто сидите на месте и не дергайтесь.
Я оборвал связь и окликнул главного продюсера Чи Ёнсика, который контролировал съемку двери самолета у рукава телетрапа.
— Господин Чи.
Чи Ёнсик напряженно обернулся:
— Что там такое?
— Давайте ненадолго приостановим съемку.
— Что?! Но ведь девочки вот-вот выйдут!
— Нам нужно переговорить наедине.
Поняв по моему лицу, что дело неладно, Чи Ёнсик скомандовал отбой:
— Приостановить запись на пару минут!
Операторы недовольно заворчали, щелкая кнопками выключения камер.
Отойдя в дальний угол зала ожидания, Чи Ёнсик взволнованно прошептал:
— Что стряслось?
— Мне нужно зайти в самолет. Там вспыхнула межфракционная драка.
— Межфракционная драка?!
— Именно. Кажется, до них дошли слухи о том, что рейс задержали из-за проблем с Ван Линой.
— Они уже цапаются? Шоу еще даже не началось, черт подери!.. Так, я пойду с тобой.
— Нет. Если пойдете вы, господин Чи, все затаятся и начнут ходить на цыпочках, подавляя гнев. В будущем это рванет с еще большей силой. Я разберусь со всем быстро и жестко, так что дайте мне полный карт-бланш.
Чи Ёнсик поколебался мгновение, а затем спросил:
— Ты действительно сможешь это замять?
— Положитесь на меня.
— Договорились, — приняв решение, продюсер повернулся к съемочной группе. — Господин Чон первым поднимется на борт, чтобы проверить конкурсанток. Ждем команду наготове.
Персонал заметно занервничал:
— ПД Чи, у нас и так график летит к чертям! Репортеры обрывают телефоны, выспрашивая, когда выйдут участницы!
Чи Ёнсик лишь презрительно хмыкнул:
— А когда эти бумагомараки не психовали? Игнорируйте. Делаем свою работу.
Успокоив команду и скорректировав тайминг, он отпустил меня, и я стремительным шагом направился по рукаву телетрапа.
Клац.
Тяжелая дверь пристыкованного чартера распахнулась. Прямо у входа меня уже ожидали взмыленные сотрудники «Shanghai New Media Inc.» вместе с Ван Луном и Лили.
— Мне просто стыдно смотреть тебе в глаза, Юнхо, — понурился Ван Лун.
Он не мог легко разрубить этот узел из-за китайского понятия «гуаньси» — сложной сети личных и семейных связей. Родители взбунтовавшихся девиц были тесно переплетены бизнесом с его собственной семьей, так что рубить сплеча ему не позволяло положение.
Я покачал головой, успокаивая его:
— Все в порядке. Я прекрасно понимаю, как у вас все устроено.
— И все же это позор...
— Забудь. Итак, кто был зачинщиком? Ян Бинбин из Пекина или Лю Лань из Шанхая?
— Начали Ян Бинбин и ее пекинские подружки. А шанхайские во главе с Лю Лань их активно поддержали, — пояснил Ван Лун.
— Понял.
Выслушав детали, я шагнул вслед за Ван Луном и Лили в глубь салона. Все кресла на этом чартере соответствовали бизнес-классу.
С первого по третий ряд сидела Ван Лина со своими сторонницами. Все они втянули головы в плечи, будто пойманные на месте преступления уголовницы. С пятого по восьмой ряды вольготно раскинулись десять девиц из пекинской фракции Ян Бинбин — надутые, недовольные и надменные. А с девятого по одиннадцатый ряды шумно щебетали шанхайские девчонки во главе с Лю Лань, всем своим видом демонстрируя, что происходящее их совершенно не касается.
До судьбоносного прослушивания оставались считаные часы, а они вели себя как избалованные донельзя мажорки.
— Ван Лун, с этой секунды ни ты, ни твои сотрудники не произносите ни единого звука. Они должны усвоить: здесь, в Корее, ваш статус и связи их не прикроют. Иначе они нас просто не услышат.
— Договорились. Я придержу своих людей.
Пока Ван Лун и Лили осаживали подчиненных, я повернулся к застывшей у входа бортпроводнице:
— Пожалуйста, закройте дверь.
Приложив усилие, стюардесса запечатала входной люк.
Бум.
Салон оказался наглухо отрезан от внешнего мира. И в ту же секунду я гаркнул во весь голос на рассевшихся по местам девиц:
— А ну встать! Живо!
По правилам «Project I.O.A.» каждая участница обязана была владеть базовым корейским языком, так что мои слова дошли до всех без исключения. Я намеренно заговорил на корейском, давая им четко понять: лафа кончилась, они прибыли в Сеул.
— Вы сюда на школьную экскурсию приехали?! Когда вы проходили кастинг, вам ясно сказали: при встрече со старшими кланяться и здороваться с максимальным почтением! Для вас это шутки?!
От моего рыка Ван Лина моментально вскочила на ноги и согнулась пополам:
— Здравствуйте, господин Чон! Рады вас видеть!
Остальные испуганно зашептались и тоже торопливо посыпались со своих кресел:
— Здравствуйте, господин Чон! Рады вас видеть!
Они поприветствовали меня нестройным хором, но мое лицо оставалось каменным.
— Рады видеть? Серьезно? А по мне заметно, что я рад? Ну-ка, скажите мне!
После перерождения я крайне редко повышал голос на подопечных артистов. Но вид этих доморощенных группировок мгновенно пробудил во мне прежнего Чон Юнхо — безжалостного вице-президента из прошлой жизни, готового на любые жесткие меры ради достижения цели.
Окинув салон ледяным взглядом, я первым делом подошел к Ван Лине.
Лина обладала благородной, утонченной северной красотой: рост около 170 сантиметров, смоляные прямые волосы, длинные изящные конечности. Фарфорово-бледная кожа и выразительный разрез глаз без двойного века делали ее внешность по-настоящему запоминающейся.
— Ван Лина. Ты понимаешь, почему мне сейчас совершенно не до радости?
Девушка тут же виновато опустила глаза:
— Простите меня, господин Чон...
— Простить? За что? Что именно ты сделала не так?
— Ну... я подумала... из-за меня задержали вылет, и вы рассердились...
— А ну приди в себя, Лина! С какой стати это твоя вина?!
— Что?..
— Ты здесь пострадавшая сторона, на которую навел напраслину жалкий мошенник! Так почему ты стоишь и гнешь спину?! Ведешь себя так, будто сама во всем виновата!
Добрые и порядочные люди часто взваливают на себя груз вины лишь потому, что их беда задела окружающих. Но в беспощадном мире шоу-бизнеса с таким хрупким сердцем не выжить. Каждый артист дерется не на жизнь, а на смерть за место под софитами на крошечных сценах при дефиците ресурсов. И если тебе выпал шанс ухватиться за эту сцену, ты обязана вцепиться в нее зубами и когтями.
Я жестко отчеканил:
— Соберись, Ван Лина. Вежливость — это прекрасно, но никогда не смей извиняться за то, в чем нет твоей вины. Публика будет судить о тебе по тому, как ты держишься и как говоришь. Уяснила? Этот бизнес — дикие джунгли. Ты меня понимаешь?!
Лина крепко сжала кулаки и выкрикнула во весь голос:
— Да, господин Чон! Этого больше не повторится!
Вся ее робость и чувство вины испарились без следа, сменившись стальной решимостью.
«Вот так-то лучше».
— Отлично. Расправь плечи.
Она немедленно выпрямилась по струнке.
— И выбрось дурное из головы. Мошенник, подавший ложный донос, уже сидит за решеткой. Все корейские менеджеры и съемочная группа прекрасно знают, что ты чиста. Тебе не о чем переживать.
От моих уверенных слов лицо Лины просияло. Девчонки из ее окружения тоже облегченно заулыбались.
— Снаружи ждут десятки телекамер. А ну быстро достали зеркала и отрепетировали идеальные улыбки. Ясно?
— Да, господин Чон! — звонко, по-армейски четко отозвалась ее группа.
Не теряя ни секунды, я прошел к пятому ряду, где восседала лидер пекинской фракции и главная сегодняшняя зачинщица — Ян Бинбин.
Высокая, около 174 сантиметров, с потрясающей модельной фигурой. Волосы спадали до плеч, а четко очерченные двойные веки и точеные скулы придавали ей классическую элегантность. Ее отец занимал пост одного из девяти заместителей мэра Пекина. Неудивительно, что лицо этой высокопоставленной дочурки всегда украшала спесивая ухмылка.
«Думаешь, ты все еще в Китае?»
Если не обломать ей рога прямо сейчас, дальше она распояшется окончательно. Стоило мне поравняться с ней, как я без лишних предисловий отрезал:
— Ян Бинбин. Собирай вещи и лети домой.
На ее холеном лице застыл неописуемый шок:
— Ч-что вы только что сказали?..
— Если ты способна разводить склоки еще до официального старта шоу, ты нам не нужна. Пошла вон.
— Вы... вы ведь шутите, правда?
— У меня нет времени на шутки. Я сказал — проваливай. Можешь даже не вставать с кресла, полетишь обратно этим же бортом.
Бинбин испуганно метнула взгляд на сотрудников «Shanghai New Media», ища защиты. Однако никто даже пальцем не пошевелил — мое предостережение подействовало. Поняв, что помощи от соотечественников ждать не приходится, Ян Бинбин выложила свой главный козырь — имя отца:
— Господин Чон. Подумайте хорошенько! Если «Project I.O.A.» намерен выходить на китайский рынок, вам просто жизненно необходима поддержка моего отца!
«Это не Китай, соплячка. Это Корея».
— Вот как? В таком случае я с удовольствием докажу тебе, что мы прекрасно завоюем китайский рынок и без тебя.
— Что?!
— Возвращайся в свой Китай, пусть твой потрясающий папочка сдувает с тебя пылинки. Захочешь стать айдолом или актрисой на родине — твое дело.
Я растоптал ее хваленые связи мимоходом, даже не моргнув глазом, отчего у нее перехватило дыхание.
Отвернувшись, я бросил стоявшему позади Ван Луну:
— Ван Лун. Вычеркивай ее из списков и отправляй назад. Вызывайте первую по рейтингу запасную участницу из Китая.
— Д-да... понял, — даже Ван Лун отозвался с непривычной опаской, поглядывая на меня настороженно.
Только в этот момент до Ян Бинбин дошло: я абсолютно серьезен. Ее действительно вышвыривают.
На самом деле я пошел на этот шаг вовсе не из слепой бравады. Я прекрасно знал из своего прошлого таймлайна, что к концу этого года в мэрии Пекина грянет грандиозный коррупционный скандал, и абсолютно все заместители мэра полетят со своих постов с волчьими билетами. Каким бы всесильным ни казался ее клан сейчас, для человека, знающего будущее, все это было лишь пустым звуком.
Жаль было лишь одного: несмотря на скверный характер, по внутренним оценкам китайского отбора Ян Бинбин занимала второе место по вокалу и танцам.
«Потеря ощутимая, но дисциплина дороже».
Я не стал задерживаться на ней и перевел тяжелый взгляд на остальных пекинских девчонок:
— Ну? А с вами что делать? Если хотите составить компанию Ян Бинбин — только заикнитесь. Отправлю обратно весь выводок.
Участницы испуганно отвели глаза, вжимаясь в спинки кресел:
— Н-нет...
— Мы хотим... хотим остаться на проекте!..
Я сдержанно кивнул:
— Прекрасно. Тогда сели на места и привели физиономии в порядок. Как только дверь откроется, на вас будут направлены десятки объективов.
— Слушаемся!
Хрупкая пекинская коалиция рассыпалась в прах за считаные секунды. Покончив с ними, я уже сделал шаг к задним рядам, к шанхайской принцессе Лю Лань.
В этот миг Ян Бинбин в отчаянии вцепилась обеими руками в мой пиджак.
Хвать.
— Что ты творишь? А ну пусти.
— П-простите меня, господин Чон! Я была неправа!..
До нее наконец дошло, что здесь ее фамилия не стоит ни гроша. Ян Бинбин склонила голову, с трудом сглатывая уязвленную гордость. Судя по всему, предательство пекинских подружек и ледяное молчание стаффа отрезвили ее мгновенно.
— Я больше никогда так не поступлю! Пожалуйста, дайте мне всего один шанс! Умоляю вас, сэр! — взмолилась она, цепляясь за меня как за соломинку.
В ее расширенных зрачках горело бешеное, неукротимое желание пробиться на сцену. И в эту секунду перед моим мысленным взором внезапно всплыл образ Чан Соён.
В прошлой жизни я судил о людях исключительно по их дерзким выходкам, совершенно не пытаясь понять скрытые мотивы и боль. Из-за этого Соён прошла через ад. Быть может, и за гонором этой девчонки стояло нечто большее?
«Ладно. Дать один шанс — не преступление».
В конце концов, ей было всего девятнадцать. Но и спускать подобное с рук было нельзя.
Я аккуратно, но неумолимо разжал ее пальцы на своих рукавах и холодно процедил последнее предупреждение:
— Считай, что это твоя первая и последняя желтая карточка. Если до меня дойдет хоть единый слух, что ты снова строишь козни или мутишь воду, вылетишь с проекта посреди съемок без права на апелляцию. Уяснила?
— Да, господин Чон!
— Тогда готовься к выходу.
Ян Бинбин принялась непрерывно кланяться:
— Спасибо! Огромное вам спасибо, сэр!
Заметив это, Лю Лань и вся шанхайская делегация на задних рядах тоже синхронно склонили головы:
— Простите нас, господин Чон! Мы просто очень сильно испугались... Перенервничали перед вылетом, вот и сорвались! Мы обязательно извинимся перед Ван Линой! Простите нас, пожалуйста!
Лю Лань была миниатюрной девушкой ростом около 160 сантиметров с аккуратным каре. На внутренних отборах она держала уверенное третье место. Огромные оленьи глаза, точеный носик — ее фарфоровое кукольное личико вызывало искреннее удивление, как столь выразительные черты вообще помещаются на такой крошечной головке. Голосок у нее был звонкий и обаятельный, а поскольку корейский она знала лишь на среднем уровне, слова вылетали забавно перепутанными и неуклюжими.
При других обстоятельствах я бы указал ей на ошибки, но времени на светские беседы не оставалось. Впрочем, и прощать ее за красивые глаза я не собирался.
— Лю Лань. Ты тоже получаешь желтую карточку. Запомни это крепко.
— Поняла! Простите! Сэр!
Наконец-то в них проснулась та самая собранность и дисциплина, с которыми они обязаны были сойти по трапу. Теперь они действительно напоминали слаженную команду.
— У вас три минуты. Привести себя в порядок и приготовиться к выходу!
— Да, господин Чон!
Салон самолета мгновенно наполнился суетливым шелестом косметичек.
Тридцать три победительницы китайского этапа с пышными букетами цветов в руках степенно прошествовали по телетрапу, миновав зону ВИП-контроля. Оказавшись в зале ожидания, они слаженно записали короткое групповое приветствие.
Вслед за ними прибыла японская группа. У них перелет прошел без сучка и задоринки. Благодаря этому заместитель директора Ито Тэцуя из агентства «AMOSE» спокойно и организованно доставил всех тридцать трех японских участниц.
Когда обе группы выстроились в просторном ВИП-зале, ПД Чи Ёнсик принялся наводить финальный лоск на мизансцену.
Отыскав взглядом Лилину сестру, он дал ей указание:
— Линлин, встань во главе строя и задавай тон приветствию.
— Да, господин Чи.
Шестнадцатилетняя Чжан Линлин встала ровно по центру между китайской и японской шеренгами, крепко сжимая свой букет.
Чи Ёнсик взмахнул рукой:
— Три, два, один. Мотор!
— «Дорогие фанаты, выберите своего мирового айдола! С этой секунды шоу “Project I.O.A.” начинается! Пожалуйста, подарите нам свою любовь!»
И тотчас шестьдесят шесть голосов за ее спиной взорвались дружным, синхронным эхом:
— «Пожалуйста, поддержите нас!»
Вот так грандиозный проект сделал свой первый публичный шаг. В студии оставалось лишь отснять жеребьевку по командам и заселение в общежитие, и этот материал в купе с региональными кастингами полностью заполнит хронометраж первого эпизода.
— Отлично! На выходе караулят репортеры, так что улыбаемся во все тридцать два зуба, ясно?
— Да, сэр!
Присмиревшие участницы в последний раз оправили одежду, готовясь перешагнуть порог зала.
И в этот момент в помещение влетел бледный помощник режиссера Ли Тхэын и что-то лихорадочно зашептал на ухо Чи Ёнсику.
Лицо главного продюсера мгновенно окаменело. Он резко повернулся ко мне:
— Слухи о Ван Лине и Минамото Аой утекли в прессу. Журналисты снаружи уже копытом землю роют, глаза у всех горят!
«Слив в СМИ?»
Значит, кукловодом был вовсе не бывший президент «TNT» Ю Кансок. Даже при содействии адвоката он, сидя в изоляторе, никак не успел бы провернуть медийную атаку с такой скоростью.
Я тут же твердо произнес, ободряя Чи Ёнсика:
— Спокойно, господин Чи. С прессой я разберусь сам.
Я ни за что не позволю проекту зашататься на самом старте, сыграв на руку какому-то теневому ублюдку.
«Кто бы ты ни был, гнида... Сперва я закончу съемку. А потом мы с тобой поквитаемся».

Комментарии

Загрузка...