— Гр-ра-а!
Пламя жизненной силы, губительное для нечисти, прожгло грудь зомби насквозь, заставив страдать саму его душу. У этих существ из-за гипертрофированной плоти и без того слабый дух постоянно испытывает давление, а эта атака сделала боль невыносимой. Единственным способом унять мучения в примитивном мозгу твари было одно – сожрать человеческий мозг. Именно человеческий мозг, обитель сознания и «духа», был для него лучшим лекарством. Обычно Селас успокаивал его именно такой подкормкой.
Ошалев от боли, зомби проигнорировал Ивилла и повел носом, жадно втягивая запахи живых людей. Его взгляд остановился на человеке внутри дома, стоявшем рядом с хозяйкой. Его тело было слабым, но душа – необычайно притягательной. То, что нужно.
Зомби сорвался с места, несясь к дому почти над самой землей. Ивилл не стал бросаться в погоню, а обернулся к Питерсу:
— Уходите еще дальше! Он слишком токсичен!
— Понял, мастер Ивилл, — Питерс кивнул и велел охране уводить его и Элину подальше.
Только когда они скрылись, Ивилл перевел взгляд на виллу. Внутри зомби уже сверлил Селаса яростным и голодным взглядом. Тварь забыла, что именно этот человек кормил ее все эти годы.
— Скотина она и есть скотина! — Лицо Селаса от ярости стало почти зеленым. Забыв о страхе перед Боди, он рявкнул на нее:
— Посмотри, что ты вырастила! Стоило один раз получить по зубам, и он уже готов сожрать хозяина!
Услышав крик своего слабовольного мужа, Боди почувствовала, как остатки былых чувств окончательно испаряются. В ее глазах появилось нечто пугающее. Внезапно она произнесла:
— В ту ночь... ты ведь подглядывал за нами снаружи, верно?
— Боди, послушай меня... — начал Селас.
— Хватит! Убей его! — Боди не желала слушать оправданий. По ее приказу зомби одним резким движением свернул Селасу шею.
— Ничтожество, — Боди смотрела на труп с глубоким разочарованием. — Если видел – почему не набрался смелости сказать в лицо? Скажи ты это тогда, я бы хоть капельку тебя уважала.
Семейная драма разыгралась настолько стремительно, что даже Ивилл, наблюдавший за всем, не сразу понял, что произошло. Как пара фраз привела к смерти Селаса? Ему и в голову не могло прийти, что у покойного был специфический фетиш – подглядывать за утехами жены за дверью, не смея признаться в этом.
Впрочем, Ивиллу было плевать на их извращения. Его заботило лишь то, чтобы зомби не сожрал мозги Селаса. За секунду до того, как челюсти монстра сомкнулись на голове мертвеца, Ивилл нырнул в пространственную щель.
Его кулак, объятый алым пламенем, вылетел из пустоты первым. Он размозжил голову Селаса, а следом в щепки разнес череп самого зомби. Воздух наполнился вонью горелой плоти. Не давая врагу опомниться, Ивилл нанес второй удар левой рукой.
— Бум!
Тело зомби буквально впечатало в землю, пробив воронку глубиной в десять метров. Комбинация была идеальной: левый удар – для мощи, правый – для смерти.
Глядя на то, как ее шедевр превратился в груду изломанного мяса, Боди пришла в неописуемую ярость.
— Мать твою, сдохни! — Взвизгнула она. Смерть мужа не вызвала у нее и тени тех эмоций, что гибель зомби. Пока Ивилл еще не приземлился, она резко отскочила назад и зашлась в диком, изломанном танце, выкрикивая заклинания на непонятном наречии. В ее движениях не было и следа семидесятилетней старости.
— Великий Бонди, великий Лоа, великий Лоа Войны, твоя верная раба Боди взывает к тебе! Я приношу в жертву десятки жизней! Приди, Лоа Войны! Явись!
Ивилл, коснувшись земли, понял: она пытается призвать в себя сущность. Хотя он не знал языка, интонации были красноречивы.
— Пространственное заточение! Смирно!
Ивилл мгновенно направил псионическую энергию, пригвоздив старуху к земле силой пространства. Против тех, чья физическая оболочка слаба, этот прием работал безотказно. Он не был дураком, чтобы давать ей закончить ритуал. То, что он позволил зомби вернуться в дом, было лишь желанием посмотреть, как пес загрызет хозяев, но «божественное вмешательство» в его планы не входило.
— Хотела позвать бога? Мечтай дальше, — насмешливо бросил Ивилл, усиливая давление.
Под весом пространственных оков Боди скорчилась, ее кости начали трещать. Лицо исказилось от боли и ненависти.
— Будь ты проклят! Культ вечной жизни в заимствованных телах не забудет этого! Мой бог, Лоа Войны, тебя... — она не успела договорить.
— Хрусть!
Ивилл просто сжал пространство, уничтожив и плоть, и душу Боди. Он знал, что магия вуду коварна и полна проклятий, поэтому не собирался выслушивать угрозы до конца. Покончив с ней, он вытащил из ямы остатки вуду-зомби. Тварь еще дергалась с половиной головы, но удар силы вибрации окончательно превратил ее в гору зловонного фарша.
В голове наконец прозвучали системные уведомления, но Ивилл не стал их изучать. У него еще висела вчерашняя награда – разберется со всем разом дома.
Обыскав виллу, он нашел немного наличности и старую тетрадь с записями. Эти чернокожие, которые только и знали, что менять тела, оказались на редкость бедными.
...
Ивилл нашел Питерса и Элину и кратко сообщил им, что всё кончено. Получив ворох благодарностей и обещание, что завтра утром все документы на поместье будут готовы, он покинул поместье под их восхищенными взглядами.
...
Центр Лос-Анджелеса. Офис Культа вечной жизни в заимствованных телах.
В зале, где хранились лампады души членов организации, один за другим погасли два огонька, принадлежавшие Селасу и Боди. Дежурный охранник похолодел от ужаса. Он со всех ног бросился к кабинету управляющего, но, услышав доносящиеся оттуда недвусмысленные стоны, нерешительно опустил руку.
Постучать сейчас означало подписать себе смертный приговор. Он прождал три минуты, пока звуки не стихли. Дверь открылась, и из нее вышла голливудская актриса второго эшелона, вытирая лицо шелковым платком. Проходя мимо охранника, она оставила за собой шлейф специфического мускусного запаха. Парень сморщился, но безмолвно зашел внутрь.
Управляющий, дежуривший в этот день, только что открыл окно, чтобы проветрить, и вернулся в кресло. Он посмотрел на вошедшего свысока:
— Почему ты не на посту? Что тебе нужно?
— Простите, старший дьякон Лудин! — Парень поклонился. — В зале лампад погас свет души старшего дьякона Боди и дьякона Селаса!
— Что?! — Лудин подскочил, расплескав красное вино прямо на брюки. — Идиот, почему ты молчал?!
Потеря двух высокопоставленных адептов разом была катастрофой. И Лудин понимал: отвечать за это перед верхушкой придется именно ему.

Комментарии

Загрузка...