— Он ведь... не умер?
Когда я спросил, жив ли Кан Ынги, Ли Сучхан покачал головой:
— Нет, жизни ничего не угрожает.
У меня вырвался короткий вздох облегчения.
— Кто его пырнул? И насколько всё серьёзно?
Ли Сучхан, всё ещё дрожа, ответил:
— Я не знаю. Адвокату только что позвонил начальник тюрьмы, он уже возвращается внутрь.
Мы не знали ни степени тяжести ранений, ни того, кто за этим стоит.
Ли Сучхан сжал кулаки и злобно процедил:
— Хённим, это точно Чхве Мансик! Полюбому эта тварь всё подстроила!
Если кто-то смог дотянуться до Кан Ынги прямо за решёткой, это должен был быть человек со связями и влиянием уровня Чхве Мансика.
И всё же я не мог делать поспешных выводов — это вполне мог оказаться и кто-то, затаивший обиду на Ынги ещё со времён его бандитской молодости.
Пока я размышлял, Ли Сучхан внезапно крикнул Чхве Тонхёку:
— Тонхёк, гони прямо в сберегательный банк Future Imagination!
— Понял. Инструменты в багажнике, можно выдвигаться хоть сейчас.
В Future Imagination Savings Bank Чхве Мансик занимал пост директора.
Ли Сучхан уже потянулся к рации, но я крепко перехватил его руку, останавливая:
— Сучхан, притормози!
Ли Сучхан обернулся, окинув меня острым, опасным взглядом:
— Ты сейчас предлагаешь мне стерпеть это?!
Он смотрел точно так же, как во времена, когда промышлял разбоем. Но меня таким было не пронять — уж точно не после того, как я пережил смерть и вернулся в прошлое.
Мне нужно было немедленно выбить дурь из головы Ли Сучхана, поэтому я рявкнул:
— И ты смеешь так на меня смотреть?! Что, и мне врезать собрался? Совсем перестал считать меня старшим братом?!
В ту же секунду взгляд Ли Сучхана прояснился, и он пришёл в себя:
— Н-нет, я не это имел в виду...
Хоть он и успокоился, на его лице всё ещё читалось жгучее негодование. Было ясно, что его злит моё внешнее хладнокровие в момент, когда ранили Кан Ынги.
Я надавил на него ещё сильнее:
— Возьми себя в руки, Ли Сучхан! Ынги сам сдался властям, чтобы вы, парни, могли жить нормальной жизнью, а ты собрался вламываться в банк с оружием?! Что, захотел попасть в вечерние новости? Или просто решил сам явиться к копам и доложить, что вы снова взялись за старое?!
Мои слова, кажется, подействовали — решимость Ли Сучхана заметно поколебалась. Как-никак Чхве Мансик был уважаемым директором сберегательного банка Future Imagination.
Ли Сучхан стиснул зубы, изо всех сил пытаясь обуздать гнев.
Дождавшись, пока он немного остынет, я заговорил спокойнее:
— Не пойми меня неправильно. Я не собираюсь спускать это Чхве Мансику с рук.
В глазах Ли Сучхана вспыхнул живой интерес:
— Вы серьёзно, хённим?
— Разумеется. Так что не руби сгоряча и сейчас сосредоточься на том, чтобы узнать состояние Ынги. И проследи, чтобы ребята, которые сидят с ним в одном следственном изоляторе, не натворили глупостей.
— Понял, хённим. И... простите за то, что было раньше. Я просто сорвался от злости.
— Забудь. Лучше звони своим и бери всё под контроль.
Ли Сучхан наконец взялся за телефон и начал обзванивать людей, раздавая указания не дёргаться и держать ситуацию в узде.
Казалось, само время остановилось.
Около десяти минут не поступало ни единого звонка или сообщения. Мой телефон, обычно разрывающийся от рабочих уведомлений, хранил жуткое молчание, словно затаившись перед чем-то неизбежным.
Бз-з-з!
В этот момент в кармане Ли Сучхана зажужжал телефон.
— Алло? А, Ынги-хённим?! Вы в порядке?
Увидев, как просветлело лицо Ли Сучхана, я невольно выдохнул с облегчением.
— Это Ынги-хённим. Звонит из машины скорой помощи.
— Включай громкую связь.
— Хорошо.
Как только Ли Сучхан нажал на кнопку, из динамика раздался голос Кан Ынги:
— Юнхо? Чёрт, меня чуть не прикончили.
Судя по всему, Кан Ынги звонил тайком, одолжив телефон у фельдшера.
Расслабив напряжённое лицо, я отозвался:
— Судя по твоему голосу, рана не слишком серьёзная.
— Ага. Ножом зацепило, но ничего страшного.
Его действительно полоснули ножом, но лезвие лишь поверхностно задело руку.
— Так что произошло?
— Какой-то тип набросился на меня сразу после встречи с адвокатом, когда я возвращался в корпус. Если бы ты не предупредил меня заранее, всё могло закончиться куда хуже.
— Знаешь, кто это был?
— Понятия не имею. Парень был под кайфом, нёс какую-то ахинею... Надо разузнать поподробнее.
Я не знал, что сказать человеку, который только что едва не лишился жизни. Он ведь поклялся своей матери и Ёнсиль, что завязал с прошлым. Но в такой ситуации я не мог просто требовать от него слепо держать обещание.
Почувствовав моё замешательство, Кан Ынги сам поспешил меня успокоить:
— Эй, я больше не бандит. Но как только выясню, кто за этим стоит... разберусь с ним по-своему, так что не переживай.
У меня сам собой вырвался вздох облегчения.
И тут Кан Ынги неожиданно добавил:
— Кстати, спасибо тебе, Юнхо.
— За что?
— За то, что приглядел за ребятами! Если бы не ты, они бы наверняка уже вляпались в какую-нибудь дурость.
Оба парня, стоявшие рядом, тут же забегали глазами, явно опасаясь, что я выдам их недавний порыв.
Я решил плавно сменить тему:
— Да брось, эти парни... они уже давно завязали со всеми этими делами.
Ли Сучхан и Чхве Тонхёк синхронно склонили головы в знак благодарности.
— Кстати, в какую больницу тебя везут?
— Понятия не имею. Не говорят. Видимо, потому что я арестант.
У меня уже была догадка, куда именно его доставляют, но я сделал вид, что не знаю.
— Ладно. Береги себя. Я скоро навещу.
— Свидание с заключённым? Сомневаюсь, что пустят. И не говори об этом Ёнсиль, ладно? Не хочу, чтобы она волновалась.
— Посмотрим на твоё поведение.
— Блин, от таких слов ещё страшнее становится.
Когда мы уже собирались закончить разговор, голос Кан Ынги вдруг стал серьёзным:
— Юнхо, ты ведь собираешься встретиться с президентом Чхве?
— Да.
— Тогда передай ему от меня вот что.
Тон Кан Ынги, ещё секунду назад лёгкий и шутливый, мгновенно стал тяжёлым и жёстким:
— Передай президенту Чхве, чтобы не смел попадаться мне на глаза.
— ...
— Я сегодня чуть не сдох только из-за того, что он спустя столько лет вылез из ниоткуда и перевернул наши жизни вверх дном. Пусть лучше молится, чтобы я не оказался его сыном! Если он попадётся мне на глаза, я этого так не оставлю.
Большинство людей на его месте с нетерпением ждали бы встречи с обретённым спустя долгие годы отцом. Но к нам с Кан Ынги это не относилось. От одной мысли о боли и лишениях сиротского детства у обоих сводило скулы.
— Понял. Я передам ему слово в слово.
— Мне велят класть трубку. Позвоню позже. И сам тоже будь осторожен. Чхве Мансик может переключиться на тебя.
— Хорошо, не переживай.
Я понимал, что в этот раз мне придётся встретиться с Чхве Ынтхэ при любом раскладе, хорошо всё обернётся или плохо. Нужно было выяснить, кто же его настоящий сын.
Возможно, из-за предупреждения Кан Ынги меня никак не покидало смутное чувство тревоги.
И в то же время в голову закралась леденящая душу мысль: «Чёрт побери. Неужели... нет, быть того не может?»
В кабинете директора сберегательного банка Future Imagination стоявший рядом главный секретарь Ян Джихун наклонился и что-то прошептал на ухо Чхве Мансику.
Лицо Чхве Мансика оставалось холодным.
— Значит, наркоман облажался? А я-то возлагал большие надежды на его умение обращаться с ножом.
— Прошу прощения, господин.
Ничуть не удивившись провалу, Чхве Мансик продолжил:
— Проехали. Ты выставил людей у входа в компанию?
— Да, я поставил там лучших бойцов.
На губах Чхве Мансика заиграла хитрая усмешка:
— Лишней крови не проливать. Как только заявятся, сразу вызывайте полицию. Это наш шанс накрыть их всех разом.
— Я уже заранее предупредил начальство местного полицейского участка.
Раз киллер, подосланный к Кан Ынги, провалился, Чхве Мансик резонно предположил, что люди Ынги обязательно придут мстить. Он планировал руками полиции скрутить их всех и упрятать за решётку. А уж когда Кан Ынги останется без своей банды, прикончить его самого будет проще простого.
Ян Джихун уточнил:
— Если они не появятся, сразу переходить к плану Б?
Чхве Мансик взглянул на наручные часы:
— Они ведь примчались на тот завод в Намянджу, чтобы вытащить Нальсэ, верно?
— Так точно.
— Учитывая дорогу, они должны ворваться сюда в течение ближайших тридцати минут. Если не объявятся — запускай план Б.
Чхве Мансик расставил сразу несколько ловушек, чтобы гарантированно избавиться от Кан Ынги.
— Слушаюсь, — кивнул Ян Джихун и вышел из кабинета.
Разобравшись со срочными делами, Чхве Мансик уселся на диван и перевёл взгляд на Чу Хосона, главу команды из Hoop Entertainment, сидевшего напротив.
— Глава команды Чу, благодаря тебе мы можем сорвать настоящий куш. Если всё выгорит, я поддержу тебя вместо Ким Донсу!
Чу Хосон расплылся в широкой улыбке, подобострастно потирая ладони:
— Я вовсе не на это рассчитывал, но если предоставите мне такой шанс, я сделаю всё возможное!
Неделю назад информаторы Чу Хосона засекли, как Нальсэ встречался с людьми Кан Ынги. Почуяв возможность провернуть крупную игру, Чу Хосон пошёл в обход Ким Донсу и доложил обо всём напрямую Чхве Мансику.
В ответ Чхве Мансик без колебаний отдал приказ убрать Кан Ынги прямо в тюрьме. Одного лишь факта, что Нальсэ связался с людьми из Reverse Entertainment, оказалось достаточно, чтобы пробудить в нём смертельные подозрения насчёт Кан Ынги.
Снаружи Чу Хосон горячо поддакивал каждому слову Чхве Мансика, но внутри у него всё переворачивалось.
«Блядь. Я знал, что он отмороженный, но не думал, что он настолько чокнутый псих!» — пронеслось в голове у Чу Хосона.
Он всего-то поделился своими догадками. Он и представить не мог, что Чхве Мансик реально пойдёт на заказное убийство. Пока Чу Хосон поддерживал светскую беседу, по его спине струился холодный пот.
В этот момент Чхве Мансик протянул ему пухлый белый конверт:
— Держи. Это твоя награда.
— Господин, я ведь не ради этого старался... — с трудом сглотнув, Чу Хосон попытался отказаться от толстого конверта, который в этот миг казался ему платой за собственную жизнь.
— Что такое? Струсил? Не хочешь же ты теперь заявить мне, что Кан Ынги — не родной сын президента?
Мгновенно опомнившись, Чу Хосон зачастил:
— Нет, что вы! Ни в коем случае! Я абсолютно уверен, что это он!
Чхве Мансик улыбнулся:
— Вот и славно. Ему лучше им быть, иначе отвечать головой придётся уже тебе, Хосон!
Чу Хосон судорожно сглотнул. «Отвечать головой... Он хочет сказать, что прикончит меня, если я ошибся?!»
Он уже начал сомневаться, действительно ли они всё ещё находятся в правовом государстве вроде Южной Кореи, но жребий был брошен. Пути назад не оставалось.
Чхве Мансик легонько похлопал Чу Хосона по щеке. Несмотря на звонкие шлепки, Чу Хосон даже не шелохнулся.
— Правильный настрой. Если замахиваешься на большое дело, без такой твёрдости никуда. О, кстати, я слышал, Чон Юнхо скоро повысят до начальника отдела. Это правда?
— Да, господин!
— Посмотрим, как можно затормозить это назначение. А ты тем временем подбери под себя ещё нескольких актёров. Я позабочусь о том, чтобы подкинуть тебе деньжат на расходы.
При упоминании прямого финансирования лицо Чу Хосона мгновенно озарилось радостью:
— Благодарю, господин Чхве!
— Но о моём поручении не забывай.
— Конечно, для закрытой вечеринки господина Пака я подготовлю актрис исключительно класса А.
Чу Хосон втайне поставлял Чхве Мансику актрис — как из Hoop Entertainment, так и из других агентств.
— Хорошо.
За этим разговором незаметно протекли тридцать минут.
Чхве Мансик молча посмотрел на часы и пробормотал себе под нос:
— Похоже, они всё-таки не приедут.
Затем он снял трубку телефона:
— Да, это я. Судя по всему, придётся задействовать план Б.
Голос на другом конце провода коротко ответил согласием.
Арестантов из следственного изолятора, где держали Кан Ынги, обычно направляли в сеульскую больницу H.
Я вспомнил, как бывал здесь в прошлой жизни, когда Ли Сонджуну, угодившему за решётку за марихуану, понадобилась экстренная операция из-за лопнувшего аппендикса.
Если память мне не изменяла, Кан Ынги должны были положить на седьмой этаж, где содержали заключённых.
Я быстро шагнул в лифт, стараясь не привлекать внимания. Ли Сучхан и Чхве Тонхёк плотно следовали за мной: один держал в руках корзину с цветами, другой — подарочный набор напитков.
Когда створки лифта закрылись, Ли Сучхан спросил:
— Хённим, зачем мы вообще пришли сюда с цветами под видом посетителей?
— Скорее всего, Ынги положили именно сюда.
— Сюда?
— Да.
Тут подал голос Чхве Тонхёк:
— Но нас же всё равно не пустят к Ынги-хённиму. Вы что, задумали устроить ему побег?
— Ты что, в кино попал? Ынги не смертник, зачем мне устраивать ему побег?
Навестить заключённого, на которого только что совершили покушение, действительно было бы непросто, не говоря уже о побеге.
Но у меня была совершенно другая причина приехать сюда.
«Зная Чхве Мансика, он вполне может попытаться добить Ынги», — подумал я.
Человек, прозванный «Гадюкой из Мёндона», никогда не бросал начатое на полпути.
Я обернулся к парням с предельно серьёзным выражением лица:
— Слушайте внимательно. Как только выйдем на седьмом этаже, если у входа не окажется полиции — бросайте всё и бегом за мной.
Если Кан Ынги действительно перевели сюда, у дверей лифта на седьмом этаже должны были дежурить двое полицейских, и ещё один — в коридоре прямо у палаты.
А вот если Чхве Мансик вновь нацелился на жизнь Кан Ынги, на посту не окажется ни одного из троих стражей порядка.
Ли Сучхан недоверчиво спросил:
— Неужели этот ублюдок способен подмять под себя даже полицию?
— Не могу утверждать наверняка. Но если кто-то и способен на такое, то именно он.
В прошлой жизни Ким Донсу не раз выходил сухим из воды в самых грязных делах именно благодаря связям с политиками, высокопоставленными полицейскими и прокурорами.
Быстро уловив суть, Ли Сучхан и Чхве Тонхёк загорелись решимостью:
— Понятно.
Мы напряжённо замерли, когда кабина достигла седьмого этажа. Лифт звякнул, и двери медленно разъехались.
Динь!
Ни у лифта, ни в коридоре у палат не было ни одного полицейского.
Моё предчувствие не обмануло.

Комментарии

Загрузка...