— Алло? Сынок, ну как там у вас с девушкой? Дело движется?
— Мам, мы только общаемся, — поспешил оправдаться Су Цзе. — Она сейчас к экзаменам на госслужбу готовится, так что в ближайшие пару лет о свадьбе даже не думает. Не могу же я человеку жизнь ломать.
— Готовится она или нет, а тянуть до бесконечности нельзя! — возмутилась мать. — Тебе уже двадцать восемь стукнуло! Вон, троюродный племянник в свои двадцать три уже двоих растит, а ты чего ждешь? Смотри мне, в этом году обязательно вези невесту домой, хочу сама на нее поглядеть. А если опять один заявишься — можешь вообще не приезжать, мы с отцом и вдвоем новогодний ужин прекрасно съедим!
Су Цзе лишь тяжело вздохнул. Не рассказывать же матери, что его «девушка» пока существует исключительно в виде надувной куклы в шкафу? Эту призрачную пассию, жившую лишь в материнских фантазиях, он выдумывал так долго и выстроил вокруг нее такое «Шоу Трумана», что уже и сам едва не начал верить в собственную сказку.
Каждый звонок из дома неизменно сводился к одной и той же заезженной теме. Чтобы прикрыться хоть каким-то щитом, Су Цзе и состряпал небылицу о несуществующей избраннице, из-за чего теперь вздрагивал при каждом вызове, до смерти боясь проколоться. Но не отвечать было нельзя: мать устраивала настоящую бомбардировку, обрывая телефон до тех пор, пока он не снимет трубку.
— Мам, я все понял, я постараюсь! — выдохнул он и, перекинувшись с ней еще парой дежурных фраз, с большим трудом добился умиротворения вечно переживающей матери.
Сегодня Су Цзе редкостно повезло уйти с работы пораньше, и он уже предвкушал, как вернется домой и приготовит что-нибудь вкусное. Настроение обещало быть отличным, но разговор с матерью снова оставил неприятный осадок. Впрочем, не успел он сделать и нескольких шагов, как впереди мелькнул знакомый силуэт.
Это была стройная, статная девушка в строгом офисном костюме. Черные брюки подчеркивали соблазнительные изгибы ее зрелой фигуры, а неброский, но безупречный макияж оттенял нежную, сияющую кожу. Судя по всему, она тоже только что закончила смену, вот только угодила в беду: на ступенях предательски надломился каблук, и бедняжка подвернула лодыжку.
Теперь она ковыляла вперед, медленно, словно неуклюжая улитка, — с такой черепашьей скоростью до станции метро она добралась бы аккурат к моменту, когда уйдет последний поезд.
— У Мэнли, ты ногу подвернула? — окликнул ее Су Цзе, поравнявшись с ней. Девушка обернулась и слегка нахмурилась, узнав своего бывшего соседа по школьной парте.
Благодаря счастливому случаю они однажды случайно узнали друг друга в уличной толпе, и с тех пор раз в два-три дня неизменно пересекались по дороге на работу или обратно. Школьная дружба за прошедшие годы почти сошла на нет, превратившись в приятельские отношения: при встрече они обычно лишь кивали друг другу да перебрасывались парой дежурных фраз.
— Ступеньку не заметила, когда спускалась, вот и подвернула, — морщась от простреливающей в лодыжке боли, призналась У Мэнли. Она продолжала хромать вперед, прекрасно понимая, что если ничего не изменится, на последний поезд метро ей уже не успеть.
— Залезай, донесу тебя до метро, — неожиданно предложил Су Цзе. Перекинув портфель на грудь, он опустился перед ней на корточки и помахал рукой за спину, призывая опереться.
— Ты?.. — в ее голосе прозвучало невольное сомнение. Одинокой девушке, проработавшей в столице демонов несколько лет, волей-неволей приходилось быть предельно осторожной. Воспоминания о школьных годах давно выцвели, и сейчас они были только неплохими знакомыми — не более того.
— Ну знаешь ли! Я по старой школьной памяти помочь пытаюсь, а ты смотришь как на врага народа, — скривился Су Цзе и тут же поднялся на ноги. — Раз так, ищи тут ближайшую гостиницу и ночуй.
— Извини! Пожалуйста, помоги мне добраться до станции... Здесь гостиницы безумно дорогие, за одну ночь сдерут двухдневную зарплату! — спохватившись, У Мэнли торопливо ухватилась за его плечо. Она закусила губу, чувствуя, как по лбу градом катится пот. Это был один из самых фешенебельных районов столицы демонов, и цены здесь зашкаливали так, что простому офисному трудяге переночевать в местном отеле было совершенно не по карману.
— Старый сосед, ну выручи! — взмолилась У Мэнли, видя, что парень разворачивается и собирается уйти. Она снова вцепилась в его руку, и в ее голосе впервые прозвучали непривычно мягкие, просящие нотки: — Если тебе потом что-нибудь понадобится, я обязательно отплачу тем же, и мы будем в расчете! Никто никому ничего не должен!
— Ну и характер у тебя! — усмехнулся Су Цзе. — Девушке на чужбине осторожность не помешает, это факт, но нельзя же быть настолько расчетливой! Он покачал головой, снова опустился на корточки, подхватил У Мэнли на спину и зашагал в сторону станции метро.
У Мэнли шмыгнула носом и неловко прижалась к его плечу. Она почти не общалась с парнями, отчего столь тесный контакт вызывал легкую скованность. — А ты знаешь, что с такой непробиваемой прямолинейностью никогда себе девушку не найдешь? — не удержалась она от шпильки. — Или у тебя уже кто-то есть? «Быть такого не может! — тут же осадила себя У Мэнли. — У этого закоренелого дуболома ни за что не появится пара!» Как бы ни было стыдно признавать, десять лет назад, в выпускном классе, она питала к Су Цзе тайную симпатию.
Вот только сколько бы тонких намеков она ни делала, у этого непробиваемого чурбана не возникало ни малейшей реакции! После школы их пути разошлись по разным городам, связь оборвалась, и со временем то наивное юношеское чувство просто стерлось из памяти.
Су Цзе неспешно шагал по улицам столицы демонов, скользя взглядом по переливающимся неоновым огням ночного мегаполиса. — Сразу после выпуска, может, и была охота за кем-то ухлестывать, — философски отозвался он. — А сейчас, при графике с девяти до девяти без выходных и проходных, откуда силы еще и незнакомой девице подлизываться? Не можешь обеспечить человеку счастливую жизнь — незачем и голову морочить.
К тому же, будь у меня свободный часок, я лучше в Ущелье призывателей пару каток раскатаю — хоть душой отдохну. Су Цзе самодовольно усмехнулся, всем своим видом подчеркивая непробиваемую натуру.
У Мэнли лежала на его плече, задумчиво разглядывая бесконечный поток машин. — И что, так и собираешься всю жизнь бобылём прожить? — тихо спросила она. — Если ничего не случится, то да! Характер у меня скверный, стелиться перед кем-то я не умею, стукнуло уже двадцать восемь, а нормальных отношений отродясь не было, — Су Цзе махнул бы рукой, не будь заняты плечи. — Да и зачем я тебе это рассказываю?
Игры куда интереснее баб: когда в сердце нет женщин, любая игровая операция выходит прямо-таки божественной! Он уже вошел в раж и готов был разразиться целой тирадой — в столице демонов Су Цзе жил один и, кроме коллег, почти ни с кем не общался, — но вовремя спохватился, вспомнив, что тащит на спине девушку.
— А сама-то? — перевел он стрелки. — Нашла себе парня? Внешность у тебя вроде вполне ничего. Если память не изменяет, мы одногодки? Девушке в двадцать восемь без кавалера дальше только тяжелее будет, поезд-то уходит! У Мэнли, как раз подбиравшая аргументы против его нелепой холостяцкой философии, от такой наглости едва не задохнулась. «Уж простите великодушно, что я старая дева!» — стиснула она зубы. Этот мерзавец остался все тем же бесчувственным чурбаном: будучи ее ровесником, он умудрялся поучать ее тоном умудренного жизнью старца.
— А в столице демонов разве у кого-то иначе? — тяжело вздохнула У Мэнли. — От этой работы с ума сойти можно, изо дня в день такой стресс, какие уж тут романы... За последние годы к ней не раз пытались подкатить ухажеры, но она неизменно давала им от ворот поворот. — Тогда сменила бы работу на что-нибудь попроще и занялась устроением личной жизни, — не унимался Су Цзе, продолжая нудеть без умолку. — Мужчина с годами только вес набирает, а вот для девушки молодость — главный капитал! Слушая, как этот закоренелый холостяк рассуждает точь-в-точь как деревенская сваха, У Мэнли готова была зажать уши, лишь бы не слышать его болтовни.
— Хм! Не одинокому псу мне нотации читать! — в сердцах выпалила У Мэнли, глядя на красный и зеленый сигналы светофора и выплескивая накопившуюся горечь. — Я просто не хочу стать для кого-то обузой. Мне и одной прекрасно живется: никому не подчиняюсь, сама зарабатываю и сама трачу! Она давно повзрослела и больше не была той наивной простушкой, что только-только шагнула со школьной скамьи в большой мир. Так, переругиваясь, они продолжали не спеша двигаться к метро.
Но тут Су Цзе внезапно замер на месте, будто его осенила какая-то мысль. — Слушай, а то, что ты только что говорила, еще в силе? — спросил он. — Что именно? — не поняла У Мэнли. — Ну, насчет взаимной помощи! Девушка с досадой поморщилась. Она же брякнула это просто к слову, из вежливости, чтобы замять неловкость, а этот чурбан воспринял все за чистую монету!
«Чертов дуболом! Поделом тебе двадцать восемь лет в холостяках ходить!» — Конечно, в силе, — процедила У Мэнли, подозрительно прищурившись и крепче вцепившись в его плечи. Если этот тип посмеет ляпнуть что-то непристойное, она была готова немедленно спрыгнуть на асфальт.
— До Нового года осталось всего пару месяцев. Не могла бы ты на праздники съездить со мной и на один денек притвориться моей девушкой, чтобы я отвязался от родителей? — выпалил Су Цзе. При мысли о недавнем разговоре с матерью у него буквально зубы сводило от тоски. После института наступил брачный возраст, и теперь каждая поездка в родные края превращалась в сущие Врата Призраков. В старших классах встречаться запрещали, в университете не было денег на свидания, а стоило получить диплом — как от тебя тут же требуют жениться и родить им внуков прямо на следующий день. А ведь всего несколько минут назад мать выкатила ему настоящий ультиматум. К тому же, если память не изменяла, они с У Мэнли выросли в одном уездном городе, и их дома стояли не так уж далеко друг от друга.
Лицо У Мэнли вытянулось и потемнело. «А раньше ты о чем думал?!» Она сама ни с кем толком не встречалась, а теперь должна изображать возлюбленную перед родителями этого вечного холостяка! — Я, понятное дело, не за спасибо прошу: по косарю за день, как тебе? — бодро продолжал торговаться Су Цзе, глядя на отсчитывающий секунды светофор. По его меркам, косарь за сутки был более чем щедрой платой — больше предлагать было уже невыгодно.
Взгляд У Мэнли стал опасно острым. Она уже всерьез раздумывала, не спрыгнуть ли прямо сейчас — нога болела не так сильно, и оставшиеся пару сотен метров до станции она вполне могла доковылять сама. Но внезапно ее мысли приняли совершенно иной оборот.
«Разориться захотел? Ну ладно, чертов одиночка, я согласна! Ты же у нас такой красноречивый, да? Я покажу тебе, насколько суров этот мир! Засяду в твоем доме, спущу все твое бабло до копейки и преподам тебе незабываемый урок!» Сделав глубокий вдох, чтобы унять кипящее внутри злорадство, У Мэнли выдавила:
— По рукам! Косарь в день. И смотри потом не пожалей!
Худо-бедно они заключили сделку и у входа в метро распрощались, договорившись на новогодние праздники отправиться на родину вместе.
На следующее утро Су Цзе открыл глаза и машинально огляделся, но вокруг стояла непроглядная тьма. В этой глухой полутьме он смутно разглядел собственные ладони: кожа на них была нежной и гладкой, а сами кисти заметно уменьшились в размерах, напоминая ручки подростка.
Смутная тревога кольнула сердце, и Су Цзе в панике принялся шарить руками по стене. Пальцы нащупали выключатель. Тускло-желтый свет разогнал мрак, обнажив совершенно незнакомую обстановку: крохотная отдельная спальня от силы метров в пять-шесть, где из всей мебели стояли лишь узкая кровать, обшарпанный шкаф да старенький письменный стол. Су Цзе оцепенел.
Опустив взгляд на собственное тело, он побледнел, затем покраснел, а в следующую секунду его лицо окончательно почернело от ужаса. Произошло нечто совершенно немыслимое: на груди ощущалась непривычная тяжесть, а снизу подозрительно сквозило прохладой, будто там чего-то не хватало. Дрожащей рукой он полез проверить — и замер: между ног было абсолютно пусто... Верный боевой товарищ, верой и правдой служивший ему двадцать восемь лет, внезапно покинул его без единого прощального слова.
С застывшим, ничего не выражающим лицом Су Цзе дрожащими пальцами взял со стола старый кнопочный мобильный телефон. В 2023 году подобные раритеты уже были окончательно выведены из строя временем и забыты, но здесь, в этой комнате, лежал именно такой аппарат. Он взглянул на экран с датой: 15 октября 2013 года! Ровно десять лет назад!
Возле кровати лежало несколько неубранных тетрадей, а под ними белел уголок пластиковой карточки. Су Цзе поднял ее и обомлел — это был ученический билет: Первая школа Ляньчэна, 3-й класс старшей школы, 4-я группа, У Мэнли.
Су Цзе затрясло мелкой дрожью: он всего лишь хотел найти себе временную девушку, а не стать ею сам!
(Текст был строго отредактирован, весь сомнительный контент удален. Уважаемые модераторы, пощадите и пропустите главу! Амитабха!)
(Конец главы)

Комментарии

Загрузка...