Выйдя из бара, Шэнь Наньютэ нырнула в припаркованную у входа машину.
Снаружи лил проливной дождь, она промокла насквозь.
Мужчина поднял взгляд, потушил сигарету, и первыми его словами при виде неё были:
— Сними.
— Только не пачкай мою машину.
Тело Шэнь Наньютэ охватила жаркая, подобная огню волна. Услышав это, она распахнула затуманенные глаза и только теперь поняла, что это Чжоу Юйсэнь.
Сначала она остолбенела, но затем с улыбкой обвила руками его шею и провела языком по алые губам.
— Помоги мне раздеться.
Её голос звучал притворно и сладко, с отчетливыми нотками взрослого соблазнения.
Она видела Чжоу Юйсэня всего второй раз в жизни.
В первый раз — на приветственном банкете у друзей. Он сидел в углу, чарующе покуривая сигарету, а в чертах его лица читались холодность и прохладное воздержание, но от него исходил лёгкий аромат сандаловых чёток.
Хотя никто не верил, что он исповедует буддизм.
Он был окутан аурой загадочности, и все вокруг обращали внимание на его часы, стоившие столько же, сколько целый традиционный сыхэюань.
И лишь Шэнь Наньютэ обратила внимание на переносицу.
Говорят, у мужчин с высокой переносицей очень сильное плотское желание.
Чжоу Юйсэнь прищурился, его взгляд был полон неопределённости. Спустя мгновение он легко усмехнулся:
— А я думал, тебе нужна помощь с вызовом скорой.
Шэнь Наньютэ замерла.
Она действительно съела кое-что грязное.
Эту гадость подстроила её сводная сестра по отцу и мачехе.
Выйдя из бара, она уже почувствовала недомогание, поэтому и завалилась впопыхах в эту машину.
Она думала, что это вызванный ею водитель, но никак не ожидала встретить его.
Впрочем, уголки её губ изогнулись, а густые ресницы, казалось, покрылись капельками росы, и она подалась ближе:
— Братец, мне нужен ты.
Поехать в больницу — тоже вариант.
Вот только шумихи будет куда больше.
Особенно учитывая, что это окончательно испортило бы её и без того незавидную репутацию.
Взгляд Чжоу Юйсэня упал на неё.
В тусклом свете салона её алые губы и чёрные волосы казались особенно яркими, кожа сияла белизной, а с одежды капала вода, пробуждая самые смелые фантазии.
Словно омытая дождём роза — страстная и дерзкая до боли в сердце.
В следующее мгновение Чжоу Юйсэнь крепко обхватил её за талию, и его губы накрыли её рот.
Сознание Шэнь Наньютэ погрузилось в туман, и перед тем, как всё вошло в привычное русло, она услышала его тихий вопрос:
— Знаешь, кто я?
Голос был низким, хриплым и отдавал неким равнодушием.
— Чжоу Юйсэнь...
Шэнь Наньютэ прикусила губу, карабкаясь на его плечо, и, выкрикивая его имя, с нетерпением подгоняла:
— Пожалей меня...
Взгляд мужчины потемнел.
Шэнь Наньютэ тонула и вновь выныривала в пучине знойного жара и прохладной сырости. Прошло неизвестно сколько времени, и под конец она оставила несколько царапин на его спине, пока в её голове роилась лишь одна мысль.
В этом плане он действительно хорош.
Буря утихла.
Одежда Шэнь Наньютэ была абсолютно испорчена, и она позвонила кому-то, чтобы ей привезли смену.
Переодевшись, она собралась уходить, но мужчина прикурил сигарету и окликнул её с совершенно беззаботным видом:
— Ты так просто уходишь, а что делать с моей машиной?
Шэнь Наньютэ опешила и опустила взгляд на царивший в салоне беспорядок — большая его часть была её рук дело.
— Всё это твоих рук дело, — Чжоу Юйсэнь приподнял брови. Его подушечки пальцев легли на её подбородок, а во взгляде читался глубокий смысл. — Разве ты не собираешься нести ответственность?
Он намекал вполне определенно.
В памяти тут же вспыхнуло егоброшенное при посадке в машину: не пачкай мою машину.
Ладно уж.
Слишком он дорожит своим имуществом.
Шэнь Наньютэ моргнула:
— Господин Чжоу, как насчет того, чтобы я оплатила мойку?
— Можно.
Ленивым голосом ответил Чжоу Юйсэнь и достал телефон, предлагая ей отсканировать код для перевода.
Шэнь Наньютэ лукаво блеснула глазами, перевела три тысячи и с улыбкой произнесла:
— Помимо мойки, сюда входит и плата за услуги. Спасибо вам за сегодняшний вечер, господин Чжоу.
По правде говоря, впечатления у неё остались неплохие.
Случайная связь, но встретить такого потрясающего мужчину, как Чжоу Юйсэнь — она явно не в убытке.
Даже среди сотен альфонсов Чжоу Юйсэнь считался бы главным красавчиком топ-уровня.
Чжоу Юйсэнь не принял её маленькую месть близко к сердцу, посмотрел на неё и неторопливо добавил:
— Маловато будет.– Тоже верно. — Шэнь Наньютэ на мгновение замолчала и неторопливо добавила: — В следующий раз компенсирую.
Она сделала особый упор на слове «следующий».
Глубоких отношений между ними не было, и после этой ночи их пути, скорее всего, больше никогда не пересеклись бы.
Шэнь Наньютэ бросила пустую отговорку на ходу, повернулась и поймала такси.
Чжоу Юйшэнь посмотрел ей вслед, затем бросил взгляд на пятно крови на сиденье и многозначительно приподнял брови.
Ночь становилась всё глубже, и Чжоу Юйшэнь немного посидел в машине, выкуривая сигарету.
Вскоре ему позвонил Сюй Пин, и он поехал в Линшуйюань.
Когда он прибыл, Сюй Пин подошёл ближе, с довольно двусмысленной улыбкой: Я только что видел у входа в бар, как Шэнь Наньютэ села в твою машину, поэтому приехал сам. Предупреждаю: Шэнь Наньютэ — далеко не подарок.
В их кругу говорили, что Шэнь Наньютэ — это роза с шипами.
При всей своей красоте она с первого же взгляда вызывала у людей жутковатое чувство.
К тому же во Фэнчэне все знали, что Шэнь Наньютэ — та еще штучка, способная переломать ноги собственному дяде.
Не говоря уже о том, что за ней тянулся шлейф неясных и двусмысленных связей со множеством мужчин.
Однако выражение лица Чжоу Юйшэня оставалось совершенно равнодушным, он лишь небрежно бросил:
– Она сама запрыгнула.
Сюй Пин скользнул взглядом по Чжоу Юйшэню и многозначительно усмехнулся, скривив губы:
– Говорят, она путается со многими мужчинами. По крайней мере, в последнее время у нее вовсю идут разборки с женихом Чэнь Му, так что ты смотри, не влюбляйся всерьез.
Чжоу Юйшэнь был человеком такого масштаца, что Шэнь Наньютэ, как ни старайся, всё равно ему не ровня.
Разница — как между небом и землей.
Чжоу Юйшэнь ничего не ответил, лишь опустил взгляд на игральный стол. Кто-то как раз сбросил южный ветер, он подвинул кости к себе и неторопливо произнес:
– Ху.
Разница — как между небом и землей.
Так думал не только Сюй Пин, Шэнь Наньютэ придерживалась того же мнения.
Чжоу Юйшэнь не из их круга.
Говорили, что у него огромные активы за границей, семья, судя по всему, родом из Цзинхуа или Шанхая, а в последние два года он поссорился с родными и приехал сюда развеяться.
Впрочем, сегодняшний вечер оставил у нее вполне приятные впечатления.
Только вот мимолетные страсти хороши в меру, а продолжать эту связь дальше было уже неинтересно.
Разобравшись со всем, Шэнь Наньютэ вернулась в дом семьи Линь.
Она всегда следовала принципу «око за око»: Линь Сивань подсыпала ей наркотик и едва не погубила.
Шэнь Наньютэ не собиралась спускать это с рук.
Линь Сивань и её жених Чэнь Му уже давно крутили шашни за ее спиной, и она больше не хотела это терпеть.
Поэтому на следующий день, когда те предавались страсти в отеле, Шэнь Наньютэ привела с собой дюжину мальчиков по вызову и устроила отличное представление с поличным.
Увидев Шэнь Наньютэ и ворвавшихся людей, которые наперебой спрашивали, не нужны ли им особые услуги, Линь Сивань и Чэнь Му переменились в лице.
– Сестрица, что это значит?! — взвизгнула Линь Сивань и жалко съежилась за спиной Чэнь Му.
Лицо Чэнь Му тоже помрачнело.
Мрачно нахмурившись, он заслонил Линь Сивань собой и с отвращением произвел:
– Опять ты устраиваешь цирк? Чем Сивань тебе опять насолила?
Заметив холод и отвращение в его глазах, Шэнь Наньютэ почувствовала, как в груди кольнул и тут же угас холодок.
Они с Чэнь Му дружили с самого детства, и с какого же момента этот ее жених начал пылать к ней такой злобой и откровенной ненавистью?
– Во-первых, Линь Сивань, это лишь маленький урок. Если повторится еще раз — я отрублю тебе руки и ноги.
– Во-вторых, Чэнь Му, между нами всё кончено раз и навсегда. К черту твою помолвку!
Губы Шэнь Наньютэ тронула ехидная, вызывающая улыбка.
Она еще могла стерпеть равнодушие Чэнь Му, но не была столь великодушна, чтобы делить одного мужчину с Линь Сивань.
Лицо Чэнь Му перекосило от гнева. Заметив, что Шэнь Наньютэ собирается уходить, он схватил ее за запястье и холодно усмехнулся:
– Шэнь Наньютэ, ты что творишь? Хочешь со мной расторгнуть помолвку? Думаешь, кроме меня, найдется еще хоть кто-то, кто тебя подберет?!

Комментарии

Загрузка...