В двухчасовом выпуске новостей MBS диктор зачитал экстренное сообщение:
— Сегодня около девяти часов утра в приёмном отделении больницы А в Апкуджоне начальник детективного отдела Ч. из полицейского участка Каннама предпринял попытку злоупотребления служебным положением и похищения человека. Однако прокурор Центральной окружной прокуратуры Сеула Со Джэиль, получив анонимную наводку, арестовал детектива на месте преступления.
Пип.
В президентском кабинете TNT Entertainment Ю Кансок с багровым от злости лицом выключил телевизор.
— Вот же тупица этот начальник Чан! Чем он вообще думал?!
Неудивительно, что тот перестал отвечать на звонки — теперь всё встало на свои места.
Сидевший напротив бывший вице-председатель Jinseong Inc. Чин Мёнгю закинул ногу на ногу и произнёс:
— Начальник детективного отдела Чан ведь не назвал наших имён?
Ю Кансок с трудом сглотнул, встретив ледяной взгляд Чин Мёнгю.
— Н-нет, он бы не посмел. Не настолько он глуп. Я пришлю ему адвоката и подмажу нужных людей. Тогда он точно будет держать язык за зубами.
— Проследи, чтобы ниточка ни в коем случае не потянулась к нам.
— Слушаюсь, господин Чин.
С дивана резким голосом добавила Чин Мёнхи:
— Донеси до него предельно ясно: если заговорит, сухим из воды не выйдет. Понял?
Ю Кансок торопливо закивал, кланяясь брату и сестре.
Успокоив сестру, Чин Мёнгю вновь обратился к Ю Кансоку:
— И каков теперь наш следующий шаг?
— Раз уж начальник Чан за решёткой, изначальная подстава провалилась.
— Это я и без тебя вижу!
— Прежде всего я планирую на вложенные вами средства в кратчайшие сроки расширить компанию, переманив актёров первой величины. Мы надавим на телеканалы и продюсерские студии, чтобы те выбирали TNT вместо Hoop.
— Думаешь, вещатели на это пойдут? Влияние Чон Юнхо и Hoop только растёт.
— Чего в этом мире нельзя сделать за деньги? Продюсеры обожают деньги.
Ю Кансок с гордостью напомнил, что TNT Entertainment поднялась на нынешний уровень именно благодаря отработанной системе подкупа.
Чин Мёнгю кивнул, однако всё ещё оставался недоволен:
— Допустим. Но даже при таком раскладе компании нужна яркая звезда, которая станет её лицом, верно?
Глаза Ю Кансока хищно блеснули.
— Именно. Поэтому я собираюсь раскручивать Гюри, которая сейчас снимается в «Хваранджон». Для своего возраста она лучшая и внешностью, и актёрской игрой. При должной поддержке она гарантированно взлетит.
— Ты о Мин Гюри? О той, что играет принцессу Тохва в «Хваранджон»? Она ведь снималась в рекламе нашего шоколада Jinseong, так?
— Верно, это она. Через два дня состоится Азиатская конференция брендов. Там я встречусь с Райаном Кимом, исполнительным директором Louis' Batton. Собираюсь порекомендовать Мин Гюри в качестве основной модели для их новой линейки аксессуаров, которая запускается на следующей неделе.
— Погоди. «Порекомендовать» — значит, её кандидатура ещё не утверждена?
— Райан — мой старый университетский приятель, так что преимущество на моей стороне. Если мы гарантируем определённый объём продаж, сделка у нас в кармане.
— То есть, если пообещаем выкупить новые аксессуары, получим место модели?
— Совершенно верно.
Чин Мёнгю задумался. Раз Louis' Batton выводит на рынок новую линию аксессуаров, бренд наверняка захочет произвести фурор. Пяти миллиардов вон может оказаться маловато. А вот десять миллиардов — вполне серьёзная заявка, хоть и накладная. Впрочем, элитные аксессуары всегда можно перепродать, так что эти траты сойдут за вложение.
Чин Мёнгю кивнул:
— Тогда я оформлю предзаказ примерно на десять миллиардов вон. Но при условии, что товар останется на их складе до моего востребования.
Тут подала голос Чин Мёнхи:
— Я могу взять ещё миллиардов на пять на тех же условиях.
В одно мгновение брат с сестрой обязались выкупить товара на пятнадцать миллиардов вон. Лицо Ю Кансока мгновенно просияло: эта сумма покрывала треть всего прогнозируемого годового объёма продаж новой линейки Louis' Batton.
— С пятнадцатью миллиардами, думаю, я точно смогу выбить контракт!
Чин Мёнгю нахмурил брови:
— Не «думаю, смогу», а обязан выбить. И вбей им в голову ещё кое-что: когда я вернусь в кресло вице-председателя Jinseong, такие суммы станут для них сущими копейками. Ясно?
— Запомню, господин Чин. И обязательно оправдаю ваше доверие.
На губах Ю Кансока заиграла самодовольная ухмылка. Вот только он понятия не имел, какой сюрприз в эту самую минуту готовил для него Чон Юнхо.
Настал день Азиатской конференции брендов в отеле Jinseong в Самсон-доне.
Чан Соён, проведшую два дня в стационаре из-за травмы обеих ступней, наконец выписали этим утром. Замаскировав её и усадив в инвалидное кресло, я доставил девушку в люкс 1203 отеля Jinseong — там мы должны были нанести ей макияж перед началом конференции.
Щёлк.
Едва я открыл дверь номера, как увидел Ян Сори и Ли Мири: примчавшись сюда ещё на рассвете, они уже полностью подготовились к работе.
— Вы пришли, господин Чон.
Обменявшись приветствиями, Ли Мири перевела взгляд на Чан Соён в кресле:
— Как твои ноги?
Чан Соён выдавила улыбку:
— Уже намного лучше.
— Слава богу.
В этот миг Ян Сори подняла пару сделанных на заказ силиконовых протекторов для стоп. Их оттенок был максимально приближен к тону кожи Чан Соён, а внутри имелась мягкая подкладка, снижающая нагрузку.
— Надеваются как носки. Просто вложишь в туфли.
— Спасибо вам.
Следом Ли Мири достала туфли на каблуках от Louis' Batton на один размер больше обычного. Из-за силиконовых накладок нога стала шире, и стилисты заранее это учли. Обе женщины сделали всё возможное, чтобы свести боль Чан Соён к минимуму.
— Оставляю её на вас, — сказал я.
— Можете не волноваться, господин Чон.
Женщины закатили кресло с Чан Соён в спальню люкса. Оставшись в гостиной один, я ещё раз мысленно пробежался по главным доводам, которые сегодня собирался представить Райану Киму.
Ключевым фактором, безусловно, была сама рекламная модель. Объёмы продаж напрямую зависели от того, кто представляет бренд — доказательством тому служил пример Юджин, в кратчайшие сроки вознесшей L.M.L на вершину корейского рынка люкса. Именно поэтому я приложил все усилия, чтобы довести образ Чан Соён до безупречного блеска.
Зная, что Райан питает особую слабость к моделям в чёрных тонах, я связался с Джейсоном Чо и сумел раздобыть лимитированное платье и туфли с недавнего показа Louis' Batton в Монако.
Вторым козырем, на который я намеревался надавить, был предварительный выкуп продукции новой линии. Как бы тесно Райан ни общался с Ю Кансоком в студенческие годы, на первом месте для него всегда стояли показатели продаж. В таких сделках безоговорочное преимущество получала та сторона, что могла гарантировать крупный оптовый предзаказ.
Именно поэтому я попросил своих «белых рыцарей» заранее зарезервировать партию товара, объяснив им, что контракт с Louis' Batton взвинтит стоимость Чан Соён перед нашим выходом на биржу, превратив такую покупку в весьма выгодную инвестицию.
Я ещё раз сверился с заметками и воскресил в памяти нашу встречу с исполнительным директором Райаном Кимом до моего возвращения в прошлое.
Спустя полчаса в дверь номера тихо постучали.
Тук-тук.
— Входите.
Щёлк.
В гостиную вошли исполняющая обязанности президента Чин Арам и её секретарь Чхве Хисон. В нежно-голубом платье Чин Арам выглядела сегодня особенно ослепительно.
— Всё идёт по плану? — спросила Чин Арам.
— А, да, — ответил я. — Ей как раз заканчивают макияж.
И в ту же секунду дверь спальни снова открылась, и оттуда вышла Чан Соён.
Щёлк.
К моему изумлению, девушка с уже готовым макияжем шла сама — пусть медленно, но на своих двоих, без инвалидного кресла.
«Ничего себе...»
Передо мной стояла та самая Чан Соён, что два дня назад в насквозь промокшей одежде и жалком виде ворвалась в офис, требуя встречи со мной. Сейчас её было просто не узнать. Большие глаза, прежде казавшиеся слишком простыми, благодаря изысканному макияжу теперь излучали благородство с лёгкой ноткой дерзости. Крошечная родинка под левым глазом придавала её хищным, лисьим чертам лица притягательный акцент.
На контрасте губы тронула нежно-розовая помада, добавлявшая образу невинное, почти девичье очарование. Длинные, до самой талии, волосы были уложены асимметрично на одно плечо. Облегающее чёрное платье с открытой спиной выстраивало идеальную грань между аристократичной сдержанностью и смелой чувственностью.
Ян Сори и Ли Мири вложили весь свой талант, превратив Чан Соён в подлинную богиню подиума. Сама же новоиспечённая модель, ещё не привыкшая к такому преображению, застенчиво вспыхнула при взгляде на своё отражение.
Наконец Ли Мири, главный архитектор сегодняшнего образа, с гордостью произнесла:
— Я выжала всё, на что способна. С такой внешностью она хоть сейчас может выходить главной моделью на парижский подиум — все шеи посворачивают.
Переманить Ли Мири и Ян Сори оказалось гениальным ходом. Как и поставить сегодня именно на Чан Соён.
Я поднял вверх большой палец:
— Блестящая работа.
Чин Арам восхищённо приподняла брови:
— Ничего себе... С таким видом её сегодня просто завалят предложениями. И где вы только откопали такое сокровище?
Мне оставалось лишь сдержанно улыбнуться — не рассказывать же ей, что это сокровище само свалилось мне на голову.
— Не могли бы вы показать вещь, о которой мы договаривались? — попросил я.
Чин Арам кивнула и обернулась. Чхве Хисон достала из сумки деревянный футляр, обтянутый дорогим бархатом.
Щёлк.
Стоило крышке откинуться, как внутри засиял лимитированный комплект украшений с хрустальным крестом от Louis' Batton.
— Примерь, — предложил я.
Ли Мири украсила волосы, уши и шею Чан Соён драгоценностями. В тот миг, когда чёрный бархат платья соединился с холодным блеском серебра, воздух в комнате будто наэлектризовался — словно недостающий фрагмент мозаики наконец встал на место, рождая ощущение абсолютного совершенства.
— Потрясающе... Соён невероятна. Просто ослепительна.
— Правда?
Но пока все вокруг заворожённо любовались безупречной картиной, мне в голову пришла неожиданная мысль.
— Давайте уберём колье, — предложил я.
Все присутствующие в люксе озадаченно переглянулись. В их взглядах читался немой вопрос: зачем намеренно портить то, что и так доведено до идеала?
Выразив общее недоумение, Ли Мири осторожно возразила:
— Господин Чон, но ведь это цельный гарнитур. Без колье образ покажется незавершённым.
— Именно этого я и добиваюсь.
— Простите?
— Оставим одно пустое место. Чтобы людям самим захотелось его заполнить.
Райан Ким был закоренелым перфекционистом. И тот Райан, которого я знал, ни за что не вынесет вида незаконченного лимитированного комплекта.
— Хм... ладно. Доверимся вашему чутью, господин Чон.
Ли Мири с явной неохотой сняла колье с шеи Чан Соён. В тот же миг в образе действительно появилось ощущение лёгкого изъяна — словно упустили нечто важное. Но именно такого эффекта я и добивался.
Спустя пару секунд Ли Мири понимающе кивнула:
— А вы правы. Теперь, когда его нет, так и тянет повесить туда хоть что-нибудь. Ах... как же называется это ощущение?
— Последний штрих.
— Точно! Именно он — последний штрих!
— Вот и предоставим право добавить этот последний штрих исполнительному директору Райану Киму.
Лишь после этих слов на лицах остальных расцвели улыбки. Теперь готово было абсолютно всё, кроме одной тревожной детали — израненных ног Чан Соён.
— Соён, как боль? Терпимо?
Я опустил взгляд на туфли от Louis' Batton на её ногах. Под ними скрывались сделанные Ян Сори силиконовые накладки, но они всё равно оставались слишком тонкими, чтобы полностью заглушить боль.
И всё же Чан Соён слабо, чуть неловко улыбнулась:
— Всё хорошо, Юнхо. Я выдержу.
Мероприятие продлится с десяти утра до четырёх вечера. Она сжимала зубы, превозмогая острую боль ради одной-единственной цели — вернуть своих братьев и сестрёнку. В её чуть дрожащем голосе ясно слышалось, чего ей стоило каждое движение.
Хороший менеджер обязан хотя бы на минуту помочь артисту забыть о боли. И тут мне пришла в голову отличная идея.
— Погоди секунду, Соён.
— Да? Что такое?
Не теряя времени, я набрал видеозвонок её брату. Ответил старший из мальчишек, Чан Джунхён:
— Господин Чон? Ой... Сестра?!
Чан Соён растерянно моргнула, увидев на экране младшего брата:
— Д-Джунхён?
— Ого-о-о~ Сестра, ты нереальная! Ты что, уже стала звездой?!
Прошло всего два дня, а дети были безумно рады её видеть. И сама Чан Соён чувствовала то же самое.
— Ну что ты... это просто макияж.
В следующий миг в крошечный экран втиснулось лицо Чан Мёнсика, и он восторженно заорал:
— Ух ты! Это правда наша сестра?! Ты выглядишь потрясающе!
Ещё бы им не удивиться — перед ними была настоящая богиня, созданная руками профессиональных гримёров и стилистов. При виде искреннего восторга среднего брата на лице Чан Соён впервые проступила робкая уверенность.
Наконец между головами братьев вынырнула маленькая макушка Чан Ёнджу. Распахнув от изумления рот и круглые глазки, четырёхлетняя малышка выдала весь свой словарный запас разом:
— Сестричка! Сестричка! Ты как ангел! Ты самая красивая на всём белом свете!
На губах Чан Соён медленно расцвела тёплая, светлая улыбка.
— Ёнджу...
— Да, сестричка!
— Как только я всего добьюсь, я сразу за вами приеду. Хорошо?
Залившись румянцем, Чан Ёнджу засияла и сложила руками сердечко над головой:
— Ага! Поняла, сестричка! Осталось двадцать восемь ночек, так что обязательно приходи! Я тебя люблю~
Тут Чан Джунхён шепнул, что пора отключаться, пока их не застукала мать. Прежде чем звонок оборвался, Чан Соён посмотрела на младших и показала им маленькое сердечко из пальцев.
— Я вас тоже люблю~
На этом Чан Соён попрощалась с семьёй.
Щёлк.
Когда экран погас, Чан Соён прикрыла глаза и сделала глубокий, долгий вдох. А когда она снова подняла веки, вся её аура переменилась. От чарующих черт лица теперь исходила подлинная, властная харизма.
— Юнхо. Пойдём.
— Хорошо. Сегодня я тебя сопровождаю. Обопрись на мою руку.
Я согнул руку в локте, помогая ей сделать первый шаг, и мы все вместе покинули номер.
Мы спустились в Большой бальный зал на первом этаже отеля Jinseong в Самсон-доне.
Над сценой висел широкий баннер с надписью «Азиатская конференция брендов». Перед ней тремя аккуратными рядами выстроились около полусотни столов. Весь первый ряд заняли ведущие мировые гиганты вроде Channy, Hermos и Louis' Batton — рядом с представителями домов моды восседали приглашённые звёзды.
За столиком Channy расположилась Чу Ёнин, а за столом Hermos — Со Иён. За столом Louis' Batton сидели Мин Гюри, главная претендентка на участие в предстоящей рекламной кампании аксессуаров, и Пэ Хиджон, в прошлом году удостоенная награды за актёрское мастерство на кинопремии «Хванрён».
Пэ Хиджон была уважаемой актрисой, чья роль в картине «Последнее убежище» — фильме о Корейском полуострове после ядерной войны — собрала восемь миллионов зрителей. Сейчас именно она являлась лицом линейки сумок Louis' Batton.
Во втором ряду разместились дочерние марки люксовых брендов. Наконец, третий ряд отдали отечественным корейским компаниям: HK Inc., LZ Fashion и L.M.L — элитному бренду корпорации LM Apparel.
Рассадка предельно наглядно отражала нынешнее положение корейских марок на фоне мировых гигантов, но я не сомневался, что уже в следующем году всё изменится. В конце концов, L.M.L, лицом которого была Юджин, уже в этом году готовился к полномасштабной экспансии на весь азиатский рынок.
В эту минуту по бальному залу прокатился сдержанный шёпот. Появление Чан Соён в облегающем чёрном платье мгновенно приковало к себе взгляды всех до единого представителей люксовых брендов.
«Отлично... Пора начинать».
С этой секунды я намеревался сделать Чан Соён новым лицом Louis' Batton, что бы там ни заготовил Ю Кансок.
Но именно в этот момент у меня в кармане завибрировал телефон — Everyday прислал новое уведомление.
Ж-ж-ж~
[Уведомление: на 13 марта 2021 года зарегистрировано новое событие в расписании Чан Соён.]
Вот только содержание этой записи оказалось совершенно абсурдным.
«Чего? Что за чертовщина?»
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Агент по подбору талантов для новичков знает все (Новелла) — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.