Телефон у Цзян Аньнин и впрямь был так себе — старенький Android за тысячу с небольшим, выпущенный пару лет назад, который то и дело подтормаживал и зависал.
Хотя работал он со скрипом, владелица берегла его, так что выглядел он почти как новый. Цзян Аньнин рассказала, что купила его с рук два года назад ровно за шестьсот юаней.
Обучая её азам, Сюй И заодно расспрашивал о жизни.
Он считал свою судьбу тяжелой, но по сравнению с историей Цзян Аньнин это были сущие пустяки.
Она выросла в детском доме и покинула его, когда ей исполнилось всего четырнадцать. Без образования и документов несовершеннолетнюю девочку никто не брал на работу. В самые трудные времена ей нечего было есть, пока хозяин одной уличной забегаловки не сжалился и не взял её к себе.
Три года Цзян Аньнин проработала у него, получая сущие копейки — юаней триста-пятьсот в месяц. И с этих крох ей удалось скопить чуть больше четырёх тысяч.
Потом дела у забегаловки пошли на спад, и хозяину пришлось закрыться.
Цзян Аньнин купила подержанную тележку и, используя те несколько рецептов, которым успела научиться, начала торговать сама.
Слушая, как спокойно и ровно она обо всём рассказывает, Сюй И не мог не проникнуться уважением.
Жизнь обрушила на эту девушку столько бед, а она приняла их все, оставаясь твёрдой, как камень.
Ей было всего девятнадцать, но как бы она ни старалась это скрыть, мозоли на её маленьких руках бросались в глаза.
Цзян Аньнин украдкой взглянула на него:
— Брат, а почему вы пили в ту ночь?
— Поругался с семьёй. Было паршиво на душе.
— Вы такой хороший человек. Наверняка в ссоре вы были не виноваты.
Сюй И промолчал, и Цзян Аньнин спросила снова:
— Вы местный?
— Да, здесь родился и вырос, — отозвался Сюй И, почувствовав, что готов немного поговорить. — Мне повезло больше, чем тебе. Мои родители вырастили меня и умерли, когда мне было пятнадцать.
— Они, наверное, вас очень любили.
Сюй И улыбнулся:
— А какие родители не любят своих детей? Помню, в детстве стоило мне слегка простудиться, и они места себе не находили. Отец дежурил у постели первую половину ночи, а мать — вторую. В итоге я выздоравливал, а они от недосыпа потом сами ходили больные.
Он отвёл взгляд от телефона и посмотрел в окно.
Хотя с тех пор прошло много лет, он всё ещё не привык вслух делиться прошлым.
Иногда Сюй И казалось, что он приносит одни несчастья. Из-за него родители рассорились с сестрой, и эта обида осталась навсегда. Из-за него семейный бизнес пошёл под откос. Из-за него мать подорвала здоровье и часто болела...
Но иногда он чувствовал невероятную удачу от того, что был их сыном.
Они ни разу не подняли на него руку, каким бы непослушным он ни был и что бы ни натворил. Поводом пропустить школу всегда было одно — «плохое самочувствие». И родители неизменно отпрашивали его и с тревогой везли в больницу. Они знали, что он врёт, но лишь с любовью журили его взглядом. Если он спал допоздна, они приносили еду прямо в постель. Если ему чего-то хотелось, на следующий день отец разбивался в лепёшку, но доставал это.
В суете лет Сюй И почти забыл, что когда-то его любили больше собственной жизни.
Жаль только, что два единственных человека в мире, любивших его так сильно, не дали ему шанса отплатить им тем же.
Он взял себя в руки, навёл камеру на Цзян Аньнин:
— Подними голову. Сделаем фото на аватарку.
Щёлк.
Сюй И пропустил фото через мультяшный фильтр, загрузил и спросил:
— Как назовём аккаунт?
— Брат, придумайте сами, я же необразованная.
— Давай проще: просто «Аньнин».
Девушка с трудом сдержала смешок, изо всех сил стараясь сохранить серьёзный вид. Название и впрямь было проще некуда.
Сюй И вернул ей телефон:
— Давай я напишу твою историю, и мы выложим её как первое видео?
Цзян Аньнин замялась:
— А это не будет выглядеть так, будто я давлю на жалость?
— Но ведь у тебя и правда была тяжелая жизнь, — ответил он.
Сама не замечая как, Цзян Аньнин расслабилась.
Она поняла, что хоть Сюй И и казался холодным и отстранённым, при близком общении рядом с ним становилось легко и спокойно.
— Только, пожалуйста, не приукрашивайте слишком сильно.
— Всё будет как есть. А когда текст завирусится, ты запустишь стрим и всё объяснишь про меня. Дальше будешь снимать и монтировать ролики про то, как торгуешь едой.
Цзян Аньнин, ничего в этом не смысля, обеспокоенно спросила:
— Это, наверное, отнимет у вас кучу времени?
— Я давно хотел попробовать себя в этой сфере, так что помогаю не просто так, — успокоил её Сюй И. — Будем зарабатывать — поделим прибыль пополам. А если не пойдёт, будем считать это экспериментом и попробуем что-нибудь ещё.
Он говорил так легко и непринуждённо, что Цзян Аньнин заразилась его уверенностью — всё казалось простым и выполнимым.
Единственное, что её тревожило: он так в неё верит, не разочаруется ли в будущем?
Сюй И не подозревал о её сомнениях. Заметив, что уже поздно, он добавил её в WeChat и перевёл десять тысяч юаней.
— Я пока привязан к больнице. Пожалуйста, купи мне завтра ноутбук. Любого бренда, главное, уложись в десять тысяч.
Сюй И был из тех, кто, взявшись за дело, доводит его до конца.
Ноутбук был нужен не только для того, чтобы написать текст для Цзян Аньнин. Он собирался вспомнить старые навыки и нарисовать несколько иллюстраций для Хань Юя в счёт долга. К тому же лежать в больнице предстояло ещё долго, и надо было чем-то себя занять.
Раз уж умирать не пришлось, значит, нужно жить на полную.
...
На следующий день, в одиннадцать утра, Цзян Аньнин принесла новый ноутбук. А заодно купила ему две пижамы и кое-какие мелочи для жизни.
Сюй И поблагодарил, включил компьютер, раздал интернет с телефона и начал устанавливать нужные программы. Пока он возился с настройками, Цзян Аньнин принялась наводить порядок в немного растрёпанной палате.
Сначала Сюй И было неловко её утруждать. Но, попытавшись отговорить и увидев, что она не слушает, он перестал спорить. Каждый занялся своим делом, и атмосфера была на удивление гармоничной.
Вскоре Сюй И полностью погрузился в работу. Правда, здоровье не позволяло долго сидеть, и чаще всего именно Цзян Аньнин напоминала ему, что пора размяться. Они выходили прогуляться, и по пути он учил её основам создания коротких видео.
Сам Сюй И не был суперпрофессионалом в этой сфере, но, поскольку в компании Юй Сыюань он часто сталкивался с подобными задачами, его знаний с лихвой хватало, чтобы натаскать новичка вроде Цзян Аньнин.
— Брат И, вы уже написали текст? — спросила Цзян Аньнин во время утренней прогулки по больничному скверу, неспешно шагая следом.
— Ещё вчера вечером закончил, — небрежно отозвался Сюй И. — Можем публиковать хоть сейчас, но надо немного подождать.
Цзян Аньнин не стала допытываться, чего именно они ждут, и просто терпеливо шла рядом.
Казалось бы, скучный маршрут, но всё вокруг дышало жизнью.
Утреннее солнце отбрасывало длинные косые тени. Пока Сюй И не видел, Цзян Аньнин дурачилась, шаг за шагом наступая на его тень.
— Ой!
Увлёкшись игрой, она неожиданно во что-то врезалась. Очнувшись, она поняла, что Сюй И вдруг остановился.
Кончики её ушей мгновенно покраснели, и она испуганно затараторила:
— Брат, я вам ничего не отдавила?
Не дождавшись ответа, она проследила за его взглядом.
Метрах в тридцати, в самом конце аллеи, неподвижно и холодно стояла женщина.
С ног до головы в брендовых вещах, с утончёнными чертами лица. Высокая, около метра семидесяти, с рассыпанными по плечам слегка вьющимися каштановыми волосами и модной сумкой в руках — её фигура казалась стройной и изящной.
То ли Цзян Аньнин показалось, то ли взгляд незнакомки действительно был невероятно мрачным. И эта мрачность разом стирала весь её лоск.
Цзян Аньнин почувствовала тревогу и какую-то непонятную горечь.
Если та женщина была луной, то сама она — лишь крошечным светлячком.
Женская интуиция подсказывала: эта ослепительная незнакомка явно имеет к Сюй И какое-то отношение.
Возможно, это его жена.

Комментарии

Загрузка...