Наталья посмотрела на меня с тревогой и спросила:
— Не могли бы вы объяснить, что именно сейчас происходит и зачем вы ко мне пришли?
— Конечно. Но при условии, что вы тоже расскажете, что с вами случилось за это время.
— Хорошо, я расскажу.
В надежде пробудить её воспоминания я выложил всё, что знал. Услышав о том, как я подписал контракт с Хару и помог ему дебютировать, Наталья, казалось, немного успокоилась и ослабила бдительность.
— Моего мужа звали Ли Хёнмун?
— Вы правда не помните этого имени?
— Нет. Помню только, как смертельно боялась его побоев и сбежала. Больше ничего.
— Значит, вы не помните и имени своего сына — Хару? В последнее время его часто показывают по телевизору.
— Нет, я даже не подозревала об этом, пока вы не сказали. Я совсем не смотрю телевизор...
— Понимаю. Теперь ваша очередь, госпожа Наталья. Что именно с вами произошло?
В этот миг Ким Чхольсу перестал настороженно хмуриться и шагнул вперёд:
— Я объясню. Я помню тот день куда отчётливее неё.
Извинившись за недавнее недоразумение, Ким Чхольсу принялся рассказывать о событиях прошлого.
Пять лет назад прямо перед их больницей Наталью сбила машина, водитель которой скрылся с места преступления.
По счастливой случайности ранним утром, возвращаясь со смены, на неё наткнулся сам Ким Чхольсу. Он немедленно доставил женщину в приёмный покой, и после экстренной операции ей едва удалось выжить.
Два месяца Наталья провела в коме, а придя в себя, помнила лишь то, что бежала от мужа. Всё остальное стёрлось из её памяти.
Ким Чхольсу рассказал, как бережно выхаживал её, и подытожил:
— Я хотел помочь ей установить личность, но при каждом упоминании об этом у неё начиналась паника. Поэтому мы так и не обратились в полицию.
Наталья кивнула:
— Я боялась, что, если пойду в полицию, меня силой вернут мужу...
Благодаря помощи Ким Чхольсу и Ли Чонми Наталье удавалось жить, не оставляя никаких следов. Ким Чхольсу выдавал ей зарплату наличными, а Ли Чонми сняла для неё однокомнатную квартиру-студию на своё имя.
«Неудивительно, что отыскать следы Натальи оказалось так трудно. Теперь всё встало на свои места», — подумал я.
Выслушав эту историю, я низко поклонился Ким Чхольсу и от души поблагодарил его. А затем попросил Наталью встретиться с Хару. В конце концов, только она могла окончательно защитить сына от произвола отца.
— Мой муж... теперь угрожает нашему сыну? — в глазах Натальи вспыхнуло беспокойство.
Когда я рассказал, что Ли Хёнмун пытается вымогать у Хару деньги, Наталья разрыдалась.
— Не вините себя. Вы ни в чём не виноваты, госпожа Ёнхи, — попытался утешить её Ким Чхольсу.
Но она лишь покачала головой:
— Нет. Как бы тяжело мне ни приходилось, я должна была защитить своего ребёнка. Должна была... а вместо этого бросила сына и сбежала, спасая собственную шкуру. И вот к чему это привело...
Видя, как чувство вины всё сильнее терзает женщину, я поспешил рассказать, что перед уходом она не бросила мальчика на произвол судьбы:
— Уезжая из деревни, вы оставили письмо бабушке Сэри. Написали, что заработаете денег и обязательно вернётесь за Хару. Вы попросили её присмотреть за ним до тех пор.
Чтобы доказать свои слова, я набрал номер бабушки Сэри. Стоило ей ответить, как из динамика полился взволнованный голос:
— Глава команды Чон, неужели вы нашли Наталью?
— Да, нашёл.
— Ох, божечки! Какое счастье! Какая чудесная новость!
Бабушка Сэри радостно запричитала, но, услышав от меня, что мать Хару потеряла память, мгновенно притихла и заговорила с горечью:
— Наталья потеряла память? Почему? Как такое случилось?
— Я всё объясню позже. А сейчас не могли бы вы попросить отца Сэри включить видеозвонок?
Я предложил созвониться по видеосвязи в надежде, что знакомые лица помогут разбудить память Натальи.
— Сейчас, минуточку, глава команды Чон.
После короткой паузы изображение переключилось. В салоне автомобиля, мчавшегося в сторону Сеула, сидели дедушка, бабушка и родители Сэри.
— Вы её нашли!
— Неужели правда нашли?
— Батюшки! Наталья!
— Наталья, это же я! Ты меня помнишь?
Увидев мать Хару на экране, все четверо зашумели от радости. Бабушка Сэри и вовсе расплакалась, глядя в камеру:
— Ох, Наталья... Неужели ты совсем не помнишь моё лицо? Я же твоя мама!
— Вы... моя мама?..
— Ну конечно. Ты сама сказала, что будешь моей дочкой, раз осталась одна без матери. Совсем не помнишь?
— Я... не помню.
Наталья залилась слезами и в отчаянии схватилась за грудь. Она проговорила с семьёй Сэри ещё несколько минут, но звонок завершился ничем — память не вернулась.
— Всё кажется таким родным... Все лица такие знакомые... Но я никак не могу вспомнить... — рыдала она.
Ли Чонми бережно обняла её за плечи:
— Ёнхи, хватит на сегодня. Нельзя же вспомнить всё за один миг.
Наталья всхлипнула:
— Н-нет, госпожа Чонми. Ещё чуть-чуть... ну хоть самую малость... Моему сыну, Хару, угрожает его собственный отец. Я должна что-то сделать.
— А если ты сейчас в обморок упадёшь? Ты видела, какая ты бледная?
Помертвевшее лицо Натальи красноречиво говорило о том, каким непосильным трудом даётся ей каждая попытка заглянуть в прошлое. Похоже, с её помощью придётся повременить. Какой бы срочной ни была беда Хару, здоровье его матери сейчас важнее. Значит, мне придётся сражаться теми доказательствами, что уже есть на руках, и надеяться, что она поправится.
В этот миг Наталья вдруг крепко ухватилась за мою руку:
— Финальный этап. Если мы выедем прямо сейчас, мы ещё успеем?
До начала третьего раунда оставалось двадцать минут, а сам эфир продлится ещё час двадцать — если поторопиться, мы как раз поспеем к развязке.
— Успеть-то можно, но... мне кажется, сейчас вам лучше отдохнуть.
Наталья решительно покачала головой:
— Нет. Я не могу бросить сына во второй раз. Если вы меня не отвезёте, я поеду на такси.
Пусть она и не помнила самого Хару, материнское сердце безошибочно подсказывало ей, как поступить. От растерянности, охватившей её минуту назад, не осталось и следа. В конце концов мне пришлось уступить.
Увидев такую решимость, Ким Чхольсу обратился ко мне:
— Тогда и я поеду с вами. На всякий случай лучше, чтобы рядом был врач. Подождите секунду.
Он стремительно забежал обратно в здание больницы. Тем временем Ли Чонми утерла слёзы Натальи:
— Ёнхи, только не перенапрягайся. Память обязательно вернётся, так что не теряй надежды.
— Да, спасибо.
Через мгновение Ким Чхольсу вернулся с врачебным саквояжем в руках:
— Поехали.
— Хорошо.
И я помчался из Сувона в Сеул, везя в салоне Наталью и доктора Кима.
Мы чудом успели в студию TVM за десять минут до конца прямого эфира. Когда мы припарковались и вошли внутрь, готовка уже завершилась — участники готовились к дегустации.
В качестве закуски Хару подал салат из проростков сои. Основным блюдом стали жареные на гриле говяжьи рёбрышки по-андонски и филе андонской скумбрии без костей. На десерт он приготовил яблочный крамбл из андонских яблок. Почти всё было сделано из простых продуктов, привычных для его родного города.
Ли Джинтхэк, напротив, зашёл с козырей королевской кухни: подал на закуску молочную кашу тхаракчук, за ней — суп из говяжьих рёбрышек кальбитан и квадратные пельмени пхёнсу, а завершил всё ледяной хурмой на чёрном лакированном подносе с перламутровой инкрустацией.
Простота Хару и роскошь Ли Джинтхэка являли собой полную противоположность во всём.
Пока оба конкурсанта ждали вердикта, я прошёл в задний ряд зоны персонала сбоку от сцены. Следивший за съёмками Ли Ёнджин ошарашенно выдохнул, увидев мою спутницу:
— Неужели... это она?
— Да. Это мать Хару, госпожа Наталья.
Поскольку шёл прямой эфир, Ёнджин понизил голос:
— Как хорошо, что вы приехали. Хару так долго ждал этого дня.
Наталья молча кивнула с блестевшими на глазах слезами, а затем перевела взгляд на сцену. Её глаза словно сами собой отыскали и прикипели к Хару.
Тем временем Пэк Чонсок начал финальную оценку и первым обратился к Хару:
— Хару, это ваше решающее блюдо. Для кого вы его сегодня приготовили?
Хару глубоко вздохнул и ответил:
— Я готовил его для человека, который подарил мне надежду.
— Надежду?
— Да.
Что-то тут не сходилось. Я был уверен, что парень посвящает этот ужин матери, но он говорил о ком-то, кто подарил ему надежду.
«А, наверное, он имеет в виду, что не терял надежды даже в самые чёрные дни благодаря мыслям о маме», — догадался я.
Пэк Чонсок улыбнулся:
— Любите вы говорить загадками. Ну да ладно. А как же блюда в полуфинале? Там ведь была русская кухня.
Хару кивнул:
— Они предназначались человеку, который научил меня ценить семью. Поэтому мне хотелось угостить его домашними блюдами, которым когда-то научила меня мама.
«Погодите-ка. Если он хотел угостить кого-то маминой стряпнёй, значит, речь идёт не о матери? Да нет... не может быть», — замер я в растерянности.
Пэк Чонсок добродушно спросил:
— Выходит, и этот третий ужин тоже для того же человека?
— Верно. Я вложил в него всю душу. Впервые в жизни готовил полноценный обед из нескольких перемен.
— И в этом есть какой-то особый смысл?
— Я вложил в него искреннее желание: раз уж мы начали этот путь вместе, хочу попросить этого человека остаться со мной до самого конца.
Лицо Пэк Чонсока озарила довольная улыбка:
— Должно быть, невероятное счастье — услышать такое душевное признание от вас, Хару. Ну же, откройте нам секрет. Кто этот человек?
Смущённо опустив взгляд, Хару произнёс:
— Это мой менеджер, Юнхо-хён.
У меня в голове зазвенело. «Неужели весь этот пир и правда предназначался мне?»
Меня накрыли разом благодарность, потрясение и полнейшее недоумение. Я был настолько убеждён, что всё это затеяно ради его матери, раз уж он так тщательно хранил всё в тайне, а оказалось — я ошибся.
«Это всё было для меня!»
Вся усталость и беготня сегодняшнего дня мгновенно обрели смысл.
В это мгновение Хару повернул голову в мою сторону и помахал рукой:
— Юнхо-хён, спасибо тебе!
Все студийные камеры дружно развернулись на меня. И именно в эту секунду взгляд Хару встретился с глазами Натальи.
— Мама?..
Растерянный взгляд парня метнулся ко мне, словно спрашивая, что здесь происходит.
И тут стоявшая рядом со мной Наталья зашлась плачем и прошептала:
— Мое сокровишче...
Она пробормотала что-то совершенно непонятное и, потеряв сознание, рухнула прямо на меня.
Обморок матери Хару вызвал в студии настоящий переполох.
— Звоните сто девятнадцать! Срочно вызывайте скорую!
Хотя передача шла в прямом эфире, как раз вовремя началась рекламная пауза, подарившая нам около пяти минут.
— Аппаратная! Немедленно вырежьте эту сцену из повторов и дайте нам три минуты! Мы быстро всё уладим!
Стоило Чо Ханилю выкрикнуть приказ в рацию, как первая и вторая камеры развернулись в нашу сторону. Я бережно уложил Наталью на пол, а приехавший с нами Ким Чхольсу тут же принялся проверять её состояние.
Я толком не понимал, что происходит, но точно знал, что нужно делать сейчас. Повернувшись к застывшему в ступоре Ли Ёнджину, я скомандовал:
— Ёнджин, я останусь здесь. Беги скорее к Хару!
— Да, понял!
Он со всех ног бросился на съёмочную площадку, чтобы поддержать замершего на месте парня.
Посреди тревожного гула голосов Ким Чхольсу провёл беглый осмотр и наконец с облегчением выдохнул:
— Конечно, нужно будет сделать компьютерную томографию, но, похоже, она просто потеряла сознание от внезапного потрясения.
Услышав вердикт врача, вся съёмочная группа дружно перевела дух. Я сразу же попросил доктора о помощи:
— Доктор Ким, пожалуйста, сопроводите маму Хару в больницу. Я приеду сразу после эфира.
Поразмыслив секунду, Ким Чхольсу кивнул:
— Хорошо. Я доставлю её в больницу, проверю состояние и свяжусь с вами. А насчёт встречи госпожи Ёнхи с Хару решим уже после обследования.
— Договорились. Я полностью полагаюсь на вас.
Наблюдая за тем, как Ким Чхольсу оказывает первую помощь, я задумался: «Должно быть, память к ней вернулась».
Я не знал, насколько полно она всё вспомнила, но сомнений не оставалось — своего сына она узнала.
«Но что всё-таки значит "мое сокровишче"?»
Я не мог даже поискать эти слова в сети, потому что понятия не имел, как они пишутся.
В этот момент ко мне подошёл смертельно бледный Хару, которого держал за руку Ли Ёнджин. С отрешённым лицом парень тихо произнёс:
— Мое сокровишче... Мама раньше постоянно мне так говорила.
Несмотря на долгие годы разлуки, в его голосе звучала такая щемящая тоска, словно любовь к матери никуда и не исчезала.
— И что это значит? — спросил я.
По щекам Хару потекли слёзы, и он прошептал:
— Это значит... «моё сокровище».
Настройки чтения
Размер
18
Шрифт
Выравнивание
Тема
Интервал
1.7
Ширина
Оригинал текста
Отметки прогресса
Агент по подбору талантов для новичков знает все (Новелла) — Главы
Список глав загрузится при открытии.
Комментарии
Войдите, чтобы оставить комментарий.