— Зачем она к тебе стучится?
Линь Цяньсюнь замотал головой как китайский барабанчик, приговаривая:
— Понятия не имею! Ничего не знаю, моя хата с краю, я тут вообще ни при чём!
— Сам разбирайся, я тоже ни при чём.
Шэнь Чэн сунул телефон обратно Линь Цяньсюню, словно избавляясь от горячей картошки.
Тот обречённо взял его. Заявки в друзья всё обновлялись и обновлялись — человек по ту сторону, похоже, жутко торопился, раз за разом отправляя запрос.
И чем настойчивее становились эти попытки, тем больше Линь Цяньсюню казалось, что дело нечисто. Он прижал палец к губам, изображая глубокую задумчивость.
Затем, видимо решив, что такие частые стуки в друзья — это уж слишком странно, нажал «Принять».
Как только контакт добавился, Линь Цяньсюнь даже не успел спросить, что ей нужно, как от неё прилетело сообщение:
[Ты сейчас с Шэнь Чэном?]
— А?
Линь Цяньсюнь нахмурился и показал экран Шэнь Чэну. Тот отреагировал точно так же, сдвинув брови:
— Что скажешь? — Линь Цяньсюнь вопросительно посмотрел на Шэнь Чэна. В конце концов, дело касалось его.
— Да как хочешь, так и отвечай.
Шэнь Чэн пожал плечами с полным безразличием. Зная Инь Шимань, ничего хорошего от неё ждать не стоило.
Она точно не пришла заботливо справляться о его самочувствии или мило беседовать.
— Правда? Что хочу, то и пишу?
— Ага.
— Окей, — Линь Цяньсюнь кивнул и быстро набрал ответ:
[А твоё какое дело?]
Отправив текст, Линь Цяньсюнь вдогонку скинул стикер — какую-то туповатую физиономию со знаками вопроса, всем своим видом отбивающую желание продолжать диалог.
После этого он заблокировал экран, перевёл телефон в беззвучный режим и положил на стол экраном вниз.
— Давай-давай, по одной, — Линь Цяньсюнь заодно выхватил телефон и у Шэнь Чэна, положил его рядом со своим и поднял бокал.
Шэнь Чэн не знал, что ответил Линь Цяньсюнь, и спрашивать не стал. Они просто начали пить и болтать.
Шэнь Чэн вспомнил, как в прошлой жизни, когда они пили в последний раз, он, измученный Инь Шимань, прибежал к Линь Цяньсюню жаловаться.
Тогда Линь Цяньсюнь почти всё время молчал, а Шэнь Чэн без умолку изливал душу: как ему тяжело, как им помыкают, как несправедливо с ним обходятся...
Но сейчас ему нечего было сказать. Раньше он думал, что в его бедах отчасти виноват он сам.
И только когда полностью разорвал с Инь Шимань и не почувствовал в душе ни капли сожаления или тревоги, он понял: все эти страдания приносила в его жизнь только она.
Расстаться было легко, но потерянного уже не вернёшь.
К тому же, последствием расставания стали бы переживания родителей, которых он всё это время держал в неведении. Не рассказать им правду — значит, остаться неправым, они бы стали уговаривать его быть снисходительнее, как подобает мужчине.
А расскажи он им всё как есть, узнай они, как паршиво жилось их сыну всё это время — расстроились бы ещё больше. Он не хотел, чтобы родители знали, до чего он дошёл.
Пока они с Линь Цяньсюнем непринуждённо болтали, Шэнь Чэн, сбросив с души этот тяжкий груз, чувствовал себя на удивление радостно и выпил чуть больше обычного. Спустя несколько кругов его лицо слегка порозовело.
Однако напиваться в стельку он не собирался, поэтому, дойдя до лёгкого хмеля, поднялся и засобирался уходить.
Было уже поздно. За разговорами они совсем потеряли счёт времени — на часах было около десяти.
Линь Цяньсюнь особо не настаивал, немного проводил Шэнь Чэна и тоже свернул к дому.
Шагая по улице, Шэнь Чэн вдруг осознал одну проблему: он же теперь живёт не один, он делит квартиру.
Он даже не спросил Хань Лояо, как она относится к алкоголю. Вдруг он сейчас заявится, разит перегаром, а ей это категорически не понравится?
Раз уж они делят жильё, отношения с соседкой нужно поддерживать нормальные.
Подойдя к двери квартиры, Шэнь Чэн по привычке полез в карман за ключами.
И как только он засунул туда руку, осознал проблему куда более серьёзную:
У него вообще нет ключей от этой квартиры!
С Шэнь Чэна мигом слетел почти весь хмель. Время позднее, он даже не знал, спит Хань Лояо или нет.
Если она уже уснула, стучать и будить её — это как-то чересчур.
В первый же день совместной жизни уйти пить, заявиться поздно ночью, да ещё и заставить человека вставать и открывать дверь, обдав с порога перегаром... Такое никому не понравится.
Соседей ищут в основном для того, чтобы делить плату за аренду, а в остальном — каждый живёт своей жизнью, не мешая друг другу.
Беспокоить её сейчас было крайне неловко.
— Эх...
Шэнь Чэн вздохнул и задумчиво постоял под дверью, прикидывая, не снять ли на ночь номер в какой-нибудь гостинице.
Но ведь он уже снял квартиру, ночевать где-то ещё — это просто смешно.
— Щёлк...
В этот момент Шэнь Чэн увидел, как дверь перед ним тихонько приоткрылась. Сначала в глаза ударил яркий свет.
А затем, в этом свете, Шэнь Чэн увидел Хань Лояо. В шёлковой пижаме, с заспанным лицом, она стояла перед ним и терла глаза.
— Ты вернулся...
Голос Хань Лояо звучал тихо и немного хрипло, словно она только что проснулась.
— А... да.
— Вот твои ключи. Я пошла спать.
Хань Лояо протянула ему ключ, сладко зевнула и скрылась в своей комнате.
Взяв ключ, Шэнь Чэн так и остался стоять столбом. Когда Хань Лояо открыла ему дверь, он сразу понял: она, должно быть, всё это время ждала его.
Ему стало немного стыдно. Как он мог, уходя, не подумать о том, что у него нет ключей?
Но стоило ему вспомнить ту сцену на пороге, как в груди зашевелилось какое-то странное чувство. А ведь Линь Цяньсюнь был прав: от такого зрелища и впрямь может дрогнуть сердце.
Тот об этом только фантазировал, а он испытал на себе. Ощущения совершенно другие.
Не забудь он ключи, возможно, он бы этого и не увидел.
— Глык...
Шэнь Чэн сглотнул, почувствовав, что в горле пересохло. Зайдя в комнату, он на автомате взял со стола кружку и сделал глоток воды.
— Капец...
Серия привычных действий на мгновение стёрла из памяти тот факт, что сегодня всё иначе, чем обычно.
Кружка, которую он держал в руке, принадлежала Хань Лояо...
Шэнь Чэн поднял глаза на комнату Хань Лояо, сердце бешено колотилось. Кажется, она не заметила.
Шэнь Чэн тут же вскочил, отнёс кружку на кухню, дочиста её вымыл, налил новой воды и поставил ровно на то же место.
Совершив это преступление, он даже занервничал: вдруг в квартире стоят скрытые камеры...
— Мяу...
Кошачий мявк заставил Шэнь Чэна вздрогнуть. Он резко обернулся на звук.
В углу гостиной, на своей лежанке, котёнок не сводил с Шэнь Чэна немигающего взгляда.
Шэнь Чэн и забыл, что в доме есть ещё кто-то.
— Кхм, ты ничего не видел... э-э... хотя ладно, даже если и видел, ничего страшного...

Комментарии

Загрузка...