Ван Хуэй слушал подобострастный тон собственного отца, и его сердце, казалось, вот-вот остановится. Как он мог не понять? На другом конце провода был президент отделения «Sequoia Capital» в Сячжоу.
Ван Хуэй слушал подобострастный тон собственного отца, и его сердце, казалось, вот-вот остановится. Как он мог не понять? На другом конце провода был президент отделения «Sequoia Capital» в Сячжоу.
Ван Цзиньюнь отложил телефон и глубоко вздохнул. Затем он посмотрел на сына:
Ван Цзиньюнь отложил телефон и глубоко вздохнул. Затем он посмотрел на сына:
一 Где этот человек? Я пойду извиняться вместе с тобой.
一 Где этот человек? Я пойду извиняться вместе с тобой.
一 Папа, кто он такой на самом деле?
一 Папа, кто он такой на самом деле?
Ван Цзиньюнь, казалось, уже смирился с судьбой. Он лишь не понимал, кем был тот молодой человек рядом с Ма Яньцзюнем, если он смог напрямую надавить на президента «Sequoia Capital» и заставить того лично звонить и требовать извинений.
Ван Цзиньюнь, казалось, уже смирился с судьбой. Он лишь не понимал, кем был тот молодой человек рядом с Ма Яньцзюнем, если он смог напрямую надавить на президента «Sequoia Capital» и заставить того лично звонить и требовать извинений.
一 Я и сам не знаю, 一 Ван Цзиньюнь покачал головой. 一 Господин Шэнь лишь сказал, что мы обязаны получить прощение любой ценой. И у нас на это всего полчаса.
一 Я и сам не знаю, 一 Ван Цзиньюнь покачал головой. 一 Господин Шэнь лишь сказал, что мы обязаны получить прощение любой ценой. И у нас на это всего полчаса.
一 Брат Хуэй, так тем людям, которых я позвал... им всё еще приходить? 一 осторожно спросил Чжао Кэ, парень с татуировками на руках.
一 Брат Хуэй, так тем людям, которых я позвал... им всё еще приходить? 一 осторожно спросил Чжао Кэ, парень с татуировками на руках.
一 Какое «приходить»! Пусть валят туда, откуда вылезли! 一 Ван Хуэй всерьез засомневался, не дерьмо ли у Чжао Кэ вместо мозгов.
一 Какое «приходить»! Пусть валят туда, откуда вылезли! 一 Ван Хуэй всерьез засомневался, не дерьмо ли у Чжао Кэ вместо мозгов.
Сам отец примчался, чтобы лично сопровождать его на поклон, 一 неужели не ясно, что с такими людьми шутки плохи?
Сам отец примчался, чтобы лично сопровождать его на поклон, 一 неужели не ясно, что с такими людьми шутки плохи?
一 Люди, которых ты позвал? Ты что, еще и подонков каких-то подрядил? Живо веди меня к нему! 一 Услышав, что сын собирался использовать грязные методы, Ван Цзиньюнь окончательно вышел из себя.
一 Люди, которых ты позвал? Ты что, еще и подонков каких-то подрядил? Живо веди меня к нему! 一 Услышав, что сын собирался использовать грязные методы, Ван Цзиньюнь окончательно вышел из себя.
Если бы не срочность ситуации, он бы точно выпорол Ван Хуэя ремнем, чтобы восполнить тому пробелы в воспитании.
Если бы не срочность ситуации, он бы точно выпорол Ван Хуэя ремнем, чтобы восполнить тому пробелы в воспитании.
...
...
一 Ся Цзинфэн, смотри, Ван Хуэй вернулся со своим стариком. 一 Ма Яньцзюнь заметил появление Ван Цзиньюня в баре первым.
一 Ся Цзинфэн, смотри, Ван Хуэй вернулся со своим стариком. 一 Ма Яньцзюнь заметил появление Ван Цзиньюня в баре первым.
Он предполагал, что дело закончится капитуляцией Ван Хуэя, но не ожидал, что это переполошит самого главу корпорации.
Он предполагал, что дело закончится капитуляцией Ван Хуэя, но не ожидал, что это переполошит самого главу корпорации.
Перед ними был воротила из компании, котирующейся на бирже и управляющей активами почти в сто миллиардов долларов. Неужели он действительно пришел сопровождать сына, чтобы извиниться?
Перед ними был воротила из компании, котирующейся на бирже и управляющей активами почти в сто миллиардов долларов. Неужели он действительно пришел сопровождать сына, чтобы извиниться?
От этой мысли Ма Яньцзюнь невольно сглотнул. Какое же чудовищное давление должен был оказать Ся Цзинфэн, чтобы заставить человека такого статуса лично явиться с повинной?
От этой мысли Ма Яньцзюнь невольно сглотнул. Какое же чудовищное давление должен был оказать Ся Цзинфэн, чтобы заставить человека такого статуса лично явиться с повинной?
Ван Цзиньюнь шел впереди, а Ван Хуэй, весь дрожа, плелся следом. Они подошли к столику.
Ван Цзиньюнь шел впереди, а Ван Хуэй, весь дрожа, плелся следом. Они подошли к столику.
一 Добрый вечер, Яньцзюнь. 一 Ван Цзиньюнь был старым знакомым отца Ма Яньцзюня, поэтому, разумеется, узнал племянника.
一 Добрый вечер, Яньцзюнь. 一 Ван Цзиньюнь был старым знакомым отца Ма Яньцзюня, поэтому, разумеется, узнал племянника.
一 Здравствуйте, дядя Ван, 一 вежливо поздоровался Ма Яньцзюнь.
一 Здравствуйте, дядя Ван, 一 вежливо поздоровался Ма Яньцзюнь.
Ван Цзиньюнь перевел взгляд на спутника племянника:
Ван Цзиньюнь перевел взгляд на спутника племянника:
一 Господин, могу я узнать, как к вам обращаться?
一 Господин, могу я узнать, как к вам обращаться?
一 Моя фамилия Ся, 一 сухо ответил Ся Цзинфэн.
一 Моя фамилия Ся, 一 сухо ответил Ся Цзинфэн.
一 Господин Ся, я председатель совета директоров компании «Хуэйюнь» Ван Цзиньюнь. Ван Хуэй – мой сын. Я только что узнал, что он по неосторожности оскорбил вас, поэтому привел его принести официальные извинения. Надеюсь, вы сможете его простить.
一 Господин Ся, я председатель совета директоров компании «Хуэйюнь» Ван Цзиньюнь. Ван Хуэй – мой сын. Я только что узнал, что он по неосторожности оскорбил вас, поэтому привел его принести официальные извинения. Надеюсь, вы сможете его простить.
Ся Цзинфэн даже не взглянул на отца с сыном. Он всё еще был полностью погружен в голос Фан Цзюэся, звучащий со сцены.
Ся Цзинфэн даже не взглянул на отца с сыном. Он всё еще был полностью погружен в голос Фан Цзюэся, звучащий со сцены.
一 Что ты застыл как истукан? Живо извиняйся перед господином Ся! 一 Видя оцепенение сына, Ван Цзиньюнь в ярости отвесил ему пинка.
一 Что ты застыл как истукан? Живо извиняйся перед господином Ся! 一 Видя оцепенение сына, Ван Цзиньюнь в ярости отвесил ему пинка.
一 Господин... господин Ся, простите, я только что...
一 Господин... господин Ся, простите, я только что...
一 Проваливай. Не видишь, я музыку слушаю? 一 Ся Цзинфэн с недовольным видом прервал его.
一 Проваливай. Не видишь, я музыку слушаю? 一 Ся Цзинфэн с недовольным видом прервал его.
Ван Хуэй мгновенно вспыхнул, его лицо стало цвета свиной печени, но он не смел издать ни звука. Он взглянул на отца, но тот тоже не решался больше проронить ни слова.
Ван Хуэй мгновенно вспыхнул, его лицо стало цвета свиной печени, но он не смел издать ни звука. Он взглянул на отца, но тот тоже не решался больше проронить ни слова.
一 Господин Ся, тогда мы подождем в сторонке, пока вы закончите слушать. 一 Ван Цзиньюнь не зря считался старым волком в деловых кругах. Ся Цзинфэн ни во что его не ставил, но бизнесмен сохранял полное спокойствие.
一 Господин Ся, тогда мы подождем в сторонке, пока вы закончите слушать. 一 Ван Цзиньюнь не зря считался старым волком в деловых кругах. Ся Цзинфэн ни во что его не ставил, но бизнесмен сохранял полное спокойствие.
...
...
За соседним столиком несколько девушек-блогеров наблюдали за Ся Цзинфэном, и в их глазах читались амбиции.
За соседним столиком несколько девушек-блогеров наблюдали за Ся Цзинфэном, и в их глазах читались амбиции.
Ван Хуэй был заурядным внешне: невысокий, полноватый. Они крутились вокруг него исключительно из-за денег. Рядом с ним они видели многих богатых наследников и предпринимателей Ханчжоу, и почти все заискивали перед Ван Хуэем. В их представлении он был вершиной пищевой цепочки.
Ван Хуэй был заурядным внешне: невысокий, полноватый. Они крутились вокруг него исключительно из-за денег. Рядом с ним они видели многих богатых наследников и предпринимателей Ханчжоу, и почти все заискивали перед Ван Хуэем. В их представлении он был вершиной пищевой цепочки.
Но сегодня они впервые видели, как Ван Хуэй пасует. Даже его отец пришел извиняться. Было ясно: авторитет того молодого человека за столом неизмерим.
Но сегодня они впервые видели, как Ван Хуэй пасует. Даже его отец пришел извиняться. Было ясно: авторитет того молодого человека за столом неизмерим.
Ван Цзиньюнь лично извинился, а тот даже не удостоил его взглядом. И при этом магнат не посмел разозлиться, а послушно отошел в сторону.
Ван Цзиньюнь лично извинился, а тот даже не удостоил его взглядом. И при этом магнат не посмел разозлиться, а послушно отошел в сторону.
Если бы им удалось подобраться к этому парню, разве это не было бы куда престижнее, чем связь с Ван Хуэем? Одна лишь эта история за сегодняшнюю ночь могла до предела удовлетворить их тщеславие.
Если бы им удалось подобраться к этому парню, разве это не было бы куда престижнее, чем связь с Ван Хуэем? Одна лишь эта история за сегодняшнюю ночь могла до предела удовлетворить их тщеславие.
一 Вы пока болтайте, а я в туалет отойду.
一 Вы пока болтайте, а я в туалет отойду.
一 У меня что-то живот прихватило, я тоже на минутку.
一 У меня что-то живот прихватило, я тоже на минутку.
Девушки одна за другой подхватили сумочки и упорхнули в сторону дамской комнаты, оставив мужчин в недоумении.
Девушки одна за другой подхватили сумочки и упорхнули в сторону дамской комнаты, оставив мужчин в недоумении.
一 Похоже, у всех мысли сошлись в одном направлении! 一 одна из красавиц уже вовсю мазала губы помадой перед зеркалом.
一 Похоже, у всех мысли сошлись в одном направлении! 一 одна из красавиц уже вовсю мазала губы помадой перед зеркалом.
一 Девочки, давайте честно: каждая сама за себя, победит сильнейшая! 一 другая уже доставала из сумки кружевные черные чулки, чтобы переодеться прямо на месте.
一 Девочки, давайте честно: каждая сама за себя, победит сильнейшая! 一 другая уже доставала из сумки кружевные черные чулки, чтобы переодеться прямо на месте.
一 Я вообще на гормональных контрацептивах, так что посмотрим, кто из вас составит мне конкуренцию!
一 Я вообще на гормональных контрацептивах, так что посмотрим, кто из вас составит мне конкуренцию!
...
...
Когда песня закончилась, Фан Цзюэся сделала глоток воды, собираясь отдохнуть несколько минут.
Когда песня закончилась, Фан Цзюэся сделала глоток воды, собираясь отдохнуть несколько минут.
Ван Цзиньюнь воспользовался моментом и подал сыну знак глазами.
Ван Цзиньюнь воспользовался моментом и подал сыну знак глазами.
一 Господин Ся, мне правда очень жаль. Я повел себя как слепец, не узнав великого человека. Надеюсь на ваше великодушие.
一 Господин Ся, мне правда очень жаль. Я повел себя как слепец, не узнав великого человека. Надеюсь на ваше великодушие.
Ся Цзинфэн наконец перевел на него взгляд:
Ся Цзинфэн наконец перевел на него взгляд:
一 Честно говоря, мне больше нравился твой давешний дерзкий вид. Может, вернешься к образу?
一 Честно говоря, мне больше нравился твой давешний дерзкий вид. Может, вернешься к образу?
Ван Хуэй густо покраснел. Издевка Ся Цзинфэна была очевидной, но возразить он не смел.
Ван Хуэй густо покраснел. Издевка Ся Цзинфэна была очевидной, но возразить он не смел.
一 Ладно, раз уж пришел извиняться, то скажи – в чем именно твоя ошибка? 一 Ся Цзинфэн на самом деле терпеть не мог этот вопрос. Раньше, когда Линь Май злилась, она обожала его задавать.
一 Ладно, раз уж пришел извиняться, то скажи – в чем именно твоя ошибка? 一 Ся Цзинфэн на самом деле терпеть не мог этот вопрос. Раньше, когда Линь Май злилась, она обожала его задавать.
И он никогда не мог дать правильного ответа.
И он никогда не мог дать правильного ответа.
一 Я не должен был пытаться лезть в драку и тем более не должен был оскорблять вас.
一 Я не должен был пытаться лезть в драку и тем более не должен был оскорблять вас.
一 Похоже, ты так и не понял, в чем виноват, 一 Ся Цзинфэн покачал головой. 一 Может, пойдешь еще подумаешь?
一 Похоже, ты так и не понял, в чем виноват, 一 Ся Цзинфэн покачал головой. 一 Может, пойдешь еще подумаешь?
Лицо Ван Хуэя исказилось в гримасе страдания. Подобные вопросы для мужчины всегда были нерешаемой задачей с фатальным исходом.
Лицо Ван Хуэя исказилось в гримасе страдания. Подобные вопросы для мужчины всегда были нерешаемой задачей с фатальным исходом.
一 Господин Ся, что же еще я сделал не так? 一 осторожно спросил он. Он перебрал в уме все детали: вроде бы, кроме того выкрика в адрес Ся Цзинфэна, больше ничего не было.
一 Господин Ся, что же еще я сделал не так? 一 осторожно спросил он. Он перебрал в уме все детали: вроде бы, кроме того выкрика в адрес Ся Цзинфэна, больше ничего не было.
一 Ах, точно! Еще! 一 Ван Хуэй внезапно вспомнил про своих «вышибал». 一 Я не должен был подговаривать людей, чтобы разобраться с вами.
一 Ах, точно! Еще! 一 Ван Хуэй внезапно вспомнил про своих «вышибал». 一 Я не должен был подговаривать людей, чтобы разобраться с вами.
一 Эх... 一 Ся Цзинфэн вздохнул. 一 Ладно, забудь. Ты ни в чем не виноват. Это я виноват, идет? Давай я перед тобой извинюсь.
一 Эх... 一 Ся Цзинфэн вздохнул. 一 Ладно, забудь. Ты ни в чем не виноват. Это я виноват, идет? Давай я перед тобой извинюсь.
Этот неожиданный ход Ся Цзинфэна окончательно выбил почву из-под ног оппонента.
Этот неожиданный ход Ся Цзинфэна окончательно выбил почву из-под ног оппонента.
«Да что ж ты за человек такой? Как мужчина может задавать такие невозможные вопросы?» – пронеслось в голове у Ван Хуэя.
«Да что ж ты за человек такой? Как мужчина может задавать такие невозможные вопросы?» – пронеслось в голове у Ван Хуэя.
一 Господин Ся, я...
一 Господин Ся, я...
一 Замолчи. Подумай хорошенько, в чем твоя ошибка, и тогда возвращайся.
一 Замолчи. Подумай хорошенько, в чем твоя ошибка, и тогда возвращайся.
Получив от ворот поворот, Ван Хуэй был вынужден уйти ни с чем. Вид у него был такой, будто его мозговой процессор вот-вот перегорит от перегрузки.
Получив от ворот поворот, Ван Хуэй был вынужден уйти ни с чем. Вид у него был такой, будто его мозговой процессор вот-вот перегорит от перегрузки.
«Может, потому что я не сразу заговорил, когда подошел?»
«Может, потому что я не сразу заговорил, когда подошел?»
«Или ему моя прическа сегодня не понравилась?»
«Или ему моя прическа сегодня не понравилась?»
«Неужели дело в том, что я первым сделал шаг с левой ноги?»
«Неужели дело в том, что я первым сделал шаг с левой ноги?»
...
...
Ма Яньцзюнь, глядя на озадаченного Ван Хуэя, тоже сгорал от любопытства.
Ма Яньцзюнь, глядя на озадаченного Ван Хуэя, тоже сгорал от любопытства.
一 Слушай, ну правда, какого раскаяния ты от него ждешь? Я тоже не заметил за ним больше никаких грехов.
一 Слушай, ну правда, какого раскаяния ты от него ждешь? Я тоже не заметил за ним больше никаких грехов.
Ся Цзинфэн посмотрел на него с нескрываемым разочарованием:
Ся Цзинфэн посмотрел на него с нескрываемым разочарованием:
一 У тебя что, высокий балл в дипломе, но нулевая сообразительность?
一 У тебя что, высокий балл в дипломе, но нулевая сообразительность?
一 А? 一 Ма Яньцзюнь застыл с глупым выражением лица.
一 А? 一 Ма Яньцзюнь застыл с глупым выражением лица.
一 Вино он выплеснул не мне в лицо. И извиняться он должен не передо мной, а перед той девушкой. Какой толк от его поклонов мне?
一 Вино он выплеснул не мне в лицо. И извиняться он должен не передо мной, а перед той девушкой. Какой толк от его поклонов мне?
Ма Яньцзюня осенило.
Ма Яньцзюня осенило.
Он, как и Ван Хуэй, зациклился на том, что источником давления был Ся Цзинфэн. Естественно, все порывались умилостивить его, чтобы погасить пожар. Однако они упустили саму суть конфликта: всё началось с того, что Ван Хуэй обидел девушку.
Он, как и Ван Хуэй, зациклился на том, что источником давления был Ся Цзинфэн. Естественно, все порывались умилостивить его, чтобы погасить пожар. Однако они упустили саму суть конфликта: всё началось с того, что Ван Хуэй обидел девушку.
Ся Цзинфэн явно хотел, чтобы справедливость восторжествовала для Фан Цзюэся!
Ся Цзинфэн явно хотел, чтобы справедливость восторжествовала для Фан Цзюэся!
一 А еще говорил, что она тебе не интересна... Ну ты и жук, Ся Цзинфэн!
一 А еще говорил, что она тебе не интересна... Ну ты и жук, Ся Цзинфэн!

Комментарии

Загрузка...