Плиты стояли недалеко друг от друга, но между ними словно выросла невидимая стена.
— Может, всё-таки я? — Су Линъинь поправила волосы, пытаясь скрыть смущение и неловкость.
— Ничего, я сам.
— Тогда чем мне помочь?
— Хм, дай подумаю... Просто отвечай за красоту, — не поднимая головы, бросил Чэнь Юй.
Изящные брови Су Линъинь чуть сдвинулись к переносице.
— Ты хочешь сказать, что я тут как ваза для красоты? — в её холодном голосе зазвучало недоумение пополам с обидой.
Она просто не умела готовить. Это не делало её бесполезной куклой.
Стоявший неподалёку Хэ Юньшэнь злорадно усмехнулся. Довыпендривался! Вот и ляпнул лишнего. Так ему и надо! Будь он на месте Су Линъинь, влепил бы этому умнику пару пощёчин.
— Ты не так поняла, — спокойно пояснил Чэнь Юй. — Я к тому, что у каждого есть свои сильные и слабые стороны. И когда дело доходит до того, в чём ты не разбираешься, лучшая помощь — не путаться под ногами. Это тоже своего рода добродетель.
Звучало как скороговорка, но логика в этом была. Вроде бы... не придерёшься.
Су Линъинь поджала губы и больше не пыталась вмешиваться, просто молча наблюдала.
***
В это же время в одной из квартир в Центральном районе Шанхая девушка в розовой пижаме в отчаянии схватилась за голову.
— Сусу, родная моя, зачем ты вообще полезла готовить?! Чем ты только думала...
Она была готова расплакаться. Ну что за глупость — выставлять напоказ свои самые слабые стороны! Все её лекции о правилах женского обаяния пошли прахом. Нужно же демонстрировать свои лучшие качества! А этот наряд? Платье было таким горячим! И надо же было нацепить сверху этот дурацкий пиджак — теперь вообще ничего не видно!
Как она с таким подходом найдёт себе парня?!
В порыве бессильной ярости девушка хлопнула ладонью по кровати.
— Ай!
Больно!
***
Убедившись, что ему удалось заговорить Су Линъинь зубы, Чэнь Юй удовлетворённо кивнул. Хорошо, что она оказалась адекватной и не стала закатывать истерику на ровном месте. Если уж и искать девушку, то точно не слишком умную. Иначе проблем не оберёшься.
— Ты всегда сам готовишь? — вдруг спросила Су Линъинь.
Судя по его уверенным движениям, он либо стоял у плиты каждый день, либо обладал врождённым талантом.
— Да, сам. Так выходит дешевле.
Чат тут же отреагировал:
【А он ещё и прагматик!】
Су Линъинь больше ничего не спрашивала, внимательно следя за каждым его движением. Вроде бы она делала всё то же самое, почему тогда у неё... Она поджала губы. Наверное, она из тех людей, кому кулинария просто не даётся.
— У тебя есть аллергия на что-нибудь? — спросил Чэнь Юй.
— А? Нет.
— Вот и славно. Привередливые дети — это плохо.
— Я не ребёнок.
— А я не про тебя.
Чэнь Юй сам не понимал почему, но ему отчаянно хотелось её подразнить. Может, готовка была слишком скучной, и нужно было себя чем-то развлечь. А может, в прошлой жизни он слишком много болтал, записывая обзоры, и теперь не мог остановиться? Да какая разница.
— Смотри, — он сегодня готовил тушёную грудинку с картошкой и острую капусту. — Бесполезный факт: эту капусту ещё называют кочанной, белокочанной или просто вилком.
— А почему факт бесполезный? — не поняла Су Линъинь.
— Потому что он скучный и никому не нужный. Какая разница, как она называется, главное — чтобы было вкусно. На самом деле готовить очень просто, нужно всего два шага.
Услышав слова «готовить» и «просто», Су Линъинь, не успевшая обдумать предыдущий ответ, вся обратилась во внимание. Для неё эти два понятия находились на разных полюсах вселенной.
Хэ Юньшэнь, наблюдая за их милым общением, возненавидел Чэнь Юя ещё сильнее. Почему рядом с ней стоит не он?!
Шэнь Яньчжоу и Ся Нинлэ тем временем молча наблюдали за разворачивающейся драмой.
— Смотри-ка, — шепнула Ся Нинлэ.
— Вижу, — ответил Шэнь Яньчжоу. — А ведь забавно: эти двое совсем друг другу не подходят, а смотрятся вместе отлично.
— Я вообще-то... — Ся Нинлэ ткнула пальцем в сковородку.
— Твою мать! Моя еда!
Его яичница тоже прилипла к дну и начала подгорать!
Стоп. А почему «тоже»?
Продюсеры намеренно переоборудовали кухню, превратив её в настоящую арену для любовных сражений. Места хватало как раз для трёх «пар». Плиты располагались и не слишком близко, и не слишком далеко друг от друга.
— О, старина Шэнь, тоже любишь карамельный макиато? — усмехнулся Чэнь Юй.
— Отстань! И вообще, это ты виноват! — огрызнулся Шэнь Яньчжоу.
— Я?
Шэнь Яньчжоу пожевал губы, но объяснять не стал. Не мог же он признаться, что зазевался, подглядывая за ними.
— Ненавижу загадки! — фыркнул Чэнь Юй. — Класс, мы ещё за стол не сели, а уже перевели шесть яиц.
Сказано это было негромко, но услышали все. Ся Нинлэ прикрыла рот рукой, давясь от смеха. Какой же этот Чэнь Юй забавный! А вот Су Линъинь и Шэнь Яньчжоу синхронно опустили головы и закатили глаза.
Оба ненавидели ядовитых на язык людей!
— Кстати, старина Шэнь, а вы рис поставили?
— Забыл, — смущённо признался тот. — И вообще, с чего это я «старина Шэнь»?
Чэнь Юй хмыкнул. Он его уже несколько раз так назвал, а тот только сейчас опомнился.
— Тебе сколько лет?
— Ну... около тридцати.
— Так «до» или «после»?
— После...
— Вот видишь. Не могу же я называть тебя «Сяо Шэнь»? Выбирай: старина Шэнь или Сяо Шэнь?
— Тогда уж лучше старина Шэнь.
Чэнь Юй удовлетворённо кивнул. Главное правило: всегда предлагай два варианта, каждый из которых тебя полностью устраивает.
— Ладно, тогда я сварю лапшу.
— Ты ещё и лапшу варить умеешь?
— А ты что, лапшу быстрого приготовления не заваришь?
— Но это же... вредно, нет?
— Если я уже ем лапшу быстрого приготовления, думаешь, меня волнует, вредно это или нет? Зато как пахнет!
Су Линъинь вдруг кивнула.
Чэнь Юй удивлённо уставился на неё.
— Ты тоже ешь бич-пакеты?
— А что, мне... нельзя? — растерялась она.
— Да нет, просто с твоим образом это как-то не вяжется, — покачал головой Чэнь Юй.
Су Линъинь выглядела так, словно каждый день ужинает стейками с красным вином в дорогих ресторанах.
Девушка слегка покраснела. Готовить она не умела, а на работе постоянно задерживалась, поэтому и в офисе, и дома у неё были стратегические запасы лапши всех возможных вкусов. Настоящее спасение! Особенно когда живот сводит от голода — горячая, ароматная лапша приносила невероятное удовольствие.
Вспомнив этот вкус, она невольно высунула кончик розового язычка и облизала губы.
И именно в этот момент Чэнь Юй посмотрел на неё.
Какая милая! Вот это контраст!
Даже он, считавший себя тёртым калачом в таких делах, почувствовал, как щёки обдало жаром.
Кто вообще способен устоять перед таким?!
Из-за ракурса этот момент видел только Чэнь Юй. Мужской половине зрителей трансляции оставалось лишь кусать локти.
Справившись с мимолётным наваждением, Чэнь Юй быстро вернул лицу невозмутимое выражение. Тёртый калач должен держать марку!
Каждый принёс к столу своё блюдо. Чэнь Юй в итоге сам пожарил ещё порцию яиц, чтобы не переводить продукты. Шэнь Яньчжоу с грустью поставил на стол свой салат из битых огурцов. Из-за одного провала его навсегда отстранили от сковородки! Был бы Чэнь Юй его сотрудником — давно бы вылетел с работы без выходного пособия!

Комментарии

Загрузка...