— Можно узнать, какой именно тип нейротоксина был обнаружен? — спросила Чжу Цзянцзян.
— Выяснить не удалось, но можно точно сказать, что этот токсин действует очень быстро и обладает невероятной силой. Помимо отека легких, у погибшей наблюдалась острая почечная недостаточность. Мы проверили содержимое желудка — с едой все было в порядке.
— Было ли что-то еще, помимо токсина, в образцах жидкости из ее легких? — Чжу Цзянцзян задумчиво постукивала пальцем по экрану, погруженная в свои мысли.
— Еще нашли морские диатомовые водоросли. Предполагаем, что в ванне могла быть морская вода, не знаю, стоит ли считать это чем-то необычным. Могу сообщить еще одну деталь: подруга погибшей под номером сто один сказала, что в тот день та чувствовала себя неважно и хотела отпроситься, но в компании ей отказали. Пришлось принять жаропонижающее и выйти на работу.
Ши Чун и не рассчитывал, что Чжу Цзянцзян сразу же что-то вычислит, взглянув на фотографии. Все-таки прошло уже пять дней, и многие улики давно исчезли. Он уже собирался предложить ей съездить к общежитию, как вдруг Чжу Цзянцзян заговорила:
— Думаю, вам стоит попытаться найти этот мяч.
Она отмотала запись на десяток секунд назад и остановила видео на моменте, где девушка отбивала мяч. Было отчетливо видно: в ту самую секунду, когда она ударила, воздушный шар лопнул. Она резко отдернула руку, но тут же, как ни в чем не бывало, продолжила танцевать. Этот кадр было легко упустить из виду.
— Нейротоксины встречаются не только у змей, но и у некоторых видов медуз. Распространенные жаропонижающие — это нестероидные противовоспалительные препараты. Помимо снижения температуры, они обладают определенным обезболивающим эффектом.
— Я подозреваю, что девушка под номером сто один была отравлена еще на двенадцатой минуте двадцати шести секундах. Просто благодаря обезболивающему боль была притуплена. К двенадцатой минуте сорока двум секундам она стала невыносимой, и лекарство уже не помогало, но к тому моменту отек легких и отказ органов уже не позволяли ей позвать на помощь. А тут как раз упал электрический провод — несчастный случай, который скрыл правду.
Чжу Цзянцзян вернула телефон Ши Чуну. Увидев, что он глубоко задумался, она добавила:
— Рядом с Цинлуном находится Сянхай. В прибрежных водах Сянхая полно коралловых рифов, и там есть известное место под названием Глаз Медузы. Медузы в самом Глазе Медузы не ядовиты, но в тех зонах Сянхая, где запрещено частное ныряние, водятся крайне опасные виды — например, ируканджи, одна из самых ядовитых медуз в мире.
Если не удается найти способ доставки яда, то выяснение того, что это за яд, тоже может привести к убийце. В конце концов, если это действительно яд медузы, то его нужно было где-то приобрести — вряд ли преступник ловил ее собственноручно.
Чжу Цзянцзян не стала озвучивать эти мысли. Она верила, что Ши Чун и сам догадается. В любом случае, она сказала все, что могла; если найти убийцу не удастся, то она тут бессильна.
Осмотрев территорию вокруг общежития, Ши Чун почувствовал неладное. Все было логично: здание общежития стояло в самой глубине территории похоронного бюро, напротив столовой, в противоположной стороне от главных ворот. Никто из тех, кто собирался домой, не мог оказаться здесь случайно, проходя мимо.
Камер вокруг общежития было немного, а дорога, свернув на которую можно было подойти к корпусу, оказалась слепой зоной — там ничего не было видно. Тогда Ши Чун перевел взгляд на камеру в коридоре общежития.
— Можете не смотреть, камеры в общежитии — муляжи. Я живу здесь так долго, но ни разу не видела, чтобы они работали, — произнесла Чжу Цзянцзян.
Что ж, это объяснимо. В конце концов, вряд ли кто-то станет грабить похоронное бюро. К тому же общежитие расположено на отшибе, и если что-то пропадает, скорее всего, замешан кто-то из своих, поэтому никто не станет тратиться на лишнюю безопасность.Кроме меня и пары охранников со стажерами в общежитии до этого никто не жил. Я понятия не имею, зачем туда пришла Ван Манли. Но Хун Бинь, с которым мы раньше были в одной группе, два месяца назад внезапно подал заявление на общежитие, а у него с Ван Манли всегда были очень хорошие отношения. Не знаю, не к нему ли она заявилась.
Заметив, что у Ши Чуна загорелись глаза и он явно собирается расспрашивать дальше, Чжу Цзянцзян поспешно остановила его:
– Я с Ван Манли и вправду не близка, это всё, что мне известно. Если у тебя еще есть вопросы, иди спрашивай у Хун Биня, только не говори, что это я тебя направила.
Время было уже недетское, а Номер Пятьдесят Пятый всё еще ждал. Если не вернуться на работу немедленно, сегодня точно придется остаться сверхурочно.
– Ладно. Если вспомнишь что-нибудь еще касательно Ван Манли, пиши мне в любое время, – улыбнулся Ши Чун. – То, что ты только что рассказала про Номер Сто Первый, я запомнил. Сначала попробую раздобыть тот мяч, а когда во всем разберусь, дам тебе знать. Спасибо тебе сегодня.
Попрощавшись с Ши Чуном, Чжу Цзянцзян неторопливо зашагала обратно к Зданию Пинъань, попутно обдумывая слова, сказанные Ши Чуном пару минут назад.
В любое время?
Чжу Цзянцзян чувствовала, что Ши Чун жутко встревожен делом Ван Манли. Когда она обмолвилась, что дело тут нешуточное, на лице Ши Чуна отчетливо читалось согласие.
Тогда возникает вопрос: что же такое стряслось с Ван Манли всего за одну ночь, раз это заставило элитного сотрудника Городского бюро общественной безопасности посчитать случившееся серьезной проблемой?
Вернувшись, Чжу Цзянцзян застала Да Тана за дремотой на скамейке в раздевалке: его лицо было прикрыто толстым учебником по анатомии.
Не ожидав внезапного возвращения Чжу Цзянцзян, Да Тан испуганно кувыркнулся и чуть не свалился на пол.
– Извините, мастер Чжу, я сию минуту пойду привезу VIP-гостя под номером пятьдесят пять.
Номер Пятьдесят Пятый был пожилым человеком, скончавшимся от внезапного кровоизлияния в мозг. Его последней волей было желание в последний раз повидаться с внуками, которые учились в других городах.
Из-за того, что старик несколько дней упорно боролся за жизнь на больничной койке, его лицо после угасания жизненных сил исказилось от боли, вся голова сильно опухла, а трахея оказалась рассечена из-за того, что прежде к ней подключали аппарат искусственной вентиляции легких.
Чжу Цзянцзян попросила Да Тана принести лоток и, воспользовавшись иглой наибольшего размера, ввела трубку в черепную коробку Номера Пятьдесят Пятого, чтобы откачать кровь.
Лишь когда вышло около пятисот миллилитров крови, лицо Номера Пятьдесят Пятого постепенно начало возвращаться к нормальному виду.
– Седьмую, круглую иглу.
Да Тан ловко вытащил нужную Чжу Цзянцзян нить, вскрыл упаковку и протянул ей.
Взяв в руки пинцет, Чжу Цзянцзян сперва зашила внутренний слой трахеи. Затем, сменив иглу на трехгранную, она сопоставила края слева и справа и при помощи внутрикожного шва изящно и наглухо закрыла разрез на горле.
Закончив со всем этим, она нанесла на щеки и шею Номера Пятьдесят Пятого тончайший слой вазелина, разгладила его нахмуренные брови и уголки глаз, придала коже легкое сияние и только после этого принялась за макияж.
– Мастер Чжу, если намазать вазелином и отправить в холодильную камеру, он ведь не возьмется комками? – с некоторым сомнением спросил Да Тан.
– Есть такая вероятность, поэтому вазелин нельзя мазать слишком толстым слоем, если нанести потоньше, проблем не возникнет. Если же не мазать вовсе, кожа будет слишком сухой, и макияж получится неестественным. Идеально, конечно, проводить похороны сразу после макияжа, но делать реставрацию тела в тот же день — слишком в спешке.
Сверяясь с фотографией, Чжу Цзянцзян смешала тональный крем и мягко нанесла его кистью на лицо Номера Пятьдесят Пятого. Макияж для мужчины требовался несложный, достаточно было придать лицу здоровый и естественный вид.
Вот только вставную челюсть Номера Пятьдесят Пятого носить во время кремации было нельзя, поэтому ее заранее вынули, из-за чего губы целиком запали внутрь.
Поразмыслив немного, Чжу Цзянцзян скатала из вулканизированного латекса вперемешку с ватой округлый лоскуток с изгибом и аккуратно подложила его под верхнюю губу, отчего та сразу обрела естественную пухлость.
Поручив Да Тану отвезти Номер Пятьдесят Пятый обратно и видя, что время уже позднее, Чжу Цзянцзян отправилась в раздевалку переодеться.
Она никак не ожидала, что, едва переступив порог раздевалки, подпрыгнет от испуга.
– Хун Бинь? Ты что здесь делаешь?

Комментарии

Загрузка...